no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

Nowhere[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhere[cross] » [no where] » tempesta x tempesta


tempesta x tempesta

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

VARIA TEMPESTA

「Inviting the storm」

https://i.imgur.com/dhuewsL.png


L a s c i a
c h e
r a c c o l g a n o
t e m p e s t a

https://i.imgur.com/IGJRFb9.png

「Dancing in the air」

VONGOLA TEMPESTA

[status]Guardiano della Tempesta[/status][icon]https://i.imgur.com/fB1Fm9A.png[/icon][lz]The feared right hand man of the Vongola[/lz]

Подпись автора
Свернутый текст


February: Carnival
Don't say goodbye
Bad blood [end]
Everything's about to change [TYL]
tempesta x tempesta [TYL]
Non detto [TYL]

[ Dunamis U.M.A. ]

+1

2

Бельфегор не помнит, с каких пор в особняке Варии оставляют ночную подсветку. Возможно, потому что в команде есть подростки, а возможно потому что некоторые не спят до зари.
Вот как он, например.
Перемещаться не в кромешной темноте гораздо проще, однако сейчас он предпочёл бы ничего не видеть.

И даже так — все равно бы нашёл искомую дверь, пускай даже наощупь.

Принц ходил сюда тысячи раз, знает каждую скрипучую половицу и обстановку внутри комнаты до миллиметра. Безошибочно находит кровать, опирается коленом, позволяя матрасу прогнуться под своим весом — и замирает, жадно вслушиваясь в чужое дыхание.
Ровное, спокойное, горячее.
Когда-то этот звук его умиротворял и — если слушать достаточно долго — облегчал ночное безумие, но только не сегодня.
Единым движением он ловко затягивает себя всего целиком в чужую постель, седлает спящего и сжимает за бока коленями, со смешком прижимается губами к тёплому лбу. Ему больше не 8, не 15 и даже не 20, но от некоторых привычек избавиться просто невозможно.

Когда он отстраняется, то мужчина уже не спит. Смотрит в упор, чуть задумчиво, но безразлично. Если не злость или ярость, то на его лице почти никогда и ничего не отображается.
Что ж, тем лучше.
Бельфегор выуживает нож, острая сталь блестит между пальцев. Он шипяще смеётся — и с силой всаживает лезвие в тело под собой, бьет по груди, в плечо, вспарывает кожу наискось. Действует показательно безумно, но с хирургической точностью. Ему ведь не хочется, чтобы боссу истёк кровью раньше времени?

Прости.

Занзас все ещё бездействует и словно бы никак не реагирует, только вопросительно приподнимает одну бровь, но это скорее всего из-за анестезии, вряд ли тело в полной мере ему подвластно. Транквилизатор, что принц подсыпал в ужин всей команды этим вечером, действует безотказно.

Но так нужно.

— Ты никогда мне не нравился, — выпрямляясь над ним, с шипящим хрипом напевает. — Я лишь выжидал время. И теперь вы все сдохнете бесчестно и позорно, как и полагается безродным шавкам.

Он ведёт ладонью по залитой кровью груди, перебирает старые и новые шрамы пальцами. Может перечесть их наизусть, даже если закроет глаза. Подносит руку к губам и пробует его кровь на вкус, горячую и терпкую.

— Ты окончательно ебнулся, мусор?
Удивительно, как при полученной дозе транквилизатора босс все ещё умудряется так ловко ворочать языком! Несомненно, талант. Бельфегор смеётся в голос и снова заносит нож, не собираясь отвечать, и это будет его последний удар...,

но тут же скатывается с кровати и отскакивает к распахнутому окну.

Натужно хрипя и харкаясь кровью, вонзив меч в стену для устойчивости, на пороге пошатывается Скуало. Его принц посетил первым и надеялся, что тот уже сдох, но — посмотрите! — все ещё дышит и даже передвигается. Живучий, как таракан, даже досадно.
— Что ты делаешь с боссом..?? Я убью.. тебя.. шизик..! — как-то не очень добро хрипит. А ведь воспитывает его с детства и «шизиком» обычно называет с нежностью наставника. Но только не сегодня. Кажется, он очень расстроился из-за того, что Бел срезал ему клок волос, а потому жаждет отмщения.

Принц заливисто, истерично смеётся и перекидывает ногу через подоконник.

— Это я убью тебя! Вы все тут помрете, ясно?

В прочее время принц не опускается до угроз, но сегодня это даже забавно. Он швыряет в мечника веер ножей наугад, не глядя, прикрывая свой отход — и выпрыгивает в окно. Здесь невысоко, он делал это раньше десятки раз.
Огибая здание, Бельфегор достаёт из кармана припасенные спички. Бензин он разлил под зданием заранее, так что теперь остаётся только поджечь. Если эти слабаки и дальше будут спать в своих кроватках мирно, то точно помрут от ожогов и удушья, но — Ураган зажигает спичку и медленно кидает перед собой — он верит в свою команду.

Пламя вспыхивает очень быстро, и под крики людей и треск огня Бельфегор удаляется на безопасное расстояние. Немного наблюдает за происходящим издалека, а после пускается в бега, надеясь затеряться в окружающем лесу. Ему сложно соображать, ночь мутит рассудок, поэтому он оставляет много следов, но возможно ещё и потому, что не ждёт за собой погони. Он хорошо поработал с каждым варийцем этой ночью, никого не забыл, будь то новичок, офицер или высший чин команды. Они ещё долго будут оправляться от последствий, благо если все выживут.

Бел уходит далеко — и устраивается в одном из заброшенных домов, где они в детстве играли с Маммон. Здесь его никто не потревожит, потому что никому в целом мире не известно об этом месте.
Он ужасно устал, но даже сейчас никак не может успокоиться. Встревоженно перемещается из угла в угол и постоянно посмеивается себе под нос, грызёт подушечку пальца и кусает за щеку зубами изнутри. Все признаки острого тревожного расстройства, но кому есть до этого дело?
В целом, принц не слишком доволен, как все вышло, и раздраженно цокает языком. Получилось немного скомкано и скучно, он надеялся на что-то лучшее. Никто не оказал достойного сопротивления, разве что капитан удивил.. как обычно. Волшебный беловолосый мечник, ха. Но даже он не смог этого предвидеть, а? Бел уже буквально видит, как утром Вария полным составом, в бинтах и на руинах здания станут докладываться Девятому о том, что их всех разом обидел один-единственный безумец, которому они так сильно доверяли.. и ошиблись.

Доверчивые идиоты!

Останавливаясь, Бельфегор в голос смеётся. Вцепляется в волосы пальцами и оттягивает в разные стороны. Интересно, как быстро Вонгола среагирует и что станет делать? Отправит за ним лучшего киллера? Хибари или, возможно, Такеши? Ему без разницы, лишь бы побыстрее.
Побыстрее.
Сжимаясь в грязном углу и на полном серьезе  не собираясь отсюда выходить до скончания веков, будто разом потеряв остаток сил, он бесцельно чертит неровные палочки остриём лезвия в бетоне, расковыривая с каждым разом глубже и глубже. Ожидание убивает, но пока у него есть занятие, которым можно заниматься бесконечно долго, он подождёт.

Прошу, скорее.

