no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Объявление

Сменить дизайн:

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » #eternity [завершенные эпизоды] » Т means tear


Т means tear

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

you hunted me down
like a wolf, a predator


fran х belphegor
https://i.imgur.com/SCsMErz.jpg


самое время узнать, как долго бьется сердце лягушки после вскрытия.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2020-12-22 20:31:43)

+1

2

Глупый маленький мышонок.
Ты был слишком наивен. Слишком поверил в себя. Ты зарвался, ощутив на губах вкус силы.
Ты был слаб, труслив и беспомощен. Неужели ты правда веришь, что что-то изменилось?

Фран заставил себя открыть глаза и оттолкнуться от дерева, на которое оперся, когда сил двигаться дальше уже не осталось. Чертовы мафиози, чтоб у них адским пламенем горели их чертовы задницы. Их было слишком много для одного Франа, а драный недопринц куда-то невовремя исчез. Имелось два варианта — или его все-таки кто-то грохнул — что весьма и весьма порадовало бы, или эта бессовестная задница где-то прохлаждается, пока его, Франа, тут дерут и в хвост и в гриву. Не буквально конечно, но...
Сволочи. Только новое обмундирование получил, все чистенькое, новенькое. Ссскоты.
Багровым окрасился правый бок и даже форменные брюки, кажется, пропитались уже кровью. Смотреть, насколько там внутренности выпали в эти самые брюки — не хотелось.
— Эх, и ведь не отстирается теперь. Бел-семпааай, вы мне должны новую форму, — едва слышно пробормотал паренек, упрямо шагая в сторону своих.
И ведь так глупо попался, когда уже почти все разрулил и почти всем надавал по наглым самоуверенным мордам.
Хорошо спрятанная взрывная ловушка, приправленная пламенем Урагана, сработала на совесть — разметало всех в радиусе десяти метров, превратив в фарш и врагов и немножко самого Франа.
— Шапку вот потерял. Бел-семпай будет недоволен.

— Глупый маленький мышонок, никто не будет тебя обижать, они поиграть с тобой хотели, ты их неправильно понял...
— Бабушка, они говорят что я странный и что они не будут со мной дружить. Они толкали меня и кидались камнями. Я не хочу больше туда ходить. Можно я пойду завтра на пруд?
— Ерунда, они тебя и не знают толком. И ты не странный.
— Бабушка, а купи мне шапку, помнишь мы видели шапку как яблоко? Купишь? Пожалуйста, бабушка?

Открыв глаза в этот раз, Фран понял, что идти уже не может — от боли подгибались колени и кружилась голова. Сильно хотелось пить. А еще лечь и поспать хоть немного. Но спать было нельзя.
Мокрые от пота и крови волосы липли к лицу и лезли в глаза, мешая осматриваться. вроде не сбился с маршрута, может быть скоро на кого-нибудь наткнется. Если повезет.
Глупая смерть. Очень глупая. Офицер Варии, как же. Сопляк, попался как мальчишка.

— Бел-семпай, придурок-капитан вам оторвет что-нибудь жизненно-важное, если я помру, Бел-семпай... — губы потрескались и тоже немного кровили и Фран невольно облизывал их — как же пить хочется.
Наконец сдавшись, он сел под деревом, хотя это больше было похоже на падение. Судорожно втянув воздух, Фран зажмурился — небо, как больно.

— Больно? И что? Это не повод. Работай.
— Мукуро-семпай, я больше не могу!
— Я здесь решаю, что и когда ты можешь. И я говорю тебе — вставай и работай. Ты ничего не добьешься, если будешь ныть и жалеть себя.
— А чего я добьюсь, если не буду жалеть себя?
— Всего, чего захочешь.

— Бел-семпай, посмотрите какое небо сегодня. Все звезды видно. Давно вы видели звезды, семпай? — Фран разговаривал, конечно, с собой, ведь рядом совершенно точно никого не было. Просто хотелось слышать хотя бы свой голос — так было меньше страшно и уже почти совсем не больно, — Мне правда что-то в глаза попало и они теперь слезятся и не вижу почти ничего. Но вы же видите, семпай?..

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

+1

3

Нож попадает в артерию, кровь щедро брызжет веером, ляпает волосы и форму, орошает траву. Бельфегор шипяще смеётся и раскидывает руки, будто играющий в фонтане ребёнок; изувеченное тело с глухим шелестом оседает к земле, к самым его ногам, и принц брезгливо отталкивает тушу сапогом. И все же — есть что-то особенное в том, чтобы расправиться с самым последним из команды противника и гордо стоять над изрезанными трупами, будто памятник самому себе в честь безоговорочной победы.

Сладкий миг торжества.

Принц довольно улыбается, не делая ни малейшей попытки оттереться от горячих капель, вид чужой крови его нисколечко не пугает и даже совсем наоборот. Закладывает руки в карманы и откидывает полы плаща назад, осматривая поле брани через спутанную челку, сканируя на предмет завершенности. Кажется, здесь больше делать нечего; словно в подтверждение его мыслей на плечо вспрыгивает Минк и хищно облизывает окровавленную мордочку, он всегда помогает, и Бел чешет его за ухом в знак благодарности.
— Справились. Молодец, — подбадривает напарника, но молчит о том, что было сложно и в какой-то момент даже показалось, что почти невозможно...
Нет, вздор! Урагану Варии все по плечу.
— Возвращайся. Нужно уходить.
Норка послушно стягивается в коробочку, и Бельфегор убирает ее за пояс. Перепрыгивает через ближайший труп и через следующий тоже, насвистывая себе незамысловатую мелодию под нос; пускай он устал, но у него хорошее настроение после славного и кровавого сражения.

Он почти выбирается из чужих угодий, когда натыкается на отдыхающего под деревом. Угловатое подростковое тело извивается на земле в предсмертной судороге. Пытается ползти, цепляясь за траву пальцами, но замирает лицом вниз. Что-то бессвязно бормочет разбитыми губами, хотя слов не разобрать.
Бельфегор в недоумении замирает, будто не понимает. Его тень касается несчастного умирающего, а вытянутая в полный рост фигура закрывает «вид на звёзды». Принц следит через спутанную челку, растянув улыбку от уха до уха: кажется, его маленький напарник угодил в его же ловушку вместе с неприятелем, судя по обезображенным взрывной волной трупам в отдалении. Как глупо! Недостойно офицера Варии. Зачем они его вообще держат? И шапки нет... последнее безмерно раздражает, так что улыбка сменяется недовольным оскалом.

— Вставай уже. Заканчивай кривляться.

Бельфегор цокает языком. Уж его не пронять этими шуточками. Он сам лично проверял тысячу раз неуязвимость мальчишки: втыкал в него ножи и прочие острые предметы, сталкивал со всевозможных уступов и просто возвышенностей, обжигал собственным пламенем и даже таскал за волосы, царапал, бил кулаком, пинал сапогом да посильнее, и ничего — ни че го — ему не делалось. Воистину, Фран был неуязвим. Или обладал потрясающей по скорости регенерацией, что в общем-то почти одно и то же.
Так что же теперь? Валяется тут и изображает умирающего? Хочет, чтобы Бел купился на этот спектакль и пожалел его, чтобы стебать до конца дней (своих, естественно). Нет уж, принц не доставит ему такого удовольствия.

— Быстрее. Ты меня раздражаешь своими бесполезными иллюзиями. Выглядишь отвратительно, лучше бы что-то полезное сделал. Между прочим, ты здесь для того, чтобы прикрывать меня, но твою работу сделал Минк! Расскажу боссу, тебя лишат премии в этом месяце.

Он хихикает себе под нос, представляя, как мальчишку накажут. Тому в принципе не платят, не говоря уже о премиях, но почему-то угрожать ему финансовыми лишениями кажется наиболее эффективным методом. По крайней мере, с Маммон бы точно сработало... Воспоминания о прошлом напарнике задевают что-то внутри, и Ураган кривит лицо, снова цокая. Металл блестит между пальцами — и он неуловимым глазу движением безошибочно рассылает волну стали вокруг себя, чтобы задеть иллюзиониста и прекратить этот фарс.

— Я ухожу, — отворачиваясь, безразлично кидает через плечо. Если хочет, пускай остаётся здесь и дальше шутит свои тупые шуточки.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2020-12-25 08:27:06)

+1

4

- Бел-семпай, вы такой скучный, - манерно тянет Фран, ленивым взмахом кисти развеивая иллюзию сидящего под деревом паренька. На его месте оказался уже пару минут как немножко мертвый солдат вражеской мафиозной организации. Фран в этот раз не трудился самого себя прятать под мороком. Но создал хорошую иллюзию и нацепил на врага, уползающего с поля битвы после того, как угодил под огонь ураганной ловушки.
Между прочим настоящую иллюзия, а не морок, плывущий от каждого чиха. Но Бельфегора, видимо, уже ничем не пронять. Он совершенно точно не мог увидеть, что это иллюзия. Но издержки работы в паре с иллюзионистами - ты перестаешь верить всему, что вокруг тебя происходит.
С каким-то немного мазохистским удовольствием Фран прокручивал в голове, что бы он думал в этот момент, будь он на месте этого парня. Пусть это и почти невозможно, но. О чем думает человек на пороге смерти? Как себя ведет? Как двигается? Что чувствует?
Нужно было занимать свой разум хоть чем-то и Фран наблюдал, сам оставаясь в стороне и как будто вообще ни при делах. Действительно серьезных противников для него не предвиделось в ближайшее время, а кто он такой, чтобы отнимать конфетку у семпая? Да и Скуалло лишний раз бесить вредно для слуха - орет так, что его в Японии небось слышно и без коммуникаторов.

- Шли бы вы куда шли, я б проверил, насколько этой иллюзии хватило б без подпитки. А так ни себе ни людям, что за человек. Поэтому вас никто не любит, точно говорю.
Фран бормотал все это под нос, совершенно не интересуясь эффектом своих слов. В голове его уже разворачивался новый сценарий взамен неудавшегося.
В конце концов - любая неудача, если это не смерть - это новый опыт.
И Бельфегор может сколько угодно кидаться ножами - все равно никогда в него не попадет.

Когда на сцене боевых действий нарисовались новые персонажи, Фран перевел взгляд на напарника.
- Бел-семпай, сами разберетесь? Вы же такой крутой и бла-бла, все такое. Они выглядят слабаками.
Пара ребят, оказавшиеся перед Франом и Бельфегором, явно были не рядовыми. Может лейтенанты. У девчонки кольцо Тумана, у парня - атрибут Грозы. Это может быть даже интересно.

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

+1

5

Воздух плывет, искажается, картинка неуловимо меняется. Почти все вокруг остаётся прежним, но труп напарника уже чей-то иной труп, и хотя лица не видать, телосложение выдаёт, разительно отличается. И крови меньше, и униформа чужая.

