no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » воском плавится


воском плавится

Сообщений 31 страница 36 из 36

1

Lydia Martin х Stiles Stilinski
https://i.imgur.com/SN0QYkt.gif https://i.imgur.com/i15TgoE.png https://i.imgur.com/i15TgoE.png https://i.imgur.com/yLD5TA1.gif

м о е   с е р д ц е   с к а л и т с я,
в о с к о м   п л а в и т с я   б о л ь.
потушить нелегко эти сны.

[icon]https://i.imgur.com/D8CTuUd.gif[/icon]

Отредактировано Stiles Stilinski (2021-06-21 16:10:10)

+3

31

Стайлз слегка завис, смотря на Лидию во время выдаваемой ею тирады, что для него в принципе было большой редкостью. Но некоторое количество алкоголя, выпитое за вечер, и излишне расслабленное состояние как откат после стрессовой ситуации с родителями сыграли свою роль в том, что ему понадобилось две-три секунды на перезагрузку и чтобы захлопнуть приоткрытый в удивлении рот. Фраза была длинной, сложной, поэтому ответил на нее как нельзя коротко.
- Но это так не работает! - он выдал после паузы, наконец собрав слова вместе и даже связно. И немного погодя добавил, - Если бы это так работало, здесь бы устраивались собрания масонов или... Лига Убийц, Суд Сов... Богемская роща, в конце концов! - навскидку перечислил.
С масонами все было понятно, теории заговоров по своей фантастичности шли где-то рядом с Призрачными Всадниками, и именно по этой причине Стайлз готов был поверить и в них тоже, довольно глубоко в мыслях допуская, что чем черт не шутит. Богемская роща - из того же сценария, но она хотя бы существует на самом деле, представляя собой сборище сильных мира сего, решающих разные важные вопросы в костюмах, напоминающих каких-нибудь жнецов смерти, вокруг статуи огромной бетонной совы. Про Лигу Убийц, которой управлял бы Рас аль Гул, сложно сказать что-то конкретное, как и про Суд Сов, раз уж они совсем не посреди Готэма, но, знаете, тоже можно допустить. Он слегка погорячился, перечисляя, и не задумался ни разу, что большинство этих названий для Лидии не имеют никакого смыслового значения. Разве что наверняка про масонов она что-то слышала, как и любой среднестатистический гражданин США. По крайней мере, 99% из них.
- Давай сначала ты выяснишь, есть ли связь между генетикой и проницательностью из-за наличия копов в родословном древе или тех, кто просто держал дома детективы, а потом мы поговорим насчет того, насколько это поразительно. У тебя же практика намечается в лаборатории, будем чем заняться, - Стайлз с легким прищуром парировал, хотя и парировать было нечего. Просто зацепился, еще не отойдя от того, что Лидия могла иметь что-то против его десятилетнего плана, обреченного на успех, - Вот именно, что не получилось бы. Все было спланировано в мельчайших деталях, - нет, ни разу, учитывая, как приходилось лавировать в свете новых, существенно усложняющих жизнь обстоятельств. Но теперь это не имело никакого значения.

Было дико сложно все те пять неимоверно долгих минут, пока был в душе, не проверять телефон. Это требовало каких-то диких, невозможных усилий, самое настоящее испытание воли как оно есть. Обмотавшись полотенцем, Стайлз сразу пролистал сообщения до конца. Пришло некоторое разочарование, что на сегодня их переписка была закончена, но все вопросы отпадали, стоило посмотреть на часы, да и последнее сообщение перебивало напрочь все лишнее - после него от разочарования не оставалось и следа.
От того, что Лидия уже наверняка спала и не ответила бы ему сразу, прочитав, было немного спокойнее. Хотя бы не дергало от волнения. Дождь за окном усилился, теперь наверняка напоминая то, что было за сотни миль отсюда пару часов назад. Погода синхронизировалась, как если бы они находились рядом. Он сел на кровать, перелистывая сообщения и думая, нужно ли отвечать на все. Снова усилилась мысль, что с куда большим удовольствием оказался бы сейчас рядом, отвечая голосом, а не текстом. Три недели без Лидии в подвешенном состоянии, сколько в итоге займет то время, которое она просила дать, - это тянулось очень долго, как бы ни пытался себя занимать на протяжении всех прошедших дней. А теперь, когда они наконец оказались позади, будто бы пролетели как один миг, оставив после себя ту тяжесть, которую совсем не хотелось больше повторять. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Спасибо, ему хватило.
- "Спокойной ночи. До завтра!" - Стайлз коротко пишет и отправляет. Он бы в жизни не додумался до переписки. Или продолжил бы ждать, сгорая от бездействия, или приехал бы к ней сам. А эти сообщения - лучший вариант, как оказалось. Постепенный. Даже если не совсем с ним согласен, но раз уж ждал три недели, то придется подождать еще немного. Пусть у них хоть что-то будет. Можно сделать вид, что это просто очередная ступенька, которую надо преодолеть, и поэтому обязательно напишет ей утром. И каждый день будет писать, пока они не увидятся. Что-то подсказывало, что в один прекрасный день у него просто окончательно иссякнет терпение. Дает себе срок в дней пять, поездка в Бейкон Хиллс просто слегка отсрочит этот момент.

- Мы можем открыть все три! Это не значит, что мы выпьем каждую, - он громко отзывается, уже будучи на кухне. Никто бы, конечно, не подумал, что они в состоянии выпить три бутылки вина, и даже две, возможно, будет более чем достаточно с небольшим перебором на сегодня. Но совершить варварский набег на коллекцию - почему нет? Это будет небольшой расплатой. Что придумать для отца, какой подарок оставить ему в честь объявленной новости, еще предстояло подумать, но что-то обязательно ему тоже достанется. С открыткой "спасибо за потраченные нервы, счастья нашей семье и еще больше любви. Скоро вернемся с внуками!", или вроде того.
Кстати, об этом. В тусклом свете керосиновой лампы Стайлз выудил кое-что из одного ящика, замеченное им ранее во время приготовления ужина, и спрятал в кармане халата. Немного позже ему это пригодится, осталось не упустить нужный момент.
Лидия ему не простит. Вот это точно не простит. Или придется потом расплачиваться уже гораздо большей ценой.
- Мне нужно бояться подвала? Вы там среди бутылок вина скелеты семейства Мартин храните? Прячете всех тех мужчин, которые разбивали сердца вашим женщинам? Тогда мне, похоже, и правда лучше остаться здесь, - он хмыкнул, не допуская ни на секунду мысль, что Лидия пойдет туда одна. С лампой в руках три бутылки она точно не донесет, да и вообще ходить одной в темноте не самая хорошая идея. Хотя после ее вопроса Стайлз задумался о своей уверенности, точно ли ему надо идти, а то вдруг его шуточное предположение не так далеко от истины. Он прихватил с собой лампу, больше крутя ею по сторонам, чем освещая дорогу, пока шел вслед за Лидией.
Ему не стоило даже надеяться, что она просто так отпустит тему об их отношениях и всем сопутствующем. Когда все относительно выровнялось, пропал какой-либо интерес к обсуждению всех моментов, что до сих пор оставались между ними. Окей, прощать его - это решение Лидии, в которое Стайлз мало верил и вообще не хотел думать, куда-нибудь задвинув подальше и стараясь, чтобы это не слишком мешало прямо сейчас их общению. Но говорить об этом - нет, только не это. Хорошо, что ей не было видно, как он закатывает глаза.
- Ты же понимаешь, что если кто-то уводит разговор в сторону, то это значит, что не хочет продолжать говорить о том, о чем не хочет говорить? - он отвечает в тон Лидии с небольшой нервозностью. Так, чуть-чуть, совсем немного, почти даже не психует. И тут же выдыхает. Надо поправить ситуацию, а то опять поругаются, - Как насчет попробовать вино? Что ты скажешь об этом? - Стайлз подносит лампу к одной из полок и рандомно тыкает пальцем в какую-то бутылку.
Ему не особо что-то говорят названия, сорта, места происхождения. Вроде бы слышал, что чем старше вино, тем оно лучше - или, как минимум, дороже. В этом плане он целиком и полностью планировал довериться Лидии, не собираясь хватать что-то с полок и делать вид, будто разбирается. Он обвел лампой помещение, осматриваясь.
- Если она будет в ярости, то я полностью поддерживаю твой выбор. Я уже час думаю, как довести до ярости отца, чтобы им обоим было весело, - не час, но небольшое преувеличение не навредит, - Но так, чтобы без членовредительства. Мелкая, неприятная пакость, которую можно будет исправить, хорошенько помучавшись предварительно. Может, заказать за его счет пару десятков цыплят с ближайшие птицефабрики доставкой на дом? - он начал рассуждать вслух, забирая у Лидии одну из бутылок вина, и направился вслед за ней к выходу из подвала. Приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться на половине пути. Хотелось все-таки не разбить вино, а распить его.
Все-таки надо было что-то сказать. Ему показалось, что ответ Лидии не очень понравился. Какое-то напряжение ощущалось, или его не было, а вступила в игру паранойя, но все равно. Сначала, конечно, пришлось дойти до кухни, ставя на стол лампу и взявшись за штопор.
- Дай мне бокалы, - он попросил, пока не принялся открывать вино и спустя минуту уже разливал его, поставив бутылку рядом. Молча напиваться не входило в его планы. Зато входило проигнорировать ту тему, которую Лидия снова пыталась поднять, потому что знал, что если они не поговорят об этом сегодня и сейчас, то потом вряд ли удастся к ней вернуться позже. Скорее всего, они бы замолчали, и это было бы идеальным вариантом, но что-то подсказывало, что только для него, а не для их начинающих медленно восстанавливаться отношений. Как бы то ни было... - Извини, что я тебе так ответил, - Стайлз щелкнул по ножке своего бокала, отозвавшегося тихим звоном, - Да, я не хочу об этом говорить, но ты хочешь, и поэтому придется найти компромисс, - он облокотился на стол, толкая бокал вперед перед собой, отчего вино подкатилось к краям, но не выплеснулось. Подразумевая, что будет страдать ерундой, пока что-то попытается сказать, он предусмотрительно налил себе немного, - Я вижу своей вины ровно столько, сколько есть. Ты меня не переубедишь в любом случае, и твое отношение никак не повлияет на это. Я рад, если ты действительно меня простила, - он делает акцент на этом "если", хотя, на самом деле, никакой радости не ощущал даже близко, и, наверное, постное выражение лица на этих словах выдавало. Ну, не мог он принять это ее прощение, никак не получалось. Желание быть с ней все равно отдавало чистым эгоизмом, даже близко не стоящим рядом с радостью от прощения, - Но это ничего не меняет, потому что я не знаю, как все будет дальше. Только не перебивай меня, пожалуйста, иначе я никогда не смогу это договорить, - Стайлз решительно опрокидывает в себя ту пару глотков, которые налил немногим ранее, чтобы дальше катать пустой бокал от одной ладони к другой с шершавым звуком, скребущим по столу. Он мысленно вернулся к тому разговору, когда приехал к Лидии посреди ночи, прося ее о помощи в попытке воззвать к ней, чтобы она услышала его, а не думала, как бы от него избавиться, - Окей, я бы ни за что не смог еще раз сказать это на трезвую голову, но я должен повторить это, наверное, когда все уже не так напряженно, как в тот раз, спустя всего несколько дней... Сколько тогда прошло? Я думал, что потерял тебя, не мог дозвониться и решил приехать, - кажется, он решил поставить себе целью выпить открытую бутылку раньше, чем ей стоило заканчиваться, потому что налил еще немного, тут же выпивая. Ладно, немного позже вспомнит, что вино не пьют так же, как виски - то есть, залпом. Мысли начинали немного путаться, или еще не заканчивали, - Я по-прежнему считаю, что не справлюсь без тебя, хотя и нелегко это было признать, знаешь, после того как... Ну, после того как мы расстались, потому что я не хотел тебя втягивать, и вот куда нас это завело. Но ты должна знать, что это ни к чему тебя не обязывает. Ровным счетом ни к чему. Я не собираюсь заставлять тебя быть со мной, потому что иначе у меня что-то там будет не в порядке. Ты не должна чувствовать себя обязанной, и это именно то, что я пытаюсь тебе сказать. Вот, я сказал, - выпалив практически на одном дыхании, Стайлз наливает еще вина и поднимает бокал, - Все, теперь я точно сказал все, что хотел. Хотя не знаю, точно ли это я хотел сказать или что-то другое, но я сказал, - и на этих словах снова осушает бокал. Вот теперь да, перестает пить залпом, скорость пора снизить. И даже можно сесть, а не стоять и дальше возле стола.

