no
up
down
no

Nowhǝɹǝ[cross]

Объявление

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [nikogde] » Незавершенные эпизоды » What I’ve become


What I’ve become

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Dante х Vergil x Sparda
https://i.imgur.com/nsSn5Ot.png https://i.imgur.com/DeckGRE.png https://i.imgur.com/lWlEksM.png
But it is what it is
You don't know how to live with what it is

Спарда слишком много времени провёл в самых страшных глубинах Ада. И всё же он не был бы легендарным, если бы однажды не смог прорубить себе путь. Но если физические увечья ещё могут затянуться, то разбитое сознание восстановить сложно.

Подпись автора

Famine | Ravus Nox Fleuret
«Ebony, Ivory. Missed you, girls.»
https://i.imgur.com/HKaO5eu.gif

+3

2

Первобытная тьма. Ад был пограничной зоной между ней и людским миром, который был в середине мироздания, - дальше шел Рай и свет. Неудивительно, что за эту сердцевину обе стороны активно боролись, ведь её завладение открывало обширный плацдарм для наступления на оставшуюся часть - и покорение всего. Да, ангелы тоже были не прочь насадить повсюду "добро" и "справедливость", и, как и демонам, им было плевать на людей, просто умудрились преподнести себя в куда более выгодном свете.
Первобытная тьма - именно туда отправляются после своей окончательной смерти плохие существа; так гласили поверья, но никто не имел способа - и не хотел - проверить их. Она ничего не давала, она ничего не просила, войдя в неё, ты никогда не вернешься, поэтому этого никто не делал, если только не был идиотом.
Никому не пришло в голову назвать Спарду идиотом, когда он вышел из неё.
Потому что Ад от этого содрогнулся.
Многие задавались вопросом, в чем была сила Темного Мечника, если он смог одолеть Темного Императора, что отведал плода Клипота? Монстр, что был непобедим, хотя он и запечатывал свою энергию раз за разом? Демоны считали, что дело было в каком-то тайном источнике; люди, что боготворили его, верили в том, что праведные намерения способны превратить любого в бога, и он был тому ярким примером; ангелов никто не спрашивал. Сам же Спарда никому не рассказывал своих секретов. Просто делал невозможные вещи, при этом делая так, чтобы это можно было повторить. Или даже превзойти.
- РРРРААААРРГГГГХХХХ!!!
Никто никогда не узнает, что первобытная тьма показала Спарде. Но её влияние было далеко - и чтобы защитить себя, пережить этот опыт, о котором он не просил, он ментально деградировал в зверя, действуя только на инстинктах. Да, опять его силы были усечены - но даже в своем "блеклом" состоянии он был неостановимой мощью, что неслась вперед, так и не встречая недвижимое препятствие. Появись бы он в Раю, он бы рвал небесную рать, пока бы не дошел до Самого Главного; но вместо этого его несчастные братья вновь ощущали на своей шкуре его ярость, спустя пятьдесят лет с его исчезновения. А для демонов пятьдесят лет словно людям один миг - поэтому они передохнуть не успели.
Зато передохнет их порядком.
- НЬЯРХГКХ!
Спарда рвал их голыми руками - без мечей, отданных сыновьям, он полагался на свои конечности, рога, крылья, показывая своим сородичам, кто тут является суприм апекс-хищником. Он выдирал желудки через рот, сдавливал головы как виноград, когтями распарывал животы, сминал, разрывал, топтал...
В последующем это событие выжившие назовут "Вторым пришествием Спарды".
Кровавая пелена застилает его глаза. Под руку никто не попадается. Он моргает - впервые за несколько дней - и в сознании встает образ.
Ранее утро.
Руки на животе.
"- Какие странные имена.
- Мне нравится Божественная Комедия."
Кровавая пелена застилает его глаза. Под руку никто не попадается. И тогда он бьет саму реальность.
- ВОРРРРРЫЫЫЫЫ!
Кровавая пелена застилает его глаза. Он чувствует частичку себя. Блеск металла, что лично выковывал, охлаждая в собственной крови. Дорогие для него вещи. Должен... вернуть? Должен. Вернуть. Её.
Кого её? Прежняя сила? Прежняя жизнь? Или же она?

