Nakahara Chuuya ⋯ Накахара Чуя

Bungou Stray Dogs ⋯ Великий из Бродячих Псов

ВОЗРАСТ:

22 года (29.04.)

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

в прошлом — Король Овец; в настоящем — член Исполнительного комитета Портовой мафии.

https://i.imgur.com/ki7pRck.png
Ты знаешь, когда можно выпить и пойти домой? Нет такого времени.

Твоя история

~


Тяжелые капли срывались с полей шляпы и падали вниз, когда маяча перед глазами, когда — невидимые для Чуи — практически за шиворот. Рубашка промокла и противно липла к телу, но капризы погоды и неудобства, возникшие по ее милости, ни в какое сравнение не шли кое с чем куда более противным и таким же неизбежным. 

Чую интересовал тот же вопрос — чего ради они должны работать вместе, — и это само по себе раздражало.

Дазай — последний человек на свете, с которым стоило сходиться в мыслях. Да и работать — тоже, если не хочешь чувствовать себя использованным, объектом манипуляций. Вообще последнее, о чем думал Чуя, вступая в ряды Портовой мафии — это Дазай Осаму. Самодовольное раздражающее недоразумение, самоубийца-неудачник — просто сдохни уже, — чертов кукловод. Чуя в курсе, что в мафии состоят далеко не святые, но он запросто мог примириться и с необходимой жестокостью, и прочими вещами, выходившими далеко за рамки обывательской морали и закона, потому что они служили определенным целям, в них был смысл.

Примириться с Дазаем он не мог. Дазай будто специально создан действовать ему на нервы, и Чуя все больше подозревал, что у Мори Огая особенное — извращенное — чувство юмора. Чем еще, спрашивается, можно объяснить гениальную идею поручить ему общее с Дазаем дело.

У Мори Огая острый и практичный ум, и проницательность, которая не могла не восхищать, а идея, к сожалению, была приказом, оспаривать который Чуя не мог. Дазай тоже не мог. Мысль о том, что терпеть неудобства придется не одному, должна утешать, но утешить просто не успевала. Дазай не затыкался, продолжал ныть в своей обычной манере, как будто от его слов что-то изменится. Кроме градуса раздражения — оно подскочило на один пункт.

— Повтори, когда я размажу тебя по асфальту — тоньше некуда, — огрызнулся Чуя, надвигая шляпу на глаза и пряча руку обратно в карман брюк. Для того, чтоб раскатать человека по поверхности, руки Чуе не нужны.

Все равно пустая угроза — и оба это понимали прекрасно. Дазай играл на нервах, провоцировал, подначивал делать глупости, а порученное дело сковывало руки — мордобой перед сборищем сектантов вряд ли пойдет на пользу, и злость оставалась бессильной, кипела внутри. Дазай не стоил того, чтоб ради минутного удовольствия нарушать принципы и клятвы. Чуя мог сколько угодно испепелять вынужденного напарника взглядом из-под полей шляпы, но толку с того. Работать все равно придется. Они уже работали.

Может, ему и не слиться с толпой сектантов, но по другим причинам. Чуя наблюдал за непрерывным, будто подпитываемым дождем, потоком людей и пытался поставить себя на их место, представить себя одним из них. Понять, что они искали, что привело их сюда, что заставило поверить в слова этого лидера. Получалось… плохо.

Чуя мог понять — и понимал — стремление найти свое место в этом мире, определиться, кто ты и зачем живешь. Какой смысл в твоей жизни и есть ли он вообще? Он сам долго находился в поисках ответов — всю свою жизнь, все годы, на протяжении которых осознавал себя Накахарой Чуей.

Кто он такой.

Что он такое.

Каждый в этой толпе мог сказать о себе «я человек», у Чуи не было и такой уверенности. У него была огромная сила и свобода действий, и ощущение непобедимости. У него до некоторых пор были Овцы — товарищи, которыми он дорожил, и которые предпочли от него избавиться ради своей собственной уверенности и определенности. Теперь у него была Портовая мафия, и новая цель в жизни, и возможность узнать о себе факты. Неопределенность не тянула его искать ответы у богов и проповедников, и Чуя сомневался, что дело в его связи с божеством.   

Он мог понять, чего не хватало Овцам, и не мог осуждать их.

Он не мог понять людей, примкнувших к секте, и тоже не мог отнестись к ним с презрением. Наверное, они считали, что нашли ответы на свои вопросы, нашли определенность и смысл существования. Высшую ценность, ради которой и жизнь отдать не жалко. В чем Чуя сомневался, так это в том, что ответы и смыслы, построенные на чужой лжи, могут быть настоящими, а лидер был лживым насквозь — независимо от того, верил в собственный обман или нет — для понимания этого не требовалась проницательность босса Портовой мафии, хватало своей собственной и крупиц информации. Хватало Дазая под боком — у него слишком хорошо получилось манипулировать людьми, он слишком легко играл чужими судьбами, чтоб Чуя хотя бы на минуту успел забыть, насколько это бесит.

СВЯЗЬ:

все еще телега @conceptual_shark

ЧТО СЫГРАЛ БЫ?

ЛЗ:

Код:
 Что ж, даровавшая мне тёмную<br> <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=242" target="_blank"> немилость</a>,<br> не стоило снова меня будить.