no
up
down
no

Nowhere[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhere[cross] » [no where] » My kingdom for your last breath


My kingdom for your last breath

Сообщений 31 страница 34 из 34

31

Кадгар на самом деле был сильным. Удивительно сильным. Даже не каждый солдат мог бы так стойко перенести подобную рану. Со временем многие привыкают, но первое ранение и правда сродни посвящению: это неумолимый шаг к тому, что впредь всегда будет тебя сопровождать — это глубоко, под кожу, в прямом смысле разрезая её, застревая в костях. Лотар видел новобранцев, что не могли сдержать слёз, Лотар видел страх в чужих глазах, твёрдую решительность и сковывающую панику от осознания того, что всё это — на самом деле. Кадгар отшучиваться, улыбался, точно то могло бы перекрыть боль: Лотар был уверен — ему было больно. Лотару бы было. Адреналин и эмоции могут заглушить её на время, перекрыть, давая обманчивое чувство того, что ничего страшного и не произошло. Но рано или поздно они сходят на нет, услужливо уступая место тому, что вытесняло и тогда она с лихвой пользуется этим, въедаясь, опаляя и выжигая всё, чего коснулось чужое оружие.

Лотар ничего не говорит, молча наблюдает. Но ровно до тех пор, пока король не начинает упираться. Это неожиданно злит. Кадгар не был дураком. И не был закалённым воином. И даже тому, кто прошёл ни одно сражение пришлось бы смириться с тем, что глубокую рану нельзя просто «замазать, забинтовать и забыть» — такие ранения так просто не сходят. А учитывая их нынешнее положение, это был двойной риск. Он хмурится и криво усмехается, когда лекарь бросает на него укоризненный взгляд. Ему, в общем-то, всё равно. Да и если бы он вообще никуда сегодня не ушёл, то этого можно было бы избежать. Но Лотар ушёл, беспечно решив, что ничего не произойдёт за время его отсутствия. Корить себя за это он, конечно же, не будет; убиваться и прокручивать в голове раз за разом: на ошибках учатся и Лотар учтёт этот просчёт. А сейчас нужно было разбираться с последствиями и не оттягивать их. Даже если это каприз короля.

Андуин подходит ближе, опускает ладонь на плечо лекаря и говорит негромкое: «Оставьте нас ненадолго, я с ним поговорю», — на что лекарь лишь что-то бурчит себе под нос, смерив главнокомандующего ещё более недовольным и обвиняющим взглядом. Да-да, простой военноначальник не имеет права распоряжаться им и уж тем более временем короля, как ему заблагорассудится. Но, помня наставление его величества он всё же поднимается и выходится за дверь, ожидая, когда его попросят вернуться и закончить лечение.

Лотар подходит ближе и опускается на одно колено перед королём, заглядывая в глаза. И вдруг улыбается, понимая — тот боится. Это банальный страх, который всё же не чужд ему. Это даже успокаивает: как бы король не пытался казаться сильным — он всё ещё оставался мальчишкой, он всё ещё, как и все они, был тем, кому не чуждо ничто человеческое.

— Мой король, — он говорит мягко, но без снисхождения и уверенно, замолкает ненадолго, задумавшись и протягивает руку, касаясь пальцами чужой щеки; накрывает её и тихо выдыхает, — дела не могут быть важнее вашего здоровья: я буду рядом, здесь, сейчас. Всю ночь. Поэтому настоятельно прошу закончить лечение, не откладывая. Как нет никого равного вам, так и нет никого, кто лучше бы разбирался в медицине, чем наш лекарь, — рефлекторно проводит большим пальцем рядом с уголком губ, коротко погладив и склоняет голову к плечу, — уж поверьте мне: сколько раз он вытаскивал меня с того света? И, знаете, даже мне приходилось пить эту дрянь, — он коротко смеётся и подаётся чуть ближе, — поэтому оставьте это; вы уже доказали всё — вам никогда и не нужно было ничего доказывать.[AVA]http://sh.uploads.ru/V34by.png[/AVA]