Бельфегор нервно хихикает себе под нос, втайне радуясь тому, что угадал. Внутри что-то расслабляется, стянутое тугой пружиной. Не хочется признаваться даже самому себе, но он почти поверил. На краткий миг, на долю секунды, на крохотное мгновеньице. Даже успевает испугаться, но после лишь бесконечно злится. Мелкий чертов идиот, нашёл, когда шутить! И хватает же ума, сил и времени, чтобы ляпать свои фокусы. Лучше бы с таким же рвением работу делал, а то все — спустя рукава.

— Заткнись! — нож до рукоятки погружается в лягушачью шапку от силы броска; хочется надеяться, что протыкает лоб и достаёт прямиком до тупого мозга, если тот вообще имеется в наличии. — Плевать мне, что ты там думаешь. Заканчивай бормотать, раздражаешь.

Смешно подумать, что однажды Франа действительно покалечат, а он просто не поверит. Посчитает очередной шуткой — и пройдёт мимо.

Нет, конечно, он обманывает сам себя. Не пройдёт. Даже сейчас едва выдержки хватило повернуться спиной, продержись иллюзия чуть дольше — точно бы кинулся назад, спасать, выручать, поднимать с земли и баюкать в своих руках... Но это не точно. Скорее всего, истерично шишикал бы ему в лицо и обещал добить своими собственными руками, если посмеет помереть. Забота в Варии — она специфическая.

Поссориться как следует не удаётся. Из темноты выдвигаются двое и выглядят не слишком миролюбиво. А ему казалось, что они уже всех положили. Даже жаль тратить дополнительное время, за сверхурочные им не платят, конечно же. Маммон была бы жутко разочарована этим фактом. Во что превратилась экономика отряда после ее...

Принц спотыкается в собственных мыслях и показательно скучает. Даже зевает, закладывая руки за голову. Возиться ему не хочется, к тому же ночь делается холоднее и промозглее. Он устал и хочет вернуться домой как можно скорее.

— Туман и Гроза, пф. Даже мараться не стану.
Уже через секунду он сидит на ветке дальнего дерева, свесив ноги и улюлюкая, как с трибун, подначивая напарника:
— Давай, лягушонок! Помри с честью! Хоть развлечешь всех напоследок.

Фран, конечно, вряд ли доставит ему такое удовольствие, он слишком силён несмотря на скучное выражение лица. Бельфегор не станет говорить этого вслух, но хочет лишний раз увидеть мальчишку в действии. Иногда тот действительно бывает хорош, а иногда настолько, что даже мороз по коже — и именно этого принц ожидает.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2021-02-19 20:55:44)

+1

6

Вы все мертвы, в вас больше Бога нет…

- О, Бел-семпай, у вас что-то с лицом. Будете так нервничать – морщины рано появятся, испортят вашу мордашку, никто не будет любить бедного страшного Бела-семпая, - занудно и почти без интонации тянет Фран, уже привычно вынимает из шапки, сгибая пополам и отбрасывая подальше в лужу очередной стилет.
Он позволил себе искренне улыбнуться лишь на секунду, прежде чем вернул лицу скучающее выражение,  глядя на гамму эмоций, сменяющихся на лице семпая после того, как иллюзия развеялась. Мелькнула мысль – неужели поверил и реально испугался?
Бельфегор был, пожалуй, единственным, кого Фран старался не читать. Иначе все станет совсем скучно. Так ведь и привязаться недолго или, чего доброго, подружиться.
Ну что, мой хороший, поиграем?
- Белл-семпай, ну что вы, в самом деле не хотите их побить? А вдруг они меня на кусочки покромсают, что вы скажете нашему нервному капитану? Белл-семпааай, вы жестоки, - все это Фран говорил, не меняя выражения лица и не поворачиваясь к врагу – даже совсем наоборот   наигранно размахивал руками и строил испуганное выражение мордашки, стоя к нападавшим спиной.
И даже попытался пойти в сторону семпая – вдруг передумает и сжалится над бедным Франом – но споткнулся, растянувшись на грязной мокрой земле во весь рост – и совершенно внезапно, ну очень неожиданно именно в то место, где стоял неуклюжий вариец всего секунду назад, ударила молния, угрожающе стрекоча и оставляя лёгкий флёр озона в воздухе.
- Вот ведь я растяпа. Ну вот, порвал рубашку. Какая растрата, - всплеснул руками парень, чуть опуская голову – из под шапки опасно блеснули потемневшие глаза.
В этот миг ещё одна молния разрезала воздух, прошив насквозь шапку чуть выше лба. Дырка в головном уборка дымилась прямо между лягушачьих глаз. И, словно по волшебству, в воздухе растворилась девчонка с атрибутом тумана.
Фран, все ещё не поворачиваясь к врагу, метнул предупреждающий взгляд в сторону семпая – что бы ни произошло, не смей вмешиваться. Губы чуть изогнулись в издевательской усмешке.
Потанцуем, мой хороший?
- Семпай, у них неплохие кольца, есть шанс, что попадётся редкая коробочка. Я делиться не собираюсь, - показав язык  Бельфегору, вариец наконец повернулся к врагу лицом.
Враг уже активировал коробочку – в руках у него была флейта. Это может быть интересно.  Фран молча достал свою, надо же показать, что он настроен серьёзно. Зажёг пламя, приложил кольцо, направил на врага – и ничего не произошло.
- Да ты издеваешься, сопляк?! – завопил грозовик, прикладывая флейту к губам.
- Белл-семпай, мне дали бракованную коробочку, я буду жаловаться,- протянул Фран, состоит обиженную мордашку – и в следующую секунду оказался рядом с напарником, фактически шепча ему на ухо и протягивая правую руку куда-то за спину семпая.
- Мне жаль тебя, детка, но пламя всегда оставляет свой след, - короткий взгляд на Бельфегора был в кое-то веки серьёзен, хотя и чуть насмешлив. А потом уже оппонентке:
- Дура, кто же так в лоб нападает.

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

+1

7

Бельфегор возится в поисках чего-то съестного. Такое шоу просто грешно с пустыми руками и ртом смотреть, хочется жевать и хрустеть, дополняя картинку вкусом, но кроме бесполезных фантиков и прочего мусора в карманах ничего не находится. Хоть бы конфетка завалящая, да и той нет... Какая досада. Вместо этого ему попадается очередной нож, который принц без раздумий жертвует своему напарнику, всаживая точно между острых лопаток.
— Если они тебя не покромсают, я сделаю это сам! Дерись, будь мужчиной.
Их перепалки почти привычные, обыденные, придают серым будням пикантный привкус напряжения. Стоит признать, что без этого было бы совершенно скучно. Не то чтобы Бельфегору нравится соревноваться в остротах с малолеткой, но это хотя бы какое-то развлечение.

Поджав ноги под себя и лишь каким-то чудом удерживаясь на тонкой ветке, он с любопытством пялится вниз через спутанную челку. Ну же, порадуйте принца! Бейтесь насмерть! Ничто так не восполняет утраченную энергию, как вид славного сражения.

Бельфегор с удовольствием хлопает в ладоши, растянув губы в широкой улыбке, когда молния бьет дважды — и попадает, наконец, точно в лягушачью шапку. За шапку, сказать прямо, реально обидно, а вот Фран нелеп, как и всегда. Скучно. Лучше бы изображал умирающего, как десять минут назад, и то веселее.
— За починку формы вычтут из твоего оклада, — беспричинно радуясь неудачам (неудачам ли?) напарника, шипяще хихикает себе под нос. — Шевелись, если не хочешь вылететь в минус.
Это шоу словно только для них двоих. Они успевают разговаривать и обыденно огрызаться между собой, удали из их тандема чужаков — и ничего не изменится. Это, кажется, задевает противников, и они приступают к более активным действиям.

Наконец! Теперь будет веселее?

Бельфегор снова скалится в широкой улыбке и следит только за Франом, ему нет дела до остальных. Даже издалека замечает, как у того темнеют глаза и неуловимо меняется выражения лица; ловит его предупреждающий взгляд — по коже пробирает до мурашек от предвкушения.
«Давай! Давай!» — мысленно подбадривает то ли его, то ли самого себя. Дождался! Такое нечасто увидишь. Противный маленький лягушонок превращается в кровавого убийцу! И все это без поцелуев, смс и регистрации.

Принц снова в голос смеется от удовольствия и подкидывает в ладони очередной нож, чтобы хоть чем-то занять руки, раз уж вмешиваться нельзя, то тут же едва не ломает его пополам, когда коробочка у Франа не срабатывает.
— Ты издеваешься!? — громче чужого хранителя Грозы орет и едва не падает со своей ветки в возмущении. — Я тебя сейчас зарежу, если не перестанешь идиотничать!!
Тупая лягушка! Только все настроение портит. Бельфегор настроился на феерию, а вместо этого все снова по кругу. Самое время вспомнить, за что он так сильно ненавидит этого ребёнка. (Ненавидит, к слову, громко сказано, но вот злится без меры.)

Впрочем, его разочарование длится недолго. Уже в следующую секунду напарник оказывается предельно близко, стоит лишь моргнуть — и они замирают нос к носу на бесконечно долгое мгновение, так что можно ощутить его дыхание. Забавное ощущение. Фран будто все ещё движется в пустоте, вытянув руку в попытке дотянуться до чего-то невидимого за чужой спиной, и Бельфегор на чистых рефлексах хватает его за одежду, потому что знает, что в следующий момент тот начнёт падать. Но выглядит все больше так, словно он пытается прикрыться от новой атаки Грозы, ведь лягушонок неуязвим, а самому получить очередной стрекочущей молнией прямо в лоб совершенно не хочется.

Кажется, Фран все же кого-то цепляет за его спиной, и теперь Бел тоже ощущает чужое присутствие. Но больше раздражён продолжающим сыпать бесконечные молнии из своей дурацкое флейты неприятелем, из-за чего приходится прикрываться лягушкой, что портит обзор.
— Да успокойся ты уже.., — сквозь зубы шипит и, хотя Фран запретил ему вмешиваться, молниеносно швыряет очередной нож — будто бы не глядя, от бедра не успевшего до конца приземлиться напарника, под каким-то немыслимым углом — и, конечно же, попадает.
Нож втыкается в тонкое древко флейты, и она трескается, взрывается от повреждения скоплённой энергией прямо в руках хозяина. Попал! Бельфегор хохочет и победно вскидывает руки, забывая, что удерживал Франа.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2021-02-19 20:55:30)

+1

8

Что будешь делать ты,
Когда застучит
В твоей груди часовая бомба?

