no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » gettin' fucked up


gettin' fucked up

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Lydia Martin х Stiles Stilinski

http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/6a/208/879376.gif


« deuce - i came to party »

замыкаясь в себе, взращиваешь крепнущие ростки депрессии. это никак не помогает жить и двигаться дальше. почему бы не развеяться немного? всего один вечер может многое - например, пойти не по плану.

Отредактировано Stiles Stilinski (2021-02-16 20:20:07)

+3

2

[indent]  Время не лечит. По крайней мере, не так, как хотелось бы. Прошел уже месяц с того дня, как я потеряла ее. Прошел месяц, но ощущение, будто это было только вчера. Эллисон умерла. Моя лучшая подруга была проткнута мечом Они, спасая меня. Из-за меня. Только я виновата в том, что теперь ее нет с нами. Ведь я банши, разве не мне предстояло предотвратить такой исход? Ведь я же чувствовала, знала, что кто-то умрет. Поэтому говорила им, чтобы не искали. Оставили. Я бы справилась… Или нет. Но она была бы жива. Мистер Арджент и Айзек не покинули бы Бейкон-Хиллз, а Скотт… в его глазах не залегла бы горечь утраты той, которую он любил. Которую мы все любили. Элли была лучиком, который теперь погас навсегда, оставив нас во мраке горя и ненависти к себе. Ненависти за то, что не смогли сохранить жизнь, не смогли предотвратить. А я не смогла предупредить.
[indent] Именно в этот момент в памяти всплывают слова Стайлза о том, что смерть происходит не с тем, кто умер, а со всеми вокруг. Потому что оправиться от потери близкого человека – слишком сложно. Боль разъедает, а чувство безысходности не покидает даже во сне. Я до сих пор не могу нормально спать и только косметика спасает от залегших темных кругов под глазами. Сны будят меня в холодном поту, а  страх не дает мне заснуть, сковывая горло. Страх, что сон повторится. Момент, когда ее убили, когда холодное лезвие меча легко вошло в невинную плоть. Меня не было там в тот момент. Физически. Но способность банши позволила почувствовать. Узнать, ощутить, как из тела лучшей подруги вытекает жизнь вместе с ручейком теплой красной крови. Не было никаких сомнений, что она умерла, несмотря на то, что я не видела этого собственными глазами. Мне будто вырвали часть сердца, оставив неровные кровоточащие рубцы, благополучно забыв заштопать. А теперь. Теперь только ждать и пытаться пережить самой. В одиночестве. Оплакивая лучшую подругу и зализывая раны.
[indent] Я в очередной раз перевернулась в кровати, уставившись в окно, за которым небо было затянуто густыми серыми тучами, предвещавшими ничего иного, как дождь. Возможно снег… Но снег в октябре вряд ли возможен в нашем штате, а вот дождь да. Часы показывали около девяти вечера, хотя судя по сгустившимся, из-за пасмурной погоды, сумеркам, казалось, что уже ночь. Мои дни за этот месяц слились в один - длинный, серый и равнодушный. Одно и то же изо дня в день. После похорон Эллисон к нам часто приходила полиция и шериф Стилински, мне задавали вопросы… Множество вопросов, на которые я не могла ответить правду. Приходилось храбриться и пересказывать какую-то вымышленную историю о бандитах на улице, которые почему-то были с мечом (?) и зачем-то убили ни в чем не повинную молодую девушку. Затем посещения полицейских прекратились, дело кому-то передали для дальнейшего расследования. Но я знала, что ничего они не найдут. Расследование закроют, виновные не будут наказаны. Независимо от того, что шерифу было все известно. А кого наказывать? Они были уничтожены, Ногицунэ повержен. Но от этого не легче. Никому из нас.
[indent] Кстати о нас. За этот месяц мы виделись лишь пару раз, каждый предпочитал справляться с горем в одиночку. Так не было легче. Я знаю это. Но почему-то каждый из нас был не готов проводить время в компании друг друга. Смотреть в глаза и понимать, что не смогли. Не спасли. Чуть больше меня навещал Стайлз, ему тоже было нелегко, ведь его разум был захвачен древним духом. Его тело использовалось для того, чтобы убивать. Наверняка он чувствовал за собой вину, но я не винила его. Как и остальные. Он не мог контролировать себя, застрял в сознании и стал посторонним наблюдателем в собственном теле. Он не мог ничего сделать, это было выше его сил. Тогда как я могла. И должна была.
[indent] Мысли всегда возвращались в одну точку – собственной вине. Я села на кровати и провела ладонью по взъерошенным волосам. Спать не хотелось, да и рано. Необходимо было чем-то себя занять, как-то отвлечься, вырвать хоть на минуточку этот поток уничтожительных мыслей из головы… В голову ничего не пришло лучше идеи поговорить с родным и близким человеком – мамой. Вздохнув, вышла из комнаты в надежде ее найти… Она пыталась мне помочь справиться, но я отталкивала ее на протяжении всего времени. Достаточно.
[indent] - Мам? Я бы хотела… - в гостиной и кухне было тихо. На холодильнике висел лист бумаги, закрепленный магнитом. - … поговорить. – Оставленная записка гласила, что она ушла в какой-то кулинарный клуб вместе с подругой. – Ну хоть кто-то из нас живет нормальной жизнью… - по окнам забарабанил дождь и чувство одиночества с новой силой накатило на меня. Глаза защипало от слез, когда мой взгляд остановился на фотографии, стоявшей на журнальном столике. Я и Эллисон. Обе счастливые и живые. Как же отчаянно хотелось, чтобы так было всегда.

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

3

Он еще не перестал видеть кошмары с навязчивым, шелестящим шепотом в них.
Иногда, как прежде, начинает вновь казаться, что с миром вокруг что-то не так. Допускал мысль, что на самом деле не порядок с ним самим.
Кто-то скажет - виноватых нет. Случилось так, как случилось. Кто-то скажет, что им просто не повезло, и что это лишь стечение обстоятельств. Кто-то может говорить все, что угодно, но это не перечеркнет единственный факт - одного из них не стало. Насовсем, окончательно и бесповоротно. Если раньше могло еще казаться, что все это игрушки, и со всем они без проблем справятся - главное, держаться вместе, - то теперь иллюзия рассыпалась. "Не стало" - это такое маскировочное выражение, когда правда настолько страшная, что произносить ее кажется финалом. Если не сказал как есть, то еще получится что-то исправить.
Эллисон умерла.
Кто-то скажет, что так получилось, и на ее месте мог оказаться кто угодно другой, - слабая натяжка, попробуй придумать что-то другое, окей?
У каждого из них отняли человека. Это уже не изменить. Можно мстить и обвинять кого-либо, но легче не станет. Ему - не стало. Впрочем, если кого и оставалось винить, то только себя. Наверняка был способ этого избежать. Наверняка все могло бы пойти иначе. Наверняка при ином стечении обстоятельств Эллисон осталась бы жива. Подумал бы раньше, предугадал, справился бы и вернул контроль - это как кубик Рубика, грани которого можно крутить до бесконечности, пока не доберешься до той единственно верной комбинации, когда все складывается идеально. Вот только никто не дал им дополнительных попыток.
Он просыпается среди ночи, если вообще удавалось заснуть, и чувствует, что липкая рука кошмара все еще сжимает горло. Будто по-прежнему не в себе, или рядом есть кто-то еще, способный им управлять, подчинить своей воле. Где-то остается отголосок чужого сознания. Во рту пересыхает так, что не сглотнуть металлический привкус на языке. Проходит время, и вроде бы месяц - это не так мало, но настолько ничтожно, что сейчас Стайлз думает - кошмарам не будет конца, останутся с ним до победного. Или до смерти, или до сумасшествия с переездом  в Айкен. Теперь, наверное, у каждого были свои демоны. Откуда произрастают его собственные, он хотя бы знал, и не планировал ими с кем-то делиться, храня при себе. Может, если их не замечать, они уйдут.
Он знал, кому плохо настолько, что попытка скрыть - это едва ли не единственное спасение; кто мастерски кладет слои косметики на осунувшееся лицо, пряча синяки под глазами и дорожки слез на щеках. Если отражение в зеркале скажет, что все в порядке, станет немного легче принять это за реальность хотя бы ненадолго. Наверное. Стайлз может только догадываться, насколько это действительно так, но не получалось и близко подобраться к ответу, как оживить Лидию, стоит ли это делать сейчас или потом, а если да, то как именно. Когда месяц миновал, он решил, что пора. Может, и не получится, но хотя бы попытается. Молчать - хорошо. Одному молчать - замечательно. Однако, иногда молчать лучше вместе, пусть и посреди толпы, но зная, что рядом есть человек, который понимает. Об этом надо напоминать.
Вечеринка дома у какого-то парня годом младше была лишь поводом, о котором Стайлз услышал вскользь, забыл почти сразу, а потом как-то случайно воскресил в памяти уже вечером и задумался. Думал недолго - пока менял футболку на рубашку и взъерошивал пятерней волосы. Дальше он уже просто завел джип и поехал по конкретному адресу. Без звонка, без смс-ки. Когда падаешь на кого-то внезапно, то тем самым не даешь возможность отступить. В то время как руки его крепко сжимали руль, возрастала решимость, что так просто перед его носом дверь сегодня никто не захлопнет. Немногим позже шины уже шелестят на подъезде, и после он настойчиво звонит ровно до того момента, пока ему не открывают.
Почему-то Стайлз не ждал, что ему откроет сама Лидия. До этого на пороге встречала миссис Мартин и либо пропускала его, либо, что чаще, непрозрачно намекала на отсутствие у ее дочери какого-либо желания на разговоры. С ним конкретно или вообще - увы, уточнения не было.
- Привет, - он вскинул руку, натягивая улыбку. И обнаружил одну проблему.
Не отрепетировал речь.
Существовало некоторое подозрение, что "эй, пошли на вечеринку!" - не самая удачная фраза, которая точно не поможет вытащить Лидию из дома. Равно как и попытка пригласить на свидание (кстати, если они сейчас поедут вместе, можно ли будет расценивать это так?). Мозг начал лихорадочно работать. Был бы способен вывернуться наизнанку в процессе, уже сделал бы это.
- Перед тем, как ты закроешь передо мной дверь, должен сказать тебе кое-что очень важное, - Стайлз напустил на себя максимально серьезный вид - здесь шутки не шутят, - Ты прекрасно выглядишь, и потому должна поехать сейчас со мной. Ничего не спрашивай. У нас нет на это времени.
В крайнем случае, он сможет закинуть Лидию на плечо и увезти, но, кажется, это уже будет считаться похищением, и такой широкий жест девушка вряд ли ему простит.

