Эрен Йегер ⋯ Eren Yeager

Shingeki no Kyojin ⋯ Атака титанов

ВОЗРАСТ:

15 / 19

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

Все еще последняя надежда человечества. Или нет? Член разведкорпуса. Или символ и лидер для йегеристов. Обладатель Атакующего титана, титана Молотоборца и Прародителя. Тот, кто обещал уничтожить всех титанов и своей целью загнал себя в кольцо.

https://i.ibb.co/dr1gpPk/2.png

В войне выигрывает земля, в которую нас кладут.

Твоя история

Тело Жана на стену поднимает Конни и в первое мгновение Эрену кажется, что это именно тело — он не реагирует, просто смотрит на то, как друзья сходятся в плотном кольце, замыкая в него Кирштейна. Йегер делает шаг назад и под сапогом крошится мелкий осколок камня. Таких тут много. Тут была настоящая бойня. И кровь на светлых волосах Жана тому прямое подтверждение. Кто-то — кажется, Ханджи, — говорит о том, что Кирштейн спас ее из-под тяжелой ноги Бронированного. Ее оттолкнул, а сам угодил в переплет, выбраться из которого возможным не представлялось.

Эрен к своим годам пережил довольно много потерь. И самой болезненной из всех была первая — когда погибла мама, мир на мгновение прекратил существовать. Потом умирали и другие. Снова и снова люди не возвращался под защиту стен. Некоторых Эрен знал чуть лучше, некоторых хуже. И с каждой смертью ему казалось, что тяжелее не станет; казалось, что сердце в один момент покроется броней и болеть уже не будет.

Будет. И сильно. Эрен делает еще шаг назад и Ханджи вовремя хватает его за руку — еще немного и Йегер слетел бы со стены, прямо на крупные осколки камней, окропленные кровью.

Жан не был лучшим другом. Жан другом не был вообще — в любом случае, Эрен бы никогда не признался тому, что считает его хотя бы приятелем. Куда охотнее приложил бы крепким словом, а то и кулаком. И все же Кирштейн был человеком, с которым он бок о бок прошел через многое. Теперь, видя безжизненное тело Жана, Эрен понимает, как ошибался. И когда Микаса слегка отклоняется в сторону, позволяя Йегеру увидеть тонкую струйку крови на виске Кирштейна, мир останавливает движение снова.

Он решительно шагает в сторону Бертольда, еще не успевшего прийти в себя. Эрен собственноручно вырезал его из тела Колоссального, чтобы доставить разведке врага, способного говорить. Эта цель казалась такой простой и правильной, но теперь заметно меркла на фоне желания причинить боль. И уничтожить — пока еще не всех титанов, нет, но этого обязательно.

— Поднимайся! — Эрен не понимает, что требует невозможного. Бертольд не смог бы подняться на ноги, даже если бы был в сознании. Желая вытащить врага из поверженного титана, Эрен не скупился на удары острым лезвием и не щеголял закономерной солидарностью. Отсекал конечности с легкостью, подгоняемый собственным гневом. Теперь же все эмоции удвоились и отрубленных ног было мало. Хотелось увидеть, как голова полетит вниз. Хотелось, чтобы Райнер увидел, к чему привел своего податливого друга, — Поднимайся, Бертольд!

— Эрен! — не сразу до Йегера доходит, что зовет его Армин. Лучший друг хватает за запястье, пытаясь остановить, и у него получается. И откуда только сила взялась? Эрену кажется, что еще немного, и Арлерт с легкостью вывернет ему сустав. Он уже хочет вскинуть руку, вынуждая Армина отпустить, и снова повернуться к Колоссальному, такому уязвимому сейчас, но Арлерт тверд в своей решимости. Свободной рукой он указывает в сторону Жана и…

И Эрен видит. Видит, как тяжело вздымается грудная клетка Кирштейна, заставляя кровь на губах пузыриться. Это значило, что Жан был еще жив. А еще то, что времени мало — ребра явно сломаны и одно из них пробило легкое. Откуда диагноз появляется в голове, Эрен не знает. Да и думать об этом некогда. Мир снова начинает свое движение и вокруг разом становится слишком шумно. Все говорят, говорят и говорят. Решительно пытаются найти выход, но Йегер видит один — доставить Кирштейна к доктору.

Добраться до которого они, конечно, не успеют, даже если Йегер искусает себя до полусмерти и, превратившись в Атакующего, на руках постарается отнести Жана к месту. Не выйдет.

Думать проще у него не получается. Способность рассуждать словно вылетает из головы, а ей на замену приходят импульсивные эмоции. Потому, когда рядом кто-то — неужели снова Армин? — вспоминает о сыворотке, Эрен реагирует не сразу. Только тогда, когда капитан Леви достает футляр со шприцем, приходит осознание. Единственное спасение для Жана все это время было здесь. И Эрен только что чуть собственными руками не лишил Кирштейна еще тринадцати лет жизни.