+1

32

Лекарь все же покидает помещение по наставлению еще и главнокомандующего. Правда, крайне недовольный, что ему не позволяют выполнять его работу. Что может быть важнее здоровья короля? Это же нелепо! Кадгар на это только улыбается самыми уголками губ и опускает голову, прикрывая глаза и коротко выдыхая в усмешке. Впрочем, быстро становится серьезным, когда видит перед собой Лотара, опустившегося на одно колено. Не похож он был на того, кто собирается сейчас говорить о делах. И это еще более очевидно – когда он кладет руку на щеку Кадгара. Тот аж притихает и дышит совсем слабо. Не только для того, чтобы лишний раз рану не бередить. Просто было в этом жесте что-то близкое и очень простое, даже не смотря на официальное «мой король». Может, это оттого, что Кадгар сам сейчас не ощущал себя королем? Короли ведь не боятся каких-то иголок, в отличии от него. К тому же, он как никогда ощущал себя простым человеком – здесь, перед Андуином. Пожалуй, это самая неформальная обстановка и общение, которые у них когда-либо были.

Кадгар действительно очень доверяет ему.

Ему важно, что скажет Лотар, поэтому он смотрит в его глаза очень внимательно и слушает. Его голос и теплая рука успокаивают. И ещё Кадгар немного расслабляется, потому что… потому что ему не нужно просить Андуина остаться (он бы и не стал, наверное). Ему, конечно, не хочется, чтобы тот его видел в таком состоянии, но так же сильно пугала мысль о том, чтобы остаться наедине с лекарем и его жуткой операцией. Кадгар смотрит на него с благодарностью и кладет руку на его запястье, крепко сжимая. Улыбается и кивает, уже через секунду сводя брови немного к переносице и вздергивая вверх, домиком, изображая сожаление.
- Ладно, но обещай мне, что если я начну плакать – ты никому об этом не расскажешь, - он смеется после этих слов, хотя надеется, что до этого правда не дойдет. Господи, это будет просто ужасно!
Он отрывает взгляд от Лотара лишь через несколько секунд и оборачивается.
- Марианна, - служанка отзывается сразу же, все еще взволнованная, готовая помогать в любом вопросе, - принеси сменную одежду для главнокомандующего, - он вновь смотрит на Лотара и теперь сам вскользь касается пальцами его щеки, шеи, там, где все еще были пятна крови, - тебе бы и самому не мешало отмыться, - он улыбается чуть шире. А после – упирается обеими руками в край лавки, цепляясь за него же, - и позови лекаря, пусть войдет и продолжит свою работу.
Кадгар бросает мельком взгляд на Лотара и дальше опускает его на руку, в пальцах которой все еще держал баночку. Отколупав крышку, он быстро выпил настойку и поставил пустую стеклянку рядом.
- Давай, делай свое благое дело.
- Слава богу, вы одумались! – Кажется, бедный мужик уже отчаялся, пока стоял за дверью, и успел обругать всех, кого не попадя. Кадгар уверен, его он тоже посмел ругать, хоть и в мыслях. Да и ладно – о здоровье своего правителя же заботится, так что пускай себе ругает. Лишь бы яду не подсыпал, хах.
Лекарь снова принялся копаться в своем чемоданчике и доставать еще какие-то баночки, да инструменты. Кадгар было принялся наблюдать за ним, но почувствовал, как кровь снова отличает от лица и становится дурно. Лучше он будет смотреть на Андуина. Хотя через несколько минут это становится довольно проблемно. По телу разливается приятная не то усталость, не то лень – мышцы расслабляются, и ритм сердца становится спокойней. А вод фокусировать взгляд теперь сложнее. И Кадгар моргает пару раз, чтобы прояснить картинку перед глазами и вернуть четкость. Чтобы отвлечься окончательно он решает, что надо говорить и думать о чем-то важном.
- Я немного сомневаюсь в плане. Стоит ли идти на хитрость. Те люди – издержки старого правления, они признают только силу. Возможно, стоит им её показать, чтобы они поняли – со мной придется считаться. Показать им, что их попытки изменить что-то мне не страшны, и что я справлюсь с ними. Показать, что так просто им не удастся занять трон. Точно не таким способом. Но… - Кадгар запинается, сжимает руку в кулак и бьет ею по лавке, поджимая губы и мыча, когда чувствует иглу. Он все еще ее чувствует, и от этого выдыхает резко, рвано, но все еще старается, чтобы это звучало не так жалобно. – Но я не хочу… чтобы мое правление было построено на запугивании, угрозе, силе… я хочу показать людям, что есть другой вариант. Что выживает не сильнейший… Что можно договориться, и не обязательно уничтожать…
Кадгар вновь замолкает и опускает голову – края раны уже слишком раздражены и чувствительны даже к малейшему прикосновенью, что уж говорить об иголке. Кажется, лекарь это понимает и обрабатывает ее быстро еще каким-то средством, от которого становится прохладней. И то ли оно помогло, то ли это опий начал действовать в полную силу, но боль отпускает. Остается лишь неприятное, неестественное ощущение проходящей через плоть нитки. От этого мурашки по коже.