+1

4

[indent] Звонок в дверь вырвал меня из воспоминаний о том дне с фотографии. Это был один из моих любимых дней, потому что мы были обычными школьницами, не охотницей и банши, а просто Эллисон и Лидией – лучшими подругами, решившими посвятить свободное время шоппингу, мороженому и обсуждению парней. Настолько незамысловатым вещам, на которых не лежал оттенок проблем, требующих решений из разряда «за гранью», что этот редкий день запечатлелся в моей памяти навсегда. В последнее время я все чаще задумывалась о том, что это совсем не здорово и не весело – обладать какими-либо способностями. Ведь тогда обязательно найдутся те, о которых ты даже и не подозревал бы, будь обычным подростком – сверхъестественные создания, жаждущие тебя убить. А потом всех твоих близких. А позже и весь город. Я понимала, что появление как хороших, так и плохих – это баланс. Который должен быть соблюден во всем. Но что толку от этого понимания? Каким-то образом кто бы то ни был в этом мире решил так, что именно Эллисон окажется охотницей с рождения и будет убита в тот злополучный вечер. Ее жизнь оборвалась, оставив след на каждом из нас. И никто не удосужился объяснить почему.
[indent] Теплая соленая капля незаметно скатилась по моей щеке и спряталась где-то в вороте кофты. Холодными пальцами я легко смахнула мокрые следы от слез и постаралась взять себя в руки, напустив на себя равнодушный вид. Насколько это возможно. Мне не хотелось видеть в глазах гостя сочувствие, не хотелось слышать слова поддержки, которые уже приелись за такой длинный и в то же время ничтожно короткий месяц. Не хотелось видеть на лице жалось. И неважно кто стоял за дверью, будь то друг или просто знакомый. Когда тебя начинают жалеть и говорить «я все понимаю», мне хочется закричать им прямо в лицо. Никто не понимает, кроме, пожалуй, Криса Арджента, Айзека, Скотта и, наверное, Стайлза. Никто больше не мог разделить со мной то, что я чувствовала.
[indent] Удивительно, но когда я на пороге увидела владельца синего Джипа, который в первую очередь бросился мне в глаза – почувствовала облегчение. Удивительно потому, что до сегодняшнего дня, прекрасно осознавая, что он понимает и не нужно от него прятать свою боль, я все же не была готова с ним говорить. С любым из них. Но это чувство быстро сменилось тревогой. И страхом, заставляющим неметь ноги и учащать ритм сердца.
[indent] — Перед тем, как ты закроешь передо мной дверь, должен сказать тебе кое-что очень важное, - в моих легких внезапно кончился кислород. Я не была готова снова идти и с кем-то бороться. Не была готова к новым проблемам и потерям. А серьезное лицо Стайлза лишь подтверждало мои предположения, возникшие в голове ужасными картинками меньше, чем за долю секунды. Дождь за спиной друга лишь набирал обороты, а я даже не чувствовала холода, исходящего от воды, падающей с неба крупными каплями. – Только не говори, чт… - я отошла в сторону, позволив Стайлзу зайти в дом, чтобы он не намок. Друг был взволнован, не уверена, что больше, чем обычно, но его явно что-то беспокоило. Поддавшись нарастающей панике, я даже не дала себе возможности проанализировать свое собственное предчувствие. Тот самый голосок, который отвечал за способности банши. Тот самый голосок, который меня подвел в случае с Эллисон. Сейчас же он молчал. — Ты прекрасно выглядишь, и потому должна поехать сейчас со мной. Ничего не спрашивай. У нас нет на это времени. – я нахмурилась, толком не осознавая все сказанное Стайлзом. Я должна поехать, нет времени. Мало информации, но явно что-то случилось. Что-то со Скоттом? С Кирой? С кем-то еще? Господи. Голова шла кругом, я слегка кивнула и молча, с обреченным видом накинула куртку, прямо поверх домашней одежды. Кстати об одежде… - А какое отношение мой внешний вид имеет к происходящему? – упоминание о том, что я хорошо выгляжу явно ускользнуло от моего внимания ровно до того момента, когда за нами захлопнулась дверь моего дома. – Стайлз? Что происходит? – я остановилась рядом с Джипом, ожидая ответа, мысленно готовясь к худшему.

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

5

На нос упала тяжелая капля дождя. Стайлз был настолько сосредоточен на собственных мыслях, что в дороге к дому Лидии не замечал, как на лобовое стекло начинало мелко накрапывать. Даже сейчас, на каком-то необъяснимом азарте, внутреннем призыве действовать, он обратил внимание не сразу. И все же, конечно, не потерял момент, когда Лидия отступила в сторону и пропустила, чтобы он зашел в дом на то недолгое время, которое собирался здесь пробыть. Дверь перед ним не захлопнули, уже можно назвать победой.
Он прислушался. Казалось, что в доме больше никого не было. Вот они стоят рядом, говорят, а вокруг все равно тишина как будто давит со всех сторон, и подползает ближе темнота. Стайлз неуютно поежился. Это всего лишь придумка. На самом деле, все хорошо. Разыгралось воображение. Посттравматический синдром. Не надо обращать внимание, – и он переключился обратно.
Хорошо, что успел договорить фразу и не дать Лидии впасть в тревогу. Стайлз заметил по ее расширившимся глазам, что вот-вот – и все. Объяснимо, потому что у него тоже есть страх, что может случиться плохое, без конкретики. Последний месяц оказался похож на мелкое, затхлое озеро с илистым дном. Задерживаться в нем было нельзя – затянет. А перейти надо. Проще сдаться и утонуть, но эй, разве это должно стать последним выбором. Приходилось барахтаться на мелководье. Наступило время помогать другим перейти вперед, ведь вместе проще будет выбраться.
Лидия даже не стала собираться. Сначала это удивило, потом догнало молотком по затылку осознание, что она даже не знает, куда ее повезут – и это объясняло буквально все. Видя, как девушка надевает куртку поверх домашней одежды, Стайлз закусил было губу, чтобы не сказать, а не хочет ли она переодеться, но не стал. Узнай Лидия, куда они направятся, то выставит его за дверь. Пусть уж лучше так. Тем более, он не врал – та выглядела прекрасно в любом виде. Он вот тоже не во фраке. А в доме, где полно народа, они просто сольются с толпой.
- Лидия, твой внешний вид не имеет никакого отношения к происходящему, - Стайлз все же терпеливо пояснил. Ему начало казаться, что он проседает, и если они продолжат тут трепаться, то он сумеет где-то ненароком спалиться, - Нам уже пора, - он аккуратно, ненавязчиво подтолкнул Лидию к выходу, закрывая дверь, и столь же аккуратно под локоть подвел к джипу, открывая перед ней дверь с пассажирской стороны.
Ладно, ему это еще непременно аукнется, когда они приедут. Но тогда уже будет поздно, разве нет? И тут он подумал, что дождь очень даже на руку сейчас, потому что если Лидия разозлится и решит пойти домой пешком, то это будет не самой лучшей идеей из тех, что когда-либо посещали эту хорошенькую голову, и в ее рациональности придется немного усомниться. Впрочем, Стайлз надеялся, что до этого не дойдет.
- Я все объясню по дороге, - к счастью, запихивать девушку в машину не пришлось. Он быстро обежал джип, садясь и заводя его. Только проехав некоторое расстояние от ее дома, Стайлз продолжил, - Есть одно место, в котором мы обязаны сегодня быть. Просто поверь мне. Это не так сложно.
Возможно, именно сейчас стоило сказать правду.
Возможно.
Но лучше позже.
- Как ты? Чем занималась? – вопросы повисли в воздухе неловко, заданные небрежным тоном, за которым скрывалось волнение. Ничего хорошего ни один из них ответить не смог бы, у каждого на уме есть нечто свое. Но мало ли. Иногда надо говорить, хотя бы отвлеченно и о чем-то другом, о чем-то неважном.
Когда наконец показался нужный дом, и джип остановился возле, все еще не наступил момент для правды. Стайлз заглушил мотор, вытаскивая ключ из зажигания. Музыка доносилась приглушенно, но надо быть идиотом, чтобы не распознать вечеринку. Не дожидаясь вопросов, он выскочил из машины, чтобы открыть дверь для Лидии.
- Я знаю, как это выглядит, и я могу догадаться, о чем ты думаешь, - сейчас он тоже не стал ждать, когда та заговорит первой, - Но, Лидия, сейчас ты должна выйти из машины и пойти со мной. Один вечер – это все, о чем я тебя прошу.
Дождь лил за воротник. Может быть, оказалось бы куда умнее сначала предложить, спросить и только потом куда-то везти, но не все умеют поступать по-умному. Лучше так, чем совсем никак.