[icon]https://b.radikal.ru/b07/2012/13/b47fac2337e3.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2020-12-17 14:22:12)

Подпись автора

https://i.imgur.com/GcT3lVu.png https://i.imgur.com/rlSLwVq.jpg https://i.imgur.com/Zi3TzMo.png

+1

3

Всякий раз перешагивая порог Форте ди ферро, он выпрямлял спину, разворачивал плечи, муштруя осанку, менял привычную вальяжную походку на деловую, был одет идеально: идеально завязанный галстук, пуговицы, застёгнутые под самое горло, серебряные запонки на рукавах, идеально сложенный нагрудный платок, дорогой одеколон, цепь, болтавшаяся у бедра и пирсинг в левом ухе в нескольких местах — последние намёки на былой мятежный характер, но и это не мешало ему в любое время суток выглядеть крайне собранным и серьёзным, угрожающим и внушительным, занятым и важным — таким, как и подобало выглядеть правой руке Десятого Босса в его собственном представлении, таким, каким он буквально вылепил себя из себя же собственными руками.

Чтобы быть там, где он шагает сейчас, он работал над собой, больше, чем кто-либо другой, выбивал из себя дурь и безрассудность, необдуманность, импульсивность, оттачивал лучшие стороны — стратегию и ум, технику подрывов, контроль над пятью видами пламени, совершенствование системы C.A.I. и прочих собственных изобретений и разработок, таких как комната урагана.
Его настоящее, их настоящее, отличное от того будущего, в которое они попали десять лет назад — это результат непрерывной цепочки выборов и решений, верных или неверных, его решений, их решений, каждого из Хранителей и их Босса. День за днём, год за годом, он становился тем, на кого Десятый мог всецело положиться, тем, кому бы он сам доверил жизнь Десятого. Сегодня — готов поклясться, что мог это сделать. Сегодня — он доверил бы жизнь Десятого себе. Завтра — в этом будет не уверен.

Поэтому Хаято Гокудера не на секунду не забывает держать лицо перед всеми и в первую очередь перед собой: он здесь не только правая рука Десятого, но и лицо Десятого, голос Десятого, воля Десятого, каждым своим действием, движением, шагом, словом, решением он представляет Десятое поколение, он устанавливает авторитет, выстраивает репутацию, готовит плацдарм для передачи власти, представляет не просто нового Босса, который вскоре сменит Девятого, как только тот окончательно сложит с себя полномочия — он представляет будущего «capi di tutti capi», босса всех боссов, дона всей Вонголы, и даже сейчас, перед каждым  встретившимся им на пути телохранителем — он не имеет права ударить лицом в грязь Они — его будущие подчинённые, и с самого начала он обязан установить субординацию, показать, кто здесь вскоре станет главным. Здесь, в Форте ди ферро, главной штаб-квартире Вонголы, которая очень скоро перейдёт в полное распоряжение Десятого поколения, он не допустит фамильярности и намёка на некомпетентность. Он обязан уже заявить о себе, в полный рост, во весь голос, как правая рука своего Босса.

Именно поэтому часть его работы в отрыве от основных обязанностей связана теперь частично с CEDEF, разумеется, не всё время, разумеется, не на постоянной основе, с учётом того, что дислоцируется он всё ещё в Японии, по право от Десятого, но она есть, и это для него опыт — бесценный, такой, какой он не приобрёл бы нигде. Ему был необходим этот опыт. И без него, он бы не покинул пару лет назад штаб CEDEF — готов был ночевать у порога кабинета прежде всего Внешнего Советника, же после — отца Десятого, в лице одного человека, едва ли не выставив  ультиматум Йемицу Саваде — поднатаскать его по его собственной инициативе. Это было вопросом времени, когда Десятому придётся перенять бразды правления и покинуть Японию, навсегда перебазировавшись в Неаполь, и, вглядываясь в спину обученного лучшими убийцами в Варии, давно оставившего его позади, Ямамото, бросая недоверчивые взоры на спины Мукуро и Хибари, считавшихся Хранителями столь же сильными, сколь и неконтролируемыми, способными не подчиняться Десятому Боссу, Хаято принял решение перенять весь опыт, какой только возможно. Ради Десятого. Во благо Семье. Он не может отставать от них, дышать им в затылок. Он должен быть равен им. Быть первым среди равных.   

Они идут торопливо, быстрыми шагами чеканят по длинным коридорам, ведших к покоям Девятого Босса мимо десятков вооружённых телохранителей в чёрных костюмах, мимо старинных доспехов и мраморных скульптур, стен с оригиналами картин художников Эпохи Возрождения. Хаято шагает, на полшага отставая от Внешнего Советника, тщательно запоминает каждый поворот — к своему стыду, всё ещё не знает дорогу, потому что большую часть времени собственной «стажировки» проводил не здесь, а в штаб-квартире CEDEF. 

«Некоторые битвы проходят в четырёх стенах, ты ведь как никто другой это понимаешь? Ты взваливаешь на себя огромную ответственность, которую не сможешь нести в одиночку. Уверен, что готов?»
«Я готов к этому больше, чем кто-либо другой»
Вот так, упрямо и безапелляционно, местами переступая через собственную гордость, он фактически напросился на стажировку у Йемицу Савады, со значительными перерывами в силу их работы продолжавшейся на протяжении вот уже двух лет. 

Сегодня ночью они прибыли в Железный Форт для участия в переговорах: задача Хаято — наблюдать за процессом, анализировать аргументы сторон, делать собственные выводы. Это — его обучение битвам в четырёх стенах, на том поле боя, на котором большую часть собственной жизни придётся провести Десятому и ему, как первому доверенному лицу. Но уже спустя пару часов после прибытия сеньору Йемицу поступает информация о резне в штабе Варии и о пожаре, по последним данным, устроенная ни кем иным, как Бельфегором — никакую иную информацию от Занзаса получить не вышло, помимо той, что на них напал «тот коронованный мусор». Ни об ущербе, ни о числе пострадавших или погибших. Оперативники CEDEF уже выдвинулись в штаб-квартиру Варии и доложили первую информацию Внешнему Советнику и Девятому. Сейчас Хаято направляется с Йемицу непосредственно к Девятому для согласования дальнейших действий — Вария по-прежнему находилась под прямой юрисдикцией Девятого Босса, при таком раскладе требовалось разрешение на крайние меры. Оперативное реагирование на инциденты внутри Семьи — это было тоже частью его обучения. Люди внешней разведки на месте инцидента уже делают всё, чтобы обстоятельства не утекли во вне. Удар по Варии — сильнейший удар по Вонголе. Удар по Варии своими — вопрос, о котором не следовало знать никому в мафиозном мире — подрыв авторитета. Не стоит подставлять под удар раненные тылы.