- Мы не попадем в аварию, если ты мне расскажешь, что такого интересного в твоем телефоне, - отец все же решил не сдаваться, к глубокому разочарованию Стайлза, который яростно засопел в ответ, потому что ровно в этот момент раздался звук пришедшего сообщения, а за ним еще один, и он как будто откатился назад в подростковый возраст, когда отец, как любой порядочный родитель, мог вмешаться в личную жизнь каким-то не особо аккуратным вопросом и не вовремя.
- Господи, пап! Вот, смотри, - он открыл рекламную рассылку и демонстративно помахал перед его лицом, так быстро, чтобы тот ничего не успел прочитать, - Все? Посмотрел? Допрос закончился? Мы можем ехать дальше?
Стайлз постарался погасить все свое вселенское возмущение перед тем, как набирать сообщения в ответ Лидии, потому что там было на что ответить.
- "Суббота... Дай мне проверить свое расписание." - и тут же отправляет следующее, - "Да, суббота отлично подходит, я немного расчистил дела, отменил пару встреч и готов освободить время." - он попытался немного убрать лишнюю серьезность, хотя предмет их будущего разговора совсем к этому не располагал. И вряд ли это будет похоже на свидание. Суббота подходила идеально, Стайлз точно к тому времени успеет вернуться из Бейкон Хиллс и даже не отказался бы совсем встретиться еще раньше, но лучше не рисковать - мало ли, что там у отца случилось и о чем он так сосредоточенно умалчивает, - "История типичная. Стив встречался с девчонкой, которая очень увлекалась всякими походами. Это важно, учитывая, что он не мог никогда развести огонь без спичек, а лучше только зажигалкой. И при этом он сказал ей, что обожает вылазки на природу, каждый месяц куда-то выбирается, начиная с трех лет, и закупился кучей барахла, от которого до сих пор не может избавиться. Все как обычно. Ты не обращала внимание на хлам в углу? Вот это все оттуда тянется. Там еще на десяток историй наберется."

[icon]https://i.imgur.com/D8CTuUd.gif[/icon]

+1

32

[indent] Я видела по лицу Стайлза, что своей речью мне удалось его немного загрузить и от возникшего на его лице выражения, едва сдерживалась, чтобы не засмеяться. - Вообще-то именно так это и работает! – восклицаю в ответ, взмахнув рукой. Я даже не заметила, как между нами завязался какой-то несерьезный шуточный спор на выдуманную тему о волшебных свойствах домика у озера. Если бы они у него были. – А что если здесь устраиваются эти собрания? Несмотря на то, что я понятия не имею что такое Лига Убийц и Суд Сов, - фыркаю, мотая головой. Я на самом деле не знала, что это такое, но предполагала происхождение этих двух названий неизвестных мне клубов или сообществ откуда-то из сферы кинематографа или, возможно, литературных вымышленных Вселенных. Просто потому что прекрасно знала о давнем пристрастии Стайлза интересоваться подобным. В этом мы с ним были абсолютно разные, он мог увлечься какой-нибудь серией фильмов до такой степени, чтобы выучить все подробности и мелкие детали, а потом использовать их в разговоре, предмет которого мог даже никак не пересекаться с упомянутой темой. Я же наоборот – относилась абсолютно равнодушно к медиафраншизам, поэтому часто не совсем могла понять, о чем речь. Как, например, сейчас. Хотя смысл уловить удалось, потому что мне были известны другие упомянутые названия. – Могу предположить, исходя из известных мне значений «масонов» и «Богемской рощи», что это тоже какие-то тайные сообщества, которые перестанут быть тайными, если кто-то вроде нас узнает, где они проводят свои собрания и что они там делают. – парирую в ответ, поражаясь, каким образом мы вообще пришли к обсуждению чего-то такого, как Богемская роща или масоны. Все это граничило с темами теорий заговоров, возможных жертвоприношений и обсуждений того, насколько аморально могут позволить себе развлекаться высшие слои общества, считая себя богами. Не то чтобы это была не увлекательная тема для разговора, который мог бы сейчас завязаться и длиться продолжительное количество времени, учитывая распитие при этом всем вина, как генератора безумных теорий, подогревающего интерес, но так ли стоило провести нашу первую встречу, спустя три недели молчания? Что-то мне подсказывало – нет, не так. И не стоит допускать соскальзывание разговора в эту степь, чтобы не забыться в рассуждениях о том, о чем не так уж было важно говорить. – В любом случае, я больше не настаиваю на раскрытии той правды о Призрачных Всадниках, которую ты скрываешь. Пусть это останется тайной, даже если являлось частью твоего безумного плана, который действительно сработал. – с улыбкой заключаю, поймав себя на мысли, что стала слишком много говорить. Видимо, вино добралось до той части мозга, которая отвечает за формулировку и преобразовывание мыслей в речь, проталкивая поток к зоне Брока.
- Давай, но для более точно результата мне понадобится образец твоей ДНК, мистера Стилински и твоего троюродного дядюшки, у которого была коллекция детективов. – с полной серьезностью заявляю, смотря Стайлзу в глаза. – Иначе исследование не удастся. – пожимаю плечами и усмехаюсь на его дальнейшей фразе, оставляя ее без ответа. Ну, конечно, все было спланировано до мелочей, никто и не сомневается в этом.

Мои брови ползут вверх, когда читаю первое сообщение, пришедшее от Стайлза, а за ним и следующее. Секунду раздумываю, медленно пережевывая яичницу, и запиваю глотком ароматного кофе. – «Пару встреч? Надеюсь, они были недостаточно важными?» - предполагаю, что не было никаких встреч и дел, но Стайлз не был бы Стайлзом, если бы не ответил что-то вроде этого. – «Но ты можешь предложить любой  другой более свободный день, начиная со среды.» - направляю вслед как бы на всякий случай. – «Нужно еще решить, где именно мы встретимся. Наверное, мне приехать будет удобнее? Я на машине.» - пару минут раздумываю над сообщением, набранным в поле для набора текста и не тороплюсь нажимать кнопку «отправить». Ехать к Стайлзу в общежитие было мало желания, если честно. К тому же, там, скорее всего будет Стив или не будет, но может прийти в любую минуту, потому что тоже там живет. А нам бы не мешало обсудить Кэтрин, Ника и все с ними связанное наедине. Было бы куда удобнее, если бы парень приехал сюда, да вот только стоит учитывать, что он полностью зависим от расписания общественного транспорта, тогда как я на машине и уехать могу в любое время. Идеально было бы встретиться где-то вне стен квартиры или комнаты, да вот только в общественном месте сильно не обсудишь подобные темы, значит… Значит выбор не велик. Вздохнув, направляю ему набранное сообщение и читаю следующее, оказавшееся самым длинным за последние три дня переписки. История о Стиве. – «Я даже не удивлена. И что в итоге? Он сходил с той девушкой в поход?» - качаю головой, даже не успевая удивляться соседу Стайлза. – «И да, ту кучу я видела. Всегда думала, что он страдает диспозофобией, приправленной клептоманией и :D А дело, оказывается, в девушках.» - усмехаюсь, отправляя последнее сообщение и отложив телефон, возвращаясь к завтраку.

