no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » запоминай каждый шрам;


запоминай каждый шрам;

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

porco х reiner
https://i.imgur.com/uPK45un.png https://i.imgur.com/9LknWpT.png
escape the fate - hate me

Райнер возвращается на родину после долгого отсутствия. Порко недоволен его провалом.

[nick]Reiner Braun[/nick][icon]https://i.imgur.com/pO5XjYb.png[/icon][status] [/status]

Отредактировано Jean Kirstein (2021-08-16 15:42:44)

+1

2

На Бертольда и Райнера Порко смотрит сверху вниз, не скрывая презрения — да и не от кого ему прятать эмоции. Пик лишь вздыхает за его спиной и не говорит ни слова. Понимает, в чем дело, и просто держится рядом, словно в постоянной готовности контролировать чужой гнев. Она не разделяет позиции Галлиарда, но не пытается переубедить; позволяет ему прожить каждую эмоцию и поддерживает, за что тот благодарен безмерно. Только вот злости в нем все равно куда больше, чем благодарности.

Он злится — да и как иначе? Стоя у окна, он смотрит, как Райнер и Бертольд на площади внизу о чем-то говорят с Йегером, и сжимает кулаки от невыраженной ярости, когда замечает ладонь Зика на плече Брауна. Тот похлопывает младшего товарища, явно желая подбодрить, но Порко с этим поведением не согласен. Он хочет, чтобы оба почетных воина прочувствовали вину за то, что случилось. За смерть Марселя, за пленение Энни. За бессмысленность этого всего, так как Прародитель так и не вернулся на материк.

«Чертовы неудачники», — хочется сказать Галлиарду. Он готов указать на каждую ошибку в череде поступков, которые привели почетных воинов к краху. «Вы оказались недостойными, так имейте совесть признать это и передать титанов другим, более подходящим кандидатам», — хочет он выплюнуть в лицо Брауну. Тот, конечно, не скажет ничего из того, что хотел бы услышать Порко, но плевать. Главное — высказать. Главное дать понять, что достанься годами ранее Бронированный ему, Порко, всей трагедии можно было бы избежать.

В том, что это действительно так, Галлиард уверен. Он сжимает подоконник пальцами, когда видит, что Зик улыбается — ладно, он не видит этого с высоты многоэтажки, но чувствует. И эта улыбка его раздражает. Два воина, потерпевших крах, улыбок не заслуживают так же, как не заслуживают поддержки и прощения.

— Ты злишься из-за Марселя или из-за отсутствия успеха в целом? — вкрадчиво интересуется Пик и Порко слышит, как скрипит постель под весом ее тела. Ему не нужно оборачиваться, чтобы четко представить себе пронзительный взгляд из-под смоляной челки, под которым он непременно почувствует себя неуютно.

Порко злится из-за самонадеянного вида Райнера и из-за того, что тот не отводит взгляда, когда встречается в коридорах с Галлиардом. Порко злится из-за того, что Браун будто не понимает своей вины и держит себя излишне уверенно. Порко злится из-за того, что получил вместе с Челюстями воспоминания старшего брата — о том, как тот старался уберечь его от чести получить Бронированного; о том, как погиб, спасая тупоголового Брауна; о том, как все пошло под откос.

— Я злюсь из-за всего сразу, — признается Порко и понимает, что если бы на месте Пик был кто-то другой, он бы отрицал свою эмоциональность до последнего. Теперь же он отступает от окна, заставляя себя перестать с одержимостью психопата всматриваться в долговязый силуэт Бертольда и в жилистую фигуру Райнера и мечтать иметь возможность воспламенить одним лишь взглядом.

Он отнимает руки от подоконника и они плетьми бьют его по бедрам. Порко оборачивается и смотрит на Пик — та действительно проницательна, до неприятного очевидно видит его насквозь. Понимающе кивает, едва заметно, и кивает на дверь.

— Теперь ты обладатель одного из девяти титанов, Покко, — спокойствие в голосе очевидно и Порко действительно чувствует себя теперь, стоя перед подругой, провинившимся подростком. Даже не обращает внимания на ненавистное искажение имени, просто опускает взгляд вниз, на носы армейских ботинок, и хмурится сильнее, — Должен вести себя разумно. Все, что хорошо для марлийского народа, хорошо для нас. Те потери, которые мы уже понесли, пойдут во благо. То, что мы еще можем сделать, сделаем непременно. А то, чего исправить не в состоянии…

Пик замолкает, но Порко сам знает, что Фингер хотела сказать и о чем умолчала. То, чего нельзя исправить, недостойно внимания. Думать об этом — тратить время впустую. А его не столь много, пока узурпатор, обосновавшийся на Элдии и укравший Прародителя, крепнет с каждым днем. Потому Порко кивает.