Думать уже становится сложнее, не говоря уж о том, чтобы озвучивать мысли, и Кадгар просто смеется. Почему-то эта ситуация кажется сейчас такой забавной. Или ему просто хорошо, что он сейчас окружен столькими людьми, которым доверяет. И почему-то купальня кажется самым безопасным местом. Он закрывает глаза и ведет головой в сторону, выдыхая. Все сомнения и волнения исчезают как по волшебству.
- Хм… может, поедим? Лотар, ты голоден?
[icon]http://funkyimg.com/i/2m9DX.png[/icon][sign]-[/sign]

Подпись автора

Sure, u can f*ck off.
https://funkyimg.com/i/34dhP.gif https://funkyimg.com/i/34dhQ.gif

+1

33

Лотар тихо выдыхает, когда чувствует, как Кадгар расслабляется, когда чувствует его прикосновение — тепло — улыбается явственнее, наблюдая за тем, как тот сводит брови вместе, приподнимая их.
Боги, это было слишком мило, непозволительно очаровательно — дайте сил сдержаться, не сделать ничего лишнего.
Коротко качает головой, смотрит с нескрываемым теплом, спокойно и уверенно.

— Как пожелаете, мой король. Любой каприз, — серьёзность путается с невольным озорством в голосе: в том было доверие, что нельзя было соизмерить словами, в том было что-то забытое, юношеское,— когда одна тайна на двоих, бережно охраняемая, даже если то обычная проказа, не более.
Лотар не видел ничего зазорного в слезах. Тем более в такой ситуации. Лотар понимал — как это было важно для самого Кадгара. И он бы сам ни за что и никогда не рассказал бы о подобном никому, если бы  что-то подобное всё же произошло. И это уже совершенно эгоистичное и неуместное чувство собственничества, которого на деле и не должно было быть вовсе. Уж точно не по отношению к тому, кто стоит у правления страны.

Но улыбка почти спадает с лица, остаётся лишь тенью на губах, когда он чувствует, как король сам касается его щеки. Легко, почти невесомо проводит пальцами по шее. Не от того, что неприятно — наоборот; нравится — а от того, что не ожидает. Совершенно. Потому что в этот момент — замирает. Прислушивается к собственным ощущениям, стараясь запомнить их: это казалось важным, бесконечно важным. А после удивлённо вскидывает брови и запинается, так ничего и не ответив на то, что и ему бы было неплохо отмыться. Лотар забыл об этом. Лотару и в голову бы не пришло делать это сейчас. И что самое главное — здесь. В купальне короля, когда ...

Он вскользь проводит ладонью по чужой руке, сжимающей бутылёк, прежде чем подняться и отойти в сторону. Молча наблюдает за лекарем, что спешно входит в помещением и, не теряя ни минуты, тут же оказывается рядом с королём, чтобы закончить начатое. Лотар трёт переносицу и благодарит Марианну, когда та приносит сменную одежду, но что-то делать не спешит. С одной стороны это было откровенно говоря неловко, неправильно и чёрт. С другой — то был прямой пусть и не указ, но наставление короля. И не было, если подумать, в том ничего зазорного, но. Лотар всё равно не спешил, лишь озадаченно наблюдал за Кадгаром. И он вновь  не сдерживает улыбки: столь беззащитным и по-домашнему родным сейчас казался король, что Андуин бы сам себя выстегал за подобные мысли.
Он ведёт плечами, разминая затёкшие мышцы, и всё-таки следует наставлению короля — резко стягивает рубаху, глухо хмыкнув, когда Кадгар подаёт голос и одёргивает себя, когда хочет отбросить её в сторону: вместо этого аккуратно [ насколько был вообще способен ] складывает её и кладёт на скамью.