Телохранители расступаются перед дубовыми дверями, Хаято хотел было обождать снаружи, но сеньор Йемицу кивнул — идти вместе с ним. Кабинет Девятого просторен и подобен остальному замку. Дон Тимотео выглядел таким же, каким Хаято его помнил, только морщин стало гораздо больше: тринадцать лет назад перед выступлением того пианиста, в концертный зал которого он по заказу семьи Грильо заложил взрывное устройство. Хаято не думал, что Девятый об этом помнил, зато помнил он, о том, как дон Вонгола, а он об этом ещё не знал, подошёл к нему на пляже в Палермо, тогда к беспризорному одиннадцатилетнему мальчишке, возомнившему себя вольным киллером-мафиози и гремевшему на пол Италии взрывами и прозвищем «Дымящая бомба», как дон Вонгола присел на колени перед ним и положил руки на его трясущиеся плечи, обхватил ладонями его лицо и сказал такое, что Хаято прокручивает в голове и по сей день. Слова, которые он до сих пор с трудом принимает, но, говорят, что Небо видит всё. Тёплый взгляд Девятого застыл на нём на секунду, и Хаято необъяснимым образом понял: дон Тимотео помнил это, как помнил и битву колец, и Церемонию Наследования, больше они близко не пересекались.
Дон Тимотео остановил сеньора Йемицу, когда последний уже выдвинулся вперёд и вознамерился почтить давнюю традицию, поцеловав тыльную сторону руки; Девятый взмахом ладони дал понять, что для подобных формальностей не время.   
Внешний Советник стал серьёзным, как никогда, и в нём не осталось ничего от человека с киркой в руках в доме Десятого, попивавшего на веранде пиво.

— Вария находится под вашим прямым контролем. CEDEF запрашивает право на зачистку. 

Девятый только устало вздыхает, его ночи явно обычно бессонны.

— Другого выхода ты не видишь, Йемицу? Я бы предпочёл, чтобы это оставалось внутренним делом Варии.

—  Все, кто способен был отправиться в погоню, получили травмы разной степени тяжести. Мы рискуем, если оставим его в живых, как минимум, своими людьми, но он опасен и для гражданских. Нам не нужно внимание со стороны полиции и внутренних органов. Устранение наиболее целесообразно. Уже имеются наводки о его местоположении.

Хаято стоял позади сеньора Йемицу, внимательно слушал: Бельфегор был нестабилен изначально, это был вопрос времени, когда он полностью слетел бы с катушек, однако, Хаято считал, что все присутствующие здесь понимают, какую потерю понесёт Вария без «Принца-Потрошителя», считавшегося самым гениальным убийцей. Понимали, насколько сложно будет его ликвидировать — почти невозможно. Понимали и то, что все эти годы верность Бельфегора Варии не подвергалась сомнению. Занзас контролировал его, но Хаято помнил — пусть пару раз тот его едва ли не изрезал на куски, от Бельфегора было больше пользы живым, чем мёртвым. К тому же пару раз этот псих вытаскивал его из тех ещё передряг. Спасал ему жизнь, в параллельном будущем в том числе. Он ему обязан.

— Вонгола Ноно. Позвольте мне уладить это дело. — поэтому он выпаливает это в едином порыве прежде, чем успевает сообразить, кого и о чём просит. Оба, Девятый и Внешний Советник, поворачиваются к нему, Девятый — с усталым удивлением, и Хаято мог бы биться об заклад, что сеньор Йемицу — едва заметно подмигнул ему и улыбнулся одним уголком губ, это придало ему нужную уверенность, чтобы продолжить.

— У меня имеется опыт сражения с Бельфегором, я знаю его методы, я способен предсказывать его тактику наперёд, что позволит свести к минимуму жертвы в этой операции. Бельфегор — опасный противник, привлечение для этого задания нескольких оперативников влечёт за собой ненужное Семье внимание. Я сумею обуздать его при помощи системы C.A.I., и устраню его, только если этого потребует ситуация.
Девятый задумался.
— Предлагаю дать правой руке Десятого Босса шанс. — Йемицу повернулся к Девятому — он согласен!
— Действуйте.
Дон Тимотео дал добро, и обсудив некоторые детали, они с сеньором Йемицу покинули покои Босса.
Хаято напрягался и ликовал одновременно: такими шагами нарабатывается доверие и имя, но Бельфегор всё ещё крайне опасен, его нельзя недооценивать, иначе он рискует поплатиться жизнью, но и бездействовать тоже нельзя — не лучшим образом отразится на репутации Вонголы.

— Идём. Я предоставлю тебе доступ к строго конфиденциальной информации. Она не касается кого бы то ни было в Вонголе, кроме Боссов Вонголы и Варии, а также Внешнего Советника, поскольку способна нанести Вонголе серьёзный ущерб. Полное досье, возможно, с помощью него и информации, уже направленной мне, мы вычислим его расположение. По завершению операции, ты никогда его не видел. Мы поняли друг друга?

           * * *

В сказке «Ганзель и Греттель» дети оставляли крошки, чтобы их нашли, Бельфегор оставил тропинку из трупов, ушёл от базы Варии не так далеко, как если используй он транспорт, его досье позволило сузить предполагаемое укрытие. По информации CEDEF, эти трущобы с заброшенными недостроенными домами некогда были его укрытием, камеры наблюдения структур, принадлежавших Вонголе, засекли его в этом районе. Гокудера разминает шею после неудобного перелёта на вертолёте — кажется, звон ещё стоит в ушах, и это раздражает. На первый взгляд, бетонные многоэтажки пусты, но это место было уже вторым в его списке, он замечает горящий бак — подходит к бездомным, показывает фотографию, бездомный отказывается говорить. Раньше он просто выбил бы ему все зубы вместе с необходимой информацией из глотки, сейчас — бросает пачку купюр под ноги — может себе позволить. Какова вероятность, что бродяга не солжёт? Нулевая. Но бродяга указывает пальцем в одну точку.
Хаято закуривает сигарету по пути, вряд ли в этой битве пригодятся бомбы, нынче они слегка устарели, и было даже жаль, он скучал по былым временам, когда за его спиной громыхали взрывы, а враги бежали прочь — так было с самого первого раза, когда Шамал показал ему три крохотных динамитных шашки.

Хаято подходит к заброшенной многоэтажке — в стране в те времена был кризис, и компании-застройщики попросту обанкротились, за реконструкцию так никто и не взялся. Сотни раз он ночевал в похожих местах. И что. Он должен обойти тут всё? Серьёзно? Можно сделать проще.
Хаято достаёт из кармана мини-бомбу, подкуривает фитиль и подбрасывает в воздух. Взрыв отдаёт в спину. Не совсем тихо. Но кто-кто, а этот ублюдок с ножами — ни за что не откажется от такого приглашения. Верно?   

[icon]https://i.imgur.com/njazigc.png[/icon][lz]The feared right hand man of the Vongola[/lz][sta]Guardiano della Tempesta[/sta][nick]Gokudera Hayato[/nick]

Отредактировано Gokudera Hayato (2020-12-19 13:36:09)

Подпись автора
Свернутый текст


February: Carnival
Don't say goodbye
Bad blood [end]
Everything's about to change [TYL]
tempesta x tempesta [TYL]
Non detto [TYL]

[ Dunamis U.M.A. ]

+1

4

Картинка плывет и ломается, дрожит и смазывается серым пятном, от этого кружится голова и ломит виски, в геометрической прогрессии усугубляя нестабильное положение психики. Иногда Бельфегор яростно растирает глаза под спутанной челкой, чтобы вернуть себе чёткость изображения, иногда просто бездействует, потому что знает, что ничего не может исправить. Стыдно признаться, но время от времени ему даже хочется расплакаться от жалости: к себе и всему потерянному, чему уже больше никогда не суждено сбыться...,
впрочем, это быстро проходит; глаза жжёт, но они остаются сухими, потому что плакать принц не любит и не умеет.
Сидя здесь, в полном одиночестве наедине с собой и своими безумными демонами, он кусает губы в кровь, лохматит волосы пальцами, скребя ногтями кожу, и очень много думает.

