no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » Наша работа как азартная игра с неприлично высокими ставками.


Наша работа как азартная игра с неприлично высокими ставками.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Merlin х Harry Hart
https://i.imgur.com/JdJHm6Z.jpg
Death is inevitable Every dog knows it.

Агенты Кингсман должны обладать целым арсеналом отточенных навыков, незаурядных умений и глубоких знаний, призванных обеспечить успешное выполнение поставленных задач. При том каждый из агентов должен понимать и быть готов к тому, что любое задание, на которое они отправляются, может стать последним. Это осознание не всем дается легко. Но оно приходит. С ним смиряются и принимают. Но, если достаточно долго рисковать своей жизнью, куда страшнее становится перспектива потерять жизнь не свою собственную, а чужую. Особенно, если считаешь себя в ответе за эту жизнь.

+3

2

Манчестер Юнайтед обыграл Манчестер Сити один - ноль по пенальти. Простой факт, который оказалось практически невозможно донести до болтливого американца, чей язык ударялся о зубы, порождая странный акцент, едва ли не быстрее, чем бегали его пальцы по клавиатуре, порождая изящные коды. Что вообще можно было объяснять человеку, на чьей родине футболом называют игру, в которую играют руками…
Так или иначе, уроженец этого геополитического феномена и недоразумения сумел обойти защиту, над которой трудились лучшие умы Великобритании. Такая же защита стояла на технике и основополагающих девайсах и гаджетах агентов Кингсман. Это было неприемлимо. И доказывало правоту Мерлина. Им нужно лучше защищать своих людей, их личности, их жизни, которые они проживают. Человек, особенно в этот век, это не только плоть и кровь, это личность, не только и не столько на бумагах, сколько в цифровых данных. Точка координат, сорящая датами, данными, транзакциями, смердящая информационным полем. И все это, все эти жизненные процессы цифровой тени личности могли превращаться в опасное, едва ли не всемогущее оружие. Именно поэтому цифровой след самого Майкрофта был не просто минимален, он был настолько аскетичен, насколько то позволяло его легальное положение в родном государстве. Соблюдайте кибер-гигиену, дети. Учитесь умывать свои цифровые руки и не сорить информационными отпечатками, как уличная собака блохами. 
Тем не менее, этот американский гений представлял собой весомый аргумент. А еще и потенциального рекрута. Но об этом Хэмиш будет думать позже. Гораздо позже. Может быть, ко времени полуфинала лиги.
Это была рутина, фоновый процесс, один из многих, о которых нельзя было забывать. Ведь все эти заботы имели разрушительный потенциал стать тем самым гвоздем, которого в определенный момент не нашлось в кузнице.
И как на простой, простецкий, самый обычный гвоздь, на эту рутину, эту задачу должного внимания не обращали, что Мерлина злило. Разумеется, эмоции оставались за бортом, особенно на совещаниях. Но черт побери! Об этом “гвозде” не вспомнят до тех пор, пока его не вобьют в крышку еще чьего-нибудь гроба.

Хэмиш рухнул в свое кресло и шумно выдохнул. Вспоминать о Джеймсе было больно. Глупая смерть. Нельзя было так говорить, думать тоже, но, все же. Можно было этого избежать. Как удалось избежать и смерти Харта. Впрочем, здесь свою собственную судьбу определил сам Гарри. Галахаду попросту хватило реакции и сноровки. На этот раз. 
Агент Галахад провел длительное время в коме после инцидента. Мерлину уже успели сообщить ранее о том, что Харт наконец пришел в себя. Эта новость сделала день куда более сносным и легким к преодолению. Тем не менее, Мерлин нашел в себе сдержанность не бежать сломя голову как канадский лось в медблок. Харт был другом Хэмиша, одним из немногих. И именно поэтому Мерлин решил не добавлять соли и прочих специй в первые часы друга после пробуждения. В конце концов, если приспичит поделиться своим богатым внутренним миром с уткой или того хуже, прикроватным кафелем, то лучше подобную щедрость проявлять в уединении. И это только малая толика того, чем может быть скверен выход из комы, если эрудированность Мерлина хоть что-то да стоила. Кроме того, он, в отличии от многих, точно будет знать, когда Харт будет готов худо бедно взаимодействовать с миром. Ведь ему вернут очки, а, значит, Гарри снова окажется в поле зрения Большого Брата, то есть самого Хэмиша.

На часах было пять тридцать вечера, когда Мерлин спустился в медблок. Иронично, что их здравницу закопали так глубоко в системе их подземных “нор”. Но в этом было больше прагматичного смысла, чем неприятного подтекста.
Он вошел в палату Харта без стука. В основном потому только, что в раздвижные двери с достойной  звукоизоляцией стучать глупо вопреки всем манерам.
Ожидаемо, Гарри был там, где ему и предписано было быть, на своей койке. Если бы он пытался прыгать по палате, это было бы уже совсем другой проблемой, куда более сложной, чем восстановление моторики и мышечной массы, которые Харту предстояли.
- Гарри? Как ты, друг? - не очень громко, почти с порога окликнул Харта Мерлин.

+2


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » Наша работа как азартная игра с неприлично высокими ставками.