+1

6

[indent] - Ладно. – я сдалась, но только потому, что мокрый дождь активно забрасывал капли мне за воротник. – Я вижу, что ты скрываешь что-то не настолько серьезное, чтобы сказать мне сразу – значит это не очередная проблема, грозящая испепелить весь Бейкон-Хиллс. – я уселась на пассажирское сидение Джипа и захлопнула дверцу, наблюдая, как Стайлз обходит машину и усаживается на водительское сиденье. – И я еду с тобой только потому, что верю, что это действительно важно, ну и потому что замерзла стоять под дождем. – пристегнулась, бросив взгляд в окно. - Дома слишком… слишком… Неважно. – одиноко? Тихо? Наверное. Трудно было подобрать правильное слово, но думаю, Стайлз меня понял. Я взглянула на друга и отметила, что и для него этот месяц выдался не из легких. Лицо осунулось, под глазами видны темные круги – точное отражение моих, только лишь не скрытых слоем тонального крема.  Видимо, ни одной мне не особо сладко спится по ночам.
[indent] — Как ты? Чем занималась? – голос бодрый, тон заинтересованный с ноткой волнения. Странный вопрос, Стайлз. Тебе ведь все известно… Зачем? – сглотнув, поправила куртку и поерзала на сиденье, параллельно пытаясь угадать, куда он меня везет. – Тебя интересует чем я занималась перед твоим приездом сегодня или весь месяц после… - слова застряли в горле, мне до сих пор было сложно произносить вслух то, во что трудно поверить. – ее смерти? – я даже не заметила, как зажмурилась, выдавливая из себя уточнение. – Весь месяц я… ну знаешь, отвечала на вопросы полиции и твоего отца и пыталась понять почему. Почему именно она, почему случилось все так и почему я ничего не сделала. Вот, впрочем, чем я занималась весь месяц. – я даже не заметила, что тараторю, а в легких закончился воздух, из-за чего я громко вдохнула, переведя дыхание. – Ну а сегодня… - пожала плечами, отвернувшись от Стайлза. – Сегодня я пыталась поговорить с мамой, но ее не оказалось дома. Думаю, ты заметил. – Не уверена, что мой ответ понравился Стайлзу, но говорить то, что думаю входит в одну из моих многочисленных качеств. Точнее, стало входить с недавних пор, но неважно. – А ты? Как у тебя дела? Как вообще могут быть дела после всего того, что произошло? – Как-то не совсем наш разговор завязывался так, как хотелось бы. Скорее всего, мне стоило быть помягче и не реагировать на обычные, повседневные вопросы так резко, язвительно. Он ведь понимает и знает, он ведь не хотел расстроить – это я знала наверняка. – Извини, Стайлз. Просто это как-то немного слишком. Даже более слишком, чем оказаться укушенной Питером или бегать голой по лесу. – нервный смешок сорвался с моих губ, а автомобиль все продолжал ехать. За теми эмоциями, что я испытала во время нашей непродолжительной беседы, совершенно потеряла счет времени и перестала следить за дорогой. Единственное, что не осталось без внимания – это злосчастный дождь, который так и продолжал молотить в окна Джипа.
[indent] А вот когда машина все же остановилась и до моего слуха донеслись звуки музыки, моему удивлению не было предела. – И говоря «одно место, в котором мы обязательно должны быть» ты имел в виду вечеринку? Серьезно? Вечеринку, Стайлз?! – от возмущения у меня внезапно на секунду кончились слова. – Если ты знаешь о чем я думаю, то лучше бы тебе сейчас же увезти меня домой. Потому что я не хочу идти на какую-то вечеринку, ни после того, что случилось. Тем более, на вечеринку, устроенную не мной. Как ты себе это представляешь? – я сложила руки на груди и не торопилась выходить из машины, несмотря на то, что Стайлз открыл мне дверь и теперь стоял под дождем, ожидая, что я выйду. Немыслимо! Я, конечно, понимаю, что прошел уже месяц, но черт возьми, всего лишь месяц – это так мало. Я не могла позволить себе веселиться, не могла даже думать в эту сторону, осознавая, что Элли уже никогда не сможет того, что могу я. Что ее больше нет. Почему Стайлз этого не понимает? Или не хочет понимать?
[indent] - Один вечер – это все, о чем я тебя прошу. – моя решимость пустила трещину и я тихонько выдохнула, закрыв глаза. Почему он это делает? – Ты… ты не можешь меня об этом просить. В смысле, не об этом, понимаешь? Ни о том, чтобы сейчас пойти и веселиться, когда… - я открыла глаза и встретилась взглядом с шоколадными глазами друга. Он действительно хотел, чтобы я пошла. Действительно ждал этого. – Только если ненадолго. Совсем на чуть-чуть. – спрыгнув на мокрый асфальт, захлопнула за собой дверь автомобиля. Стайлз к тому моменту уже наполовину промок. Чувство вины кольнуло меня за это и быстро исчезло. Все-таки это было его желание потащить нас на какую-то гребаную вечеринку в дождь. – И я совсем не одета для вечеринки, в чем виноват только ты. – шагая по направлению к дому, куда потихоньку стягивался народ, корила Стайлза о том, что он даже не предупредил, когда мы были дома. Хотя уверена, скажи он заранее, я бы точно никуда не поехала.