О своём прошлом — и о своём будущем.

О том, как в приступе сумасшествия сбежал из семьи, навредив всем и каждому, и как в отчаянии прибился к Варии. Вспоминает о всех курьезных и нелепых случаях, что случались с ним в команде и не только, но также о всех милых и редких вещицах, что он бережно сберёг в памяти. Бессмысленные уроки с репетиторами, которых чаще всего он пытался прирезать в конце лекций. Шелестящие обёртки от шоколадок, что они воровали с Маммон из общей кухни. Пустые, наполненные безумием бессонные ночи. Крики капитана, их ссоры с боссом. Поддержка команды, они никогда не винили его в устроенном беспорядке. Совместные миссии. Сражения за кольца, проигрыши и победы. Детишки из нового поколения Вонголы, выросшие вместе с ним и на его глазах.

А ещё у него есть [были] планы, чаяния с надеждами на будущее, так сказать. Ни для кого не секрет, что в большинстве своём Бельфегор живет настоящим моментом и не сильно загадывает наперёд, но даже у него есть некоторые цели, достичь которых было бы неплохо до 30. Или 33? Он никогда не мог решить, какой максимальный проходной возраст выбрать для планки, за которой останется лишь сожаление об упущенных возможностях, типа «не прыгнул с парашютом», «не получил письмо из Хогвартса», «не кончил близнеца».

Теперь все его планы лишь пустой звук. Не нужно быть гением, чтобы понимать, чем все это закончится.

Время в этом месте словно замирает. Его никто не беспокоит, никто не ищет.
Бельфегор не шевелится, ему не хочется ни есть, ни пить. Впрочем, умереть вот так ему силы воли не хватит, так что придётся что-то придумывать, если за ним так никто и не придёт в ближайшие пару дней. По углам скребутся крысы, за столько времени привыкшие к компании бездвижного человека и малость осмелевшие, так что принц всерьёз рассматривает этот вариант в качестве пропитания, тем более что поймать парочку будет несложно...

К счастью, его все же находят.

Он не знает, сколько дней и ночей проводит вот так, попросту не считает. Но ощущает перемены моментально, подобно хищному зверю, и подбирается всем телом, готовый реагировать. Одинаковые сутки вдруг наполняются оглушительным грохотом чего-то разорвавшегося — близко, очень близко! Соседей здесь мало и все сплошь тихие, так что сомнений нет никаких:

Вонгола нашла его.

Предвкушение будоражит его. Вскидывая руки к лицу, принц шипяще хихикает, ощущая облегчение. Наконец! Теперь — остаётся лишь ещё немного, прежде чем все закончится.

Медленно поднимаясь из своего угла, Бельфегор покачивается, с трудом распрямляется, разминает затёкшие ноги и поясницу. Не спешит. Его заставили ждать слишком долго..., принц не доволен.

Хлопками он сбивает с униформы Варии пыль, щедро приставшую к ткани за это время. Цепляется взглядом за нашивку офицера — и срывает пальцами, откидывая в сторону. Хватит, больше нет у него ни семьи, ни команды, это все ему не нужно.
Хвала богам, Маммон его сейчас не видит. Таким.
Первые шаги даются с трудом. Бельфегор даже оступается, но удерживает равновесие. Ему стоило разминаться больше сидя в этой дыре и подготовиться лучше, но сейчас это уже не важно. Он добирается до провала незастеклённого окна и выглядывает наружу, сразу цепляя взглядом одинокую фигуру в строгом чёрном костюме. Лица не рассмотреть, слишком далеко, но и ошибиться сложно: серебрянные волосы, сигарета в пальцах, повисшее облачко взорвавшейся бомбы.

«Как странно. Почему именно он?»

Он ощущает секундное разочарование. Вонгола прислала за ним Хранителя Урагана. Зачем? Есть куча других и более надежных вариантов. А Хаято принц побеждал и не единожды. Или этот дуралей решил, что сумеет его уговорить, потому что у них есть некоторые моменты в общем прошлом? Решил, что стал сильнее и в этот раз у него получится, хотя и не может похвастать ни одной победой против?
Хочет выслужиться перед старым и новым боссами?
Вот, это уже ближе к правде и очень похоже на того Гокудеру, что он знает.

Что же. Бельфегор растягивает леску между пальцами — он преподаст этому мальчишке свой последний урок.

Воздух поёт, рассекаемый острым лезвием. Нож пролетает совсем близко, едва не касаясь чужой щеки, но проходит мимо и втыкается в землю позади Гокудеры. Зато сигарета в его пальцах распадается надвое, рассыпается искрами.
— Курение убивает, — все ещё маяча в окне, хрипло выкрикивает Бельфегор, чуть медля и позволяя себя хорошенько рассмотреть, всклоченного оскаленного безумца в засохшей чужой крови, а после скрывается внутри здания.
Пускай побегает за ним и немного вымотается, так будет легче его подловить. К тому же, уж очень хочется посмотреть, как тот попортит свой чудесный дорогой костюм.
«Ну же, Хаято! Сюда!»
Распугивая крыс топотом, он торопливо пересекает бетонное помещение без стен и перегородок и кидается к лестнице, с интересом смотря вниз, ожидая момента, когда на первых этажах раздадутся шаги Хранителя, и как только замечает движение — с хихиканьями начинает подниматься вверх, швыряя в пролёт редкие ножи наугад, не надеясь попасть, но подготавливая оппонента, чтобы тот не думал, что принц сдастся так просто и легко. Нет уж, Гокудере придётся хорошенько постараться, чтобы получить этот приз! Бельфегор надеялся закончить это быстро, но теперь придётся повозиться. Это ничего. Умирать никто не спешит, даже сумасшедший.

[icon]https://b.radikal.ru/b07/2012/13/b47fac2337e3.jpg[/icon]

Отредактировано Belphegor (2020-12-23 09:43:36)

Подпись автора

https://i.imgur.com/GcT3lVu.png https://i.imgur.com/rlSLwVq.jpg https://i.imgur.com/Zi3TzMo.png

+1

5

Взрыв едва успевает отгреметь, облако дыма — осесть. 
Миг. 
Свист. 
Сигарета валится из руки, падает искрами под ноги, рассечённый воздух бьёт в правое ухо, секунда разбивается об удар — смерть. Пока только для сигареты. А он и не надеялся, что приглашение будет принято мгновенно. Ошибка номер один. Дьявол, ведь только закурил — почти с сожалением вдыхает остатки дыма. Правила игры не изменились, но Бельфегор никогда не следовал им: режет надвое не врага — показательно сигарету напополам, всё ещё играет, бередит ножом асфальт за его спиной, бьёт не на поражение — лезвие стилета пролетает в миллиметрах от щеки, прежде, чем Хаято успевает осознать, прежде, чем в голове возникла бы любая мысль: этот ублюдок по-прежнему опасен, по-прежнему чертовски быстр. Промашка или расчёт? Второе. Навевает не самые приятные воспоминания — нет, не воспоминания — бесценный опыт, и за это Хаято был благодарен «гению Варии», чьи способности не осмелился недооценивать даже Трайдент Шамал. В той битве он осознал то, чего не видел — ценность собственной жизни, расставил для себя приоритеты, улучшил собственную технику атаки динамитом. 
Он готов. 
Система мгновенно распознаёт леску, выводит её в прямоугольник в пределах видимой зоны, даёт установку на дальнейшее распознавание. Трюк стар, как мир, ничему новому не научился? Леску не видно невооружённым глазом, но его глаза — вооружены элементом системы мгновенной смены вооружения: даже в темноте любое тело по-прежнему отражает оптическое излучение — чувствительность линз способна улавливать его.