— Мне нужно идти, — его тренировка начнется лишь через час, но разговаривать больше Галлиард не желает. Не с Пик, которая знает о нем сейчас куда больше, чем он хотел бы ей позволить. Фингер пожимает плечами. Она и это поняла прекрасно, а потому отпускает Порко, если тому так угодно.

Галлиард выходит из комнаты, не до конца решив, чего хочет в этот момент больше — провести чуть больше времени наедине с собой, пытаясь выдрессировать собственный гнев и посадить таки его на цепь, или же отправиться прямо к специально оборудованной зоне, чтобы под надзором Зика Йегера провести больше времени, приручая своего монстра. Он не приходит к четкому решению и тогда, когда пересекает длинный коридор и оказывается на лестнице. Чертовски узкой лестнице — не разойтись с первым встречным без столкновения плеч. Потому Галлиард встает столбом на лестничной площадке, когда замечает на нижних ступенях светлую шевелюру Райнера.

Замечает и морщится — разговаривать им еще не приходилось. Порко бросал колкие фразы, когда вокруг были другие люди, и их голоса оказывались громче; Райнер его, конечно, слышал, и в ответ подкидывал взгляды, абсолютно нечитаемые. Но на этом все. Галлиард не получал того самого, необходимого — ответов он не получал, пепла в волосах Брауна не видел. Вины во взгляде, о которой теперь грезил. Отмахивался от мысли, что дело не только в погибшем Марселе — а ведь он любил его, действительно любил, — и не в потерянной Энни. Даже не в том, что Райнер, всегда движущийся на шаг позади, вдруг обошел и забрал Бронированного. Теперь все в прошлом. Теперь Порко это не волнует.

Он никогда не признается в этом, но он злится из-за невозможности изменить все, исправить. И этой невозможностью душит себя, не в силах просто идти дальше, как предлагала Пик. Райнер — тот, кто попадает по случайности под раздачу. Порко этого не признает даже наедине с собой.

— В чем дело, Браун? — подает он голос первым, потому как необходимость нанести первый удар, пусть и словесный, кажется ему первоочередной. Порко делает шаг в сторону и кладет ладонь на гладкий поручень, преграждая путь Райнеру, но всем своим видом показывая — и в мыслях не было, тебе показалось. Склоняет голову и слегка подается вперед, чтобы заглянуть вниз и увидеть следующий лестничный пролет. Пустой, — Не думал, что вы с Бертольдом вообще умеете разделяться. Или ты и его потерял?

Слова срываются с языка до того, как Галлиард успевает подумать о смысле сказанного. Но кровь уже бьет в голову — он не жалеет даже об одном звуке, не говоря уже про целую тираду.

— Теперь-то можешь не строить из себя крутого парня, — фыркает он, — Не со мной. Я все видел.

Порко стучит пальцем по виску. 

[nick]Porco Galliard[/nick][status]ㅤㅤ[/status][icon]https://i.ibb.co/6rsn2KR/852.png[/icon][fandom]Shingeki no Kyojin[/fandom][lz]И через <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=286" target="_blank">боль</a>. и пекло пройдя, я выйду чемпионом пепла.[/lz]

Подпись автора

[fandom] на правильной стороне;
[fandom] не каждый за себя;

[au] запоминай каждый шрам;
[au] падай — я тебя поймаю;
[au] теряю свободу;

+1

3

Все идет не по плану.

Райнер, лишенный возможности передвигаться, пытается понять, что именно пошло не так. Если бы не Зик, вовремя подоспевший вместе с Пик, он смутно представляет, что бы с ним было. Возможно, Жан снес бы ему голову. Возможно, Ханджи бы изучала его до потери собственного сознания. Возможно, Леви бы пытал его. Слишком много таких «возможно», думает Райнер, когда Пик в форме титана-перевозчика натыкается на яму на полевой дороге.

Все идет не по плану.

Им не удалось захватит титана-прародителя. Прикрытие раскрыто. Бертольд повержен и скорее всего, мертв. Зик Йегер потом подтвердит эту догадку. Энни выбыла из игры еще задолго до того, как Райнер Браун понял, насколько облажался.