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

7

Единственное по-настоящему умное, как сам Стайлз считал, он делал сегодня – это давал говорить. Не перебивая, не вставляя свои реплики, не пытаясь переспрашивать или шутить несерьезно на серьезные темы. От некоторых слов в горле вставал ком. Если бы очень захотел, то и не смог бы все равно ответить. И не надо было. Все эти вопросы по типу «как дела» - это белый шум, как и ответы на них. Сценарий не слишком различался что у него, что у Лидии. Были вечера, когда отец приходил поздно домой, садился за стол в полной темноте и не делал больше ничего. Стайлз подходил к нему, садился рядом, и оба они молчали. Потом старший Стилински клал руку на плечо сыну и, потрепав, уходил спать, а Стайлз оставался еще на некоторое время. Иногда отец пытался задавать вопросы, но натыкался на упорное молчание, и в глазах его застывала боль. Кто, как не родной сын, должен был помочь, но вместе этого будто зашивал себе рот изнутри? Тот самый, у которого на любой вопрос найдется десяток ответов, и хотя бы один из них будет соответствовать действительности? Но не в этот раз. Он хотел помочь, очень хотел, - и не мог.
Да, последнее время он молчал куда больше обычного, а сегодня даже был необычайно разговорчив. Все познается в сравнении, вот оно и подъехало. Ради Лидии стоило сделать вид, что все в порядке, и нацепить маску, которая периодически пыталась соскользнуть. Уж что, а врать Стайлз все-таки не умел. Не так хорошо, как хотелось бы сейчас.
- Я в порядке, - на момент ответа он крепко сжал руль, и костяшки пальцев побелели, - Давно никого не видел только. Может, скоро получится это исправить, - и запнулся. Потому что реально ощущал, что если кому-то и придется все возвращать в свое русло, так это ему. А больше было некому. Условное, повторяемое от раза к разу «в порядке» - это просто уход от вопроса, который сам же и задал, но не знал, что на него мог бы сказать. Стоит взять за правило – не спрашивать то, на что не ответил бы сам. Возможно, в будущем станет чуть умнее, - Рядом не всегда может оказаться тот, кто накинет на тебя куртку. Да и погода не позволяет, - он вспомнил то волнение, которое поселилось в момент пропажи Лидии. И охватившая радость при ее виде, что жива и в относительной норме, не считая листьев в волосах. Оказывается, это было не самым страшным, что только намечалось впереди, вот ведь ирония.
Черт знает, Стайлз не мог представить, что еще может произойти. Что еще они не знают. Раньше все было так просто, а сейчас настолько сложно, что этих самых вопросов намного больше, чем потенциальных ответов, которые можно было бы найти, и чем людей, которые могли бы ответить. Сложно так, что он сам заблудился посреди всего хаоса, как и его друзья, разбежавшиеся каждый по своим углам. Отчаянно хочет собрать их обратно, но не получается пока собрать самого себя – много ли у него удастся при таком раскладе. Вот уж сомнительно, и все-таки будет пытаться. Начиная с Лидии, пусть против ее желания, но ладно, не всегда надо быть предупредительным и угадывать каждую мысль. Или потакать чужому стремлению закопать себя подальше от всех.
Он ждал. Упрямо ждал, поджав губы и не собираясь двигаться с места, пока Лидия не согласится. Если бы ее отрицание продлилось дольше пары минут, и Стайлз вымок бы окончательно, то пришлось бы предпринять что-то еще, кроме сверления взглядом. Но тут ему повезло чуть больше, чем того ожидал.
- На чуть-чуть, - он подтвердил, энергично тряхнув головой. Эта маленькая победа воодушевила. Даже чуть было не взял Лидию под руку, но вовремя спохватился и одернул себя, решив, что это было бы немного чересчур сейчас, - Это будет очень короткое свидание… Я хотел сказать, посещение. Свидание с… рядом знакомых нам людей, - Лидия уже ушла немного вперед, когда Стайлз начал заговариваться, чтобы смазать свою оговорку. Не сказать, что он допустил ее случайно. Не сказать, что совсем уж специально, но лица девушки, к счастью или сожалению, не видел. Впрочем, реплика, долетевшая до его ушей, не была такой уж агрессивной. И именно ее он решил оставить без ответа, признавая свою вину, но лишь на какую-то совсем малую долю.
Они вошли в дом, где было немало народа. Кого-то они знали, кого-то Стайлз вроде где-то мельком видел, а с кем-то вовсе знакомиться не приходилось. Все же, он узнал хозяина дома – точнее, счастливчика, чьи родители благополучно свалили на выходные, не подозревая, что их уютное гнездышко будет отдано на растерзание школьникам, и вот уже их сын использует вазу для облегчения своего желудка.
- Хе-ей, привет, как жизнь? – он тут же подошел к этому парню, с размаха ударив его по спине дружеским жестом, и добавил чуть тише, когда  отошел сразу после того, как дежурно засвидетельствовал свое прибытие, - … Человек, имя которого я не помню и не то чтобы знаю.
Музыка слегка оглушала. Некоторые укромные места уже были заняты образовавшимися парочками, как наверняка и комнаты наверху. И, если по правде, вопреки схваченной бутылке пива, чувствовал он здесь себя неуютно. Не то лишним, не то неуместным, если это не одно и то же.
- Ты что-то будешь? – Стайлз на короткое мгновение наклонился к Лидии, чтобы та его услышала, - Погоди, я скоро вернусь, - он решил оставить ненадолго девушку, чтобы раздобыть ей закуски и что-то из напитков, лавируя между собравшимися.

+1

8

[indent] "Это будет очень короткое свидание… - оговорку Стайлза я решила оставить без ответа, хотя стоило бы... Но с другой стороны, что мне следовало на это сказать? Я не знала, почему складывалось все так. Конечно, это было чисто мое решение - не отвечать ему на чувства и оставаться друзьями. Почему? Не знаю. Скорее, я не представляла нас, как пару. От слова совсем. Я знала, как впрочем и все вокруг, что нравлюсь ему. Нравилась. По крайне мере, до появления Малии. Теперь же было любопытно, но эгоистично с моей стороны, знать, а изменилось ли что-нибудь сейчас? Отступился ли он от этой идеи? Оговорка о "свидании" вызвала секундную теплоту в груди, а затем моментально сменилось сопротивлением. "Мы друзья. Ничего быть не может и не должно". Потому что это же Стайлз. Добрый друг, который всегда рядом. Честно, я не считала его не достойным меня или что-то вроде того. Скорее была не уверена в себе. Мне нравился он, но этого явно было недостаточно для отношений. Несмотря на слова Элли, чтобы я присмотрелась к нему. Несмотря на попытки друзей нас сблизить. Несмотря на попытки самого Стайлза. Мне отчаянно не хотелось делать ему больно, разбивать сердце только из-за пустых надежд, что все может получиться. Из-за того, что все восприняли желаемое, за действительность. Поэтому, скорее всего именно из-за этого мы оставались только друзьями. Ну а кроме того, теперь у друга была другая девушка и я почти искренне радовалась за него. Почти.
[indent] Мысли о Стайлзе плавно перетекали от одной к другой, пока мы приближались к дому, в котором громко играла музыка. Ужасная музыка, стоило бы отметить. Абсолютная безвкусица, которую не ставят на вечеринках. По крайней мере те, кто хотя бы раз уже организовывал подобное мероприятие. Я недовольно поморщилась, переступая порог чужого дома. Мыли вернулись в привычное за этот месяц русло. Отчаянно не хватало Эллисон. Чувство вины выжигало грудь. А теперь еще и вины за то, что я посмела пойти на увеселительное мероприятие, в виде вечеринки. Хотя веселой ее можно было бы назвать с огромной натяжкой. Вокруг бродили уже довольно выпившие школьники, которые, кстати говоря, были даже младше нас. Трогали все, что не так стояло/лежало в этом доме, от чего мне тут же захотелось выпроводить несколько человек за дверь. Потому что имеется золотое правило - ничего не трогать. Если вас пригласили в дом повеселиться, не нужно забывать, что вы в гостях. А здесь скорее царил хаос. Честно, я даже и не помнила, когда в последний раз посещала чью-нибудь вечеринку, кроме своей. Ну, пожалуй, только ту, которая устраивалась в лофте Дерека и закончилась прибытием Они на огонек. Тогда все еще были живы.
[indent] Я нашла глазами Стайлза, который в своей привычной манере здоровался с окружающими. Улыбался. Шутил. Хотя по его глазам было заметно, что ему здесь так же как и мне - как минимум не комфортно. Зачем тогда это все, спрашивается? На чуть-чуть. Вздохнув, я побрела в дальнюю часть комнаты, где, как мне казалось, было потише и не так многолюдно. Стайлз учтиво поинтересовался, что я буду пить, скрылся из вида в поисках пунша и чего-нибудь для себя. Если уж пришли, то не оставаться же трезвыми, правильно? Что сказала бы Эллисон, будь тут с нами? Она вряд ли решила бы тухнуть вдали от всех. Да еще и не поверила бы глазам, если б увидела, что я и Стайлз позволяем себе это. "Улыбайся, Лидия. Кто-то может влюбиться в твою улыбку."- если бы ты только была с нами. Легкая улыбка коснулась моих губ и какой-то парень в паре метров от меня решил, что это обязательно адресовано ему.
- О, эй! Ты ведь Лидия, да? Привет! Я Чак! - слишком эмоционально, слишком радостно. - Это моя вечеринка, как тебе тут, а? Правда здорово, да? В первый раз устраиваю! Смотри сколько... незнакомых людей! - он поднял стакан с каким-то пойлом и осушил его за пару секунд. Мой взгляд упал на рядом стоящую вазу с непонятным содержимым, отчего тошнота подступила к горлу. - Эй, чувак! Смотри! На мою вечеринку пришла сама Лидия Мартин, а? Как тебе такое, чувааак? - он хотел было ударить кулаком в дружеском жесте какого-то светловолосого парня, но промахнувшись, спикировал лицом вниз. Я закатила глаза и перешагнув, прошла мимо. Что я здесь делаю?
[indent] - Не думала, что такая как ты, посещают нечто подобное. - спокойный голос раздался у меня за спиной. Незнакомая мне девушка сидела со скучающим видом одна, видимо, тоже была не особо рада находиться здесь. - Такая как я? - я уселась на подлокотник рядом стоявшего кресла и поискала глазами друга, который где-то запропастился с пуншем. - Ну да, такая как ты. Знаешь, Королева школы, лучшая по баллам, старшеклассница. Что забыла тут, среди вот этих вот? - она неопределенно обвела рукой пьяных ребят, половина которых уже без сознания спали на диване в центре гостиной. - Наверное то же, что и ты... Мы тут... пытаемся, ну знаешь, отвлечься. - натянутая улыбка и быстрый взгляд по толпе, где же ты, Стайлз? Девушка слева лишь пожала плечами и сделала глоток пива из зажатой в руке бутылки. - Отвлечься от чего? У тебя же не жизнь, а сказка. - я встретилась с ней взглядом. Ее глаза, слегка покрытые хмельной пленкой, смотрели на меня с каким-то укором. Черт, я ее даже не знаю, так что она может знать о моей жизни? Гнев затрепетал где-то внутри меня. Мне захотелось ей рассказать, доказать, что все не так и наша жизнь далека от идеала, но не стала, вовремя заметив Стайлза, который пробирался ко мне с двумя стаканами чего-то алкогольного. - Хотела бы еще поболтать, но мне пора. - резковато бросив незнакомце, я направилась навстречу к другу.
- Где тебя носило? - взяла один из стаканов и выпила половину, бросив взгляд на ту девушку, которой уже и след простыл. - Здесь... слишком много людей, которые знают меня и идеализируют мой образ. Мне это не нравится. И, знаешь, по-моему чуть-чуть уже... - резкий толчок внутри заставил замолкнуть. Что-то не так. Было явно что-то не так. - Стайлз, что-то происходит, я должна... - вокруг все будто покрылось дымкой и единственное место, которое оставалось четким - была дверь в конце гостиной, где я не так давно говорила с девушкой, ведущая в коридор. - Подожди тут или... пошли со мной. Там что-то не так. - кинув многозначительный взгляд на друга, чтобы он понял, что это я говорю ему как банши, а не просто как Лидия, прошла мимо двух пьяных тел (один из них тот самый Чак) к двери, за которой показался коридор. У дальней стены развлекалась парочка. Нет, не здесь, где-то дальше. В голове появился шум, как это обычно бывало в случаях проявления способностей банши. По спине пробежал холодок. В последний раз это была смерть Эллисон. Только не снова. Пожалуйста, только не опять. Следуя своему предчувствию, прошла к следующей двери. Внезапно вокруг стало тихо, тишина давила на уши. Я обернулась и поняла, что осталась одна. Никого не было, ни людей, ни Стайлза. Все исчезло в моем сознании, оставив меня здесь одну. Страх скрутил все внутренности. Я медленно открыла дверь, за которой царила темнота. Но мне не нужен был свет, чтобы увидеть кровь и почувствовать запах смерти. Посредине ванной комнаты лежала та самая девушка в луже собственной крови, с перерезанным горлом. Ее глаза, распахнутые в страхе, невидящим взглядом смотрели в потолок. Звуки вернулись, шум обрел новую силу, ворвавшись со всех сторон в мою голову, в мое сознание. Не найдя больше никакого варианта избавиться от гула, мой крик разрезал пространство вокруг. И в этот момент нечто синее выпрыгнуло из-за двери, скрывшись за другой дверью, ведущей в спальню другой части дома.

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

9

С того момента, как Стайлз отошел от Лидии, число знакомых лиц вокруг резко сократилось. Если быть точнее и хорошенько, очень тщательно посчитать, их было около нуля. Почему-то больше не попадалось никого, кто прятался хоть где-то в закоулках памяти, был замечен мельком, единожды – никого. Лица смазывались и казались все одинаковыми. Музыка становилась слишком громкой, и в то же время нельзя было ничего различить, она заглушала все звуки вокруг, смешивала голоса, заполняла собой пространство и вполне существовала, но при этом - совершенно неузнаваема. Он остановился – внезапно начало казаться, что его сейчас наизнанку вывернет.
- Эй, приятель, ты в порядке? – неожиданно ему на плечо упала чья-то рука. Стайлз обернулся. Он не знал этого парня, или не мог узнать; даже сощурился, пытаясь различить в его лице хоть что-то знакомое, однако все черты будто ускользали от взгляда. И все же, это помогло сконцентрироваться на реальности. Дурнота отступила, так и непонятно, чем вызванная.
- Да, в полном, - он краем рта улыбнулся и махнул раскрытой ладонью. В полном порядке, спасибо. Так в порядке, как никогда еще не было.
Стайлз с недоумением уставился на бутылку пива, которую по-прежнему сжимал в руке. В горле пересохло. Возникло странное дежа вю – как если ночной кошмар случился наяву; сердце заходилось в панике точно так же. Он принялся пить залпом, пытаясь промочить эту сухость, и осушил бутылку где-то на треть. Легче, конечно, не стало, но теперь уж точно вернуло обратно в жизнь. Вроде бы.
Он быстро нашел пунш, разлив его по двум стаканам и незамысловато потеряв бутылку пива там же на столе. От пунша разило водкой, что давало понять, чего из содержимого в нем больше. Лучшая забава подростков – вылить побольше алкоголя, чтобы сделать вечеринку веселее. Почему нет, работало во все времена. Было бы неплохо, сработай это сейчас и на нем тоже.
Стайлз наткнулся на Лидию немного раньше, чем планировал, или чем оставил ее ждать в пространстве. Та выглядела раздраженной – даже больше, чем была пару минут назад. Окей, похоже, что план «взбодрись или умри» работает не так, как задумывалось, а кодовое название вслух лучше вовсе не произносить. Он протянул Лидии один из стаканов, не зря ведь ходил все-таки.
- Ну, я… - Стайлз показал было куда-то позади себя, вполоборота повернувшись туда, откуда и пришел, но довольно быстро все же сообразил, что ответ не слишком важен. Он попробовал содержимое своего стакана, и, на его вкус, запах вполне соответствовал – кто-то переборщил с подливанием. Поэтому в очередной раз восхитился этой непревзойденной женщиной, которая так лихо выпила сразу половину, - Тебе лучше? – он спросил, подняв бровь, которая вскидывалась все выше по мере того, как девушка пила.
Видимо, что нет, совсем не лучше. Стайлз помрачнел – он должен был предугадать, что эта затея обернется феерическим провалом. Черт, он и сам не наслаждался пребыванием здесь среди пьяных подростков, большинства из которых он не знал – лучше считать, что да, просто не знал, а не будто бы не различал их лица. Было похоже на третьесортный музей восковых фигур, где различия были лишь в криво пошитых костюмах. Такой себе живой кошмар. Смотришь на статуи, и чем пристальнее ты смотришь, тем сильнее кажется, что одна из них вот-вот шевельнется, шагнет в твою сторону и с силой, совсем не угадываемой в восковой фигуре, схватит за горло.
Он смахнул наваждение, проведя рукой по лицу. Опомнившись, Стайлз спохватился, что прослушал половину тирады Лидии, и теперь спешно пытался вникнуть.
- Что? – но девушка куда-то уже целеустремленно направилась, - Подожди, что случилось?
Когда у Лидии на лице застывало такое выражение, и она начинала идти, доверяясь каким-то своим внутренним ощущениям, это было не к добру. Внутри у него все похолодело. Первым желанием было схватить девушку за руку и увести отсюда подальше, лишь бы… лишь бы не происходило то, что могло сейчас произойти. Если оборотни могли еще как-то приучиться к самоконтролю, то с банши все казалось куда сложнее. И страшнее, если уж говорить совсем честно. До мурашек страшнее.
- Ты уверена, что хочешь туда идти? – эй, он не мог не переспросить. Просто на всякий случай. Стайлз уже знал – не хочет, но пойдет. И он пойдет тоже, как бы сильно ни хотел избежать этого. Можно было догадываться, что предстоит, и какая именно сила ведет Лидию. Он надеялся только на одно – что это будет не тот человек, которого они оба хорошо знают. Отвратительное чувство, как и сама эта надежда, потому что любая смерть – это плохо, а так получается, будто он кому-то ее желает. Не себе, не Лидии, не кому-то, кого знает, а кому-то другому, абстрактному. Отвратительное тем, что как будто сам руки окунул в кровь.
Он аккуратно перешагнул через парнишку, чей дом сейчас неаккуратно препарировали и который сам совсем недавно обнимал антикварную вазу, используя ее для случайной цели. Все отлично проводили время. Не похоже, будто где-то могло случиться что-то плохое. Холод сменился на жар – от окружающего веселья, слишком живого и буйного. В какой-то момент Стайлз отстал – какая-то девчонка, не в силах стоять на ногах, выбрала его в качестве опоры. Увы, с этой ролью он соглашаться не хотел и поэтому аккуратно расцепил руки и прислонил девушку к стене. Стоять ровно та категорически отказывалась, поэтому пришлось потратить некоторое время, выравнивая ее. Пока Стайлз занимался этим неотложным вопросом, Лидия уже скрылась из поля его зрения, и пришлось активно догонять. Настолько активно, что сам уже чуть не врезался в стену рядом с дверью, куда изо всех ломанулся, услышав крик. Крик Лидии. Он успел увидеть лишь тень, которая бросилась в другую дверь, и помчался вслед за ней, лишь краем сознания обратив внимание на тело. Едва он перешагнул порог, оказываясь в чьей-то спальне, как брызнуло осколками окно. Кто бы или что бы это ни было, оно сбежало. Сдается ему, не так уж и много было шансов остановить это с самого начала. И все же.
Стайлз развернулся обратно, сделав несколько шагов к ванной комнате, и как споткнулся о воздух, теперь видя погибшую полностью, как она есть, смотря на нее во все глаза. Он понял, что когда пытался последовать вслед за убийцей, нечаянно краем кроссовка наступил в лужу крови и оставил за собой след. Резко подурнело. Плюс, придется объяснять отцу в очередной раз, как так получилось, что он не только оказался на месте преступления, но и наследил там. Тем не менее, это было не самой большой проблемой.
- Пап, записывай адрес, - то, что его рука дрожит, Стайлз заметил, только когда потянулся в карман за телефоном. Он быстро продиктовал и отключился. Сейчас важнее было другое – увести Лидию, за спиной которой собралась толпа, а сама девушка, похоже, не могла даже пошевелиться. Обещая проклясть себя всеми последними словами позже, он как можно аккуратнее перешагнул через кровь, чтобы больше ничего не задеть, и остановился вплотную к Лидии, беря ее за плечи, - Посмотри на меня, Лидия. Ты слышишь?
Стайлз слегка встряхнул ее, пытаясь привлечь внимание и как-то выцепить из этого полукоматозного состояния, в котором та пребывала. Столпотворение никак не улучшало ситуацию.
- Шоу окончено, ребят. Расходитесь, - толпа пошатнулась, но осталась на своих позициях, - Разбегаемся, полиция приедет через две минуты! – и только после этого сработало. Никто из несовершеннолетних не хотел попасться. Людские массы завихрились и начали поспешно покидать дом.
А ему надо было увести Лидию. Подальше отсюда, и как можно скорее.
- Давай, пойдем. Я отвезу тебя домой, - приобнимая ее за плечи и крепко держа, он направился с Лидией к выходу.
Приободрить хотел, да?

+1

10

[indent] Она была еще теплой и будто бы живой… Я пыталась зажать рану на шее своими ладонями, наблюдая, как густая красная кровь растекается лужей, окрашивая кафельный светлый пол в алый цвет. За спиной слышался шепот и удивленные возгласы, кто-то, узнав в мертвой девушке свою знакомую, рыдал. А я… я смотрела на увеличивающееся пятно липкой крови и еле различала звуки, окружающие меня. В этот раз тяжелее. С каждым найденным мной трупом в голове будто что-то щелкает, нервы лопаются по одной, с гулким треском. Балансировать на грани сумасшествия тяжело. Каждый раз есть шанс сорваться. Вот только как удержаться? Где найти якорь, который не позволит совсем поехать рассудком? Кровь на руках высыхала, отчего они становились липкими. Тошнота подступила к горлу. Кто это сделал? Зачем? Наверное, я никогда не привыкну к этой стороне своих способностей. Видеть смерть и не иметь возможности помочь. Слезы жгли глаза.
[indent] — Пап, записывай адрес, - где-то, словно из под воды, донесся голос Стайлза. Правильно, полиция. Нужно вызвать полицию и скорую, вдруг… Вдруг ее получится спасти. Хотя кого я обманываю? Глаза стеклянные, а над верхней губой уже появилась синяя полоска. Она мертва. Окончательно и бесповоротно. Как Эллисон. Могла ли я помешать этому в этот раз? Да. Если бы я не отвернулась от нее, если бы поддержала беседу, она не пошла бы в ванную именно в тот момент, когда нечто синего цвета находилось там. Кто знает, может всего еще одно предложение от меня, всего пара минут, спасли бы ей жизнь? — Посмотри на меня, Лидия. Ты слышишь? – я даже не заметила, как встала на ноги, оставив попытки сдержать кровь, которой теперь была повсюду. Кровавые следы, ладони, одежда… Кровь кровь кровь. Хотелось кричать. Но внезапно навалившееся равнодушие не позволяло этого сделать. Меня будто опустошили, оставив лишь оболочку Лидии Мартин. Лицо Стайлза маячило перед моими глазами, его обеспокоенный взгляд, казалось, пытался заглянуть мне в самую душу, найти ту меня, которая была еще до смерти. До смерти Эллисон. Прости, Стайлз. Я вынуждена тебя разочаровать. Я слышала его, смотрела. Но почему-то ему было этого не достаточно. Чего он хочет, тряся меня за плечи? Люди за его спиной пялились, где-то издалека послышался вой сирен. Сейчас все закончится. Или только начнется? Опять вопросы  полиции, опять странные взгляды, мол, почему это Лидия всегда оказывается там, где трупы? Хотелось бы мне знать. Толпа начала расходиться, пока я тупо пялилась на каждого из них, не различая лиц. На мертвую девушку смотреть больше не могла.
[indent] - Я должна смыть кровь. – безэмоционально, выставив вперед ладони, мол, ты же видишь, они грязные. Черт, они слишком… слишком красные. Холодная вода равнодушно смывала уже подсохшую кровь в белую раковину, оставляя розовые капли. Грязные. Я терла руки до тех пор, пока они не покраснели от усилий, а не от крови. На тело навалилась усталость. Теплые ладони легли мне на плечи. — Давай, пойдем. Я отвезу тебя домой, - домой. А что там дома? Тишина, пустота, одиночество. Я поняла, что внезапно замерзла настолько, что начали стучать друг об друга зубы. Или это не холод? Да, скорее всего это от стресса. Так бывает. Именно так. Люди умирают, а ты продолжаешь вести подсчет трупов. Сколько там уже? Пять? Десять? Слишком много на меня одну. Слишком сложно.
[indent] Полиция приехала в тот момент, когда мы покинули дом, нырнув в вечернюю прохладу, которая обычно бывает после дождя. Распахнутые глаза незнакомки до сих пор стояли перед моими глазами. Стайлз шел рядом и не пытался со мной говорить. За что я была ему благодарна. Не сейчас, не в эту минуту, пожалуйста. Джип стоял все там же, где мы его оставили, приехав «повеселиться». Отличный вечер получился, очень весело. Поражало, что весь мир продолжал жить так, будто ничего не произошло. Гости с вечеринки разбегались по своим домам, чтобы прийти и лечь спать, а завтра проснуться. Они будут об этом говорить. Рассказывать кому-то, что стали свидетелем убитой девушки. Но что с того? Дело то в том, что миру все равно. Они погибли – Эллисон, та девушка, Эйдан и еще много тех, чьи имена я не знаю, а время продолжает течь, живые продолжают жить и  забывают о потерях. Это несправедливо, в корне неправильно. Оказавшись в машине, тут же потянулась и включила печку. Руки дрожали.
[indent] - Тебе удалось разглядеть то… существо? – а видел ли он вообще? Я не помню в какой момент Стайлз появился рядом со мной. До или после того, как нечто синее выскочило из ванной комнаты. Может он вообще не в курсе, что там был кто-то, не похожий на человека. – Эта девушка… Я разговаривала с ней прямо перед. – слова застряли в горле. – Если бы я не оставила ее, не отвернулась… Я должна была почувствовать, понимаешь? Почему это не работает, когда нужно? Она ведь ни в чем не виновата. Как и Эллисон! Они не заслужили все это, не заслужили смерть! – горячие слезы терялись где-то в воротнике куртки, а я даже не замечала их. Единственное, что бросилось мне в глаза – капля крови на рукаве куртки. Тошнота снова отозвалась где-то в желудке. – Я не хочу эти способности! Не хочу быть банши и находить трупы! Я не хочу всего этого! – я представляла, что выгляжу жалко. Но мне было плевать. Все то, что копилось во мне месяц, сейчас было готово выйти наружу. Я знала, что Стайлзу ничуть не лучше, но у него хотя бы был выбор. Выбор покинуть город и больше никогда не связываться с чем-то иным, не похожим на обычных людей. Я же была привязана к смерти в прямом смысле этого слова. – Мне нужно оттереть эту кровь, нужно… - рьяные попытки стереть красное пятно ухудшали положение, так как оно ни в какую не хотело исчезать. И подумай я в здравом уме и спокойном состоянии о том, что кровь вообще-то нужно застирывать сразу холодной водой, сейчас не была бы на грани отчаяния. Но эмоциональное равновесие в данную минут огромная роскошь. Поэтому, я продолжала тереть это чертово пятно, осознавая, что еще минуту и потеряю сознание от рвущих душу и раздирающих грудь рыданий.