Метнул взгляд в сторону сквозных окон — второй этаж, информационное сообщение подсказывает: «цель установлена», выделяет фигуру в проёме окружностью, выбирает точку наведения, но и без этого ошибки быть не может — это Бельфегор. Неуравновешенный. Осклабившийся. Замызганный. Это — прорезалось в хриплом выкрике, в рванных показных движениях, как наверняка казалось самому Бельфегору — торжествующих, «королевских».

Безумных. 

«Курение убивает!» — забавно было это слышать от офицера отряда убийц, вымазанного в крови собственных «товарищей». Ошибка номер два: считать Варию всецело союзниками — однажды битва за кольца уже преподала им урок, оставалось только надеяться, что эта была не «королевская кровь», иначе этот псих совсем слетел с катушек, но разве то, что он сотворил в штабе Варии не было пределом безумия? Что-то ему подсказывает, что он добровольно вляпал себя в отменное дерьмо.  

Прежде, чем Бельфегор успевает скрыться в черноте оконного проёма, Гокудера, немедля не секунды, срывается на бег — оставаться на открытой территории не лучшее решение, но войдя в здание, он ступит на чужую территорию, где Бельфегор скрывался все эти дни: одному дьяволу известно, что творится у этого психа в голове и какие ловушки он мог здесь установить для гостей, которых не мог не ждать. На бегу активирует Пламенную стрелу — привычная тяжесть ярко-красной вспышкой опоясывает левую руку, тонкая струя ураганного пламени выводит стандартную надпись «вставьте пулю», череп требует подачки в разверзнутую пасть, но какой из снарядов позволит обезвредить Бельфегора, не позволив тому грохнуть его, Хаято, в процессе? Нужно больше дождя. 
Дисплей системы выводит анализ данных с задержкой — рефлексы хранителей ураганов действуют быстрее.

                                   скорость: 13,6 м/с
                                   масса: 230 г
                                   энергия удара: 21,48 Дж

Атаки Бельфегора мало изменились со времён их последней схватки, но теперь у него больше информации: наиболее мощный бросок получается в том случае, когда нож метается наиболее тяжёлой частью вперёд, значит, центр тяжести ножей смещён в сторону лезвия – эти стилеты неэффективны при рукопашной схватке, но их баллистика – совершенна. Скорость метания сопоставима со скоростью боксёрского удара Рёхея: таким ускорением сила удара ножа превосходит удар перфоратором, способного пробить поверхность стены или бетон — Бельфегору даже не обязательно бросать их остриём, однако в части смертоносности у них один «недостаток» — атаки были бы смертельней, используй он штык-ножи с высокой массой рукоятки, которая бы усиливала давление на точку контакта, но убивать с одного удара — это не стиль «Принца-Потрошителя». Его стиль — изрезать и опутать леской. По этим лескам он может пустить пламя урагана, кроме того, его пламя обладает свойством «невидимости», но линзы уловят выброс пламени, по крайней мере, Хаято на это рассчитывал: на практике проверять ещё не доводилось. Он сможет защититься от них пламенем дождя, если вовремя активирует щиты, но в узком пространстве это лишит его маневренности и видимости: этот ублюдок сможет сбежать и обвести его вокруг пальца.  

Гокудера влетает во входной проём, раньше был заколочен досками — но они сняты, заставляет себя притормозить, тщательно осматриваться, медленно вышагивать, будто под ногами мины. Пускаться в погоню будет сейчас ошибкой, ирония в том, что замкнутые помещения с препятствиями — идеальный полигон для атак для них обоих, и у Бельфегора сейчас было преимущество: ему знакома обстановка, но знакома ли? Насколько тот вообще отдаёт себе в чём-либо отчёт? Под подошвой — всё без конца крошится и ломается, проклятая тишина слишком живо отзывается на каждый шаг. Дерьмо. Оборачивается по сторонам: не здание — бетонный скелет с множеством пустых тёмных квадратов и коридоров, наверняка кое-где опутанный лесками, однако, на дисплее не выводится никакой информации помимо факторов окружающей среды, гравимагнитных данных и прочей ненужной сейчас информации. 

По дырявым окнам гуляет сквозняк, запах пыли и бетона застревает в горле, но было и ещё кое-что — чем дальше, тем сильнее, что-то, чего  система распознать не способна, только человек: едва различимый смрад запёкшейся крови и немытого тела. Сверху раздаётся топот, нет — вздрагивает от грохота. Справа! Наводит пушку — всего лишь крыса уронила пустую бутылку, за ней прошмыгнуло ещё две — Ури на них нет, тц, но не время её выпускать.  Перед глазами начала приобретать очертания лестница — сомнений нет, тихий смех безумия, от которого Хаято передёргивает до сих пор, эхом тянет сверху, навскидку, с пары-тройки этажей выше. Заглядывает в коридор дальше — тупик. Чёрт. Ему не хочется подниматься. Осторожно ступает на каждую ступень, инстинктивно отклоняясь назад корпусом — знает, что его ждёт — свист, звук удара металла о стену — отскок, значит, кидает не целясь, наугад, дисплей выводит натянутую до предела леску — дважды на это дерьмо он не наступит — перешагивает, не сводит глаз с видневшегося впереди квадрата входа, сглатывает, пытаясь дышать как можно тише, сейчас был важен каждый шорох и звук. Ещё несколько ножей свистят мимо. Сглатывает ещё раз, от пыли сохло в горле. Взвывать к разуму этого психа станет только ещё больший псих, но он попробует — едва по старой памяти не начинает с «Эй ты, ублюдок с ножами», — не лучшее начало общения с психопатом, да?

— Бельфегор, как насчёт поболтать, прежде чем начать друг друга резать и подрывать? — выжидает недолго, не дождавшись ответа, продолжает, — Если сдашься сейчас, то не пойдёшь под трибунал Вендикаре. Твою судьбу решит Девятый, не Занзас, которого ты изрезал. Учитывая твою службу Вонголе — тебе сделают послабление. Просто сдавайся!

Возможно, это хотя бы вынудит Бельфегора выдать своё местоположение — система поможет распознать его в темноте — Пламенная стрела с отрегулированной мощностью и фокусировкой давно наготове. Осталось выбрать снаряд. На поражение. Или нет.

Отредактировано Gokudera Hayato (2020-12-24 17:32:08)

Подпись автора
Свернутый текст


February: Carnival
Don't say goodbye
Bad blood [end]
Everything's about to change [TYL]
tempesta x tempesta [TYL]
Non detto [TYL]

[ Dunamis U.M.A. ]

+1

6

Каждый шаг, каждый вздох отчетливо слышен в напряженной тишине. Пыль скрипит под чужими подошвами, крысы испуганно пищат, разбегаясь при виде человека. Хаято подаёт голос, выдавая своё местоположение, и Бельфегор целится ножом сверху: он может утыкать того насквозь уже сейчас, но медлит. Закончить все так быстро совсем неинтересно, а ему хочется поиграть ещё немного.