Оказавшись буквально нос к носу с Бельфегором, Фран преследовал 2 цели – поймать туманника врага и немножко побыть громоотводом, ведь Бел может попасть под молнию, направленную на самого Франа. Не то, чтобы это беспокоило – семпай одной левой пяткой мог бы расправиться с этой ошибкой природы, но раз он решил сделать вид, что у него лапки – штош.
Вражеский туманник поймался. И сам Фран тоже – с удивлением, явно отразившимся на лице, осознал, что его поймал за куртку Бел. И тут же нахмурился – выдержки ни на грамм, просил же не вмешиваться, даже в такой мелочи, как истеричные беспорядочные атаки молниями.
Это было на самом деле почти обидно. Фран, конечно, знал, что его вообще не воспринимают всерьёз, но чтоб настолько…
Хотя его обиды и ожидания вряд ли кому-то когда-нибудь станут известны и тем более понятны. Вонгола в частности и мафия в целом никогда не представляла для юного туманника интереса. Но когда за ним пришли – выбора особо не было, а сейчас уже поздно дёргаться куда-то. Хотя они в жизни его не найдут, если Фран по-настоящему захочет спрятаться.

Было бы проще, если бы были друзья, наверно. Если бы во всем этом был хоть какой-то смысл. Но друзья – это слабости, привязанности и они могут слишком аукнуться. Ни к чему.
Бельфегора бесит эта вынужденная компания, сам Фран предпочёл бы работать один - слишком он неуверен еще в пределах своих возможностей, слишком страшно ими светить, слишком много тех, кто хочет их использовать, не спрашивая мнения самого Франа. Но ему не доверяют настолько, чтобы отправлять на задания одного. Вряд ли это такое странное проявление заботы. Все-таки его взяли в Варию, а значит признали, что он не совсем слабак. Не прежний иллюзионист Варии, Маммон, конечно, но все же, все же.

Желание развлекаться и дурачиться пропало. Эмоции, время от времени появляющиеся на лице мальчишки, сменила уже привычная маска безразличия и скуки. Снова. Привычно.
Ладно, сделаем все быстро и без фейерверков.
Как только Бельфегор его отпустил, сразу произошли две вещи.
Вражеский туманник пташкой пролетела над веткой в сантиметрах от самого Бела, повинуясь законам физики и обаянию юного иллюзиониста (нет, он просто за шкирку швырнул ее через себя) - ибо нечего подкрадываться, плохая девчонка. Правда приземлилась на ноги, ниндзя недоделанная. Но все необходимое сделано – своим пламенем Фран её коснулся, даже успел заметить испуганный, но упрямый взгляд.
Ну и сам Фран благополучно и бесшумно приземлился под этим несчастным деревом.
- Бел-семпай, это так мило, но не стоило, - в голосе не было обычных скучающих интонаций - лишь спокойствие и сосредоточенность.
С одной стороны не хотелось показывать семпаю силу своей коробочки, тем более всех её возможностей Фран и сам ещё не знал.
С другой – было интересно попробовать свое оружие на чужом туманнике – разум людей этого типа пламени был немного по-другому заточен, она могла бы даже попытаться сопротивляться. Может стоит ей поддаться и посмотреть, что предпримет?
Противника нельзя недооценивать – это Мукуро вбил Франу в сознание намертво. Буквально вбил. И, если уж на чистоту, реальный противник тут только один, если оценивать степень угрозы. И это явно не эти два клоуна.

Ладно, хаос вас сожри.
3 минуты – это пока что предел боевого режима. Но этого времени более чем достаточно.
Никаких спецэффектов не случилось, Фран просто щёлкнул пальцами, активируя коробочку, содержимое которой минуту назад вполне успешно выпустил, пока валял дурака. То, что девочка ничего не увидела и не предприняла – само по себе уже все о ней рассказало.
Фран практически никогда ничего не делал просто так. Почти всегда слово или действие преследовало определенный результат. В данном случае хотелось создать видимость того, что он полный идиот. Но нет, так нет, не больно то и хотелось.
Для окружающих не изменилось ничего. Пели птички, шумели от ветра деревья, по небу лениво ползли тяжёлые тучи. Первая крупная дождевая капля ударила девушку по макушке и заставила ее досадливо поморщиться.

Trop de bruit
Pour mon esprit qui tangue
Sur mes rêves exsangues
Drôle danse
La mémoire est un puits de souffrance.

Пламя на кольце вспыхнуло почти ослепительно – и погасло. Его тоже не стоит демонстрировать, уберём за пределы воспринимаемого человеческим глазом спектра.

Вражеский грозовик психанул, достал меч и, размахивая им, словно ветряная мельница, бросился на, казалось, отдыхающего под деревцем Франа. Ну такой себе меч, капитан бы не оценил.
Девчонка тоже изобразила деятельность – создала иллюзию десятка кинжалов и швырнула их, преисполненная воинственности. Ну, допустим, не совсем безнадёжная, умеет прятать за иллюзий реальное оружие.
Позволив вражеской атаке попасть по себе и оставить на щеке тонкую царапину, Фран молниеносно – почти не заметно для неопытного глаза – достал своё оружие. Выпад. Рапира, тонкая, словно игла, пронзила противника лишь однажды – сразу в сердце - и снова была спрятана Франом. Аккуратный прокол, почти бескровная быстрая смерть.

Да, иллюзионисты – бойцы дальней дистанции. Но это не значит, что они беззащитные идиоты. С капитаном Фран себя, разумеется, не равнял – тот вообще вряд ли знал о подобных талантах своего подчиненного – но, при желании, защитить себя умел.

- С этого момента все, что вы видите, слышите и чувствуете – иллюзия. Наблюдайте. Ну или можете вмешиваться, но тогда сам себе вы злой буратино, я за вашу шкуру ответственности нести не буду и к Луссурии вас не потащу. Я хочу проверить возможности своей коробочки, - Фран говорил негромко, но был уверен, что его слышит тот, кому эти слова адресованы. Он редко называл сокомандников по именам. И сам понял это, когда назвал имя Луса. Слишком поддался рефлексии. Глупый-глупый Фран. Что бы сказал Мукуро-семпай?..

Грозовик мешком свалился к ногам Франа, но тот уже повернулся к девчонке, вытянул в сторону руку, щелкнул пальцами - и полянка растворилась перед глазами в ослепительном белоснежном свете.
Игра началась.

Последний вальс, последний вальс
Останется за мной,
Последний вальс, последний вальс,
Танец твой и мой.

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

+1

9

Фран падает — и на его лице невозмутимое спокойствие, но Бельфегор уверен, что всего за мгновение до этого момента видел в его глазах удивление. Все же эта лягушка умеет что-то чувствовать? Как интересно. Принц растягивает губы в улыбке, в который раз за сегодняшний вечер, и лишь сильнее предвкушает грандиозное шоу. Похоже, именно здесь и именно сегодня ему удастся разузнать что-то новенькое. Сбор информации не его конёк, конечно, но он не беспричинно приставлен к малолетке. Следить, наблюдать и изучать, вот то, что ему велено. Выводить и провоцировать, подвергать риску, если это понадобится, подтолкнуть к самому краю и перевести через черту, заставить раскрыть свой полный потенциал. Варии необходим Хранитель Тумана, но — изученный, контролируемый, понятный. А в лягушонке не_понятно абсолютно все, ни его происхождение, ни прошлое, ни откуда он, ни зачем, полный ноль и пустые листы в досье. Туманнее не придумаешь, идеальный кандидат в хранители! Маммон бы наверняка одобрила, она тоже любила напустить тумана и хранить свои тайны похлеще банковских счетов.

Подпирая щеку кулаком, Бельфегор вздыхает ностальгическим воспоминаниям. Его совершенно не тревожит девчонка, что пролетает очень близко и устремляется к земле носом вниз, но ловко изворачивается в последний момент, чтобы изящно приземлиться на ноги. Чего не сказать о Фране, хотя тот тоже приземляется на ноги, но не так эффектно. Наверное, в нем не хватает фантазии, чтобы сделать свою игру чуть более яркой и насыщенной, этому шоу не достает огонька. [ Эмоций. ] У лягушонка на лице больше не отражается вообще ничего; словно поняв свою недавнюю ошибку, он снова сдержан и показательно скучающ.

— Пф, скука, — тихо цедит принц себе под нос и вновь хлопает по своим карманам в бесплодной попытке найти хоть что-то, хотя бы крошечный кусочек жвачки, к примеру.

Фран тем временем, наконец, берётся за дело. С ветки дерева очень сложно уследить за тем, что происходит за спинами сражающихся и отчего чужой грозовик вдруг грузным кулем падает к ногам мальчишки. Мёртв? Но что, когда, а главное как произошло? Что иллюзия сокрыла от всеобщего взгляда? Бельфегор здесь именно за тем, чтобы понять, разузнать как можно больше. Похоже, все же придётся спуститься, и хотя очень не хочется лишний раз шевелиться, к счастью, принц успевает подкопить сил — и снимается с дерева с грацией и ловкостью, даром что кульбит в воздухе не совершает. Приземляется на одну ногу, взметнувшиеся полы униформы с тихим шелестом оседают.

— Скучно. Я погляжу поближе.

Фран звучит весьма уверенно в своём предупреждении, но этим ни одного офицера Варии не напугать. Бел не спорит с лягушонком, просто действует сумасбродно, как и всегда. Выглядит незаинтересованным наблюдателем, но смотрит по сторонам цепко, уделяя внимание деталям, следит за шапкой мальчишки придирчиво, избрав ее ориентиром в наползающем кисельном тумане. [ Сгущается очень быстро, нужно держаться ближе к источнику. ] Шагает ближе, но расстояние между ними растягивается и словно бы никак не сокращается. Складывается впечатление, что даже если бежать час — не добежишь.

Тц. Иллюзии. Ненавидит их.

Но он здесь не из праздных соображений. Возможно, если поучаствует в «представлении», то сумеет лучше понять? Понять природу этой загадочной силы, понять методы и мотивы напарника, что достался ему поневоле. Все же, с иллюзиями Бельфегор знаком с раннего детства и не по наслышке, так что считает, что справится и найдёт дорогу. Не спешит, бредёт медленно и осматривается, заложив ладони в карманы брюк наполовину. Так так так, и что у нас здесь? Кажется, лягушонок обещал опасности, так что же видят остальные? Для принца все остаётся прежним, та же полянка и звёзды над головой, разве что чересчур туманно и ориентир впереди едва заметен. Фигурка Франа тает в белёсом мареве, и оставшаяся от него невнятная тень дёргается, будто в кино с помехами, корежится и ломается, так что выглядит довольно пугающе. Веруй Бел во всякую библейщину, точно бы подумал, что сила у пацана от нечистого. На всякий случай он даже сбавляет шаг и с раздражением (главное, не выдавать испуга) зовёт:

— Ну хватит уже! Или ещё не наигрался?

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2021-02-19 20:55:13)

+1

10

...если к простым человеческим чувствам
у вас равнодушия нет -
Я умоляю вас, я умоляю
Нежностью матери, страхом жены,
Страстью любовницы, всеми святыми,
Порывами сердца, ума и души!

Девушка замерла словно кролик перед удавом. Она осознала, что уже попалась. Но не поняла пока, что все уже началось.