[indent] - Вообще-то это женщины Мартин всегда разбивали сердца мужчинам. – проговариваю с напускной серьезностью, слегка склонив голову набок. – Так что, скорее трупы неугодных нам мужчин. И прятать их среди бутылок дорого вина – это кощунство. Поэтому мы прячем их в другом месте, о котором мне нельзя рассказывать, иначе придется тебя убить. – был бы в руках фонарик, я непременно бы подсветила им лицо для более зловещего эффекта. Но в руках была керосиновая лампа, поэтому приходилось пользоваться только выражением серьезности на лице и равнодушным тоном, которым не говорят об убийствах. Но мы ведь о вымышленных, правда? Совсем не стоит вспоминать сейчас сгоревшего Ника или тех братьев-оборотней, оставленных на стройке под пластом земли. Категорически не надо сейчас об этом думать. Совершенно. И погода за окном совсем не напоминает мне ту ночь, когда я убила невинного оборотня, перепутав его с убийцей. Конечно, нет, тогда ведь не было дождя. Черт. Нет, не нужно портить вечер подобными воспоминаниями, особенно взяв во внимание, что это первая подобная со Стайлзом встреча за долгие полгода. Стоит думать только об этом. О том, что мы здесь и сейчас. О том, что было всего несколько минут назад там - у камина. О том, что мы к чему-то пришли в отношении нас и дальнейшего развития событий. Да, нам о многом следовало еще поговорить, например, о том, что я сказала совсем недавно – о прощении или о том, о чем не сказала, - о преодолении сомнений и барьеров. Но Стайлз, по всей видимости, не разделял моего желания говорить на подобные темы. — Ты же понимаешь, что если кто-то уводит разговор в сторону, то это значит, что не хочет продолжать говорить о том, о чем не хочет говорить?  - я резко вскидываю на него взгляд и секунду смотрю, не моргая. Настроение портится моментально, легкость уходит. Поджимаю губы и слегка мотнув головой, опускаю взгляд на бутылки с вином. Следующий вопрос Стайлза остается без ответа, разговаривать резко пропадает все желание. Не хочет говорить – ладно. Выбор все равно не велик, на улице шторм и нам в любом случае придется остаться здесь до утра, значит будем молча напиваться, а затем разойдемся спать. Отлично. По крайней мере, именно такое желание у меня возникло в данный момент. После первоочередного – ответить что-то резкое, что окончательно испортит контакт друг с другом. - … Может, заказать за его счет пару десятков цыплят с ближайшие птицефабрики доставкой на дом? – первую часть монолога пропускаю, рассматривая бутылку, а потом снова поднимаю на него взгляд как раз в тот момент, когда Стайлз подходит ко мне, чтобы забрать одну из бутылок. – Может быть. – сухо произношу и прохожу мимо него к выходу из подвала, подсвечивая себе дорогу впереди.
  [indent] — Дай мне бокалы,  - парень просит меня, когда мы оказываемся на кухне и я, немного помедлив, молча иду в гостиную за оставленными на полу пустыми бокалами. Напряжение возрастало и тогда, когда я со звоном поставила бокалы на стол и потом, когда Стайлз их наполнял бордовым напитком. Пить тоже уже больше не хотелось, теперь разумнее казалось сразу перейти ко второй части плана и уйти спать, но я принимаю бокал и сжимаю пальцами ножку, наблюдая за парнем. — Извини, что я тебе так ответил. – молча подношу бокал к губам и делаю глоток терпкого, но невероятно вкусного вина. Его стоимость действительно себя оправдывала, жаль, мама так и не ощутит этот невероятный вкус. По крайней мере, если только вновь не купит такое же, восполняя свою коллекцию дорогих вин. — Да, я не хочу об этом говорить, но ты хочешь, и поэтому придется найти компромисс, - внезапное желание сказать язвительное «ой, ну спасибо, давай мы будем об этом говорить только потому, что это надо мне, а не тебе.», заталкиваю глубже, сжимая зубы, чтобы не перебивать. Мне непонятно одно – разве мы не договорились попробовать? Договорились. Разве это не является решающим фактором в выборе тем? Или как он это видит? Что мы и дальше будем обсуждать что-то незамысловатое, не имеющее смысловую нагрузку и отшучиваться, избегая подобных разговоров? Я сказала ему, что простила. И это, черт возьми, было невероятно сложно сказать! Почти так же, как прийти к данному решению. Но было понимание, что это важно и должно быть озвучено. Возможно, слишком быстро, не спорю. Может быть стоило подождать с подобными выводами, но почему-то показалось, что именно сегодня данная фраза должна была прозвучать. Как дополнение к тому решению попробовать. — Я вижу своей вины ровно столько, сколько есть. Ты меня не переубедишь в любом случае, и твое отношение никак не повлияет на это. Я рад, если ты действительно меня простила. – его акцент на слове «если» вызывает желание закатить глаза, но вместо этого я пью еще немного вина и ставлю бокал на стол, сложив руки на груди. Из сказанного мне становится понятно одно – он не верит мне, сомневается в моих словах и из-за этого хочется уже самой закрыть эту тему, ничего не доказывая и не пытаясь в чем-то убедить. Но тут же одергиваю себя – нельзя так. Не в данном случае. Он действительно сомневается в том, что могла простить, но только потому, что чувствует за собой огромных масштабов вину и мне следовало бы попытаться все-таки, каким-то непостижимым  образом, донести до него, что все не так. Только кто бы мог подумать, что мы окажемся в подобной ситуации после произошедшего. Удивительно, как все порой может поменяться и перетасовать роли, изначально распределенные. Разве не он должен был меня убеждать в том, что не хотел мне навредить? Как так получилось, что я сама пришла к пониманию далеко неочевидного, перешагнув каким-то образом обиду и страх, и призналась самой себе – простила. И теперь стою здесь, смотрю в глаза Стайлза и больше всего на свете хочу, чтобы он принял это. — Но это ничего не меняет, потому что я не знаю, как все будет дальше. Только не перебивай меня, пожалуйста, иначе я никогда не смогу это договорить, - молча киваю на просьбу и хмурюсь, не совсем понимая, о чем именно он говорит, произнося «это ничего не меняет». Хочется перебить и уточнить, что имеет в виду, говоря это, но молчу. Спросить еще успею, а сейчас важно слушать. И я слушаю, допивая свой бокал вина по мере того, как слов становится больше, а разговор приобретает внезапную тяжесть, вызывая у меня в первую очередь возмущение. Я наблюдаю за Стайлзом и пару раз с усилием себя затыкаю, чтобы не перебить. Затем останавливаю себя, чтобы не положить ладонь на его руку и не попросить остановиться и перевести дыхание. Чуть притормозить с вином, иначе есть все шансы отправиться спать уже через несколько минут. Но все, что я делаю – это стою и молча слушаю, опираясь рукой на стол. Стоять становится все труднее, и не могу понять из-за вина это или из-за придавливающей тяжести, сгустившейся в воздухе. А потом Стайлз замолкает и я не сразу понимаю, что повисла тишина. – Шесть дней. Тогда прошло шесть дней – почти неделя. – озвучиваю и прочищаю горло, в котором почему-то пересохло. Тянусь за бутылкой и наполняю свой бокал, делая тут же несколько глотков. – Скажи мне, Стайлз, ты всерьез думаешь, что меня можно заставить быть с кем-то против моего желания? – опускаю взгляд на вино в бокале и подношу его к губам, но не делаю глоток, только нюхаю, ощущая приятный аромат черной смородины с нотками ванили. На ум приходит Ник. Вот он-то как раз и пытался заставить меня быть с ним, да вот только все равно ничего не получилось. Меня проще убить, чем к чему-то принудить. Да, там была иная ситуация и Стайлз сейчас говорил о какой-то «обязанности», что для меня звучит, как полный бред. – Послушай меня и услышь. – ставлю бокал на стол и встречаюсь с ним взглядом. – Ты никогда не заставлял меня быть с тобой. Никогда. Что бы там ни было, но твой десятилетний план действительно сработал. И то, что произошло… - облизываю пересохшие губы, подбирая слова, чтобы правильно выразить все, что хочу до него донести. – Оно никоим образом не заставляет меня чувствовать себя обязанной. И уж тем более не принуждает к чему-то. – делаю небольшую паузу и все-таки поднимаю бокал, чтобы сделать несколько глотков. Говорить было трудно, труднее, чем мне казалось. – Ты сказал, что не справишься без меня. Но как насчет того, что я хочу тебе помочь справиться? Не потому что должна. А потому что хочу. – волнение поднимается и я нервно сглатываю. Становится как-то неловко, ощущение, будто раскрылась полностью, обнажив гулко бьющееся сердце, полыхающее огнем. – Я сказала, что простила тебя и я в самом деле это сделала, как бы ты не хотел игнорировать данный факт. А еще я на самом деле хочу быть с тобой и именно поэтому согласилась попробовать. Именно поэтому попросила три недели назад дать мне время. Именно поэтому написала тебе первая. Именно поэтому у меня не получается принять новость о свадьбе наших родителей. И именно поэтому я ответила тебе на поцелуй несколько минут назад! – воздух в легких заканчивается и я делаю глубокий вдох, внезапно почувствовав, как глаза начинают жечь слезы. Подношу дрожащей рукой бокал к губам и осушаю его моментально.
[icon]https://i.ibb.co/njQQQ3w/Qa1S2hc.gif[/icon]

Отредактировано Lydia Martin (2021-07-20 05:12:08)

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

33

- Тебе рассказать? - Стайлз с воодушевлением даже подался вперед, готовый начать длинную лекцию на одну из своих любимых тем, касающуюся тех прекрасных времен, когда он с головой был погружен во вселенную Бэтмена и всего с ним связанного. А когда что-то очень интересно, особенно если на некоторое время вдруг отошел от своего увлечения, хочется затопить потоком слов и говорить-говорить-говорить, чтобы собеседник тоже понял и разделил. При всем при этом, увы, он понимал, что Лидия вряд ли по достоинству оценит, и если даже будет слушать, то разве что из вежливости. Хотя куда вероятнее, что перебьет в середине. Или в самом начале, как и произошло сейчас. Она очень изящно перевела разговор, что пришлось погасить свой пыл, зажегшийся было первоначально, - Если ты сможешь спокойно спать, не зная что-то настолько важное, то ладно, меня это полностью устраивает, - он миролюбиво поднял ладони в знак согласия, делая вид, что совсем и не хотел ничего рассказывать. Ни про тайные общества из DC, ни про них и еще раз них же. С другой стороны, к его счастью, они так же закрывали тему Призрачных Всадников, и хотелось бы впредь ее тоже не особо касаться, раз даже вспоминать о ней было болезненно. На какое-то время Стайлз лишился всего, просто отлученный от мира, который его забыл, стерев начисто. Он неуютно поежился, снова мыслями возвращаясь обратно. Было бы здорово так же просто убрать это из памяти, как тогда убрали его самого, будто никогда и не было. Всегда, только вспомнив, возникало горькое желание доказать, что он все-таки существует. Обжечь руку, выйти под холодный дождь, расцеловать Лидию, чувствуя тепло ее тела, напиться до тошноты - лишь бы что-то было. Надо выйти из этого состояния, не то вечер можно будет считать перечеркнутым.
- Кажется, от дядюшки осталась вставная челюсть... - переключаясь, Стайлз задумался на секунду, - Думаю, и с остальным проблем не будет.
Можно подумать, что такая мелочь, как выдуманный дядюшка, помешает ему и дальше генерировать бесцельный разговор, в котором они все равно ни к чему не придут. Хорошо было просто находиться здесь, просто говорить, просто чувствовать себя живым. Последнее время это нечасто удавалось.