— Вы сами ответили на свой вопрос, — спокойно замечает, опускаясь на скамью и сам, так и не сняв штаны: там ни ран не было, ни обнажённых участков кожи, что могли бы испачкаться в крови, а значит — в том не было острой необходимости. Всё же, даже в такой ситуации стоило сохранять хоть какие-то границы и не позволять себе их переступать, — следуйте своему сердцу, а не равняйтесь на диктатуру других правителей, — Лотар замолкает, набирая в ладони воду, ополаскивает лицо, ладонью проводит по шее и замирает ненадолго, вспоминая прикосновение короля. Дёргает левым уголком губ и, не глядя, принимается оттирать засохшую кровь с кожи, — вы умны и вы можете позволить себе полагаться не только на силу, и именно это делает вас столь достойным и опасным противником, — зачерпывает ещё воды, смывая пот и грязь вместе с оставшимися разводами чужой крови, невольно запоздало морщится: порез на руки разъедает, заставляет напрячься, отнимает привычную подвижность пальцев. Главнокомандующий тихо выдыхает и поднимает на короля взгляд, — никогда не сомневайтесь в себе и помните, что если найдётся глупец, который не захочет идти мирным путём — у вас есть оружие, которое вы всегда можете противопоставить ему для решения вопроса более привычными для дикарей методами, — он глухо усмехается и упирается локтями о колени, сгибаясь и подаваясь ближе, но не своди с Кадгара взгляда. Наверное именно так было правильнее всего: Лотар был именно что оружием в руках короля; его щитом. И Лотара подобный расклад более чем устраивал — не было большей чести, чем быть тем, кто может помочь достигнуть твоему правителю желанных целей, устраняя любые помехи на пути.

Он снова усмехается, но уже более явственно, легко и добродушно, говорит быстрее, чем успевает подумать:

— Я бы выпил.

Ох, чувствует Лотар — не отделаться ему после простыми неодобрительными взглядами лекаря.
Да впрочем: когда подобные вещи его вообще волновали?[AVA]http://sh.uploads.ru/V34by.png[/AVA]

+1

34

«Любой каприз».
Если бы только Кадгара воспитывали иначе… если бы он рос не на книгах, а в боях, в роскоши, в праздности. Если бы он не был столь сдержан от природы и был чуть более раскрепощен. Если бы он больше прислушивался к тому, чего эгоистично хотел сам, не в масштабах страны, а в масштабах одной-единственной комнаты, где он находится… как много нужно «если бы», что бы хотя бы осмелиться подумать о том, чего он хотел бы на самом деле. Он король, он мог бы заполучить всё.
Но ирония в том… что как раз Лотара тогда и не было бы рядом. Лотар бы не восхищался Тем королем и не служил бы Ему так преданно. Даже при других обстоятельствах… между ними все еще была бы та самая несоразмерная пропасть. Лотар бы не присягнул Тому королю на верность. А Этот не смел бы желать вслух того, что желает его сердце в тайне. Жестокая шутка судьбы.
Кажется, эти мимолетные прикосновения – единственное, что у них есть и будет. И единственное, ради чего Кадгар согласен подставляться под меч снова и снова. Непробиваемое спокойствие, самоуверенность, ехидные улыбочки – в этом весь Андуин. За это его ненавидели, завидовали, сплетничали за спиной, колко отзывались. Потому что боялись. Самоуверенность Лотара была оправдана – он лучший из воинов. Он умнее многих. И сообразительней. Что составляло угрозу втройне. Злые толки лишь распаляли его, воодушевляли и раззадоривали. И единственное, из-за чего спокойствие бывалого солдата трещало по швам – те минуты, когда Кадгар оказывался в опасности. Тогда появлялось это заветное «ты». Тогда он переставал быть королем и становился простым человеком, у которого намного больше возможностей и который может делать то, что действительно хочет, а не что должен. В эти минуты Кадгар был самым счастливым человеком.
Но этот остолоп, как назло, слишком быстро возвращался к привычному «Ваше Высочество». И Кадгар снова становился королем. У которого нет «хочу» и есть «обязан». Который должен оправдывать доверие. Король – это не человек, это символ. А символам чуждо все человеческое… даже если они сражаются за саму человечность и мир.

О, но как далеки сейчас от Кадгара все эти убеждения, умные мысли, назойливые цитаты из прочитанных книг. Он весь в другом.
Окончательно теряя интерес к тому, что делает лекарь или другие слуги, Кадгар невольно отрывает взгляд от пола, который сосредоточенно изучал, и смотрит на главнокомандующего. Несомненно, ничего необычного, у них же беседа, они общаются, совершенно естественно при этом смотреть друг на друга. Но сейчас… король окончательно позабыл о ранах. Вроде бы и хорошо, но плохо же… А мысли уже не остановить. Да и сосредоточиться становится все сложнее. И взгляд совсем не кристально чистый, не благородный, но затуманенный опием и болью, от которой так хотел отвлечься.
И Кадгар сам не замечает, когда начинает пристально разглядывать все шрамы на теле главнокомандующего. Они как живая книга – напоминание о прошлом. Далеком и совсем недавнем. Кадгар даже если бы хотел, сейчас не смог вспомнить, какие из них и когда получил Лотар. Но та, что между ребрами, - одна из свежих, после подавления мятежа на севере. За нее Кадгар не раз отчитывал Андуина… или не отчитывал? Он не помнит… но точно не раз хотел его отругать, может, лишь в мыслях. А, может, стоило бы вслух. Но момент ведь упущен, да?
Хочется пошутить, что у Кадгара теперь будет почти похожий шрам, почти на том же месте. Он даже улыбается и произносит опрометчивое: «У нас теперь…», но запинается. Смущается, потому что так признается, что рассматривал…

«Следуйте своему сердцу».

Так просто, так очевидно. Так правильно и естественно…

- Мое сердце в темнице ума, иначе бы мы оба давно об этом пожалели, - не произносит Кадгар. Он не может. Не должен слушать сердце.
И в то же время должен, потому что именно так он хочет управлять страной. Потому что ум и расчетливость никогда не доводили до добра…
- Я бы тоже выпил, - Кадгар закрывает глаза и чувствует, как голова немного кружится. Усталость, потеря кровь, опий или душа, раздираемая на части… он бы не смог сказать, из-за чего именно. Все перемешалось в один ком.
- Я категорически не рекомендую Вам пить вино в таком состоянии, Ваше Величество, - ну, конечно, кто еще может быть достаточно нудным.
- Ты сделал свое дело, можешь идти, спасибо. Вознаграждение получишь за свои хлопоты, - Кадгару удается произнести это таким тоном, что спорить с ним лекарь не стал и, ворча, удалился, - Принесите еды и вина, нам есть, что отметить, - король улыбается, почти смеется и облокачивается на стену позади, упираясь в нее затылком, поворачивает голову к Лотару - Не видел, чтобы ты пировал с остальными, да и мне не до того было. К тому же, появился и новый повод…

Внимание Кадгара утекает и переключается мгновенно, как по щелчку пальцев. Он опускает взгляд на руку Лотара и тянется к ней, не задумываясь, заставляет того раскрыть ладонь, и тогда беспечность уступает место волненнию.
- Я не подумал… прости, слишком рано его отпустил, надо вернуть… - но когда он оборачивается, то понимает, что уже успел всех отослать… служанка, и та ушла за едой и вином, по его же приказу, и ему за это неимоверно стыдно. Лотар жертвует собой ради него каждый раз, а Кадгар даже не удосуживается позаботиться о нем, - так глупо… - он усмехается и суетливо оборачивается, рассматривая, что оставил лекарь – какие-то еще лекарства, мази, бинты, что-то говорил, что надо будет процедуру повторить (но слава богу, без иголок). То, что надо.
Кадгар, как маленький мальчишка, что-то сосредоточенно изучающий, кладет руку Лотара ладонью вверх себе на колени (у того не было шанса отказаться, настолько увлеченно он этим занялся) и принялся аккуратно наносить на порез мазь. Если верить лекарю, то это обеззаразит рану и поможет быстрейшему заживлению. Если уж его этим лечат, значит, штука точно хорошая.
- Тебе стоит быть аккуратней, у тебя и без того слишком много шрамов. Не пойми неправильно, шрамы красят воина, но, может, тебе уже достаточно? Заставляешь своего короля переживать, - Кадгар поднимает голову, отрываясь от своего занятия, и весело улыбается, глядя на Лотара.
[icon]http://funkyimg.com/i/2m9DX.png[/icon][sign]-[/sign]

Подпись автора

Sure, u can f*ck off.
https://funkyimg.com/i/34dhP.gif https://funkyimg.com/i/34dhQ.gif

+1


Вы здесь » Nowhere[cross] » [no where] » My kingdom for your last breath