+3

3

Ад уже давно перестал быть чуждым местом, с которым Данте не хотел иметь ничего общего и, уж тем более, бывать там. Может, сказывалось то, что больше не нужно было противостоять ему в одиночку, а, может - то, что они исходили его практически вдоль и поперёк и видали столько, что уже мало чему остаётся удивляться. Где-то был полуразрушенный дворец Спарды и такая же древняя статуя в его честь, немногим больше (раза в три) той, что Данте видел в Фортуне. Где-то обрывы скатывались в чёрные озёра, из которых выползали такие же чёрные твари, как головастики, эволюционирующие у тебя на глазах. Это и прикольно и, в то же время, крайне отвратительно. А где-то разлагались чьи-то рёбра, уходящие костьми высоко в небо. В общем, пейзажи разнообразные, живописные, и порой хорошо, что голод почти не ощущался. Не мудрено, что после такого, привычные дома и дороги, громоздящие город, будут казаться чем-то диким, инородным и сюрреалистичным.

К счастью, кишащие демонами улицы сгладили их переход из одного мира в другой, встречая частичной разрухой, а вкус горячей пиццы только усилил эффект «дом, милый дом». Хотя теперь можно смело заявлять, что Ад – там, где Данте, и это даже забавно. Возможно, это какое-то взаимное притяжение, что даже удобно: если бы врата Ада оказывались на другом континенте, было бы в разы сложнее добираться туда. А до Мундуса на своём подержанном биплане и вовсе не долетел бы. Или долетел бы месяца через два-три, когда было бы уже поздно. Да-да, Данте в курсе уже, что это был великий план отца, чтоб всё было рядом: и пожрать, и поспать, и демонов поубивать. Так сказать, без лишних телодвижений. И со временем (с очень долгим временем) он даже оценил этот план.

Жаль, что на этот раз так легко не отделаться простым уничтожением тварей демонических. Они не знали, что или кто конкретно стоит за происходящим, но всё меньше это начинало напоминать хаос, и всё больше – чей-то план, когда агентство, которое он так долго выстраивал, оказалось в хлам разрушенным. То есть, приобрело первозданный вид без крыши и частично без стен. Было немного обидно и тоскливо, тем более, что здание пережило даже Триш и Леди, а значит, должно было стоять вечно, но как-то он быстро смирился, особенно под едкие замечания брата о том, как быстро, вернувшийся из Ада Данте (всего за месяц) умудрился снова засрать всё пространство мусором, и что проще было снести всё полностью, чем хоть как-то разобраться.

В добавок ко всему, Данте не расстроился ещё и потому, что он с мордой наглого кота напросился жить у племянника и его жены. А это значило что? Правильно: уютный дом и сытные обеды, ужины и вообще сытное всё! Это была мечта, а не жизнь. Вергилия, правда, пришлось затаскивать туда буквально за шиворот, потому что тот готов был спать хоть на улице, лишь бы не общаться с кем-то, а тем более с близкой родней. Его неловкость ощущалась за километр, хоть ножом режь, что Данте умело игнорировал, и за что постоянно получал призрачным клинком меж рёбер после очередной глупой шутки или предложения типа «может, вам, как отцу и сыну, поиграть во что-нибудь? Покидать мяч, настолочку организовать, ну или на крайний случай шахматы? Вам надо налаживать отношения!». Хотя самым опасным высказыванием всё ещё было предположение, что Вергилий, вероятней всего, скоро станет дедушкой. Тут его убить хотели сразу все трое, но как хорошо, что у него прекрасная регенерация!

И всё же Данте помнил об одном важном правиле: нельзя долго оставаться на одном месте, иначе всё начинает рушиться. Жаль было покидать дом Неро и Кирие, но предположение, что ответ к происходящему они смогут найти в Аду, было удобной причиной, чтобы ретироваться. Это были отличные деньки. И отдельно ему нравилось, что он может уйти, и будет знать, что Неро будет в порядке и защитит свою жену, да и город весь, что уж там. Напоследок он запихнул как можно больше пирожков с капустой в себя и парочку засунул в карман плаща. Да, в Аду они всё ещё не так очевидно испытывают голод, но это было и не для его утоления, а, скорей, для души.