Он практически видел вживую выражение лица Лидии, когда она читала его сообщения. Мог поспорить, что она наверняка едва сдержалась, чтобы не ответить более резко. Нравилось представлять ее лицо - за неимением иных вариантов. Иногда получалось так живо, будто и впрямь только что видел ее рядом с собой.
- "Ты же знаешь, что возможность увидеть тебя перекрывает все остальное." - Стайлз быстро напечатал, но отправлять не спешил, раздумывая. Не слишком ли? А, ладно. Надо же куда-то двигаться, сколько он еще будет делать вид, что готов вечность говорить ни о чем, как если бы между ними никогда не было ничего, кроме пустого общения, а он годами не пытался обратить на себя внимание. И отправляет, тут же печатая дальше, - "Нет, суббота подходит идеально. Но если что-то изменится, я дам тебе знать." - вопреки очевидному стремлению увидеться с ней как можно поскорее, Стайлз все-таки помнил о том, что вот он, сейчас направляется в Бейкон Хиллс по неизвестной ему самому причине, и потому черт знает, когда отсюда выберется. Он скосил глаза в сторону отца - тот выглядел вполне себе здоровым, даже слишком с этим румянцем. Может, у него высокое давление? Как бы завести разговор об этом аккуратнее... - "Окей, как хочешь. Ты знаешь, мне не принципиально, я в любое время могу приехать, если ты, конечно, будешь не против." - да даже если и против, - "В любом случае, не суть." - хм, надо будет забронировать столик в том ресторане неподалеку, где они были на одном из свиданий. Эта встреча - она же тоже будет свиданием, да? - "Чем-чем он страдает? Я очень надеюсь, что это не заразно. И да, в поход он сходил. Даже не один раз, но на четвертый здраво решил, что с него хватит."
- Как ты думаешь, сколько времени мне потребуется, чтобы решить все твои проблемы? - он как бы невзначай интересуется, с совершенно непринужденным видом смотря в окно.
- Мои проблемы? - о да, пусть изображает, что никаких проблем нет. Это очевидно, что они были. В том или ином образе.
- В жизни каждого человека на пороге старости наступает момент, когда он решает переложить ответственность за свои неверные деяния на молодое поколение. Просто признайся, что ты натворил, и мы сможем прийти к ответу, как это решить, - Стайлз снисходительно предложил, уже не скрываясь и смотря на отца прямо, который, будь у него такая возможность без необходимости держать руль, попросту бы схватил сына за ухо, выкручивая, чтобы перестал нести бред.

- То есть, как только ты мне расскажешь что-то, что я не должен знать, то сразу стану неугодным и попаду в то место, где мне пока не надо быть? Значит ли это, что женщинам семейства Мартин угодны мужчины, которые мало знают и ничего не спрашивают? Потому что иначе я как минимум по одному пункту уже в пролете и всерьез начинаю беспокоиться за свою жизнь, - было бы наверняка забавно, если бы в шкафу Лидии оказались скелеты совсем не в виде фигуры речи, но что-то подсказывало, что при таком раскладе смеяться стало бы слишком поздно. Ничего, однако, не мешало рассуждать об этом вслух.
Алкоголь вообще обладал потрясающим свойством. От него настроение становилось воздушным шариком, легким, все время стремящимся взлететь, мечущимся внутри и заставляющим думать, что вот-вот, и он сам тоже воспарит. Все темы, даже способные причинить боль одному из них или сразу обоим, внезапно переставали быть такими уж опасными. А в следующий момент - все, полет резко обрывался, обрушивая куда-то в пропасть.
Так получилось сейчас. Легкость ушла. Земное притяжение вернуло с небес на землю. Не осталось и намека на повседневную болтовню слегка развязавшимся языком. Мертвым грузом висело молчание, пока Стайлз все-таки не понял, что Лидия имела в виду под ее "хотим попробовать". Да, они хотели, оба, он не может отрицать, но почему-то ошибочно считал, что это может означать дальнейшее избегание разговоров о том, что категорически не хотел затрагивать. Последнее время ради того, чтобы хоть как-то попытаться повлиять на ситуацию, что-то потерянное сохранить или погасшее зажечь снова, он перекраивал себя и учился говорить - причем, говорить о важном, а не просто болтать. Оказывается, умел это не очень хорошо, и пришлось прилагать усилия, прежде чем что-то начало получаться. Если бы не Лидия, которая, в отличие от его навыков говорить, все-таки умела слушать, то он бы бросил все попытки. Но она слушала и не перебивала, мотивируя продолжать. И он продолжал. Поэтому Стайлз будет говорить, пока Лидия слушает. Может, это станет ключом к их примирению, потому что вот это все сейчас, что между ними, - это еще далеко от того, что было раньше. Все равно что на руинах дома разжигать костер в том месте, где раньше была кухня, и делать вид, будто так всегда и было.
За шесть дней ничего не удалось бы построить заново. Максимум, разгрести завалы. И за три недели тоже. Хорошо, если удастся управиться за несколько месяцев, но отчего-то Стайлз сейчас начинал бояться, что им не хватит жизни на это, а шрамы так навсегда и останутся напоминанием.
После продолжительной речи, теперь сидя за столом, хотелось уронить голову на руки и сидеть так дальше, ничего перед собой не видя. Наверное, сказывалось количество выпитого, а не только накатившее уныние, потому что Лидия вполне могла согласиться с ним и решить больше не тратить свое время на него, тянущего назад. Он вроде и ждал с нетерпением, что она скажет дальше, но не слишком хотел торопить наступление этого момента. А когда она начинает говорить, что-то внутри вдруг обрывается.
Скажи мне, Стайлз, ты всерьез думаешь, что меня можно заставить быть с кем-то против моего желания? - он замирает и медленно отрывает взгляд от бокала, так и не решившись сделать еще один глоток после предыдущего.
- Теперь, когда ты сказала об этом сама, не так уверен, - Стайлз вновь щелкнул пальцем по бокалу, не рассчитав, отчего он пошатнулся, но все-таки не опрокинулся.
Представить, что Лидия могла быть с кем-то не по своей воле, было невозможно, это стоило признать прямо. Не надо было далеко ходить за примером, так и напрашивающимся вопреки тому, как Стайлз противился об этом вспоминать и все равно продолжал. Последний раз она подставила себя и свою безопасность под удар, и все равно же до сих пор не знал всего, через что ей удалось пройти. И ведь ради него тоже, наверное - на тех фотографиях во всей истории с убитыми ими оборотнями они были оба запечатлены. Поэтому наверняка Лидия и пыталась от него избавиться, когда заявился к ней домой, а тот психопат со стопроцентной вероятностью стоял где-то рядом и слушал каждое ее слово, не распознав, что она пытается подсказать. И в этом тоже была вина Стайлза. Если бы он не поверил в то, что между ней и Ником ничего не было, никогда, ни в каких условиях, и что все их совместные фотографии были ничем иным, как подделкой - она ведь говорила ему это, пыталась же донести. Если бы не поверил во всю ту выстроенную вокруг них ложь, все могло бы быть гораздо проще. Лидия бы не пострадала, и ей не пришлось бы увидеть, как перед ней убивают другого человека. Да, морального урода, который над ней издевался, хотел от нее непонятно чего, но ведь человека. И убитого тем, кто потом сам ее чуть не убил, серьезно? О каком прощении может идти речь? Стайлз не понимал. И чем больше вина в его организме было, тем сильнее понимать отказывался вообще что-либо, похоже.
Послушай меня и услышь. - да, видимо, его очередь сейчас слушать. Он бы сам очень хотел, чтобы Лидия смогла пробиться через воздвигаемое все выше несогласие с ней, которое становилось крепче в течение этого разговора. Хотя, казалось бы, на то он был и направлен, чтобы разрушать барьеры. Но нет, что-то пошло не так. 
Стайлз слушает и молчит, пытаясь побороть желание поспорить, накричать, доказывая, что Лидия не права, и это в ее интересах - держаться подальше. Если бы он сейчас перебил, то его бы однозначно понесло в сторону, в которую лучше не ходить, и все стало бы совсем плохо. Поэтому молчит.
Молчит и хочет сказать, что не нужна ему никакая помощь. Что сам справится, прекрасно зная, как сильно ошибется, если вырвется что-то подобное. Не вытянет сам себя, пробовал уже. Поэтому молчит.
А еще думает, что никак не может сам себя простить. Но и поэтому молчит. Пока не слышит, что голос Лидии начинает дрожать, и она заканчивает фразу, приникая к бокалу с вином. Что-то в сознании медленно переворачивалось, напрочь задавливая весь разгоравшийся было внутренний конфликт, и уже не оставалось никакой тяги доказывать что бы то ни было. 
Стайлз поднимается по-прежнему молча и едва не опрокидывает стул. За последние несколько минут его координация успела ухудшиться. Это не было хорошим знаком, но пока он оставался способен обойти стол и остановиться рядом с Лидией, ничего другое не было важным.
- Иди ко мне, - он проговорил, тут же притягивая к себе и обнимая, чтобы носом уткнуться в ее волосы. Без понятия, какой вкус был у вина, которое только что пил, но зато сразу почувствовал знакомый аромат ее духов и судорожно вдохнул. Как ее отпустить после такого, - Спасибо, - хочется сказать больше, но слова застревают поперек горла. И, честно говоря, Стайлз понятия не имел, что стоит говорить в такие моменты, кроме самого очевидного. А самое очевидное - он тоже не знал, можно ли уже говорить, - Я просто хотел, чтобы ты была в порядке, - а получилось настолько плохо, что достойно одного из его кошмаров, - Не хочу больше тебя терять, слышишь? - пусть это на какое-то время останется аналогом признания в любви, пока нечаянно оно не сорвется само с языка, что может произойти в любой момент, потому что уже не так просто становилось себя контролировать. Вино взяло все в свои руки, и хорошо бы сейчас выйти на улицу, чтобы немного освежиться, но если для этого надо выпустить Лидию, то лучше он даже не пытается шевелиться.