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

11

Похоже, теперь следы вечеринки скрыть не удастся. Если можно было выкинуть мусор и вычистить вазы, то от трупа с лужами крови не избавиться так просто. Поэтому незадачливый устроитель вечеринки сидел где-то в конце коридора на полу и что-то бормотал себе под нос. Впрочем, на него Стайлз не обращал ровным счетом никакого внимания. Было о ком подумать и позаботиться, спасибо. Позже, когда он все решит, когда увезет Лидию отсюда, то проклянет себя десяток раз за свое желание подбодрить ее, которая наверняка переживала больше всех, если вынести за скобки мистера Арджента. И смотрите, куда привели благие намерения, не в сам ли ад.
Он дал Лидии время перед тем, как увести отсюда прочь. Провел по дому, поддерживая и помогая перешагнуть через единственного оставшегося, который быстро трезвел в ожидании полиции. На улице дождя уже не было, но оставалась зябкая прохлада, забирающаяся под одежду влажными ледяными руками. Только тогда Стайлз отпустил девушку, позволяя ей самой дойти до машины и открыв для нее дверь. После он сел рядом, и в этот момент, когда Лидия потянулась включить печку, заметил, что ее знобит, даже колотит, и наверняка похлеще, чем его, хотя казалось, что зуб на зуб не попадает. Стайлз решил не говорить, что печка не то чтобы сломана, но очень долго и очень плохо греется, поэтому просто потянулся на заднее сидение за своей курткой, чтобы укрыть Лидию.
- Нет, - он помотал головой, помедлив. Что и говорить, если опоздал и даже близко не видел убийцу. Как всегда, оказался абсолютно бесполезным и сделал только хуже, чем если бы не делал вообще ничего.
У него нет ни когтей, ни клыков. Нет сверхострого слуха и обоняния. Нет мощной силы, нет скорости. И даже не хватает мозгов, чтобы сейчас как-то успокоить Лидию; не может найти ни одного слова. Остается только злиться на себя за это, и за то, что привез сюда. Где-то в глубине мыслей Стайлз, конечно, отдавал себе отчет в том, что глобально ни в чем не виноват, и предсказать будущее он не мог. Такого дара у него тоже не было, равно как и любого прочего. И все равно, это ничего не меняло.
- Никто не заслужил, - единственное, что он находит, чтобы пробормотать, отворачиваясь. Никто не заслужил смерти, даже чей-то убийца, наверное. Наказание - да, но не смерть. А потом вспоминает Эллисон, сжимает кулаки и уже не так уверен.
Никто не заслужил, никто ни в чем не виноват. Где-то в этой фразе прячется ложь. Возможно, оба пункта стоит поставить под сомнение, но это слишком сомнительная тема для того, чтобы сейчас в ней копаться и рассуждать.
Стайлз смотрит на боковое зеркало, потому что слышит, что Лидия плачет - такая вот попытка дать ей немного приватности, не пялясь и не пытаясь успокоить, усугубляя еще сильнее. Он пытается подцепить пальцами нитку на кожаной оплетке руля, но та слишком маленькая, чтобы сделать это с коротко остриженными ногтями. Нитка не дает покоя, зациклила на себе и все время норовила ускользнуть, а когда удалось ее зацепить, легко соскочила, так и оставшись на оплетке. Стайлз подумал, что они не выбирают, кем им быть. Это случайность, рандом, чужие решения. Скотт стал оборотнем не потому, что хотел. Лидия стала банши не потому, что хотела. Малия, Джексон, даже Дерек - они бы могли выбрать для себя что-то иное... хотя ладно, Джексона можно вычеркнуть из списка, этот идиот был готов пойти на все, чтобы просто забивать больше очков в лакроссе - на нечто иное у того не хватало воображения. А про себя Стайлз не уверен, что сказать. Сначала он считал, что оборотнем быть круто и классно. Потом обнаружились подводные камни. Стало страшно. А затем... Может быть, у него стало бы куда больше возможностей защитить тех, кто ему по-настоящему близок, кого хочется оберегать, потому что слишком много зла происходит, а он ничего не может с этим сделать. И в самом деле думает, что абсолютно бессилен перед всем, что было, есть и еще только грядет.
Какой-то очередной всхлип отвлек его и сумел переключить. Он поворачивается к Лидии и видит ее заплаканной - первый раз.
- Лидия, - Стайлз окликает ее, но она не отзывается, и тогда берет ее за руку, которой она пыталась что-то оттереть, что он в упор не видел, - Лидия, нет никакого пятна, слышишь? Тебе нужно успокоиться.
Дурацкая фраза. Покажите человека, который бы пришел в себя после того, как ему говорят, что нужно успокоиться.
Он коснулся свободной ладонью ее лица, поворачивая в свою сторону, чтобы перевести ее взгляд на себя, и притянул ближе, чтобы обнять.
- Лидия, послушай, - Стайлз начинает говорить и сбивается. У него появилась идея, что пусть лучше она начнет злиться на него, чем плачет вот так, - Прости меня. Я не должен был тебя привозить. Хочешь - накричи на меня. Потом я отвезу тебя, куда скажешь. Можешь переночевать у меня, чтобы не беспокоить сегодня миссис Мартин, идет? - он попытался отвлечь, заговорить Лидию. А сам чувствует ее духи, какой-то цветочный, сладковатый запах, и вдруг приходит идея - очередная, абсолютно ужасная идея, но она должна сработать. Точно сработает, в этом Стайлз мог быть уверен. Он наклоняется к Лидии и сначала просто касается ее губ, а после целует. Если та не ударит его сейчас, то он вновь ошибся.