— Ох, избавь меня от этой официальной волокиты. Не болтай, иначе сдохнешь.

Под ноги вонгольскому выскочке показательно впивается тонкий нож. Хотел бы — ты был бы уже мёртв, Гокудера Хаято. Но принц не спешит, перемещается этажами выше, нарочито громко топочет и смеётся, изображая легкую мишень, однако — его так просто не отследить даже новомодной системой. Все вокруг опутано натянутой леской, и это его спасительная ширма, укрывающая от чужих глаз и чутких сканеров. Каждая леска будто струнка, окутанная мельчающими частичками особенного ураганного пламени, что позволяет принцу быть фактически невидимым: он перемещается незамеченным тут и там, хохочет слева, хохочет сбоку, быстро пробегает пролетом ниже и вот уже шипит над потолком, забравшись выше. Эхо множит звуки, создаёт эффект множественного присутствия, мешает разглядеть и прицелиться.

«Уже не такой уверенный, а, Гокудера? Всесильная Правая рука всесильного Десятого босса! Смешно. Ты все ещё мальчишка рядом со мной.»

Бельфегор тянет время ещё немного, позволяя оппоненту прочувствовать собственную бесполезность, а после кидается через леску грудью и, вмиг делаясь видимым для всех радаров, налетает настоящим ураганом, сшибающим с ног. Не медлит ни мгновения, хватает за одежду, дергает за волосы и царапается, метит в незащищенные глаза; валится вместе с Хаято на землю и брыкается, взметывая фонтаны пыли, царапается о жёсткий бетон сам и щедро прикладывает неприятеля. Задыхается и хихикает, но в нем бьется звериное отчаяние загнанного в угол, и это придаёт ему силы, так что очень скоро он седлает Гокудеру сверху, фиксирует его руки за запястья поверх головы и сильно сжимает острыми коленками за бока, лишая шансов к сопротивлению. Нужно перевести дыхание, но принц знает, что времени немного: ему помог эффект неожиданности, а ещё тот факт, что этот вонгольский выродок до сих пор не определился, убить свою цель или вернуть живьём. Так что ему следует поторопиться! Даже жаль, но времени для игр в этот раз у них совершенно не остаётся.

И другого раза не будет, это конец их маленькой истории.

Бельфегор бьется в истерическом хохоте от собственных мыслей, но быстро стихает. Склоняется ниже, к самому лицу Хаято и растягивает губы лишь шире, так что ещё немного — и кажется, будто лицо порвётся надвое. Это и не улыбка вовсе, это рваная рана, сколотая змеящаяся трещина, обезображенный пульсирующий провал.

— Совсем как десять лет назад, помнишь? — шепчет, не смыкая губ.

Может, и не десять. Может, чуть больше или даже чуть меньше. Он не помнит точной даты, да и неважно это, считать принц все равно не собирается. Незначительные мелочи. Что важнее, они оба точно помнят, как это было, и Бельфегор без пауз, не давая оппоненту опомниться или что-либо предпринять, повторяет старый жест, буквально вдавливает своё лицо в лицо под собой и растирает губами свой пот, кровь и слюну, лижет и чертит языком влажную дорожку по оцарапанной пыльной щеке, а после импровизирует: короткими нервозными рывками трется бёдрами сверху, елозя по распластанному Хранителю.

Грязно, неприлично, нарочито вызывающе.

После откидывает голову и начинает истерично хохотать, заходясь в шипящих выдохах.

Гокудере не понравилось? — Хорошо.
Бельфегор хочет, чтобы тот взбесился. Чтобы ненавидел его, чтобы загорелся возмущением и желанием выбить все дерьмо, как в их общей юности. Чтобы забылся от омерзения, чтобы ничто не остановило его до самого конца, каким бы тот не оказался.
Чтобы ему было легче сделать то, чего хочет от него принц.

— Хочешь убить меня? — подаёт здравую идею. Не дожидаясь ответа (знает — хочет), выпускает его запястья и подхватывает за ладони, укладывает себе на горло коротким отрепетированным жестом и стискивает своими пальцами поверх.

Следит из-под спутанной челки остановившимся взглядом.

Сжимает сильнее.

— Нравится? Сделай это.

Его бьет в нездоровой дрожи предвкушения, лицо болезненно кривится. Бельфегор стискивает свои пальцы поверх ладоней Хаято все сильнее и сильнее, так что кожа буквально скрипит.

«Ну же, это ведь так просто! Убивать — легко. Ты наверняка делал это десятки раз до — и станешь делать сотни раз после. Так какая разница теперь? Просто сделай это.»

Кадык нервно вздрагивает, принц хрипит, но тут же начинает безумно смеяться, растрачивая воздух, словно не замечая боли. Ему не страшно, а совсем даже наоборот — он воодушевлен! Как все будет? Чем это закончится? Кто испугается первым? Хватит ли им обоим силы воли, чтобы завершить начатое?

Главное, не бояться, уговаривает он себя, уговаривает и его. Ещё немножечко. Ещё самую капельку.

Под одеждой мокро и липко от пота, и в лёгких горит от недостатка кислорода, в висках пульсирует барабанами. Бельфегор готов закатить глаза и сдаться, хватка слабеет и он роняет одну руку. Ему страшно и волнительно одновременно. Ещё никогда в своих попытках он не заходил так далеко, и каждая секунда чудится последней.
Он очень устал.
Впрочем, у них есть одна маленькая проблемка: не сопротивляться он не может физически. Поэтому острие ножа уже буквально в следующее мгновение упирается под рёбра вонгольскому урагану. Бельфегор трясётся от беззвучного хохота и налегает сверху сильнее, то ли поддаваясь рукам Хаято, то ли рассчитывая вогнать железку ему в бок этим движением. Уже даже не шепчет, хрипит одними губами:

— Давай сделаем это вместе.

«Постарайся в этот раз, Гокудера-кун, иначе я заберу тебя с собой.»

[icon]https://b.radikal.ru/b07/2012/13/b47fac2337e3.jpg[/icon]

Подпись автора

https://i.imgur.com/GcT3lVu.png https://i.imgur.com/rlSLwVq.jpg https://i.imgur.com/Zi3TzMo.png

+2

7

«Оттуда. Нет. Оттуда.», — Гокудера щурится, задирая голову вверх по лестнице, датчики сканера улавливают любое движение, но движений — нет; тишина медленно утомляет нервы, медленными шагами продвигается по ступеням, голос раздаётся сверху: Бельфегор в радиусе пятидесяти метров по ощущениям, но эхо путает, обманывая слух; голос отражается от стен и влетает в него одновременно со всех сторон. Ему повезло, что это звуковые волны — не стилеты. Дурное предчувствие не отпускает, клокочет в глотке, но это не паника — осторожность. Одёргивает себя: это не везение, в деле с Варией везения не бывает, Варию не стоит недооценивать. Однако, Вария снискала репутацию не только благодаря исключительным способностям каждого офицера, репутация Варии — в отсутствии проваленных заданий, но задания не провалены только потому что Вария не берётся за миссии, коэффициент успешного выполнения которых ниже девяноста процентов, а значит, Варию — не стоит переоценивать. Даже «гению» можно противостоять, он уже доказывал это два раза — докажет ещё раз. Десятое поколение Вонголы — они уже не те дети из битвы за кольца.
Они — изменились.