И, когда Данте после очередной парочки десятков убитых демонов достал их, чтобы слопать, ощутил на себе пристальный взгляд брата. Приоткрыв один глаз, он зыркнул в ответ и предложил второй пирожок, на что получил едкий комментарий и фырчание. Вергилий даже отвернулся демонстративно, скрестив руки на груди.

- Хотя ты прав. Пирожок только для победителя. А я точно убил монстров побольше, чем ты, так что ты в пролёте, - словесная перепалка очень быстро переросла в потасовку, и вот уже Данте с двумя клинками в спине и навернувшейся слезой хомячил свой кусок, а Вергилий – свой. Хотя «это отвратительно, он лежал у тебя в кармане».
Ну, да, демона жрать сырого – норм, а вот пирожок из кармана – отвратительно и фу.

Чем дальше они пробирались, тем сложнее становилось. Обычно Данте чувствовал, насколько в Аду ему легче дышать, и насколько быстрее здесь зарастают его раны, но сейчас было ощущение, что даже воздух был тяжелым и разреженным, что дышать становилось тяжелее. Сюда они, кажется, ещё не заходили в их прошлое путешествие. Но даже полчища демонов не способны его остановить от банального желания зацепить брата. Это взаимно, поэтому их атаки были не точными, а по всему периметру, и поэтому они всё равно следили за движениями друг друга, да что уж там – затылком чуяли. Сколько они сражались уже?

И поэтому сейчас у Данте в груди магмой разгорается звезда, бороздящая демоническую оболочку и горячими венами расходящаяся по всему телу. Последний демон уже давно разлетелся на ошмётки, но он все равно взмывает в воздух, взмахнув крыльями и с переливающимся алым узором, и снарядом упал вниз, на брата, взрывая землю вокруг и разметая её в стороны одной волной. Вергилий, в свою очередь, покрыт собственной демонической бронёй, и чувствует себя в ней слишком комфортно, потому что даже так каждое его движение точно выверено, хотя теперь атаки более сокрушающие. Но это не проблема. Почти. Настоящая заноза в заднице – его допельгангер. Сражаться на два фронта, когда у тебя такой противник – нехилый вызов. Но они это уже проходили. И поэтому, пропустив несколько порезов, полоснувших даже через твёрдую демоническую защиту, Данте наотмашь бьёт мечом, но этой силы хватает, чтобы разрезать двойника и заставить его распасться на светящиеся частицы. Здесь главное – успеть парировать очередную атаку брата, потому что упускать случая он не намерен. И Данте вроде бы уворачивается, но хренов хвост цепляет его за ногу и прикладывает о землю.

- Эй, это было подло! Я думал, ты только честно сражаешься, как же твой кодекс воина? – а вот у него, кстати, хвоста нет… не то, чтобы обидно, но немного обидно.

Зато он научился так же пускать призрачные клинки, только они у него красного цвета, и несколько – тут же полетело в брата. Данте едва успел подняться на ноги, когда почуял присутствие силы превосходящей и… странным образом знакомой. Они оба, не сговариваясь, остановились, когда на горизонте показалась фигура…

- Да ладно… ты должно быть шутишь… - Данте бы нервно усмехнулся, если бы демоническая форма могла передать человеческие эмоции, - сколько клонов успел сделать Мундус?.. – он ни секунды не сомневался, что это клон. Либо клон, либо очередной псих, позарившийся на силу Спарды… черт побери, ему обязательно каждый раз убивать кого-то из своей семьи?

[icon]https://i.imgur.com/SoxINMi.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/Xrpcm9h.png[/sign]

Подпись автора

Famine | Ravus Nox Fleuret
«Ebony, Ivory. Missed you, girls.»
https://i.imgur.com/HKaO5eu.gif

+2


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [nikogde] » Незавершенные эпизоды » What I’ve become


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно