Пирс Ниванс ⋯ Piers Nivans

Resident Evil ⋯ Обитель Зла 

ВОЗРАСТ:

26 лет

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

оперативник североамериканского отделения АПБТ и первый помощник капитана Рэдфилда в прошлом; сгусток ПСТР и загонов в настоящем; вольный охотник на БОО в будущем

https://i.imgur.com/CFpd1Ks.png

You're dealing with pros here.

Твоя история

[indent]Говорят, что окружение накладывает свой отпечаток на то, кем становится человек, и, собственно, каким он становится. Что же, если вы психолог и вам нужен материал для подтверждения этого предположения в рамках защиты какой-нибудь никому не нужной в будущем диссертации, диплом о наличие которой Вы в лучшем случае повесите на стенку, а в худшем — поставите на него пиво на вечеринке в честь этой самой защиты, то Пирс Нивенс — Ваш лучший выбор, словно бы сошедший со страниц учебника по психологии личности.
[indent]Хотя, прежде чем пользоваться предоставленным выше советом, советуем Вам как следует подумать — а так ли Вам нужен этот диплом.

[indent]Так вот, о чем это речь.
[indent]Пирс - а для незнакомых лучше всего лейтенант Ниванс — потомственный военный со всеми вытекающими из этого последствиями: в детстве — зарядка по утрам под строгим наблюдением отца вместе "ну мам, еще пять минуточек" в кровати; в школе залипание в дэнди с друзьями было совсем не основной внешкольной деятельность — спортивные секции в семейном списке ценностей стояли на пару десятков ступеней выше; про то, что с жизнью стало твориться после школы, вообще без содрогания не сможет слушать никто, кто не служил в армии. И тем не менее, Пирсу нравится его жизнь, потому что... ну, потому что есть такой тип людей, который рождены, чтобы стать военными. Ниванс вот, как и вся его родня по отцовской линии вплоть до пра-пра-пра-пра(еще много пра—)деда, воевавшего еще, кажется, на стороне либералов и революционеров во время Войны за независимость в Штатах в 1775 году (историю в их семье, кстати, всегда знали также хорошо, как военный устав и устройство как минимум пяти видов оружия), были как раз из такой породы — с маленьким упертым солдатиком на плече, вышвырнувшим оттуда и ангела, и демона.

[indent]Но вообще-то, у Пирса на самом деле, нормальная жизнь. Ну, была до АПБТ. Однако об этом позже. Настолько позже, что, кажется, уже в другой жизни.
[indent]Так вот, о нормальности. Ниванс (тогда еще не лейтенант) никогда не чувствовал себя ущемленным в том, что называлось у военных "внеслужебным общением". У него всегда были друзья, была компания, в которой он, в общем-то, по праву считался душой: ответственный, надежный и внимательный, Пирс нравился людям и, в принцип, отвечал им взаимностью. Хотя чего удивляться? Лучше всего людей чувствуют животные, а уж они-то в парне всегда души не чаяли, начиная семейным ретривером Лаки и заканчивая живущим в конце улочки, сплошь состоящей из американских мечт за белыми заборами, выводком кошек мисс Норрис.
[indent]Звучит как сказка, да?
[indent]Впрочем, самому Пирсу довольно рано объяснили, что сказки — всего лишь неправда, и за ними всегда скрывается довольно нелицеприятная истина.
[indent]Так вот, все положительные черты, вроде отзывчивости, усердия, целеустремленности, просто превышающего любые разумные пределы чувства справедливости и верности друзьям/стране/службе/собаке/маме/мотоциклу/нужное_подчеркнуть неплохо компенсировали тот факт, что Ниванс, вообще-то, совсем не ангел, а скорее наоборот. Совсем наоборот. Он сложный для тех, кто его не знает, он может быть, казалось бы без причины, агрессивным, когда ситуация выходит из-под его контроля; Пирс вспыльчив, и скорее напоминает Везувий, который спит и не обращает никакого внимания на суету вокруг, а потом, стоит лишь плите земной коры неудачно пошевелиться, взрывается потоками лавы и каменными глыбами.
[indent]Конечно, с таким характером в армии было сложно. Но легких путей Пирс не искал примерно с того момента, как научился хоть как-то передвигаться в пространстве между колыбелькой и дверью из детской.
[indent]Конечно, сложности нужно было стойко, как полагается доблестному солдату, преодолевать. Тем более, что нельзя подвести семью - ответственность за имидж отца-военного и гордости семьи старшего брата была в Нивансе также сильна, как простое солдатское упрямство, впитываемое, наверно, с рождения.

[indent]Конечно, Пирс справлялся со всем идеально. В военной службе ему, пожалуй, не было равных, по крайней мере в их выпуске.
[indent]Выпуске, как выяснилось, кабинетных крыс.

[indent]Осознание того, для чего он прошел огонь, воду, надрывный ор командира в четыре утра на подъем и грязные траншеи под колючей проволокой, пришло к Нивансу слишком поздно. Он еще надеялся, что простой икеевский стол с кучей бумаг на нем — это перевалочный пункт, это так, заминка в его будущей блестящей, как у брата (только без лишней качки), карьеры; он с надеждой смотрел на отряды, покидающие базу для полевых операций, как сидящий в вольере орел в зоопарке смотрит на летающих мимо голубей. Честно? Пирс бы душу продал дьяволу, в которого не верит, лишь бы удалось доказать, что он стоит чего-то в боевых условиях, а не как тестировщик стула на прочность. К сожалению, по мнению вышестоящего командования, лучший снайпер выпуска годился только для того, чтобы зорко высматривать опечатки в штабных документах.
[indent]Однако, спасение, хоть и заставило себя ждать, но все же прибыло. И это, как ни странно, был совсем не дьявол.
[indent]Просто легенда.
[indent]Крис Рэдфилд.

[indent]Ну и, в общем-то, завертелось.

[indent]К новому привыкать сложно, но одна из основополагающих заповедей солдата (а еще бойскаута) — "умей приспосабливаться". Пирс с его цепким умом, острым (во всех смыслах) взглядом, тяжелой рукой и хорошо поставленным командным голосом, умел делать это как никто другой. Ниванс все схватывал на лету, ловил каждое слово капитана Рэдфилда, беспрекословно исполнял приказы и вообще всячески доказывал, что родился в пеленках цвета хакки с защитным принтом, и просто призван для службы, даже если служба эта подразумевает уже не совсем привычного противника. Впрочем, БОО умирает также хорошо (если знать, куда стрелять), следовательно, основные принципы войны никто не отменял.
[indent]Но Пирс старался не для того, чтобы выслужиться, не для звания, не для почетной медали (зачем, если он и так знает, что как минимум лучший снайпер и водитель в АПБТ?). Нет, он лез из кожи вон, отдавался службе целиком лишь потому, что знал — здесь это оценят; здесь, в АПБТ, под руководством Криса Рэдфилда важны люди, а не цифры на бумажках; здесь у него вторая семья, друзья, призвание. Здесь Пирс Ниванс был на своем месте, и ничто не могло переубедить его.
[indent]Спасибо, господи, за то, что военные не отличаются в своем упрямстве и принципах (читай как твердолобости) от баранов перед новыми воротами.

[indent]Воевал Пирс, правда, не долго. Он видел в своем будущем долгую военную службу, года пользы, принесенной людям и своей стране, но у судьбы на немного сурового, но в общем-то не самого плохого по всем корпусе АПБТ, парня были свои планы. Планы, мягко говоря, хреновые — Нивансу не было суждено спокойно (насколько может быть спокойной служба в горячих точках) дослужить его положенные по Конституции Штатов года, потому что в его уже ставшую довольно привычной жизнь огромной стамеской каменщика втемяшился, мать его, Китай, Нео-Амбрелла, наследие (не поверите, но в самом прямом смысле этого слова) Вескера и еще какая-то шпионско-правительственная муть. А припечатала весь этот торт вишенка под названием Хаос.

[indent]Бравая служба лейтенанта Пирса Ниванса закончилась на подводной базе Нео-Амбреллы, оставшись там вместе с его правой рукой.

[indent]Можете себе представить, что с ним происходило?
[indent]Пирс никогда не видел себя без дела, тем более без дела, которое считал своим  п р и з в а н и е м, так что вынужденное бездействие подкосило его хлеще, чем потеря боеспособности; и то, и другое, камнем давили на запертого в четырех стенах палаты солдата (а солдата ли уже? — задавался он вопросом), но со временем рука заменилась протезом, Крис обещал любую помощь по возвращению в строй, а вот... а вот вышестоящее командование не торопилось разделять надежды капитана Рэдфилда.
[indent]И Пирс остается наедине со своими демонами, о существовании которых парень и не подозревал вовсе до тех пор, пока не остался в тишине небольшой квартирки в Нью-Йорке один. казалось бы, отдохни от войны, глубоко вдохни, вспомни, что такое жизнь свободного человека, а не сон-еда-дыхание по уставу, но...
[indent]Верно же говорят, что можно забрать человека из армии, но нельзя забрать армию из человека.