Чего не скажешь о Бельфегоре — нож вонзается в то место, где секунду назад стояла нога Гокудеры: он вскипает и отшатывается, одними губами чертыхается — всё тот же ублюдок с ножами! В голову приходит идея — цепляет свободной рукой нож за рукоять, не притрагиваясь к леске — с такого расстояния сканер распознает её — пригодится, датчики уловят движение, если Бел решит пустить по ним ножи — просто метнёт в сторону, но по всем законам Бельфегор, паук в своей паутине, не должен этого почувствовать — тогда, в битве за кольца Хаято сбегал от него, а значит, Бельфегор ощущал натяжение, здесь же он идёт — навстречу, и леска — не более, чем оборванная нить.
Гокудера больше не разменивается на слова, методы сдерживания мафиозными законами никогда на не действовали на Бельфегора, посмотрим, сдержит ли Пламенная стрела. Динамита в качестве снаряда для аперитива будет пока достаточно — пламенными снарядами из коробок он рисковал навредить больше, чем ему хотелось. Но опаснее недооценивания врага только переоценивание себя — все пять разно-пламенных колец на его пальцах — наготове.

«Что-то не так», — топот раздаётся справа, слева, со всех сторон, как только он, ведомый слухом, ступает в холл шестого этажа: хохот звучит там, здесь, сбоку, взгляд мечется — следом, оборачивается резко — всё чисто, но сканер внезапно даёт полный сбой — распознаёт движение везде, выводит одновременно десятки целей и они множатся с каждой секундой, вспыхивают на экране и мгновенно исчезают.

«Что за…»

Дерьмо! Система наведения не помогала — ещё больше сбивала с толку. Что этот ублюдок сделал? Ловушка. Зубы стискиваются — лихорадочно соображает. Тени мелькают тут и там, или ему всё это кажется. Топот и хихиканье снова раздаются со всех сторон. Существуют только два объяснения: система C.A.I. дала сбой, что само по себе почти невозможно, или здесь просто — крепче стискивает челюсть стального черепа, сжимает регулятор фокусировки в положение сбивания пламени — всё опутано лесками, и точно, как ток по проводам, пламя урагана со свойством невидимости движется по ним – из стороны в сторону, создавая помехи, иллюзию множественного присутствия, пустое пространство усиливает эффект. Нужно сбить пламя, и система снова начнёт распознавание Бельфегора:  быстро наводит перед собой руку, но выстрелить — не успевает, тяжесть налетает на него — мгновенно, целится в глаза — Хаято не успевает осознать, как рефлекторно блокирует финт рукой со сжатым ножом — дежавю, но тяжесть — хватает за ворот, хихикая, безумием дышит на ухо, дёргает за волосы, царапает ураганом и валит с ног — отработанные рефлексы снова работают на опережение — согнуть спину дугой, нагрузка — не в одну точку, на плечи в том числе — гасит силу инерции, но не чужую тяжесть, в последний момент вскидывает руку, блокировавшую чужой удар по собственному лицу, заводит за голову Бельфегору — секундный взгляд в обезумевшие за взметнувшейся чёлкой глаза, выбивающий из лёгких воздух удар о бетон — нож с лязгом выпал из рук, терпимая боль, секундная дезориентация, тело вспоминает — не битву десятилетней давности, вспоминает — спарринги с Ямамото, это грёбаное кендо, как и приёмы рукопашной, давались ему хреново, ближний бой — его уязвимая точка, так и не подтянул: Ямамото с пары тычков просто сбивал его с ног, шутливо вдавливая его лопатками в татами сильной рукой — Хаято чертыхался, рыпался, и злился на себя — если бы каждый из этих спаррингов был реальным боем, он был бы уже трупом, однако все его реакции улучшились, движения — были доведены до автоматизма.

Пыль вздымается, Гокудера шипит и выругивается, когда чужой вес прикладывает его — в живот, вдавливает ударенной поясницей в бетон, руки — рывком прикладывает над его же головой — Пламенная стрела из-за своей тяжесть сыграла злую шутку: вырваться из хватки будет труднее, и откуда у этого ублюдка ещё столько силы — держит намертво, дерьмо! Этот ублюдок уселся на него сверху, давая как следует разглядеть свои очертания — в темноте ни черта не видно, кроме безумной лыбы, зато в нос бьёт вонью прелого пота, грязи и крови — передёргивает; ублюдок сгибается всё ниже и ниже — Гокудера морщится, но взгляда — не отводит: улыбка всё ближе, не-человеческая — звериная, обдаёт ржавыми вдохами и выдохами, губы не размыкаются, произносят, о том, как всё помнят: те две схватки — только сейчас отчётливо понимает — выжить в схватке с этим безумцем тогда — значило выиграть.
Но тогда — не сейчас.

«Цель зафиксирована».

Будь стрела заряжена солнечными снарядами, он мог бы без труда выстрелить на поражение. Но Бельфегор не был похож на полностью выжившего из ума — на того, кто атаковал его десять лет назад, отдавшись во власть собственной крови и безумия. Значит, нужно просто пальнуть — не успевает, замирая от омерзения и непозволительной «близости»: влажное и склизкое скользит по его щеке — прямо как в тот раз, снова эта чёртова игра, царапины — жжёт от чужого языка, лицо горит — от возмущения и отвращения, что-то елозит по его животу.
Кажется, это бёдра.
. . .
Не как в тот раз!

— Тебе хана, ублюдок, — лицо начинает гореть сильнее — правая рука Десятого в таком положении?  Хрена с два. Бельфегор отстраняется, смеётся безумно, запрокидывая голову, пинок с колена — в спину, удар сильным бы не вышел, но секунду даст — этого будет достаточно для выстрела, но Бельфегор не реагирует.

«Сейчас», —  мешкает.
Его — останавливает. Словами.
«Хочешь убить меня?»
Действиями.
Хватка ослаблена.

«Сейчас», —  но его руки — перехватывают руки чужие, кладут на собственное горло. Сдавливают собственными пальцами поверх. Какого чёрта он этому подчиняется? Почему не действует согласно своему плану? Бельфегор снова играет или…
Провоцирует.

Гокудера хмурится, стискивает зубы. Выстрелить — так легко. Избавиться от «проблемы» — так легко. Но это не то, как поступил бы Десятый на его месте. Поэтому он поступить так не может. Потому что это он тот, кто обязан быть «на месте» Десятого. Действовать как Десятый. Пытается убрать руки из мёртвой хватки на чужой шее.

— Никто не умер от твоего нападения, если тебе интересно, — рычит хриплым раздражённым голосом Бельфегору в лицо, искривлённое в надломленной улыбке, чувствует себя — сумасшедшим, требовать от сумасшедшего — таких ответов. — Зачем ты это сделал?

«Давай сделаем это вместе.»

Хватка Бельфегора — ослабевает, Хаято вырывает руки, подрывается, бьёт Бельфегора кулаком — в лицо, цепляет взглядом, выроненный рядом нож, тянется вбок, хватает.

— Пошёл к чёрту.