Страх - как много в этом слове. Страх всегда был величайшим двигателем прогресса, лучшей мотивацией.
Страх не стать лучшим, страх разочаровать родителей, страх остаться одному. Их там много, они все разные.
Благодаря своей коробочке и тонкой пленке пламени, окутавшей её, Фран смог пробраться в мозг девчонки, считать ее страхи, увидеть и проникнуть туда, куда она сама никогда не проникала.

Разум - штука весьма хрупкая. Одно неловкое движение - и перед тобой не человек, а пускающий слюни кусок мяса. Эту стадию Фран уже прошел и теперь учился воздействовать тоньше и изящнее -  на эмоции, глубинные чувства. Пока что он выбрал страх. Им сложно, но интересно управлять.

Туман рассеялся, полянка не изменилась, все до последнего листика было на местах. Но ветер стих, облака замерли, словно они были нарисованы.

Бельфегор, конечно, не послушался. Идиот.
Нет, понятно, что ему надо разобраться в принципе работы Франовой коробочки. Но расщиплять свое внимание на двоих и блокировать сознание Бела от своего оружия пока было некогда. А это значит, что напарник, в лучшем случае, в лицо своим страхам взглянет, в худшем - с ними сразится. Ну и совсем пипец - проиграет им - это тот самый случай "тащить к Луссурии". Хотя это вряд ли. Чего может бояться этот самоуверенный засранец?

Коробочки иллюзионистов бывают разные. Какие-то бьют точечно, но сильно. Какие-то захватывают определенную территорию и творят свое ограниченное пространство, в котором они - Боги.
Коробочка Франа была из последних. Она действовала в строго очерченном периметре - в радиусе 6 метров от самой коробочки - не Франа. Он мог вообще не подходить ни к жертве своего воздействия, ни к оружию. Ментальная связь со зверем никуда не денется.

В данном конкретном случае он вошел в зону действия сам для того, чтобы увидеть  страхи девушки и понять, как с этим работать - за пределами зоны это невозможно.

Может секрет этот
Связан с ужасным грехопадением.
Или сам сатана с вами
Беспощадный контракт подписал?
Иль на вас есть иная вина?...

Когда эта коробочка только попала к Франу в руки, он долго не мог понять принцип ее работы. Потому что все было слишком сложно с ней. Во-первых, она не подчинялась ему поначалу. И вовсе работала против него - захватывала в свои иллюзии, пыталась мучить и очень старалась продавить защиту.
Во-вторых, коробочка была очень хрупкой, существо, живущее внутри - почти эфемерным, оно было сгустком неоформленной энергии, чистого эфира. И Франу стоило много труда понять, что эта коробочка - ничего не усиливает. Она - словно фильтр, преобразователь. Рассеяную энергию и пламя концентрирует и превращает в что-то более мощное, нежели простые иллюзии. Под действием этой коробочки все иллюзии - реальны. Раны, нанесенные иллюзорными противниками - реальны. И мозги она поджарит вполне себе реально, если того захочет владелец.

Слишком нестабильная пока, она подчинялась Франу в боевом режиме 3 минуты, после чего если была заряжена слишком сильно - нападала на хозяина. Просто потому что дольше удерживать контроль он не мог, а она была слишком своевольной.
Опытным путем было выяснено, что чем ближе он к зверю из коробочки - тем сильнее воздействие на окружающий мир. Или на сознание выбранных объектов. Эксперименты показали, что если посадить ее на шею - эффект максимальный. Пока что. И нынешний бой - тоже экспериментальный.
В реальном бою все произошло бы гораздо быстрее и Фран уж точно никого не стал бы предупреждать "Внимание, сейчас вылетит птичка."

Но, так и быть,
Вам осталось недолго жить, жить среди нас.
Я конечно приму на душу грех ваш, графиня,
Но только откройте,
Откройте, откройте. откройте
Мне тайну свою!

Коробочка была опасна  для самого Франа  в равной как и для остальных. Даже опаснее. Потому что если она пробьет блокировку его разума - тушите свет, спасайся, кто может. Даже Занзас вряд ли с ним справится. Но это абсолютно точно убьет юного экспериментатора. Однажды он уже попытался пробить потолок нынешнего боевого режима. Неделю потом лежал в полубреду, плохо осознавая, кто он, где он и что вообще происходит.
Вообще было очень интересно, кто же такое чудо природы изобрел - мало того, что сжирает пламени немеряно, так еще и облика не имеет постоянного и подчинить ее невероятно сложно. В реальном бою Фран ее пока ни разу не использовал, нечего слабостями светить. И ежели сейчас ничего не выйдет - может Вария решит, что он совсем слабак? Отпустит с миром? Ага, сейчас. Догонит и еще раз отпустит.

Фран визуализировал для оружия облик только лишь для того, чтобы понимать, где она. Пока он способен ее контролировать - она примет любой облик, даже его самого. И сам Мукуро не отличит никогда. Но лишь на 3 минуты. В бою от этого толку мало, ведь Фран не передовой боец, а прикрытие.
В данный момент на его плечах лежала змея - небольшая, толщиной с руку (ну такую, не накачанную руку), длинной чуть больше метра, нежно зеленого цвета. И с маленькой лягушачьей шапочкой на резинке. Ну а что, образ надо поддерживать. Бельфегор оценит.

Кстати, напарник замер - явно что-то видит, что-то, что коробочка вытащила из его подсознания. Ну пусть развлекается.
На себя Фран иллюзий накладывать не стал и даже шапку развеял, чтобы Бельфегор его видел, в случае чего.

А девчонка оказалась не глупой. Молниеносно просекла, что к чему. И так же молниеносно активировала свою коробочку.
Через секунду на ее плечах лежал тонкий полупрозрачный плащ, под капюшоном которого она быстро спряталась. Фран таких ни разу не видел, но знал, что они существуют. Абсолютная защита от ментального воздействия, идеальное отзеркаливание.

И вот теперь улыбка на губах мальчишки была искренней, радостной, словно ему сделали невиданный подарок.
- Эта коробочка - настоящее сокровище. Откуда она у такой слабачки? - поговорим, может что интересное узнаем. Нападать в лоб пока бесполезно - атака вернется в двойном размере. Фран никак не мог перестать улыбаться.
- Кто бы говорил. Никогда бы не поверила, что в Варию принимают детей, если б сейчас в этом не убедилась. И тем более выдают коробочки с эфирными сущностями. Кого ты ради нее убил? - голос девушки оказался неожиданно низким, грудным. Она хмуро наблюдала, понимая, что ни убежать, ни нападать она не может - убегать идиотизм, ударят в спину. Нападать - нечем. Вот вообще нечем.
- Я? Убил? Никого. Мне она даром досталась,- все еще сладко улыбаясь, Фран медленно обходил барышню по кругу. Она сама для него интереса уже не представляла, если не может защитить свой разум без дополнительных приблуд, а вот коробочка ценная. Весьма.
Она отвела взгляд лишь на мгновение, среагировав на взмахнувшего рукой Бельфегора, но этого оказалось достаточно, чтобы Фран оказался у нее за спиной. Лишь один удар сердца - и вариец мягко сжал ее голову ладонями и резко повернул до противного хруста. Девушка успела лишь судорожно всхлипнуть. Смерть максимально быстрая и почти безболезненная. Подарок же.
Подобрав драгоценную экранирующую коробочку, Фран наконец обратил внимание на напарника. Выглядел тот неважно - бледный, почти серый, на лице не испуг даже, а ужас настоящий. Стоит, вытянув руку, словно кого-то пытается остановить или поймать. Что там происходит?

Фран сделал пару шагов по направлению к Белу и тут вдруг змея, лежавшая до этого спокойно, подняла голову и лизнула его щеку. Ту саму, поцарапанную.

Пару секунд Фран осознавал, а потом в два прыжка оказался возле напарника, на ходу открывая трофейную коробочку и буквально впихивая ему в руки плащ.  И попытался свалить подальше.  Не успел - эфирная змея растворилась в воздухе.
- Ой-ой, Бел, это плохо. Это очень-очень плохо. Надо валить. Очнись! - в голосе юного варийца звучала еще не паника, но уже беспокойство, ведь раньше под раздачу своей коробочке попадал только он сам и непонятно, как отреагирует разум напарника. Если он там есть.

Фран повернулся к Бельфегору, быстро накинул ему на плечи плащ и тут же отвесил несильную, но ощутимую пощечину - дабы выпихнуть его уже из мира снов в реальный. Некогда ждать, когда там он своих демонов поборет. Ненаправленное воздействие этой коробочки прерывается извне вполне себе неплохо обычной оплеухой. Мукуро-семпай регулярно их Франу отвешивал, чтобы тот не путал реальность с иллюзией.

Умоляю вас! Заклинаю вас!
Назовите мне! Намекните лишь!
По устам пойму, что назначено,
Это ваш и мой должен быть секрет!
Только вы и я будем знать его
Не в могилу же унесете вы
Пусть умрет со мной, пусть умрет со мной
За него я отдам жизнь свою!

Ария Германа, мюзикл "Дама Пик"

Отредактировано Fran (2021-02-17 21:11:55)

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

+1

11

«Ну хватит уже! Или ещё не наигрался?»
Собственный голос тонет в плотном тумане, будто заглушенный ватой. Он и сам себя едва слышит, а уж занятый делом Фран и вовсе не реагирует. Наверное, и впрямь не расслышал — и все же придётся подойти ближе. Бельфегор в неудовольствии морщится, ему не хочется лишний раз возиться попусту, но ему все ещё нужно разузнать хоть что-то, иначе громкий капитан снова станет выносить ему мозг всю неделю кряду. Во имя собственного спокойствия он показательно лениво бредёт в молочном киселе, но сердце предательски бабахает под горлом, мешая ровному дыханию, отдаваясь в ушах барабанной дробью. Расстояние между ними все никак не сокращается, и принц рискует пропустить все веселье, но сейчас его беспокоит совершенно не это. Ему кажется, что он стоит на одном месте, перебирает ногами в пустоте. Интересно, движется ли он по-настоящему или только галлюцинирует об этом? Впрочем, это тоже лишь дело десятое. Больше всего Бельфегора напрягает фигурка поодаль, за которой он цепко следит. Она все меньше походит на напарника, корежится и дёргается так, что вскоре теряет человеческие очертания, а когда окончательно замирает, выглядит расщепленным случайной молнией пнём, только высоким и тонким, будто гладкий срез ствола. Смотрится весьма антуражно, подходит под окружающую атмосферу, знаете, только взлетающих ворон не хватает.
— Браво. Дешевые декорации. Принц в восторге, — ворчливо цедит себе под нос. Теперь он вообще не уверен, в какую сторону нужно двигаться, и лягушачья шапка (как назло) пропадает из виду.
Да что не так с этим местом?! Иллюзия не может быть такой скучной, верно? Происходящее все больше и больше кажется дурным сном, показательно криповым, словно из старых фильмов ужасов, так что даже верится с трудом. Но именно от этого становится лишь более жутко. Бельфегор, который никогда в своей жизни не видел снов (и особенно кошмаров) никак не может отличить, где тут настоящее, а где выдумка. Даже склонен считать, что абсолютно все здесь картинка чужой воспалённой фантазии, но запрещает себе так думать: в реальном бою подобное пренебрежение может погубить. За зыбкой пленкой иллюзии таится настоящий, живой и опасный человек, и спустя столько лет плотной работы с Туманами ему бы пора научиться это понимать. Маммон, должно быть, была бы разочарована его теперешней растерянностью, щипала бы за щеки и била крохотными ладошками, а потом...