+1

12

[indent] - Как это нет? Вот же оно, - перед глазами из-за слез начинает все расплываться, но я продолжаю тереть рукав, увеличивая силу нажима. И если бы ткань могла таким образом стереться до дыр, это непременно бы произошло. – Вот оно. Черт. – Стайлз берет меня за руку, затем касается щеки, что я смутно осознаю в тот момент и притягивает к себе, сжимая в объятиях. Я всхлипываю, уткнувшись лбом в его плечо и, наконец, оставляю попытки избавиться от крови с куртки. Сегодняшняя убитая девушка была последней каплей, сдерживаться больше не получалось. События наваливались тяжелыми пластами одно за другим, все сильнее сдавливая мою грудь до невозможности нормально дышать. Отчаянно не хватало Эллисон, чувство вины душило, цепко схватив за горло и эта попытка развеяться сделала только хуже. Парень извиняется, но я не виню его ни в чем, он старался, он просто хотел помочь. Нет ничего плохого в том, чтобы пытаться сделать как лучше, даже если в итоге так совсем не получается. – Не стану я на тебя кричать. – тонким голоском на выдохе проговариваю куда-то в его грудь и мотаю головой. Мне неловко, что я дала волю собственным переполнявшим меня чувствам и позволила себе раскиснуть окончательно. Да, Стайлз видел не впервые мои слезы, но я все же предпочитала плакать в одиночестве, чтобы не заставлять еще кого-то испытывать жалость. Достаточно того, что я прекрасно справлялась с этим сама. Но сегодня перебороть эмоциональный всплеск было выше моих сил. Еще слишком мало времени прошло с последней потери, чтобы вновь на моих глазах потухли чьи-то зрачки, обрывая нить с жизнью. Слезы не прекращаются, прокладывая дорожки по щекам и теряясь где-то теперь и в рубашке Стайлза, дыхание сбивается, как это бывает, когда не выходит взять себя в руки и постепенно накрывает истерика. Начинается тахикардия. Ответить на предложение парня поехать к нему, вместо того, чтобы вернуться домой, не получается. Вместо этого я только неопределенно мотаю головой, сминая ладонью край его рубашки. Домой не хочется возвращаться, мамы все равно нет и неизвестно, когда она вновь вернется, но и ехать к Стайлзу была не самая удачная идея, потому что хотелось покоя. Одновременно остаться одной и не оставаться. Говорить и молчать, потому что нечего сказать. И маме в том числе. Что тут скажешь? Еще одна смерть, которую у меня не получилось предотвратить, но удалось почувствовать. Еще одно существо в Бейкон Хиллс, с которым предстояло еще столкнуться, потому что предчувствие банши пульсировало в венах, не предвещая ничего хорошего. Знаем, проходили.
[indent] Мои всхлипы становятся чуть тише и даже получается полноценно вздохнуть, когда парень отстраняется от меня, отпуская из объятий, но только лишь для того, чтобы снова наклониться и коснуться моих губ. Я с удивлением распахиваю глаза и замираю, забыв начисто о том, что только что никак не получалось остановить поток слез, которым, казалось, следовало закончиться уже давно. Несколько миллисекунд уходит на осознание происходящего и обретение способности вновь двигаться. Стайлз поцеловал меня. И это совсем не хорошо. Поднимаю ладонь и слегка упираюсь в его грудь, отстраняясь. Наши взгляды встречаются. – Зачем? – выпаливаю первое, что приходит на ум. - Больше никогда так не делай. – проговариваю и отодвигаюсь, откидываясь на спинку пассажирского сидения машины и сосредоточенно начинаю разглядывать рукава куртки, которые, кстати говоря, были чистыми. Ни намека на кровь. Поднимаю ладони и вытираю мокрые щеки, шмыгнув носом. Становится неловко. Это было лишнее, определенно лишнее. Не нужно было ему меня целовать. Хоть это и помогло немного успокоиться, но тем не менее. Нельзя. Незачем. К чему все усложнять? – И если твое предложение остаться у тебя ночевать еще в силе, я соглашусь, но только потому, чтобы не объяснять маме, почему выгляжу так, будто на моих глазах убили невинную девушку, из-за чего я проплакала несколько часов. – что было частично правдой, но только не с такой продолжительностью. В любом случае, пересказывать маме о причинах моего внешнего вида и красных глаз, желания не было никакого. – Поехали? – поворачиваюсь, наконец, к Стайлзу и смотрю на него. Слезы высохли, но в груди продолжало болеть по-прежнему и почему-то казалось, что не скоро еще эта боль утихнет, позволяя свободно дышать. – Или ты хочешь постоять здесь еще, чтобы привлечь внимание полиции? – взмахиваю рукой на стоявшие чуть дальше по дороге патрульные автомобили с мигалками. Делать вид, будто ничего не произошло, будто не было никакого поцелуя, от которого в воздухе сам собой сгустился дискомфорт, было несложно. Не в первый раз уже, что уж. Хотя в тот раз я сама поцеловала Стайлза. И вот на нашем счету было уже два поцелуя, которые никак не получалось объяснить самой себе, независимо от выдуманной причины, которая прозвучит вслух.

Отредактировано Lydia Martin (2021-07-19 05:58:58)

Подпись автора

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

+1

13

Честно, Стайлз сам был в шоке. Вообще такого от себя не ожидал. Он абсолютно точно этого не мог предвидеть даже близко. Ну, если не считать примерно секунд десяти, когда мысль озарила его и без того светлую голову, не давая времени, чтобы решиться или передумать, неважно. Он просто сделал то, что сделал, и теперь готов был в любой момент зажмуриться от летящей к его лицу ладони, настолько готов, что заранее прищурил один глаз.
Но ничего не последовало. Внезапно оказался разочарован этим.
- Абсолютно никогда так больше не сделаю. Никогда так не делал и больше не собираюсь, - Стайлз решительно заявил со всей его уверенностью, опустив взгляд на руку Лидии, упирающуюся ему в грудь, - Можешь даже не рассчитывать на это, - он почти было улыбнулся, потому что Лидия перестала плакать, что несказанно порадовало, и эта ужаснейшая, неизвестно откуда взявшаяся идея - поцеловать ее - все-таки сработала. Хотя почему же, он вполне мог раскопать, откуда. Ровно оттуда, когда Лидия сама поцеловала его, чтобы остановить паническую атаку. Ситуации схожие, как ни крути, и он попробовал - у него получилось. Ей можно, а ему нет? Правда, это существенно добавляло странности в то, что между ними происходило. Вроде бы ничего такого, но все же было странно.
Стайлз отвернулся, смотря теперь вперед, через лобовое стекло, и облизнул губы. Чувствовался соленый привкус. Хотелось бы сейчас заглянуть в будущее и узнать, сказал он правду или все-таки соврал, повторится ли это когда-нибудь. Не то чтобы на что-то влияло. Не то чтобы очень важно. Не то чтобы всерьез рассчитывал, далеко не всегда веря в успех операции по завоеванию сердца Лидии. Это не забег на короткую дистанцию, а марафон. Предсказать исход не получится.
Он начал барабанить пальцами по рулю, думая, что делать дальше и озвучить ли еще раз предложение куда-то отвезти Лидию, когда она вдруг говорит сама, и ее слова были неожиданными. Даже воспрял духом, хотя быстро остудил себя, понимая, что никакого контекста в сказанном ею нет и быть не может. Или не понимая. Нет, скорее, все-таки понимая, ладно, о чем это он.
- Я бы предпочел отложить во времени разговор, который мне еще предстоит. И чем позже он состоится, тем лучше, - Стайлз спохватился, заводя джип и выруливая на дорогу по направлению к дому. Точно, скоро наверняка здесь появится отец, это вопрос буквально нескольких минут. И он оказался абсолютно прав, разглядев патрульную машину именно шерифа в зеркале заднего вида, после чего тут же вжал педаль газа, ускоряясь.
Неловкость присутствовала как неотъемлемая часть, и не то чтобы ее никогда не было раньше. Не так часто они оставались с Лидией наедине, и вот конкретно сейчас сложно было придумать, что сказать. Вряд ли это было необходимо, но к молчанию Стайлз не слишком-то привык, предпочитая заполнять тишину. А тут все оказалось немного сложнее. Ладно, неважно, совсем неважно. Он просто хотел надеяться, что сегодня Малия не захочет вновь проскользнуть к нему через окно, потому что с ней тоже было непонятно, и Стайлз до сих пор не мог взять в толк, то ли они встречаются, то ли, скорее всего, да. И параллельно он спешно вспоминал, в каком виде оставил свою комнату, рассчитывая вернуться через несколько часов, но явно не предполагая, что вернется не один. Кажется, ничего такого страшного там не было, за что пришлось бы краснеть. Когда он предлагал Лидии остаться у него на ночь, то совсем не думал, что она согласится, поэтому ее ответ и был такой неожиданностью. Это будет определенно самым длительным временем, которое они проведут вместе, только они, и никого больше, что можно в итоге записать в книжечку с личными рекордами.
- Ну, вот, в общем-то, мы приехали, - он сказал, останавливаясь на подъездной дорожке - самое очевидное, что только можно было сказать, - Ладно, окей, да, - по-прежнему беспорядочный набор слов, с которым выскочил из джипа, дожидаясь Лидию, чтобы с ней вместе зайти в дом, - Моя комната на втором этаже, кухня там, а... - Стайлз тормознул было посреди коридора, размахивая рукой в направлении обозначаемых им мест, а потом неопределенно повел ею же, - Хотя ты здесь уже была и все знаешь, так что... Да, в общем, вот, - он указательным пальцем показал в сторону лестницы и тут же направился к ней, поднимаясь, и включил в комнате свет.
Уборка бы не помешала, точно, но он же не знал, что вернется не один, разве это не оправдание? Стайлз первым делом резко подошел к кровати, кидая подушки в изголовье и хватая с нее футболку, которую смял и кинул на стул. Нормально, пойдет, никакого криминала.
- Устраивайся. Кровать в твоем распоряжении. Тебе принести что-нибудь? - он огляделся, решая для себя, что эту ночь ему придется провести в кресле. Или вообще на диване на первом этаже, что тоже было сомнительной перспективой, но ради Лидии Мартин на такое пойти вполне мог.

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [now here] » gettin' fucked up