[icon]https://i.imgur.com/D8CTuUd.gif[/icon]

+1

34

[indent] - Думаю, незнание подробностей никаким образом не повлияет на мой сон. – отвечаю ему, пытаясь удостоверить в том, что нет сейчас никакой необходимости в прочтении длинной лекции о тайных сообществах Лиги Убийц и Суда Сов. А я не сомневалась, что рассказ об этом окажется на самом деле длинным и вообще была не уверена, хватит ли нам на это одной ночи. Поэтому, нет, не нужно. Суть мне понятна, а подробности знать совсем необязательно. Даже несмотря на то, как загорелись глаза у Стайлза при вероятной представившейся возможности начать рассказ, на что я лишь помотала головой и усмехнулась. – Расскажешь в другой раз. – однажды мы обязательно поговорим о чем-то подобном и я даже, может быть, соглашусь разделить просмотр какого-нибудь фильма, где, возможно, будет что-то такое упомянуто. Но потом, тогда, когда все, наконец, наладится и станет понятно. Когда легко будет не из-за количества выпитого алкоголя, а просто из-за одного его присутствия рядом. Когда не придется подбирать слова и стараться не касаться каких-то тем, когда эти самые темы перестанут причинять все еще острую боль. Когда мы, наконец, позволим себе вздохнуть свободно, не спотыкаясь о какие-то барьеры и машинальные попытки сохранять дистанцию. Вот тогда можно окунуться в обсуждение тайных сообществ, теорий заговоров или чего-то еще, с головой и потратить на это много часов, которых сейчас не было в нашем распоряжении. Была только ночь, неумолимо движущаяся к рассвету и не обещавшая ничего определенного завтра.
— Думаю, и с остальным проблем не будет.- выныриваю из затянувших меня размышлений о слишком малом отрезке времени, предоставленном нам двоим сегодня и поднимаю на него глаза, не сразу включившись в данную тему. – Мм, ну и отлично. – медленно киваю, пытаясь понять, что Стайлз сказал немногим ранее. Что-то про челюсть. Да, вроде… - Тогда с тебя образцы, а с меня результаты исследований. – рассеяно улыбаюсь ему и внимательно рассматриваю его лицо, впитывая каждую знакомую черточку.

Я доедаю свой завтрак и сразу же принимаюсь убирать за собой посуду, несмотря на почти непреодолимое желание  прочитать ответные сообщения, прилетевшие на телефон минутой ранее, когда мои руки уже были в пене из-за средства для мытья посуды. Мысли занимают размышления насчет предстоящей, внезапно спланированной встречи. Омрачает все это только тот факт, что причина, из-за которой она состоится – Кэтрин. Хотелось бы, конечно, чтобы это было по обоюдному решению и желанию увидеть друг друга, спустя несколько недель тишины, а не из-за того, что надо. Не из-за того, что причина не терпит отлагательств и даже предложенная мной дата – 20 июня, что почти через неделю, - кажется сомнительной. Я хотела увидеть Стайлза, но была совсем не уверена, что пора. Мы общаемся всего три дня… Разве этого достаточно для встречи? Достаточно, если это касается Кэтрин и причины, из-за которой она появилась вчера на пороге моей квартиры. Что ж, обстоятельства снова решили все за нас.
Вздохнув, ополаскиваю тарелку и ставлю ее в шкаф, через секунду взявшись за полотенце, чтобы вытереть мокрые руки. Телефон еще пару раз издал звуки входящих сообщений и теперь молчаливо покоился на кухонном столе, смирно ожидая, когда я, наконец, разблокирую экран и прочитаю смс-ки. Но прежде, чем это сделать, я все-таки нахожу номер вызова мастера по смене дверных замков и вызываю его на среду – 17 июня. Как раз к тому времени  я уже должна буду вернуться из Бейкон Хиллс, ведь празднование Дня рождения мамы обычно не растягивается на несколько дней. А если праздник закончится, то соответственно, необходимость мне находиться там отпадает сама собой.
- «Диспозофобия – патологическое накопительство. И если за два года проживания с ним ты еще не заразился, значит у тебя иммунитет :D Удивительно, что не во время первого похода он решил, что с него хватит.» - я решила отвечать с конца, начисто игнорируя последовательность. К тому же, тема о встрече требует гораздо больших размышлений, чем история о Стиве. – «Если тебе не принципиально, значит приеду все-таки я. Так будет удобнее.» - удобнее, чтобы уехать в любой момент, если вдруг что-то пойдет не так. Хотя я была почти убеждена, что ничего страшного снова не случится, но тем не менее, мысли иногда нет-нет, да мелькали, вызывая крохотный всплеск неприятного беспокойства. – «Обязательно. И я тебе сообщу, если вдруг что-то поменяется у меня.» - на самое первое сообщение Стайлза я принимаю решение не отвечать, хотя легкая улыбка касается моих губ. – «Приеду в обед. Надеюсь, Стива не будет дома?»

[indent] - Но, тем не менее, ты хочешь много знать и продолжаешь спрашивать? Смотри, эти пункты могут резко увеличиться. – становилось вдруг забавно вести этот разговор о каких-то мифических мужчинах, будто бы спрятанных в нашем подвале. Не то чтобы женщины Мартин славились чем-то подобным и ни одна из нас не именовалась вдруг кем-то вроде «Синей бороды», которая прячет всех убитых мужей или любовников где-то по шкафам, но так уж повелось, что каждая Мартин становилась рано одинокой. Нет, все мужчины, бывшие когда-то с ними, были живы и здоровы, по крайней мере, кому было меньше шестидесяти, там уже никто не может гарантировать здоровье в силу их возраста, но они просто уходили из семьи по разным причинам. Как, например, мой дедушка – муж Лорейн Мартин, - той, в чьем доме мы сейчас находились. Или же мой отец. Я еще не достигла того возраста, когда бы закономерно могла остаться одна и надеялась, что разомкну эту цепочку в родовой ветке. Все-таки, никто никогда не запрещал мне мечтать когда-то выйти замуж и родить ребенка, а затем прожить с любимым человеком всю оставшуюся жизнь, показывая пример хороших родителей. И пусть были некоторые сложности с нашей генетикой по женской линии – девочки рано или поздно открывали в себе способности банши, которые с трудом можно было бы назвать подарком судьбы, но, думаю, с этим можно было бы попробовать справиться. Как, например, справилась моя мама, которая смогла не поддаться способностям и подавить их однажды в себе полностью. Это был неплохой вариант, когда обстоятельства на твоей стороне. У меня такой возможности не было, но кто сказал, что не будет у моей дочери? Дочери, о которой в данный момент было слишком рано еще думать, но кто бы запрещал мечтать в перспективе обзавестись семьей в будущем? Это ведь неплохо. И неплохо допускать крошечную мысль, что возможное будущее получится устроить именно с тем, кто стоял сейчас рядом и задавал шуточные вопросы серьезным тоном.
[indent] Сложно было предполагать светлое совместное будущее, когда за плечами пережито полгода закончившихся отношений и нахождение друг от друга на расстоянии, но зачем думать о том, что прошло, если вот сейчас, прямо в эту самую минуту мы стоим посреди кухни и говорим о важном, открыв бутылку вкусного вина. Да, о сложном, но если у нас двоих есть желание быть рядом, не стоит ли этот разговор того? Пусть даже спонтанно, может быть не вовремя, но если подумать, то сейчас – самое время для того, чтобы не молчать, даже когда все внутри сжимается от страха. Но не страха перед Стайлзом, а страха ошибиться. Страха, что он не услышит меня. Не поверит или хотя бы не допустит мысль, что все слова, только что сорвавшиеся с моих губ – не подготовленная речь, не выдуманная для того, чтобы просто помочь ему, чувствуя обязанность. А сказано искренне и от сердца, целиком и полностью положившись на чувства и выключая мозг. Алкоголь неплохо помогал игнорировать какие-то сомнительные противоречия и к концу моего длинного монолога руководили только эмоции, окончательно притупив голос разума. Ситуация напоминала ту ночь трехнедельной давности у меня в квартире, после выпитой мной бутылки мартини. Тогда я тоже руководствовалась только импульсами, не отказывала себе говорить и делать только то, о чем думаю. Только то, что действительно хочу. Да, отключалась осторожность и включалось запомнившееся ощущение безопасности, когда Стайлз рядом. Как было когда-то. Да, что там говорить. Как было всегда, до того страшного вечера, перемешавшего все в моем сознании. Но черт, всему ведь было объяснение и уверенность в том, что он никогда бы не навредил мне по собственной воле все равно оставалась, крепко держав позиции. Пошатнувшись лишь раз, но затем практически полностью восстановившись. Хотелось верить в это. И я разрешала себе делать это.
[indent] И тогда, когда в домике повисает тишина после моих слов, нарушаемая лишь шумом дождя снаружи, когда со стуком пустой бокал приземляется на стол, Стайлз поднимается со стула и подходит ко мне, тут же прижимая меня к своей груди. Я слегка вздрагиваю и напрягаюсь лишь на какую-то долю секунды, а затем расслабляюсь в его руках и обхватываю его в ответ ладонями, тихонько всхлипнув. Слезы были слишком близко и удерживать их становилось все труднее. Внутреннее напряжение медленно спадает и дышать получается уже легче. Стайлз не спорит со мной, он не говорит, будто все сказанное – только из-за обязанности. Не пытается убедить меня в чем-то другом, во что он поверил сам, а просто обнимает и я отвечаю ему тем же. Парень произносит короткое «спасибо», но в этом слове кроется намного больше, чем семь простых букв. Я чувствую это, я обнимаю его чуть крепче, слушая, как гулко стучит сердце в его груди и закрываю глаза. – Теперь я в порядке. – шепчу ему в ответ и прикусываю изнутри щеку, чтобы не разреветься. Ну почему так тяжело в груди, когда вроде бы наоборот стоит порхать от радости, что может, наконец, все наладиться? Ответа у мня не было. И когда Стайлз произносит следующую фразу, слезы больше не получается сдерживать. – Не теряй. - произношу куда-то ему в грудь и через секунду отстраняюсь, чтобы увидеть его лицо. – Не теряй меня больше и не позволяй мне потерять тебя, хорошо? – это не «я тебя люблю», но в данную минуту кажется чем-то намного важнее и глубже, будто эта просьба вмещает тысячи невысказанных признаний и тонну чувств. Останавливаю взгляд на его губах и делаю маленький шаг назад, вытирая мокрые от слез щеки, которые тут же покрывались новыми солеными ручейками, и, наконец, отворачиваюсь к столу, чтобы потянуться к бутылке и  наполнить свой бокал. Вкус вина больше не ощущается, но я все равно выпиваю половину и ставлю остаток на место, ощущая, как перед глазами все немного расплывается. И не сразу получается понять причину - то ли от слез, то ли от количества алкоголя в организме. Да и какая, в общем-то, разница. – Я рада, что ты сегодня здесь, со мной. И что все так получилось… - вытираю еще раз щеки и вновь поворачиваюсь к парню лицом. – Нет, я не про их свадьбу, но эта ситуация помогла нам… Ты не замечал, насколько сильно нашу жизнь меняют разные обстоятельства? У меня был план. Ну знаешь, сначала переписка, затем личная встреча – 20 июня. – остановиться говорить было все сложнее и я уже даже не пыталась, списывая все на алкоголь, хотя стоило бы приписать сюда еще и нервы. Да, точно. Я нервничала и из-за этого дрожь в руках все не унималась, а сердце, казалось, сломает по старым трещинам, совсем недавно зажившие ребра. – Да, тогда мы собирались встретиться не из-за нас, а из-за Кэтрин, но… - внезапно на ум кое-что приходит и внутри зашевелилось неприятно чувство. – Кстати, о Кэтрин. Это ведь она была на тех фотографиях с тобой. Знаешь, я сначала подумала, что она пришла ко мне, чтобы найти тебя. Ты так и не вспомнил ту ночь? Не то чтобы это было очень важно, но вообще-то важно. – тараторю на одном выдохе. Вот и возвращается неловкость. Зачем мне вообще приспичило спрашивать сейчас об этом? Ведь неважно же. Но как это неважно, когда очень даже важно, хоть и ни на что это особо не повлияет. А может и повлияет, но хотелось бы думать, что он вспомнил и там просто ничего не было, потому что если было… - Господи, мне нужно сесть или выйти на улицу. – облокачиваюсь на столешницу рукой и слегка трясу головой. Как-то быстро накрыло. - Как ты думаешь, если мы выйдем сейчас на улицу и постоим там немного – это ужасная идея? – смотрю на парня, в надежде, что он согласится пойти вместе. – И да, я не договорила, у меня был план. Не только у тебя всегда бывают планы, знаешь ли. Но он не сработал. – нахмурившись, заключаю, развернувшись в сторону выхода из кухни и делаю шаг по направлению к входной двери.
[icon]https://i.ibb.co/njQQQ3w/Qa1S2hc.gif[/icon]

Отредактировано Lydia Martin (2021-07-21 06:52:19)

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

35

Он бы начал с объяснения, почему сообщества так называются, а потом бы перешел к истории каждого, с самых истоков, постепенно обрастая подробностями и перескакивая с одного на другое по течению своего рассказа. Но намек, что, мол, Стайлз, даже не начинай, был настолько тонким, что оставалось лишь скорчить недовольную рожицу, хмыкнув. Прекрасно он понимал, что другого раза не будет. Даже если кратко. Даже если совсем чуть-чуть.
Но с чем-то мог согласиться. Их разговору не помешает чуть больше смысла, иначе утром все растворится вместе с влажным туманом. Почему-то он опасался, что такое вполне может произойти, если они к чему-то не придут в итоге. А как прийти-то?
- Ага, - кажется, эта часть их болтовни подошла к концу. И тайные общества, и дядюшка со вставной челюстью оставались позади. Вступление, разогрев - можно как угодно обозвать, но основная часть была еще впереди. Стоило признать, что им еще придется потрепать друг другу нервы, выясняя, что делать дальше. Хотя, скорее, каждый будет заниматься этим по отношению к себе, не желая навредить другому и делая разве что хуже. Стайлз совсем не хотел, чтобы Лидии было плохо. От этого он осторожничал и продлевал бы разговор ни о чем до самой бесконечности, лишь бы случайно не коснуться чего-то, что сделало бы больно. Когда их отношения стали одной сплошной раной, боль поселилась в них, будучи теперь частью. Пора как-то залечивать.

- Стайлз, ты все узнаешь завтра, - отец отвечает терпеливо, хотя ощущается, что еще немного, и тот начнет стрелять молниями из глаз.
- Почему завтра? Почему не сегодня? Завтра что-то изменится? Будет парад планет, или, может, метеорит упадет? Почему нельзя сказать сегодня что-то, из-за чего к тебе приехали за тысячи мили? Зачем надо заставлять ждать? И... - он осекся, когда пришел ответ от Лидии, вновь отвлекаясь. Что там дальше говорил отец, уже не слышал.
Ладно, Стайлз не забыл, из-за чего эта встреча должна состояться, как бы ни хотелось. Вполне справедливым было опасение, что до свидания им далеко, и характер их разговора окажется тревожным. На кону если не жизни, то как минимум спокойное существование обоих, и что с этим делать - пока ответа не было. Тут уже не пошутить про "нет человека - нет проблемы", такие шутки заходят слишком далеко последнее время, да и совсем не смешно в их ситуации. Кто бы из них ни сказал подобное, второй посмотрит косо, и уже не объяснить потом, что это всего лишь неудачное высказывание, совсем не всерьез. Он почесал затылок, таким образом выказывая обеспокоенность. Увы, больше ничего было не сделать. Не походить из стороны в сторону и не разразиться тирадой.
- "Стива не будет. Не знаю, куда, но куда-то он точно денется, я позабочусь об этом заранее." - спровадит или что-нибудь еще, неважно. Стайлз не обратил внимание, что само сообщение прозвучало двусмысленно, но понятно же, что он не станет убивать своего друга! Понятно ведь, да?.. Он начал отвечать с конца - сообщения про встречу были важнее, чем все остальное. Странно, что Лидия сначала написала про совсем другое, не имевшее особого значения, но это ее дело. Стайлз считал иначе, - "Окей. Можем сходить куда-нибудь, что скажешь?" - он решил аккуратно распробовать почву, не против ли будет Лидия чего-то интереснее, чем просто поговорить в его комнате, раз спрашивала про Стива и, соответственно, дала понять, что видит их разговор именно там, а не где-то еще, с чем он вновь был не совсем согласен. Хотя их разговор и нельзя будет выносить на публику, но ничего не мешало позже выдвинуться куда-то. Провести вместе время. Прогуляться. Черт, этого так не хватало. Кажется, последний раз они куда-то выбирались вечность назад, если не считать заброшенную стройку, где ими были закопаны братья-оборотни, - "Я подозреваю, у меня чертовски хороший иммунитет ко многому в принципе, учитывая эти два года."

- Любопытство сильнее меня. Я сто раз пожалею, но спрашивать все равно не перестану, - он развел руками, ненароком задевая лампой стену. Она издала неприятный шершавый звук, но не разбилась.
Не то чтобы всерьез можно было ожидать какую-то историю. У них и времени-то особо нет. Теперь уже можно понять, почему его рассказ был так жестоко пресечен.
Ночь закончится в конечном итоге. Если бы у них было несколько дней в запасе, когда они могли бы говорить без умолку о чем угодно, важном или какой-то ерунде, то и не смотрели бы на часы, экономя каждую минуту. Но такую роскошь позволить нельзя. Даже Стайлз это понимал вопреки нежеланию переходить на темы, которые для чего-то там важны, раз решили, по словам Лидии, попробовать - что бы это ни значило глобально, отношения ли между ними, просто общение, восстановить все, что было раньше, не суть. Все сразу. Все имело огромное значение, не удастся бежать от этого дальше, сочиняя истории и отодвигая момент. Откладывать некуда. Они уже дошли до финала, пора решать, что делать дальше.
Кажется, в очередной раз, но Стайлз сдался. Он хотел быть с Лидией, а она говорит, что хочет быть с ним. Значит, им надо быть вместе, надо пробовать, ловить эти моменты, каждый пропуская через себя. Вдруг все будет хорошо? Что, если хотя бы раз он поверит в это? И перестанет думать о том, как быть им порознь ради какого-то выдуманного блага. Кому-то стало лучше? Чему-то помогло? Да нет, вообще ни разу. Не помогло. Но если он вновь приблизится к повторению того, что было последний раз, - выбора не останется. Или этого не произойдет, и он будет всегда только защищать Лидию, или им придется оказаться как можно дальше друг от друга. На таких условиях нужно идти вперед. Озвучивать Стайлз не будет. Достаточно, что он сам принял такое решение для себя, единственно верное. Лишь бы выиграть время. Вдруг есть хоть один шанс из тысячи, что у них получится протянуть вместе до конца жизни, и не от чьей-то руки, а по естественным причинам вроде старости или инфаркта в восемьдесят лет.
- Точно в порядке? - он касается губами ее макушки, зарываясь лицом во вкусно пахнущие волосы, когда Лидия вдруг поднимает голову, и Стайлз видит ее лицо в слезах. Он тут же касается пальцами, стирая влагу. Не было похоже на "в порядке". Уже сейчас она плачет, хотя ничего не произошло. И вроде бы понимает, что это не потому что чем-то ее обидел, но проще от этого совсем не становилось.
Его хватило только на то, чтобы улыбнуться ей, еще раз проводя нежно ладонью по ее лицу. Если Стайлз признался ей в любви какими-то совсем другими словами, не прямо, то Лидия сейчас сделала то же самое. Не потеряет он ее. И ей потеряться не даст. Необязательно говорить это вслух, ему кажется. Достаточно просто рядом быть. Может, и правда это надо им обоим. Сейчас это чувствовалось, и очень хотелось верить дальше, чтобы ощущение не пропадало - что они действительно оба нужны друг другу.
К его большому сожалению, Лидия отстраняется. Он потянулся через стол за своим бокалом, больше смачивая губы, чем делая сколь-нибудь существенный глоток. Пить не хотелось. И так уже где-то отдаленно казалось, что утром будет плохо. Возможно, очень. Главное, вовремя вспомнить про таблетки в пиджаке. Выпил бы сразу одну, чтобы сработать на опережение, но их наверняка нельзя мешать с большой порцией алкоголя, и о последствиях такого опрометчивого поступка думать не хотелось. Сейчас уже поздно что-то с этим делать. Похмелью скоро передаст привет лично от себя прошлого, который напился.
- И эта встреча по-прежнему должна состояться, - Стайлз счел нужным подчеркнуть это, взметнув вверх руку с бокалом, и хоть вина в нем было совсем немного, оно перелилось через край и несколькими каплями попало на пол и рукав халата, что даже не заметил. Его концентрации хватало только на то, чтобы стоять достаточно прямо и видеть перед собой Лидию, а все остальные мелкие детали проходили мимо. Мысленно он начал генерировать вероятность того, что 20-е число они встретят, проснувшись вместе, и встреча таким образом состоится с самого утра. К черту практику, он там что-нибудь решит потом - легкомысленно отмахнулся от того, чтобы планировать, это было слишком сложно и вообще сейчас не имело значения. Внезапно все стало казаться гораздо проще после того, как высказался, будто начал жить текущим моментом и совершенно не парился ни о чем больше, не волновался, как бы так обойти все препятствия, которые мешали. Не надо ни о чем думать, оно само как-нибудь решится. Надо быть здесь, смотреть влюбленно на Лидию и стараться не пропустить мимо ушей все, что она говорит, хотя это чертовски сложно, потому что говорит она много, а сконцентрироваться сложно. Ее голос звучал как успокаивающая музыка, льющаяся речным потоком, и убаюкивал.
Он встряхнул головой, когда услышал имя Кэтрин. Так, стоп.
- Подожди, ты... - хотел было прервать, но что-то пошло не так, и замолчал, таким образом давая Лидии продолжать, - Не думаю, что при каких угодно обстоятельствах она стала бы меня искать, - слово "обстоятельства" пришлось выговаривать по слогам. Стайлз хотел было сказать, что та ночь явно не была настолько прекрасной или лучшей в его жизни, раз он забыл о ней, но вовремя прикусил язык. Эта шутка точно не принялась бы на ура, а, скорее, провалилась бы с треском, - Когда я пытаюсь думать, у меня начинает взрываться голова. Пожалей ее до утра хотя бы. Или до двадцатого июня, - он пожаловался. На самом деле, Кэтрин была последним, что вот прямо в данный момент хотелось обсуждать. Лучше говорить о них. Или чем-то еще. А не про Кэтрин, искавшую парня, которого Стайлз убил где-то посреди леса. Он бы оставил это на потом, потому что мозг явно отказывался работать.
Все-таки он пьет еще вино, а когда Лидия говорит про улицу, вдруг залпом допивает бокал, сразу решая и тут же на месте понимая, что тащить с собой бутылку будет лишним как минимум, потому что в таком случае домой он уже не вернется.
- Ужасной идея будет, если ты пойдешь одна. Поэтому ты пойдешь со мной, и это - прекрасная идея, - кажется, Стайлз был слишком преисполнен мыслью, что нельзя придумать ничего лучше, чем пойти на улицу, - А какой был план? Раз не сработал, то теперь ты можешь рассказать, - он едва не промахивается, когда ставит бокал обратно на стол, и со второго раза успевает схватить Лидию за руку, тут же ее обгоняя, чтобы потянуть на улицу вслед за собой. Давно надо было выйти. Сразу. Вообще не заходить.
Стайлз только на секунду приостановился возле порога, думая, что стоит обуться. Но надевать ботинки, зашнуровывать их... Ему здраво показалось, что с этим он попросту не справится, и поэтому без лишних раздумий распахнул дверь, ожидая чего угодно - что порыв ветра тут же попытается сбить с ног, или вспышки молний ослепят, или что-то еще, но нет. Дождь продолжал идти, и неслабо, но по сравнению с тем, что было, погода приглашала выйти на улицу. И Стайлз шагнул вперед, как был - в халате и тапочках.
- К озеру? - он спросил, не выпуская ладонь Лидии из своей руки и тут же поведя за собой.
Та совершенно несносная мысль, которая посетила его в начале вечера как планируемая шалость, побудившая взять кое-что из кухонного ящика, требовала выхода. Вода заливала глаза, а земля под ногами была мягкой и заставляла спотыкаться чуть не на каждом шагу, поэтому дальнейшей остановкой была выбрана беседка. Прятаться было, конечно, уже бесполезно - он промок насквозь. Тапочки к тому моменту оказались безвозвратно потеряны. Стайлз сдвинул со лба прилипшую челку, стряхивая капли.
- Закрой глаза, - он попросил, хотя, скорее, потребовал, и поднял руку Лидии, вытянув ее вперед, - Держи так. Глаза должны быть закрыты! Не подглядывай! Ни в коем случае нельзя смотреть, иначе все сломается! - даже резко повысил голос для убедительности.
Стайлз достал из кармана скотч. В темноте было очень сложно найти край ленты, а еще сложнее подцепить его, но спустя минуту он с этим справился, периодически кидая взгляд на лицо Лидии, чтобы убедиться, что она не смотрит. Он отмотал достаточно, чтобы заклеить ей фалангу безымянного пальца и тут же обрезать край ножницами, которые ранее тоже взял с собой.
- Ну, в общем, можешь открывать, - он убрал скотч и ножницы обратно в карман, - Но сегодня ты это не снимаешь. И прежде, чем ты что-то скажешь, дай мне объяснить, - Стайлз предупредительно коснулся пальцем ее губ, прося помолчать, и продолжить говорить, так и не убирая, - Короче, я не собираюсь копировать выходку наших родителей, и это было бы не вовремя. Может, ты даже со мной согласишься, по крайней мере, я очень на это надеюсь. Поэтому вот, - он повел подбородком в сторону ее руки, - Это кольцо обещаний. Давай сделаем вид, что это правда кольцо, и пусть оно пока остается. Теперь, Лидия, я скажу тебе следующее, - и он взял ее за руку, поднося к своему лицу и касаясь губами линии скотча, - Я обещаю быть с тобой, беречь тебя и больше не терять. И приносить тебе кофе в постель хотя бы первую неделю после этого обещания, если мне посчастливится просыпаться с тобой рядом. И готовить завтрак. И делать все возможное, чтобы ты была счастлива. Что скажешь? - он улыбался, пусть и с распирающим изнутри волнением, от которого слегка трясло. Или это все-таки от пронизывающей насквозь влажности в тяжелом, мокром халате посреди разливающегося дождя.

[icon]https://i.imgur.com/D8CTuUd.gif[/icon]

Отредактировано Stiles Stilinski (Вчера 18:36:25)

+1

36

- «Мне понадобится твоя кровь для дальнейшего исследования иммунитета и разработки возможной вакцины. Ты можешь спасти жизнь многим :D» - откладываю телефон на комод и несколько минут трачу на то, чтобы переодеться для похода в супермаркет. Остановить выбор на каком-нибудь определенном платье из имеющихся так и не удалось, поэтому у меня оставалось всего несколько часов сегодня, чтобы купить наряд к завтрашнему Дню рождения мамы. За время, которое уходит на то, чтобы привести себя в порядок, обдумываю оставшиеся без ответа сообщения Стайлза. А скорее одно определенное сообщение. Что я скажу на предложение куда-нибудь сходить? То есть, все-таки эта встреча вполне может перерасти в свидание… Свидание с разговорами о Кэтрин? Не очень радужная перспектива. Стоит ли такое смешивать? Не особо хотелось сидеть где-то в кафе и обсуждать другую девушку, которая, во-первых, делила однажды постель со Стайлзом, во-вторых, меня все еще бесил факт нашей с ней схожести, а в-третьих, ее визит и вопросы о Нике как-то не располагали к теме, которую стоило бы обсуждать на свидании. Все-таки, я сомневалась, что стоит это смешивать. Странно, почему Стайлз думал иначе. – «А под «сходить куда-нибудь» ты подразумеваешь свидание?» - нахмуриваюсь и несколько секунд смотрю на экран, сосредоточенно обдумывая варианты. В принципе, все уже пошло далеко не по плану. С приходом Кэтрин мои попытки исключить спонтанность и необдуманные поступки рухнули. План пытаться постепенно сближаться, внезапно родившийся уже после того, как я написала ему первое сообщение, с треском провалился. Стоит ли теперь стараться вернуть размеренность в общение, если все уже сломалось? – «Допустим, я согласна куда-нибудь сходить. Но все еще не совсем в этом уверена.» - отправляю и только потом понимаю, что расценить он может мою неуверенность совсем не так. И связать может с собой, а не с Кэтрин. Черт. – «Предмет грядущего разговора совсем не располагает к романтике.» - на всякий случай поясняю и вспоминаю первое сообщение Стайлза, на которое я до сих пор не ответила. – «Стив еще слишком молод, чтобы умирать. Позволь ему дожить до момента, когда он сможет самостоятельно купить себе бутылку пива.» - замираю над кнопкой отправить. Не очень приятная тема для шуток, если честно и стоит об этом подумать, учитывая события, с момента которых едва-едва прошел месяц. Вряд ли мы теперь когда-то снова будем шутить о таком. Поэтому, еще секунду поразмыслив, стираю сообщение и набираю другое. – «Если мы куда-то пойдем, то мне совсем необязательно заходить к тебе. Стив может никуда не деваться) В крайнем случае, поговорим в машине.» - отправляю сообщение и принимаюсь приводить волосы в порядок, чтобы через несколько минут покинуть квартиру.