[indent]У Пирса внутри клокочет ярость напополам со страхом, мысли путаются, но он жмет на спусковой крючок машинально, по инерции, так, как его учили, и даже не ощущает отдачи, бьющей прикладом в плечо. У Пирса перед глазами красная пелена, мышцы ноют, а сломанные кости острой болью вгрызаются в сознание, пытаясь отвлечь его, лишить концентрации, сделать слабым, но он упорно делает шаг за шагом, словно тело не горит огнем. У Пирса мелко трясутся пальцы, которыми он сжимает ворот чужой формы, норовят соскользнуть, отпустить, оставить тяжелое тело, безвольным мешком костей с запредельным весом тянущее его вниз, назад, туда, где ждет смерть, потери и хаос, но он не сдается, потому что такого слова в его словаре попросту не существует.
[indent]У Пирса, вообще-то, и в голове — хаос, но он не позволяет себе думать об этом, не позволяет допустить мысль о слабости, не позволяет себе даже предположить, что он — не сможет.
[indent]Он сможет, потому что у него нет другого выхода. Он сможет, потому что по-другому его не научили. Он сможет, потому что капитан на него рассчитывает. Он сможет, и не важно, чего ему самому это будет стоить.

[indent]— ...ль...а... — помехи в рации тонут в реве бешено рвущихся вперед нападов, но Пирсу не нужно слушать, чтобы понять, — Групп...Аль...а, мы на т...ке встре... — снова шум, снова голос теряется в кваканье, рожденном толстыми древними стенами, глушилками и еще черти пойми чем, о чем Пирс даже не хотел бы знать, — Как с...шно, пр...м!

[indent]Ответить у Пирса нет ни сил, ни воздуха, и из горла вырывается лишь хрип пополам со стоном то ли боли, то ли ненависти. Рот заполняет медный привкус крови, он кашляет и, тяжело втянув воздух в словно дырявые легкие, снова рычит в рацию, снова кашляет. Ему кажется, что чем больше шагов, тем более чужим для него становится тело. Ему кажется, что, если подумать, это нихрена не кажется, с этими-то сегодняшними приключениями.
[indent]Крепче стискивая пальцы на пропитанной кровью и потом ткани, Пирс, стараясь отвлечься, думает о том, покроет ли военная медицинская страховка все его сломанные кости, разорванные сухожилья, порванные мышцы и, возможно, вынужденные походы к психиатру.
[indent]Выдыхая, выставляя режим огня на одиночный, чтобы сберечь утекающие, как песок, патроны, звонко бьющиеся отстрелянными гильзами о стены и пол, выщербленные временем, Пирс думает, что, в общем-то, главное, чтобы страховка покрыла все это для капитана. Покрыла, потому что, черт возьми, Крис Рэдфилд нужен этому миру, и не только потому, что тот катится в Ад со скоростью спущенной с горы горящей бочки.
[indent]Нет, Крис Рэдфилд нужен этому миру, потому что никто лучше него не знает цену той победе, которую они в этой богом забытой Эдонии пытались одержать. А только зная цену можно справедливо по ней заплатить.
[indent]Крис, мать его, Рэдфилд, единственный, кому Пирс доверил бы свою жизнь. Единственный, за кем бы он пошел. Единственный, чьим суждениям он бы поверил. Единственный, чьи приказы бы он не оспорил.
[indent]И черта с два он даст ему сдохнуть в этой дыре.

[indent]Неожиданно удушливая темнота коридора сменяется ледяным воздухом, режущим легкие также, как свет, заливший все вокруг. Откуда-то спереди, совсем близко, раздается тяжелое дыхание, каким выдыхали на Пирса в детстве быки с ранчо Прэстона, куда его порой возил отец, когда они со старшим Прэстоном выбирались на охоту, если бы эти быки были бешеной мутировавшей тварью весом в тонну. Пирс шарахается, позволяя телу и инстинктам решать за него, спотыкается, катится прочь, но пальцев на вороте формы не разжимает, увлекая Криса за собой.
[indent]Тело прошибает болью. Голова — раскалывается, как после университетской вечеринки, удавшейся на славу. Руки — немеют.
[indent]А потом воздух вокруг него прошивают пули, крик, поставленным голосом разносящий в воздухе команду прикрывать, и резкий металлический запах, такой, как если бы на железную пластину вылили царскую водку вперемешку с дерьмом. Где-то на периферии сознания слышен животный вопль, где-то его подхватывают руки, где-то зовут медика, а где-то сквозь облака пробивается тусклое, бледное солнце этой пародии на страну.

[indent]Последнее, о чем он думает — во что бы то ни стало, он должен был спасти Крису Рэдфилду жизнь. Он должен защитить его. Потому что Крис — важен. Не только для него и не только для бойцов АПБТ.
[indent]Он был иконой и, черт возьми, важен был для всего мира.

СВЯЗЬ:

ЛС, тг по требованию

ЧТО СЫГРАЛ БЫ?

watch_dogs2 [wrench], assassin's creed [shay, jacob, malik, connor], god of war [atreus], code geass [suzaku], 19 days [he, mo], marvel [wolverine, peter parker], dc (batman, red hood, nightwing, flash, constantine), persona 5 [protagonist] и вообще много чего другого