Он покорно отступает от Бертольда, все еще пребывающего в бессознательном состоянии. Смерть все равно найдет того и довольно скоро — так пусть хотя бы послужит на пользу для человечества, которое снова подверг опасности. Микаса дергает Эрена за рукав, безмолвно прося держаться за нее. В его баллонах газ закончился давным давно и УПМ не помог бы Йегеру перенестись на соседнюю крышу. Подальше от человека, который в скором времени превратиться в тупоголового титана.

Эрену хочется пошутить о том, что тупее Жану уже не стать, но язык не поворачивается. Он ловит себя на мысли, что слишком рад этому шансу. Понимает, на что сыворотка обрекает Кирштейна, но все равно не может не радоваться.

Капитан делает укол сам, после чего спокойно перелетает на УПМ в безопасную зону. Ничего не происходит минуту. Две. А затем оглушающий грохот заставляет вздрогнуть, несмотря на то, что каждый из присутствующих ждал чего-то подобного. Бертольд тоже приходит в себя. Он приподнимается на локтях и в ужасе смотрит на существо, склонившееся к нему. Эрен будто не дышит, когда слышит крик Гувера. Тот безуспешно молит о помощи и пытается отползти, будто не осознавая, для чего его там оставили.

Никаких знакомых черт Эрен в двухметровом титане не видит, но одно только знание, что за уродливой мордой скрывается Жан, заставляет отвернуться. Смотреть, как кривые пальцы дотрагиваются до Бертольда и, грубо сжимая всей пятерней, тянут ко рту, совершенно не хочется. Крик становится громче и по спине Йегера пробегает холодок. Он чувствует, как хватка Микасы на его руке стала чуть сильнее, словно за его запястье она цеплялась, как за спасательный круг. Почему-то от этого становится чуть легче. Он не слабак.

Здесь неприятно каждому.

Крик Бертольда обрывается резко и не нужно быть гением, чтобы понять причину. Вот только поднимать взгляд Эрен все равно не торопится. Он отсчитывает несколько мгновений, позволяя Жану разобраться со своей «закуской» и вернуться к нормальному состоянию. Как скоро это должно произойти? Что, если он станет Колоссальным и, не сумев совладать с собой, нападет на остальных? Почему-то очевидные вопросы возникают в голове только сейчас и…

— Жан! — надрывный голос Саши почти перекрывает все сторонние звуки. Эрен не успевает додумать мысль. Он резко поднимает взгляд на то место, где совсем недавно лежал Бертольд, но никого не видит. Ни уродливого неразумного титана, ни Жана. Гувера, впрочем, на месте тоже нет. Однако, Саша продолжает кричать и в следующий момент переносит себя с крыши на стену, — Жан! Стой!

Саша подбегает почти к самому краю и смотрит вниз. Эрен все понимает без лишних слов. Пока он играл в святую невинность, не желая видеть закономерного развития событий, произошло что-то, чего никто не учел. Проглотив Бертольда, Жан не остался на месте. Куриный мозг неразумного титана заставил его бежать прочь, наплевав на безопасность и логику.

— Все остаемся на месте, без глупостей, — приказ доносится до Эрена спокойно, вот только смысла его Йегер не понимает. Он сбрасывает руки Микасы и та, не ожидая сопротивления, отпускает его слишком легко. Незаметно для самого себя Эрен оказывается на краю и далеко внизу различает фигуру титана. Того самого, в теле которого пребывал теперь Жан.

И это тупоголовое тело уносит сейчас Кирштейна прочь.

Эрен шагнул вниз до того, как понял, что делает. Для него существовал лишь уносящийся прочь уродец, которого необходимо было догнать и вернуть, пока не произошло нечто непоправимое. Снова. Переживать потерю — все же друга? — снова хотелось меньше всего.

Тело Йегера после боя было слабым. О том, что он может не превратиться и разбиться в мокрую лепешку прямо у подножия стены Мария, Эрен подумал уже в полете. Бездумный, импульсивный и, если удача все же отвернется от него, напрасный поступок Эрен совершил, руководствуясь одними лишь инстинктами.

Он видел цель. Зубы впились в руку. Удача снисходительно встала на его сторону.

На землю, оставляя на ней следы двух огромных ступней и не менее больших ладоней, опускается Атакующий титан. Трясет головой и двигается с места, не слыша ни криков товарищей, оставшихся позади, ни голоса разума. Пока еще неразумный титан Жана, уходящий прочь, становился все меньше, а потому думать некогда.

Эрен бросается следом.

СВЯЗЬ:

tg atmnszpia

ЧТО СЫГРАЛ БЫ?

Приоритет на «Атаку титанов» со всеми возможными аушками; канон ломать я все еще люблю. Так же можно было бы по «Банановой рыбе» поиграть, что-то меня накрыло в последнее время. Ну и Стивен Кинг, куда я без него.