[indent] - А я просто не стану тебе отвечать, чтобы никому ни о чем не пришлось сто раз пожалеть. Можешь считать это заботой. – усмехаюсь ему и перевожу взгляд на лампу, которой Стайлз только что задел стену. На секунду кажется, что вот-вот и она потухнет с громким треском, осыпаясь осколками. Но нет, желтоватый свет стойко держится внутри небольшого светильника и я ловлю себя на мысли, что раньше как-то никогда не получалось оценить всю прелесть некоторых незамысловатых, совсем обычных, ничем не примечательных предметов, таких как эта лампа. А стоило бы. Потому что она одна создавала уюта больше, чем если зажечь все электрические светильники во всем доме. Ощущение тепла, исходящее от небольшого трепещущегося огонька внутри, окутывало с головы до ног, особенно если взять во внимание еще несколько деталей. Таких, например, как камин. Или дождь за окном. Или вкусно пожаренное ароматное мясо и потрясающее терпкое вино. Или общество Стайлза, с которым сегодня было легко, как никогда. Ну или как когда-то давно. С течением времени, проведенным здесь, во мне все сильнее крепла уверенность в правильности моего решения – простить, попытаться еще раз. Сомнения были, конечно, как же без них. Но вот сейчас они улетучивались со скоростью ветра, который периодически, уже реже, но все же долбился в окна, напоминая о своем существовании и разбавляя спокойствие, внезапно воцарившееся. Особенно, после бурного эмоционального всплеска на ужине мамы чуть ранее. Но произошедшее там уже затерлось в памяти событиями здесь и сейчас. Событиями, которых было много  и из-за которых буквально распирало от разного спектра чувств, ощущавших одновременно. Поэтому не получилось никак сдержать предательские слезы, стоя в объятиях Стайлза. И даже плевать на тот факт, что в последнее время слишком часто не получается их сдержать. – Теперь да. – тихо отвечаю ему на вопрос. В порядке, в каком не была уже давно. Именно поэтому слезы никак не получается остановить, потому что действительно в порядке. Все хорошо. Пустота внутри заполняется чем-то густым и теплым и, наконец, все кажется правильным. Не стоило ничего выжидать. Все так и должно было произойти. Стайлз касается моего лица, вытирая мокрые дорожки и я понимаю, что внутри все так же спокойно. Не появляется напряжения, беспокойства и прочего. Спокойно и только сердце стучит, отдаваясь в ушах, от переизбытка других эмоций. Более светлых и невероятно сильных. Я практически физически ощущаю эту невидимую, еще совсем не окрепшую и способную в любую минуту лопнуть, но тем не менее, вновь появившуюся, нить. Связь, которая терялась и в какие-то моменты совсем не ощущалась, снова заискрилась мелкими разрядами, вызывающими легкое покалывание. Было хорошо. Правда. Пока в памяти не всплыла Кэтрин и снова все не испортила. Ну или попыталась испортить, да. По крайней мере вопрос прозвучал – неуместный и совсем не вовремя, но что поделать, если он сам собой вырвался наружу, подтолкнутый алкоголем, который вовсю циркулировал в моих венах. – Ну, вообще-то, при определенных обстоятельствах она вполне могла бы искать именно тебя. – просто как факт. Не попытка доказать что-то или вступить в спор. Просто озвучивание очевидного. Могла искать, очень даже вероятно, если учесть какие-то детали. О которых я могла только догадываться, потому что Стайлз не помнил, а в данный момент так вообще попросил не заставлять его думать. – Не думаю, что теперь есть необходимость что-то откладывать на двадцатое июня. Отложим на завтра. – киваю ему, легко согласившись не обсуждать это сейчас. Меня волновало, да. Интересовало, что в итоге было между ними и было ли вообще. Но делать самой себе плохо, когда вдруг стало хорошо прямо сейчас, совсем не хочется. Несмотря на мною же поднятый вопрос. Неважно. Завтра, так завтра. Без проблем. А сейчас бы на улицу, на свежий воздух, чтобы не развезло еще больше и не лечь раньше времени спать. Опять вспомнилась последняя наша встреча, тогда я тоже не хотела, чтобы ночь заканчивалась. Надо бы прекращать нам встречать только по ночам и с приличной дозой алкоголя в крови. По крайней мере, я даю себе мысленное обещание при следующем нашем серьезном разговоре быть трезвой, иначе мы никогда ни к чему не придем. Но не сейчас. Конечно, нет. Сейчас хорошо и будет еще лучше, когда мы выйдем под холодный дождь. И Стайлз разделяет мою идею полностью, видимо, потому что ему тоже уже не мешало бы притормозить. Учитывая чуть не расплескавшееся из его бокала вино, что я еще успеваю заметить прежде, чем отвернуться. Иначе не доживем ночь бодрствуя, как очень бы того хотелось. – Ну… План казался мне гениальным до сегодняшнего вечера. У него было очень короткое название «Не торопиться» и воодушевляющий лозунг… - не то чтобы я придумывала лозунги, да и название если честно тоже. Но все же задумалась, будто вспоминая, пока шла вслед за Стайлзом, который схватив меня за руку слишком радостно направился к двери. – Там было что-то про начало, про знакомство и размеренность. – задумчиво протягиваю, сначала не сообразив почему мы остановились у двери, но через секунду возникает понимание – обувь. И если Стайлз был в тапочках, пусть в домашних и совсем не предназначенных для прогулок под дождем, то я была в гольфах. В одних вязаных гольфах, что казалось совсем опрометчивым поступкам выйти сейчас на улицу, где дороги залиты водой, перемешиваясь в грязь. И пусть во мне было достаточное количество алкоголя, чтобы уже развязался язык и может даже в глаза слегка расплывалась картинка, то недостаточное для пробежки босиком по грязным лужам. Для этого следовало бы выпить еще пару бокалов. – Подожди, мне нужно обуться. – не отпуская руку Стайлза, слегка сжимаю его ладонь и цепляюсь взглядом за какие-то тапки. Тоже домашние, но женские и по всей видимости, принадлежавшие маме. Еще один пункт из-за которого она будет в ярости. Такими темпами скоро наберется целый список для ее испорченного настроения. Но плевать, я обуваю тапки и выхожу вслед за парнем под проливной дождь.
[indent] - К озеру? – отвечаю вопросом на вопрос Стайлза и не успеваю ничего больше ответить, как он ведет меня за собой, все еще держа мою ладонь в своей. Но я и не тороплюсь ее вырывать, сейчас кажется, что держала бы ее вечность, если бы было это возможно. Чтобы не терять его и всегда чувствовать рядом, а в данный момент, еще и чтобы не свалиться куда-то в грязь, потому что тапки мгновенно намокли и раскисли, становясь тяжелыми и скользкими. Или это земля была скользкая, не знаю. В любом случае рука Стайлза неплохо сработала в качестве опоры, чтобы устоять на ногах, когда казалось, что земля уже вот-вот встретит меня объятиями. Недлинная прогулка под проливным дождем заканчивается в беседке, радовало, что шторм уже почти закончился, к моему удивлению, и не было ни грома ни молнии. Даже бушующий ветер стих, будто бы чего-то выжидая или наоборот, отрубив свое, решил отдохнуть и оставил главенствовать только дождь, нещадно лившийся с неба. Стайлз останавливается и поворачивается ко мне. К тому моменту мое платье и все, что еще было под ним, насквозь мокрое и неприятно облепило тело. Волосы прилипли к лицу и рукам и начала бить мелкая дрожь от резкой прохлады. Но несмотря на все эти факторы, возвращаться пока не хотелось. Было здорово. Было весело и боже, если честно я и не вспомню, когда в последний раз с наслаждением гуляла под дождем. Чтобы вот так. – Зачем? – вопрос срывается с губ, но остается без ответа и под пристальным взглядом парня, я таки закрываю глаза, не совсем понимая, что происходит. Зачем потребовалось закрывать глаза? Что он хочет сделать? – Не смотрю я, не смотрю! – восклицаю и сильнее зажмуриваюсь, ощущая, как внутри поднимается волнение. И точно не понять, с чем бы его можно было сравнить. Оно напоминало сразу два ощущения, как, например, в детстве, когда под елкой находила подарок от Санты и с замиранием сердца открывала красивую коробочку, чтобы с восхищением вздохнуть от сбывшейся маленькой мечты. Или же наоборот… Волнение, связанное с чем-то неизвестным, что не принесет ничего хорошего в итоге. Ассоциации, рожденные вторым вариантов, пытаюсь тут же отметать и сосредотачиваюсь на настоящем, чувствуя, как Стайлз поднял мою руку. Зачем-то. А потом происходит что-то из ряда вон. Он чем-то обматывает мой безымянный палец левой руки и у меня внутри все переворачивается. – Что ты делаешь… Боже… - боже, пусть это будет не то, о чем я успела уже подумать. Только не это, пожалуйста. Когда парень позволяет мне открыть глаза, я их тут же распахиваю и смотрю на палец, который обмотан скотчем и выглядит как кольцо. Боже. Смотрю на него полными удивления глазами. – Ты же не… - он прикладывает палец к моим губам и просит не перебивать. Господи. Да как не перебивать! Он же не собирается сделать мне предложение? Ведь нет же? Нет? — Короче, я не собираюсь копировать выходку наших родителей, и это было бы не вовремя. Может, ты даже со мной согласишься, по крайней мере, я очень на это надеюсь. – медленно киваю, облегченно выдохнув. Все-таки не предложение. Не оно. Это было бы чертовски не вовремя, он прав. И если бы он сказал именно то, о чем я подумала сначала… Даже не знаю, вряд ли бы я ответила сейчас согласием. Поэтому, можно благодарить всех богов, если бы они были, за то, что Стайлзу не пришла идея позвать меня замуж именно сегодня. Еще раз облегченно вздохнув, я продолжаю внимательно слушать парня. Обещаний, значит. Интересно. Улыбка расплывается по моему лицу и я наблюдаю, как парень подносит мою руку к своим губам. — Я обещаю быть с тобой, беречь тебя и больше не терять. И приносить тебе кофе в постель хотя бы первую неделю после этого обещания, если мне посчастливится просыпаться с тобой рядом. И готовить завтрак. И делать все возможное, чтобы ты была счастлива. Что скажешь? – некоторое время молча смотрю на него. Обещание прозвучало совсем как клятва и внезапно глаза снова начинают жечь слезы, но в этот раз у меня все же получается их сдержать. Действительно ли он может сдержать все то, что пообещал? Правда ли верит в это? Но судя по его взгляду и улыбке – он уверен в том, что только что озвучил. Тогда почему я должна сомневаться? – Только неделю? – это первое, что получается сказать после затянувшегося молчания, а потом я улыбаюсь ему. – Что скажу? – я подхожу ближе к парню и смотрю ему в глаза, в этот момент запустив руку в карман его халата и нащупав там ножницы и скотч. – Теперь твоя очередь. – делаю шаг назад и беру его левую руку в свою, оставляя ее поднятой, чтобы найти край скотча и немного отмотать. – Я тоже хочу кое-что пообещать. – наматываю ему на палец и отрезаю, сделав точно такое же кольцо, какое сейчас красовалось на моем пальце. – Обещаю помогать тебе с подготовкой к экзаменам, особенно по праву. – отпускаю его руку и кладу обратно в его карман скотч и ножницы, вновь переведя на него взгляд. – Обещаю провести исследование твоей ДНК и твоих предков на предмет проницательности… А еще однажды послушать истории о тайных обществах. – я знаю, что все это неважно. Но проще начать почему-то было с чего-то такого, совсем ненужного и не очень значимого. – Обещаю… - запинаюсь, но лишь на секунду, чтобы вдохнуть и продолжить уже о главном. – Быть рядом с тобой, поддерживать и помогать во всем. Никогда не сомневаться в тебе и верить. Готовить ужины и кофе. И… - опускаю взгляд, чтобы произнести следующее. – Продолжать любить тебя. – чуть тише произношу и поднимаю на него глаза. Холод испарился, теперь снова захотелось выйти под дождь и вообще хоть чем-нибудь себя занять. Почему-то было неловко и страшно. Откуда взялся страх объяснить не получалось и его предмет тоже, поэтому я лишь нервно сглотнула и сцепив руки в замок, смотрела на Стайлза, ожидая ответа. Но в голову пришел еще один вопрос. – Если бы я не написала тебе. Или вообще не открыла тогда дверь… Ты бы все равно не сдался? – с каким-то отчаянием слова срываются с губ и, наконец, повисает тишина, перебиваемая только звуками дождя вокруг.
[icon]https://i.ibb.co/njQQQ3w/Qa1S2hc.gif[/icon]

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » воском плавится