По воздуху проходит рябь, быстрая и едва заметная, но принц чутко реагирует на изменение. Интересно, что происходит с источником иллюзии? Но не успевает даже толком оглядеться, как из тумана выныривает чёрная фигурка и стремительно приближается: поначалу кажется бегущим навстречу ребёнком, но после неудержимо разрастается и вот уже с оглушающим грохотом при каждом шаге несётся обезображенной расплывшийся тушей — и проходит насквозь. Бельфегор успевает взмахнуть рукой, чтобы защититься, но так и застывает, переводя дыхание и заставляя себя успокоиться. Нужно сохранять голову трезвой, ничего этого нет, оно не может навредить ему.
«О чем ты думаешь, тупая лягуха?!»
Разве иллюзии не должны атаковать их врагов? Бел с удовольствием бы посмотрел, как чужой Хранитель корячится на земле и задыхается от несуществующих страхов до пены изо рта. Гораздо лучше, чем самому застрянь в этой срани, верно?

Призрак исчезает где-то за спиной, хотя земля под ногами будто все ещё вибрирует от несуществующих шагов гиганта. Остаётся надеяться, что его никто не видит, иначе жутко стыдно. Принц украдкой вытирает взмокший лоб рукавом и торопливо оглядывается на предмет новых угроз. Все снова туманно, пустынно и спокойно. Надолго ли? Проверять как-то не хочется.

— Фран.
«Я насмотрелся, хватит.»
Слова застревают в горле. Крохотный левитирующий младенец проплывает сбоку, едва заметный в киселе, и внутри все обрывается. Бельфегор помнит, знает, что все это уловка, обман и неправда, но что-то его подводит. Мозг допускает лишь крохотное «а может быть..?», и иллюзия захлёстывает его целиком. Он торопится, спотыкается, бежит вслед за зыбкой тенью, протягивая руку в надежде схватить и удержать, но когда ему это удаётся — через бесконечно долгое время — пухлая фигурка в плаще с капюшоном вдруг оборачивается змеей, быстрой и гибкой, моментально кидающейся вверх по протянутой руке. Змея закручивается вокруг кисти несколько раз и угрожающе шипит, поначалу кажется (неопасной) небольшой, но неудержимо распухает каждую секунду, будто ватный бинт в воде, и уже спустя пару мгновений делается гигантской, кольцами ложится вокруг и душит принца в тисках, ломает до хруста и сгибает в неестественные позы, так что он тонет в лоснящемся теле, покрытом чешуей, и уже ничего не может изменить.

К удивлению, он все ещё жив внутри змеиных колец. Там темно и сыро, влажный воздух тяжёлый и с трудом проталкивается в легкие. Бельфегор хрипит и торопливо ощупывает себя руками, но он цел и невредим, кажется. Удивительно!, но удивляться некогда, сбоку сидит фигурка в длинном плаще с капюшоном и, кажется, беззвучно плачет. Сложно догадаться, кто или что это, но плечи подпрыгивают раз от раза, и существо сотрясается от рыданий.
Нужно бежать. Это все ненастоящее. Должен быть выход. Надо найти что-то реальное и зацепиться за него, так учила его Маммон, но мысли о ней лишь сильнее затягивают его. Теперь он уверен, что плачущая девушка — его давняя напарница. Он не может уйти, не проверив. Куда она пропала, что с ней случилось и не заблудилась ли она по ту сторону собственных и чужих иллюзий? Что если ему, наконец, удалось найти ее!

Бельфегор протягивает руку — медленно, тянется отвратительно долго, прежде чем коснуться вздрагивающего плеча. Эй, тебе больше не обязательно бояться, я уже рядом. Ощущая слабость, принц сгибает колени, чтобы опуститься рядом и заглянуть в ее лицо, но фигура оборачивается первой и вместе лица у неё кровавые рваные раны с провалами глазниц и рта. Завывая, оно тянет к нему руки, хватает за волосы и одежду, дёргает ближе и царапает, визгливо завывая одно и тоже снова и снова.

Удар!

Звук пощёчины прерывает безумное видение.
Задыхаясь, Бельфегор жадно хватает воздух губами, словно не дышал все это время. Ему пришлось, пришлось ее ударить, хотя она плакала о том, что он бросил и никогда не искал ее. Собственная щека горит от полученного удара, и ему кажется, что он это вполне заслужил. Должен был остаться там, вместе с ней, и больше никогда не предавать.. Впрочем, чувство реальности возвращается к нему быстрее, чем того на самом деле хочется.
— Ублюдок! Ты меня ударил?! — принц хватает лягушонка за грудки и с силой встряхивает. Обязательно бы заехал ему кулаком в обратку, но ситуация немного не располагает. Очень сложно сосредоточиться после увиденного, но он делает над собой усилие: — Ты что натворил?
Интуитивно, будто плохой запах, чует неприятности. Всё внутри дрожит и вибрирует, скручивает поджилки, велит бежать, спасаться, но пока ситуация неясна, вновь метаться в неведении и совершать новых ошибок не хочется.
— Рассказывай. Быстрее, в шести словах. Как исправить, что делать?
И что за девчачьи обноски на нем? Бельфегор не спрашивает, потому что сейчас это неважно. Неизвестно, сколько у них есть времени, прежде чем случится что-то непоправимое. Он надеется успеть, обо всем остальном они подумают позже.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

+1

12

Столько лет прошло, а холод жжёт в груди.
Эй, Земля, алло, я «Вояджер-1» —
Выходи на связь, срочно выходи!
Наскитался всласть по Млечному пути
Да так и не сумел себе найти другой ориентир.

В принципе было ожидаемо, что Бел взбесится. Хотя Фран и предупреждал.
Вместо того, чтобы спорить, было чем заняться.
И был действительно важным только один вопрос — стоит ли довериться сейчас? Фран сомневался не больше пары секунд, молча глядя в глаза напарнику. Жизнь-не жизнь, но его рассудок на кону точно. И что-то не позволяло Франу так просто это пустить на самотек.
Положив руку ему на затылок, на несколько секунд прижался к его лбу своим, прикрывая глаза. Вдох-выдох. Есть. Окутав напарника своим пламенем, Фран почти успокоился. Почти. Открыл глаза, отпустил товарища по несчастью.
"Теперь ты сможешь меня слышать, а я смогу слышать тебя, связь двусторонняя. Работает, пока хоть у одного из нас хватает сил поддерживать минимальное пламя.
Говорить не обязательно, просто думай, я услышу. И почувствую, все, что ты чувствуешь."
Не стал упоминать, что это тоже работает в обе стороны.

Честно говоря, это было последнее, что Фран хотел бы делать с Бельфегором. Им ведь еще работать вместе. Залезать в душу кому-либо, с кем ты планируешь еще какое-то время видеться — так себе идея.

Отголоски чужого ужаса пробивались даже через ментальные блоки, неслабо же он испугался. Фран вздохнул. Предупреждал ведь. Никто не воспринимает его слова всерьез, а потом его же и обвиняют.
"В шести словах — стой и не отсвечивай, сделать ты не сможешь ничего. Она нападет на меня, а не на тебя. Если не будешь пытаться сопротивляться. Я поставил свой блок на твое сознание. Ненадолго."

Пока Фран все это думал не прерывал зрительного контакта с Бельфегором.

"Бел, я не шучу. Тебя она не тронет. Мой блок защитит тебя от кошмаров и ненаправленного нефизического воздействия, говоря проще — своих глюков не увидишь, они у нас будут общими скорее всего. Зря ты влез. Я еще слишком плохо ее контролирую, чтобы было о чем докладывать капитану."
Было и обидно и грустно, что с ним все еще таскаются, как с ребенком. И не знаешь, что лучше -  когда на тебе живого места не оставляют из-за постоянных жесточайших тренировок, но зато доверяют, потому что видели результаты; или когда ты нормально спишь, регулярно ешь, никто не гоняет так, что хочется умереть — но и чувства нужности нет. Только чувство, что тобой пользуются и рассматривают, словно под микроскопом.
Отвесив себе ментальную затрещину — расслабился совсем — Фран снял плащ. И рубашку нехотя тоже стянул. Должна же остаться хоть одна целая чистая вещь.

Повернувшись спиной к Белу, Фран вздохнул. Надеяться на то, что змеюка исчезла, не приходилось. Задумался, проводил ли он раньше эксперименты со своей кровью? По всему выходило, что не проводил. И с чего бы ей озвереть? Сущность же эфирная. Сучность, чтоб ее хаос сожрал. Еще целая минута из отведенных трех до окончания боевого режима и непонятно сколько бонусом накинуло сверху. Это все, конечно, крайне любопытно. Но не с соглядатаем за спиной. Фран привычен к боли и может отличать иллюзорную боль от настоящей и при этом не поехать крышей. А вот Бельфегор нет.

Два октиллиона тонн грузом на душе —
Как-то ведь тащу, надо же…
Я тебя прошу — хоть один сигнал
Импульс хоть один!
Выходи на связь, срочно выходи —
Мне не вывезти…

Удар был, как всегда, внезапен — словно из пустоты в воздухе возникла рука — слишком знакомая — и буквально выдрала из бока Франа кусок мяса. И исчезла.  Парень только крепче сжал челюсти, судорожно втягивая воздух, прекрасно осознавая, что все это иллюзия, образ, взятый из его головы. Настоящей была только боль — но и она была только в голове.

Не дав ему выдохнуть, Шакти напала снова, буквально выламывая ребро.
Честно говоря, Фран был сильно удивлен тем, что она сразу напала так. Обычно все начиналось с навязчивых мыслей, кошмаров и дальше по нарастающей. А тут...
— Радость моя, ты меня сожрать решила? Ты же понимаешь, что я не позволю? — вопрос, конечно, был риторический.

Интересно, что думает по этому поводу Бел? Много народу пытали на его глазах? Хоть бы только не влез. Судя по всему она настроена серьезно свернуть крышу своему хозяину, а значит Фран физически не сможет защитить напарника больше, чем уже это сделал.

Интересно еще и то, что Шакти всегда — всегда! — создавала иллюзии, будто Франа разрывают на куски. Буквально.

Когда в следующую секунду еще одна рука появилась из ниоткуда и попыталась вцепиться Франу в глотку — он просто рассек ее пополам рапирой. Иллюзорной. Но настоящей.

И когда Мукуро материализовался буквально в паре метров — Фран не удивился. Хотя он никогда не боялся своего учителя. Это не страх. Что ты задумала?