По пути в Марли считает, сколько ему еще осталось жить и сколько он впустую потратил лет из своих тринадцати. Отвратительно. Конечности отрастают с минимальной скоростью. Уже несколько раз Райнер помышлял о том, чтобы сброситься со спины Пик и с позором рухнуть на землю, где его бы сожрал какой-нибудь неразумный титан. Пусть кто-нибудь другой живет с ношей Бронированного. Он ведь и не должен был им стать. В голове прокручивается аудиозапись с голосом Марселя. Она утвердительно напоминает Райнеру, что он получил такую силу только потому, что тот хотел спасти от такой участи своего младшего брата. С таким же позором потом молить о пощаде при съедении, с каким упустил Эрена, который почти был в его руках. А все потому, что он колебался. Какие еще, к черту друзья? Какие еще к черту товарищи? Эти проклятые элдийцы-узурпаторы? Но почему-то чувства к Кристе от этого не угасают.

Хочется стереть память, как-то очиститься, но собственное бессилие сделать этого не позволяет.

Райнеру не хочется возвращаться обратно в Марли. Он не так уж и сильно скучает по матери, ради которой он и стал почетным марлийцем. Но какой ценой, мама? Рад видеть только Габи, но и она не становится той, ради которой хотелось бы вновь увидеть родину с улыбкой на лице. Райнер также понимает, что как только он восстановит свои силы, ему придется ответить за свои провальные действия перед марлийским руководством. Исход этого он уже знает наперед.

Зик вырывает его из кокона собственных размышлений. Пытается успокоить, говорит, что это далеко не конец. Райнер благодарен, но все равно просит старшего Йегера покинуть больничную палату, ссылаясь на усталость. Его конечности уже пришли в норму, да и все остальные показатели тоже. Жаль, что марлийская медицина не лечит внутреннюю борьбу с самим собой.

На утро Райнер просыпается и радуется, как ребенок, что ему еще ни с кем не удалось пересечься, кому бы пришлось объяснять, почему он такой неудачник и доказывать, что нет, не с самого рождения. Он уже почти смирился с мыслью, что остался совершенно один. Но не смог себя простить за то, что его не было рядом с Бертольдом. Райнеру нужно было сразу догадаться о планах Эрена и его компашки и не вестись на их провокацию. Чувство вины начинало сжигать все изнутри с двойной силой. Райнер даже и не заметил, как стал тем самым бесцельно бродящим по зданию, где было почти безлюдно. Этот вопрос почти не интересовал его. Бронированный двигался автомате. В его взгляде не было ничего кроме пустоты. Несколько ступеней на лестнице стали для Райнера весомой преградой, преодолеть которую именно сейчас он пока не мог. Так и стоял, подобно единственному выжившему дереву в лесу после пожара, какое-то время, пока знакомый голос не вернул его в реальность. Голос, который он не слышал уже пять лет.

— Галлиард, — поднимая свой взгляд, на выдохе произносит Райнер, — а ты подрос.

Шутит, но смеяться даже и не пытается. Ни единого мускула на лице Брауна и не дрогнуло.

— Можно я не буду говорить, что тоже рад тебе? — видеть Порко было невыносимо больно, ведь тот напоминал о Марселе. Мгновенно Райнер переносится в тот самый день, в котором все могло быть иначе. Имир могла бы съесть его, а он бы спас Марселя. И тогда бы все закончилось, даже не успев начаться. Ничего из произошедшего бы не повлияло на провальный исход всей операции, длинною в долгие годы. Марсель бы довел дело до победного конца. Райнер в этом даже не сомневается.

Напоминание о том, что Бертольда нет с ним рядом, бьет больнее любого оружия, разрушающее его броню в форме титана. Но Брауну удается переключиться раньше, чем это кто-либо бы заметил. К Райнеру даже понемногу возвращается тяга к жизни. Хочется сыграть в эту игру колкостей вместе с Порко, раз тот того хочет. Превратить его в кого-то, на кого можно спустить всех собак. И под «собаками» Райнер видит все то, что сделало его таким слабым.

— Силу титана получил, а манерам так и не научился?

Характерный хруст пальцев свидетельствовал о том, что он не прочь и силой помериться с Порко, в случае его. Райнер оценивает Галлиарда взглядом с ног до головы. Понимает, что все же немного погорячился. Но эту машину было уже не остановить.

— В отличие от тебя, мне крутым прикидываться вовсе не нужно.

Издевательский смешок после полетел в оппонента Райнера. Но Марсель явно бы сейчас не хотел, чтобы он так себя вел с его младшим братом. Но старшего Галлиарда здесь нет. Как и никого, кто мог бы сейчас одернуть Райнера и его самого поучить манерам.

Да, Бертольд?

[nick]Reiner Braun[/nick][status]ㅤㅤ[/status][icon]https://i.imgur.com/pO5XjYb.png[/icon]

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » запоминай каждый шрам;