А вот клинок, вышедший из груди, был неожиданностью.
На миг, на одну бесконечно долгую секунду Фран поверил, что Бельфегор мог его ударить со спины. Хотя и этот клинок и скалящийся принц уже растворялись в воздухе — почему-то боль от этой несуществующей раны заблокировать не получалось.
Вариец медленно опустился на колени, упираясь ладонью в землю.

Она использует эмоции. Любые зацепки, привязаности, использует чтобы ослабить и захватить контроль.
Как же глупо будет проиграть собственной коробочке.
Будет уроком.

По подбородку Франа стекала уже вполне настоящая кровь — мозг, казалось, вот-вот разорвется от существующих и не существующих сигналов, подаваемых телом.
Оставалось только ждать, ждать пока она перебесится, снова и снова причиняя ему боль. Потому что не хочет подчиняться и не может этого не делать, не может существовать вне коробочки.
Иногда Франу казалось, что в эту коробочку засунули его душу — такую же невнятно-эфемерную снаружи — и готовую уничтожить любого, кто посягнет на свободу внутри.

Вакуум — кругом, я в нём по уши:
Эй, Земля, алло, милый дом,
услышь мой вой уже, это «Вояджер»!..
Тишина в твоём ответе
В моём горле — ком с Юпитер:
Боль размером в сто квадратных
Световых тысячелетий

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

0

13

Хочется бесконечно злиться и вопить на мальчишку громче, чем это делает Скуало в худшие из своих дней, но вся бравада исчезает, стоит Франу ткнуться в его лоб своим. Мальчишка такой маленький и щуплый, ему приходится приподниматься на носочки, чтобы проделать этот фокус. Нелепо! И все равно Бельфегор стихает, не то растерянный этим жестом, не то все же успокоенный. Как и учила его Маммон, он нашёл что-то реальное в происходящем безумии: это Фран. Напарник единственное настоящее здесь существо, все остальное лишь обман. И если держаться за него, то они оба выберутся.

— Ты сделал.. что?! — кривит губы и шипит ещё раздраженнее, чтобы скрыть свою досаду. Торопливо гасит слишком яркие мысли в своей голове настолько, насколько это вообще возможно сделать. «Не думать» довольно тяжело, особенно когда воспалённый мозг каждую секунду рождает картинки, способные соперничать по красочности с героиновый приходами, но лягушонку этого знать не обязательно. Бельфегор может себя контролировать и не собирается делиться ни одним аспектом своего внутреннего состояния.
Остаётся надеяться, что Фран не станет заглядывать слишком глубоко. Ну или помрет уже спустя пару минут и унесёт все его секреты с собой. Да, было бы неплохо.. принц неуверенно хихикает своим мыслям, но тут же каменеет при виде того, как мальчишка готовится к своему бою. Снимает некоторую одежду в очевидной попытке уберечь, и выглядит это тревожно.
«Эй, ты чего творишь? — ощущая себя идиотом, все же пытается общаться мысленно. Жутко раздражает, к слову. — Не делай глупостей, слышишь? Или ты думаешь, что я стану послушно торчать здесь?! Я тебе не дрессированная псина!»
Фран не отзывается больше, слишком сосредоточенный на предстоящем сражении, он буквально окутан холодной уверенностью. Бельфегор ощущает ледяной кокон спокойствия вокруг него, почти видит физическое проявление как легкое клубящееся свечение возле его рук и плеч. Наверное, это из-за того, что лягушка связал их разумы? Интересная галлюцинация, но принцу не нравится.

Без одежды лягушонок выглядит ещё более [уязвимо] нелепо. Худой и тощий, он не кажется умелым бойцом. Похоже, будто его может ветром пополам переломить. Наверное, это нормально для Туманов, они все довольно тщедушные, бойцы задней линии, а вовсе не передовики, тяжелые и мощные, но почему-то именно сейчас это кажется неправильным. Бельфегор здесь именно для того, чтобы составлять противовес и дополнять эту шапку-на-ножках, так почему до сих пор остаётся в стороне? Сметающим Ураганом разнести это место в клочья, разогнать туман, не оставив ни капельки, и тогда...
Бельфегор [почти] постыдно вздрагивает, когда что-то появляется из молочной завесы и атакует напарника, отхватывает от него целый кусок плоти и исчезает. Это выглядит так нереально, что ему приходится проморгаться под спутанной челкой как следует, чтобы поверить своим глазам.
«Больной ты ублюдок! Интересные у тебя фантазии.»
Принц мысленно смеется, стараясь заглушить нестабильную тревожность внутри себя. Как и любой человек, он способен испытывать эмоции на поле боя, как положительные, так и отрицательные. И ничего подобного с ним раньше не происходило, так что сейчас внутри настоящая буря, какофония из ощущений. Нет, ему не страшно в полном смысле этого слова, смертельные бои и вид разорванных тел его не пугает, но ему жутко от того, что он видит. Жутко от осознания того, что он не может ничего изменить. Защищать лягушонка не входит в его трудовые обязанности или набор базовых потребностей, как верность боссу или послушание капитану, скажем, но просто стоять и смотреть, как твоего поверенного раздирают в клочья..? Увольте.

Бельфегор сжимает кулак до скрипа. Франу сейчас явно не до его психозов, не стоит усугублять ситуацию, так что он считает про себя простейшие цифры, чтобы вернуть рассудку спокойствие. Ему было велено не вмешиваться, но в его руках уже привычно лежат ножи, принц крутит их между пальцами и перебирает, держит ситуацию под контролем и ищет, ищет слабое место, чтобы атаковать. Атаковать — иллюзию, чужую коробочку, невидимую сущность? Ему без разницы, просто стоять он не станет.
Фран, тем временем, падает на колени. Бельфегор старается не смотреть на него, это отвлекает. Жалость тут неуместна, ведь все происходящее лишь галлюцинация. Их общая — и такая реальная.. Плюнуть хочется.
«Поднимайся! — мысленно шипит. — Не вздумай сдаваться сейчас, или я тебя сам прикончу.»
Так себе мотивация, должно быть, но это все, что у него есть. Все, что он может сделать. Старается не касаться мыслями [они вернутся к этому позже] того факта, что пронзившее мальчишку нечто было очень похоже на него самого. Этого Фран боится? Предательского удара в спину от своего семпая? Как глупо — когда они выберутся, Бельфегор научно и популярно объяснит пацану, что бить в спину удел слабаков. Уж если он захочет, то атакует лоб в лоб, так чтобы мальчишка успел понять и осознать, кто или что его убивает, так чтобы оставался в сознании до самого конца и насладился своей кончиной в полном объёме.
«Не валяй дурака, поднимайся. Не будь слабаком. Ещё не конец.»
Фран так часто обманывал его картинками своей смерти, что разум отказывается принимать очередную сцену чужих страданий. Спасибо, что закалил, малец. Легче справиться со стрессом, так сказать. Принц тянется к своей коробочке и заряжает ураганным пламенем. Что там ему было велено? Ах, да, не вмешиваться, точно.

Минк выскакивает вперёд и скалит острые зубки, ее пламя разгоняет кисельный туман и бродящие внутри тени. Как и сказал Фран, если не вмешиваться, то существо не атакует никого. Что ж, тогда Бельфегор знает, как дать напарнику немного дополнительного времени! Раздеваться он, конечно, не собирается, если лягушонок на это рассчитывал, совершенно очевидно, что призрачная иллюзия не способна всерьёз повредить униформу. Глупый, маленький мальчик, сейчас принц покажет, как нужно усмирять своих демонов.
«Я отвлеку. Соберись! И давай закончим это.»
Жалеть его? Волноваться? Сопереживать и метаться от собственной бесполезности? Не вариант. Не выбор ни одного из варийских офицеров, и уж тем более Бельфегора. Он даст отпор этой змеюке (или что оно там), в конце концов в обращениях со змеями у него колоссальный опыт! Шишикая себе под нос, принц швыряет ножи веером вокруг, хотя и знает, что вряд ли поранит бесплотное существо, но попытаться все же стоит. По крайней мере, привлечёт внимание, а уж дальше разберутся. К тому же, у него есть волшебный плащ-накидка, мистическая огненная норка и полный набор летающих ножей, да он просто волшебник и заклинатель змей в одном лице.

— Давай! Выходи, покажи себя. Готов спорить, ты милашка.

В тумане скользят тени, а после сбиваются в одну и раздуваются, приподнимаются, становятся выше на голову, две и три.. Бельфегор медленно поднимает взгляд все выше и выше, пытаясь угадать размеры этой твари, но — навстречу выходит девушка, невысокая и хрупкая, с капюшоном на голове.... Опять. Принц вздыхает — и уже больше не верит, лишь косит глаза и проверяет, жив ли лягушонок за плечом.
— Повторяешься, скучно. Это все, что ты можешь?
Фигура движется навстречу, корежится словно от помех и постоянно меняется, переключается между образами. Брат, босс, капитан, лягушонок и снова Маммон. Ищет, изучает, подыскивает ключик, но всякий раз мимо. Тогда оно пытается рвануться навстречу для удара, однако Минк преграждает путь полыхающим росчерком хвоста. Ну-ну, мы же не хотим поранить чужого питомца? Нужно быть аккуратнее.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

0

14

I opened my eyes, but I couldn't see                               Я открыл глаза, но не мог видеть.
I had a feeling deep inside,                                                У меня было чувство глубоко внутри,
That something was watching me                                   Что-то наблюдало за мной.
I couldn't move                                                                      Я не мог двигаться.
I couldn't speak nor could I flee                                       Я не мог говорить и не мог убежать.
There is an unstoppable horror,                                       Существует непреодолимый ужас,
And it's coming for me                                                        И это придет за мной.

Я слышу тебя, каждую твою мысль. Я тебя чувствую. Я знаю тебя лучше, чем ты того желаешь. Сдайся — и я не причиню тебе больше боли. Сдайся — и я отпущу тебя. Тебе не подчинить меня, ты же понимаешь. Ты еще слишком слаб и неопытен.

— Заткнись, — выдохнул Фран, чуть прикрывая слезящиеся глаза, — Мы это уже проходили.

Они медленно и дотошно изучали друг друга, словно дикие звери, ходили по кругу, пробно нападая, нанося не смертельные пока, но уже ощутимые выматывающие обе стороны удары — чтобы показать серьезность намерений.

Для Шакти неволя была адом на земле, если таковой мог существовать. Многие животные из коробочек разумны, обладают сознанием и волей. И эфирные сущности не исключение. Но она не была Минком, которого можно выпустить погулять. Она была смертельно опасна пока даже для себя. И юный иллюзионист пока не знал, как освободить ее от оков собственного разума.
Франу отчего-то было больно запирать ее каждый раз. Даже несмотря на то, что она нападала на него — он слишком хорошо ее понимал. И, наверно, жалел. Настолько, что даже позволил Бельфегору увидеть все его глазами, приоткрыл немного сознание, чтобы не пришлось все объяснять потом. Да и живую ситуацию проще понять и оценить именно в моменте, а не потом, при разборе полетов.

Чисто технически на нее бесполезно нападать, ибо она просто растворяется в воздухе.
Нужно воздействовать изнутри, через сознание.

Все эти мысли проносились в голове мальчишки, пока какая-то часть сознания билась в агонии от боли — эфирное создание не хотело сдаваться.
Разделять сознание он умел, хоть и не очень любил. Но навык полезный. Особенно в подобных ситуациях.

Evening came and so did they                                       Наступил вечер, и они тоже.
Unknown voices laughing In the dark                        Неизвестные голоса смеются в темноте.                           
They spoke of an impenetrable darkness,                Они говорили о непроглядной тьме,
The absence of light                                                        Отсутствие света.
I can hear them approaching,                                     Я слышу, как они приближаются,
The smell of old                                                                Запах старого.
Must follow their stench                                                Должно следовать их зловонию.

Слова Бельфегора всплывают неохотно, словно сквозь плотную вату.

Не делать глупостей? Величайшей глупостью было пойти с тобой на это задание, напарник. Оба мы от скуки способны влипнуть в историю, подобную этой. А то и похуже.

В принципе, Фран и не ожидал, что Бел его послушает. Не в первый раз. И его мысли по поводу мнимого предательства вызвали улыбку.

Нет, Бел, нет конечно. Не в твоих правилах нападать со спины. Но она пока этого не знает. И я не больше больной ублюдок, чем ты. Она не знает, за что зацепиться, не может пробить мою защиту. Поэтому топорно нападает, наивно считая, что боль — решение всех проблем и я сломаюсь рано или поздно. Она словно капризный трехлетка — не видит дальше своего носа, не хочет понимать и ждать. Она заперта в этой коробочке и страшно напугана. И реагирует почти как ты — нападает, рвет и кусает, неистово и слепо следует за своим гневом, словно это решит все проблемы. И я пока не знаю, как ее успокоить, как заставить мне поверить. Как убедить, что я ей не враг.

Фран любил рассуждать, выстраивать логические цепочки, причинно-следственные связи. Он понимал и видел гораздо больше, чем могло показаться. Например, что вся эта агрессия и бравада Бельфегора — прикрытие, очередная маска, настолько сросшаяся с ним, что сложно уже отличить, где настоящий принц, а где его субличность.   Фран специально показал свои мысли по поводу этой коробочки. Может быть свежий взгляд на старую проблему поможет найти решение. Если вдруг Бельфегор захочет понять и принять такое отношение к оружию.

Копать глубоко юный вариец и не пытался. Просто поверхностные, самые очевидные мысли, чувства, эмоции считывал.

— Я не хочу на тебя нападать, но сделаю это. Ты ведь знаешь. И я не позволю ему навредить, — голос звучал словно со стороны, Фран не сразу понял, что этот голос принадлежит ему. Сознание медленно погружалось во тьму и тишину.
Опуститься на дно, чтоб от него оттолкнуться.

Ты не один, слышишь?

Поймав его за полу плаща, Фран заставил напарника обернуться. Невольно дрогнули уголки губ. Почти улыбнулся, почувствовав чужое беспокойство, замаскированное под гнев.

Не бойся, я не сдаюсь. Но мне нужно еще секунд десять. Я не хочу ей навредить. Я почти закончил.

Кровь медленно стекала по подбородку, собираясь в маленькую лужицу рядом с чуть подрагивающей ладонь. Кап. Кап. Кап.

Шакти медленно приближалась к Бельфегору, игнорируя шипящего Минка. Но не дошла пару шагов, замерла. Облик, что она нацепила на себя в судорожной попытке воздействовать на оппонента — пошел мелкой рябью и медленно растворился.

The ghastly silence spoke to me                          Отвратительная тишина говорила со мной.                                               
You cannot sleep,                                                    Ты не можешь спать,
You cannot cry and you cannot smile               Вы не можете плакать, и вы не можете улыбаться,
Unless someone dies                                             Если кто-то умирает.

Тишина стала звенящей, почти ощутимой, тяжелой и вязкой, словно желе. Она давила, не позволяя глубоко вдохнуть или сказать хоть слово.

Удар. Еще удар.

Ты в отчаянии. Ты понимаешь, что проигрываешь, правда?

Почти все, уже почти все. Прости меня. Снова.

Бел, зажги самое сильное пламя, которое можешь. Сейчас!

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

0

15

Не отвлекаться, не отвлекаться, не отвлекаться. Бельфегор повторяет про себя снова и снова, но это довольно сложно сделать, учитывая, что «внутренняя связь» работает на полную. Фран слышит даже случайные его мысли, не оформленные толком, а лишь смутные, ускользающие ощущения и реакции — но понимает и осознает их. Это.. так странно. Будто в его голове поселяется иное альтер-эго, холодно и дотошно разбирающее эмоции и ощущения. Даже хочется потрясти головой, чтобы избавиться от назойливого голоска где-то в самом затылке.

«Умолкни! Твои 10 секунд на исходе.»

Приходится одернуть их обоих. Дышать становится все сложнее, принц хватает влажный, наполненный тяжёлым туманом воздух, и торопливым смазанным жестом ладони утирает испарину с лица. Фран забывает предупредить о том, что космический коннект работает в обе стороны, и сейчас его буквально раздирает ощущением от совсем не призрачной боли, отголосками отдаётся под рёбрами и терзает плоть. К счастью, они оба довольно не восприимчивы к боли, принц и вовсе научен игнорировать подобные ощущения ради достижения поставленной цели, он может сражаться даже переломанным и с жуткой кровопотерей. Пока хотя бы один из них остаётся на ногах, не все потеряно.

Он знает наверняка, что не может навредить существу напротив, но все равно атакует. Из упрямства и в попытке выиграть лишнее время. И ещё назло Франу, который не забывает упомянуть о бесполезности данного хода. Ножи ожидаемо проходят насквозь, Бельфегор недовольно цокает языком. Ну что ж, проверить стоило. По крайней мере, ему почти наверняка удалось отвлечь змею и обратить ее внимание на себя; всё лучше, чем стоять истуканом и пассивно наблюдать, делая ставки на чью-то победу или смерть. Вария не готова к столь скорой потере очередного хранителя Тумана, искать нового слишком запарно, так что принц обманывает себя тем, что действует исключительно во благо спокойствия офицерского состава и судьба мальчишки нисколько его не волнует. Да и кому нужна эта лягушка? Скучная, аморфная, неинтересная, ещё и убить ни одним ножом не получается! Возможно, ему стоит просто отступиться и посмотреть, добьётся ли демон-из-коробочки бОльших результатов в умерщвлении напарника? Будет забавно, если да.

Существо напротив покрывается рябью — и исчезает. Бельфегор снова теряет противника из вида, но это уже неважно, похоже. Фран позади цепляется за полу плаща — кажется, он готов. Что же! Момент истины? Принц становится предельно сосредоточенным.

«Давай уже. Из-за тебя здесь застряли, разберись с этим, наконец.»

Это должна была быть рядовая миссия, а лягушонок превратил всё в крестовый поход на выживание. Интересно, видел и участвовал ли хоть кто-то из ныне живущих в подобных баталиях? Фантомные бои, ментальная связь, разговоры внутри головы и оживленные неконтролируемой силой самые худшие из страхов. Бельфегор предпочитает реального противника, игры разума — это не для него. Уже перед глазами плывёт и в голове беспорядок, хочется ослабить контроль и позволить себе метаться, освободив безумие. Все же ночь — не самое лучшее время для сражений, тем более с потусторонними демонами. Всякое видится и чудится ещё большее. Бельфегор держится лишь благодаря внутренней связи с лягушкой, по которой транслируется туда и обратно бесконечный трафик мыслей, эмоций и рассуждений, и лягушачья аморфность здорово выручает, успокаивает и сдерживаешь их обоих. Впрочем, лягушонок довольно болтлив, когда оказывается в чужой голове. Нужно быстрее с этим заканчивать, покуда кукуха окончательно не уехала.

«Ах, теперь тебе нужна моя помощь?! Не рассчитывай!»

Бельфегор бунтует внутри своей головы, но руки вскидывает на автомате, выставив перед собой кольцо. Пламя у него ураганное, мощное и — неконтролируемое. Лишь стоит дать ему волю, поглотит вообще все вокруг, сожжет, обуглит, поглотит. Он не знает, насколько сильно должен зажигать и не перестарается ли, но существо в тумане реально его пугает, так что лучше избавиться от него сейчас и запереть обратно в коробочке как можно быстрее. Опершего очевидно, что Фран не умеет его контролировать. Вообще непонятно, откуда у мальчишки подобная мощь в арсенале? Принц обязательно обсудит это с боссом и капитаном позднее, а пока — растягивает губы в широкой улыбке и шипяще смеется себе под нос, усиливая и усиливая натиск пламени, покуда кольцо — эта жалкая копия, никчемная подделка — не змеится трещинами от проходящей через него мощи.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

+1

16

Wie wird man seinen Schatten los?                                             Как избавиться от тени?
Wie sagt man sienem Schicksal Nein?                                        Как сказать судьбе «нет»?
Wie kriecht man aus der eignen Haut?                                      Как вылезти из кожи?
Wie kann man je ein andrer sein?                                                Как можно быть другим?
Wen soll man fragen                                                                        Кого спрашивать,
wenn man sich selber nicht versteht?                                        Если не можешь себя понять?
Wie kann man frei sein                                                                    Как можно быть свободным
wenn man seinem eignen Schatten nie entgeht?                   Когда не можешь убежать
                                                                                                                 от тени?

   
Бел удивительно спокойно реагировал на все мысли и действия Франа. Это радовало, давало какое-то ощущение уверенности и контроля над ситуацией что-ли. Если бы он начал спорить или открыто злиться - было бы сложнее. Хотя Фран не исключал, что напарник решит, что у него крыша поехала. В какой-то степени так оно и было.

Едва его мысленный голос отдал приказ-просьбу Белу, мальчишка словно бы растворился в воздухе - на самом же деле так быстро рванул вперед, как только мог - у него была пара секунд. Пара секунд на то, чтобы не дать ей ничего предпринять. Пара секунд на возможность сохранения своего рассудка сейчас. Шакти не ожидала такого энтузиазма и снова попыталась атаковать уже напрямую.

Оказавшись в эпицентре густого удушающего тумана, Фран вызвал самое сильное пламя, на которое был способен сейчас. Кольцо вспыхнуло ослепляюще ярко, на секунду заставив туман взвизгнуть и отпрянуть в испуге, и, казалось, раскалилось добела.

- Домой, - тихо, но уверенно произнес Фран. Кольца вспыхнуло в последний раз и, не выдержав пламени – осыпалось мелкими осколками к ногам хозяина.

Шакти закричала. От этого высокого вибрирующего звука, переходящего в несвязный визг и рычание, не было возможности как-то спрятаться, закрыться, отгородиться. Так кричат раненые, словно от нестерпимой боли, кричат, захлебываясь воздухом, до сорванного голоса и рвоты. Ей было физически больно. Больно терять контроль над собой, когда твоё сознание сминается, ломается чужой волей, а ты это осознаешь и ничего не можешь сделать. Но по другому было нельзя. Этот крик становился все выше и громче, словно бы отражаясь от несуществующих стен и умножаясь, порождая многочисленное эхо.
Туман вокруг Франа взметнулся, закрывая обзор - и исчез. На его месте стояла массивная клетка. Толстые чуть поблескивающие прутья решётки не оставляли шанса выбраться. Никому. И внутри нее была Шакти. И Фран.
В голове возникла мысль - если Бел его не послушает, снова сделает по своему, сможет ли Фран сам выбраться? Сколько времени это займет - день? Два? Месяц? Как быстро он сможет вернуть контроль над сознанием?

Едва клетка материализовалась - и эфемерная сущность, вовсе обезумев, стала бросаться на прутья в бесполезной попытке освободиться.

Не думать. Не чувствовать.

Давай же, Бел!

Чужое пламя сначала заставило сознание захлебнуться в новом витке боли - всегда больно насильно разрывать ментальный контакт с коробочкой. И умирать – всегда больно, чувствуя, как чужое пламя совсем неиллюзорно сжигает тебя к чертям собачьим.
Но этого никому знать не нужно.
Мгновение – и ощущение реальности обрушилось на Франа, выбивая воздух из легких, заставляя, судорожно вслипнув, просто хвататься за мир и не дать ускользнуть оглушенному пережитым сознанию.
Силы пламени Бельфегора хватило, чтобы уничтожить проекцию и заставить Шакти вернуться в коробочку. Как и ожидалось от Урагана. И то, что рубашка на Фране местами обгорела и на теле появилось несколько новых ожогов, было малой ценой. Хвала Небу, Бел не смог перенести в реальность всю мощь своего пламени, иначе туманник легким испугом не отделался бы.

- Спасибо, - прошептал мальчишка осипшим от напряжения голосом, уже осознанно глядя в глаза стоящему напротив Бельфегору. Ладонь соскользнула с его затылка, упав на плечо. Чуть дрогнули ресницы от последнего осознанного усилия – разорвать ниточку связи с Белом, чтобы он не тонул в чужом сознании, чужом безумии и боли. Хоть один из их тандема должен сейчас воспринимать реальность адекватно. Это небольшое, казалось бы, усилие отозвалось тупой болью в затылке. Очень хотелось спать. Фран лишь на пару секунд прижался лбом к плечу Бела, чувствуя, что пора переходить в режим автопилота. Иначе напарнику придется тащить его на себе, что тому явно не понравится.
- Еще полминуты... Я сейчас...
Дышать, просто дышать, ни о чем не думая и давая мозгу возможность перестроиться.
https://i.imgur.com/Ih63GYnm.jpg

Было нечеловечески тяжело вернуться обратно в адекватное состояние. Осознать и убедить себя - там, в клетке погиб не он сам, лишь дубль, ментальная проекция. Лишь проекция, Фран. Очень хорошая, очень качественная, сожравшая столько пламени, что очередное кольцо не выдержало. Мелькнула мысль – капитан из него всю душу вытрясет наверно за очередное сломанное кольцо высокого ранга. Их не так просто достать, а Фран их ломает с раздражающей частотой.

Им удалось ее обмануть, заставить на долю секунды усомниться в своих силах, замешкаться, растеряться. Не только она нападала - Фран не уступал ей, осыпая градом ментальных ударов, ища трещины и пробои в защите. И когда нашел - сразу запер. Вместе с собой. Иного варианта удержать ее в этой клетке просто не существовало.
На самом деле если бы Бельфегор не зашел на подконтрольное Шакти пространство - все это произошло бы только в сознании Франа. И сознание расщиплять не пришлось бы. И вряд ли напарник вообще бы понял, что что-то произошло после того, как туманник свернул шею неудачливой девушке, так не вовремя оказавшейся здесь.
В реальном мире с того момента, как Фран убил вражеского туманника и установил ментальный контакт с Белом, прошло от силы полминуты. Которые они так и стояли прижавшись лбом ко лбу, глядя в глаза друг другу. И реальный Фран делал буквально все, чтобы Шакти не разорвала в клочья хрупкое и неустойчивое к подобным вторжениям сознание напарника.
А проекция в этот раз приняла основной удар.
И если бы не пламя Урагана, буквально уничтожающее все на своём пути, причинившее вполне реальную боль – они бы надолго застряли.
Шакти теперь надолго заперта и вряд ли проснется в ближайшие пару месяцев. Да и не особо хочется пока ее трогать.

Ну вот и все. Тело было словно свинцом налито, но теперь, заперев лишние мысли и эмоции и подключив, грубо говоря, аварийные резервы организма, туманник был уверен, что они дойдут, даже если по пути еще что-нибудь "интересное" встретят.
Сунув руку в карман, извлек на свет и надел новое кольцо пониже рангом. Но и его будет достаточно. Хватит, наигрался. Загнал в трофейную коробочку плащ - пригодится еще.
Сделав шаг назад, Фран глубоко вдохнул холодный ночной воздух и посмотрел на напарника.
- Пошли что-ли?

Отредактировано Fran (2021-03-03 17:14:06)

Подпись автора

Остановка! Рывок!
Ни вперёд, ни назад!
Тишина.
Неужели я сбился с пути?
Нет!
Планета, нажавшая на тормоза!
Ты меня не научишь
Дышать взаперти!

0

17

Всё вокруг вибрирует и трясётся от яростного, наполненного звериным безумием воя, что производит племенная змея. Кажется, ещё мгновение — и внутри головы что-то не выдержит и лопнет, выльется через глаза, уши, рот и нос — и тогда, возможно, наступит долгожданное облегчение.

Впрочем, таким образом Бельфегор прощаться с жизнью не собирается. Сильнее сжимает пальцы в кулак, будто это поможет ему лучше контролировать собственное пламя; упирается ногами в дрожащую землю плотнее, чтобы не оказаться опрокинутым — и через бьющиеся клубы ураганного пламени следит за тем, как Фран запирается внутри появившейся клетки вместе со своим демоном. Наверное, пытается сдержать, удержать, подчинить, вернуть на место, но — что делать теперь? Как доставать его оттуда и чем все это закончится?

«Тупая лягушка. Сдохнуть решил?! Не в мою смену!»

Получается совсем не зло, а даже почти бессильно. В этих иллюзорных боях с хтоническими тварями принц абсолютно не сведущ и всё, что он может сейчас — это следовать чужим инструкциям и подсказкам, но не более того. Есть большой риск что-то испортить, сломать в их головах, и тогда ничем хорошим это точно не закончится. К счастью, в его голове уже давно сломано все, что только можно, так что ему совсем не страшно. Просто стоять здесь и смотреть, как вверенный ему ценный актив хоронит себя — увольте! Остаётся лишь придумать, как вытащить эту худосочную задницу из того дерьма, что он же сам и устроил.

Связь между ними все ещё работает, но Бельфегору никак не удаётся внятно сформулировать свою мысль и внедрить в хаотичный поток ощущений напарника. Это чувствуется довольно тяжело, но вместе с тем и привычно. Он ловко лавирует среди чужих страхов, сожалений и опасений, будто пробирается через колючие запутанные проволоки в собственном сознании по ночам, что окрашены в багровые тона безумия, а когда достигает эпицентра — втыкает раскалённую иглу, тонкую и острую, с одной простой мыслью, несложной до тупизны для облегчения понимания в столь напряженной ситуации:
Ещё не конец
Он и сам не знает, вопрос это или же просьба. Пытается мысленно дотянуться через хаос и безумие происходящего до напарника, приказать ему заканчивать со своими экспериментами сию же минуту, просить возвращаться вместе с ним, не оставаться здесь и не жертвовать собой во имя каких-то великих целей (потому что очень похоже), но

все заканчивается также внезапно, как и начинается.

Бельфегор делает судорожный вздох, легкие горят от кислорода, будто он не дышал все это время. Неизвестно, сколько прошло времени, секунда или десять лет, пока они стояли среди темнеющей поляны, сцепившись в объятиях, будто утопающие. Даже неловко осознавать, что ничего из творящегося безумия на самом деле не существовало вне их умов. Ему казалось, что в последние мгновения от воя и хлещущего во все стороны пожирающего пламени разрушится сама материя вокруг, но — нет, посмотрите, стоят здесь целые и невредимые, и с ближайшего дерева даже листочек не упал.

Только два свежих трупа лежат у самых их ног наглядным свидетельством победы.

Принц раздраженно цыкает себе под нос и торопливо отстраняется от мальчишки. Чувствует себя идиотом почему-то, которого испугал детский ночной кошмар. Для него все происходящее было более, чем реально, а Фран не выглядит даже удивленным. (Нет, по правде он выглядит плохо, но — по мнению Бельфегора — недостаточно плохо для того дерьма, что они только что пережили.) Кажется, что напрягался и ужасался происходящей фантасмагории лишь принц один, для напарника же пережить подобное мракобесие — обычное дело, и это невозможно злит и раздражает.

Лягушонок тем временем тыкается лбом в плечо и устало дышит, что-то бормочет. Отгонять его нет ни сил, ни желания. Бел с мазохистическим удовольствием ловит внутри себя отголоски чужой боли и сомнений прежде, чем связь окончательно обрывается. Что же, теперь он знает, что Фран не бездушная машина, он тоже ощущает, переживает и тревожится, но — самое главное! — ему тоже бывает страшно и больно. Приятно понимать, что следующий ножичек на самом деле доставит ему гораздо больше неприятных ощущений, чем малец выразит постным лицом.

Им обоим требуется некоторое время, чтобы прийти в себя после случившегося. Для Бельфегора все произошедшее было частью реальных, пускай и удивительных приключений, а для Франа.. Неизвестно, что по этому поводу думает мальчик. Но спустя несколько мгновений он ведёт себя, как ни в чем не бывало, меняет кольцо, прячет плащ, даже делает несколько шагов прежде, чем обернуться.
Зовёт его.
У него ещё остаются вопросы, много вопросов!, но Бельфегор молчит. Засовывается руки в карманы униформы поглубже и чуть сутулится, криво и широко ухмыляясь. Сейчас самая выигрышная стратегия, пожалуй, это делать вид, что ничего особенного не случилось, что все увиденное выветрилось, будто дурной сон поутру, и что внутри не осталось горько-кислого осадка, выматывающей тяжести и болезненного гудения в висках. Кажется, ему нужно о многом подумать, ещё о большем доложить начальству, но прямо сейчас принц делает первый шаг — и шагает показательно лениво, расслабленно, словно в самом деле ничего и не было.

Все вопросы он оставит на потом.

[icon]https://b.radikal.ru/b18/2012/83/bb5968e192c2.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » #eternity [завершенные эпизоды] » Т means tear