«Полная мощность!» — кольцо урагана вспыхивает и из разверзнутой стальной челюсти вырывается пламя высокого напора — без опоры на ноги отдача сбивает их обоих, отбрасывает их в сторону, Бельфегор валится с него на бетон, расчерчивая ножом по пиджаку — не задевая кожи, перекатывается, Хаято — к этому готовый, скользит спиной по бетону назад, удар о стену, но не вскакивает — прижимает кольцо к коробке с облачными снарядами — распространение вырывается из пушки множественными слепящими ветвями — лески перебиты в этом помещении.

«Если я всё правильно сделал, то…» — стискивает рукоять ножа, тянет, резко дёргая невидимую леску на себя, до предела — в момент падения он успел перекинуть её через этого ублюдка, во время возни и борьбы она должна была спутаться сильнее, если он всё правильно сделал, то эта леска скуёт все его движения.

— Игра окончена, ты идёшь со мной.

Он мог бы активировать щиты Системы C.A.I. и заковать его в тюрьму, но, если этот ублюдок ринется через пламя щитов, его просто спалит. Да и чёрт бы с ним.

«Проклятье», — Гокудера раздражается: не думал, что однажды будет легче убить, чем спасти, но так было всегда. Хочется оттереть щёку, но руки заняты. Нож с гулким звоном падает из разжатых в судороге пальцев — рукав пиджака, рубашки — тлеют, разлагаются, кожу — жжёт, жмурится и хрипит от боли. Невидимое пламя! Дерьмо, когда он успел?!

Отредактировано Chmokudera Huyato (2021-01-11 13:40:10)

Подпись автора
Свернутый текст


February: Carnival
Don't say goodbye
Bad blood [end]
Everything's about to change [TYL]
tempesta x tempesta [TYL]
Non detto [TYL]

[ Dunamis U.M.A. ]

+2

8

Гокудера — как и раньше, как и всегда — играет с ним, пускай даже не понимает этого, но он уже втянут в безумный спектакль, из которого живым выберется только один. Здесь нет правил и цель простая, понятная и дураку: они станут сражаться насмерть, пока не определится победитель.
«Тебе стоило выстрелить сразу, в самом начале, пока ещё мог.»
Больше у него такого шанса не будет, Бельфегор не станет поддаваться.

Гокудера — как и они все — вырос, но все же не изменился. Ведётся на провокацию [совсем как раньше] так легко и естественно, что даже смешно. Послушный, правильный мальчик, до сих пор иногда совсем ребёнок, которого Бельфегор слишком хорошо помнит из прошлого. Честолюбивый, импульсивный, вспыльчивый, не стесняющийся своих эмоций. И такой умный, что почти умнее самого принца; даже любопытно, чья возьмёт, если они станут биться в полную силу, используя весь свой ресурс до последней капли..
но проверять некогда. Это их последний танец.
Бельфегор с физическим удовольствием наблюдает за его реакциями, открытыми, такими яркими, током ощущает напряжение между ними, передающееся от тела к телу. Хаято пинается слабо, слишком слабо, чтобы на что-то повлиять, и загипнотизированным кроликом следует правилам безумной игры, подчиняется, в какой-то момент даже кажется, что переиграет: сожмёт пальцы сильнее — и все закончился, наконец. Но он медлит, и момент потерян; вонгольские хранители до сих пор непозволительно мягкие, когда дело касается «своих», такие совестливые и жалостливые, что плюнуть хочется.

Гокудера что-то рычит, ругается, а после говорит с вопросительной интонацией, наверняка силясь прояснить для себя что-то важное, но слова не достигают адресата, все вокруг словно облеплено ватой и размазывает звуки, делая их непригодными для восприятия.
Зачем он это говорит? Все ещё надеется уговорить? Или хочет понимать, за что и кого наказывает волей Вонголы? Интересно, выдан ли ему приказ на убийство или только поимку?
Как много вопросов, но они сейчас мало интересуют принца. Ему гораздо забавнее следить за тем, как мучается оппонент, у него буквально на лбу все размышления написаны. Как же весело! Все же, признаться, Бельфегор искренне рад, что за ним прислали именно Урагана, с остальными повеселиться вряд ли бы удалось.

Губы Гокудеры шевелятся, принц скорее угадывает, чем слышат «зачем» — и смешливо выдыхает последний кислород из лёгких, кривясь в оскале. Надеется умереть в этот самый момент и унести все свои тайны в могилу, но вместо этого получает кулаком прямо в лицо — и боль возвращает его в реальности.

Бельфегор жадно хватает воздух разбитыми губами, теряясь в пространстве. После подлого удара и последующего выстрела их обоих раскидывает в разные стороны и вертит, мотает по воздуху и тащит по грязному полу. Ему нужно немного времени, чтобы прийти в себя и отдышаться, так что он просто остаётся лежать на бетоне, раскинув руки в разные стороны. Слышит, ощущает, как лески теряют напряжение, перебитые очередной атакой неугомонного Урагана Вонголы. Но это уже и неважно, ему не нужна паутина, потому что цель совсем рядом и единственный остающийся для них обоих способ взаимодействия это ближний бой. Больше никаких хитростей и никаких обманов, только они лицом к лицу и их многолетний опыт сражений.

— Хочешь знать, зачем я это сделал..? — наглотавшись, наконец, кислорода вдоволь, принц с трудом поднимается на ноги. Смеётся через каждое слово, говорит медленно, с истеричным надломом, и плечи дёргаются. Голова опущена низко, он не смотрит на оппонента. Да и отвечать не собирается, на самом деле. Ему просто нужен хотя бы один возмущённый звук, чтобы определить положение цели; Гокудера где-то рядом, в этом самом помещении, но здесь невообразимо пыльно и сумрачно, так что множащиеся тени в углах обманывают его.

«Почему ты не встаёшь? Иди, иди сюда!»

Плохо. Очень плохо. Если Хаято не будет двигаться, если не станет производить звуков, Бельфегор не найдёт его.
Потому что не увидит.
Он давно не видит с прежней чёткостью. И теряет яркость красок с каждым мгновением, все невозможно расплывается и двоится, троится, расслаивается — но это ничего, он продолжительное время готовится к подобному моменту. Это начинается слишком давно, так что он привык. Смирился. Почти научился жить с этим, но только «почти» — и не собирается продолжать существовать так и дальше. Он давно сделал свой выбор и принял решение, так что от Гокудеры требуется сущая малость: помочь, но отчего-то тот не способен и на это. Признаться, это порядком раздражает, но — ничего. Бельфегор мастер безумных планов, если Хаято не хочет играть по правилам, придётся его заставить, так что в итоге все будет так, как и задумано.

Полагаясь на слух и нюх, принц делает пару выпадов по сторонам в надежде отыскать цель. Надеется, что темнота также скрывает б0льшую часть происходящего и от оппонента, так что тот не сразу поймёт, что Бельфегор дезориентирован. Ему не хочется раскрывать карты раньше времени, не хочется, чтобы кто-то вообще догадался о происходящем, так что действовать приходится максимально естественно; ему требуется немного времени, чтобы снова восстановить картинку окружения в своей голове, но времени у него нет: Гокудера уже делает следующий шаг.
«Ублюдок! Хитрый.»
Его оружие играет против него; он не сразу ощущает, что опутан собственной леской, но когда та натягивается в попытке схлестнуть по рукам с ногами и обездвижить, то Бельфегор моментально вцепляется в нить зубами, натягивая к ответ. Скорее, жест отчаяния, чем продуманный план. Леска впивается в десны и режет уголки губ, впрочем ему плевать, он ничего не чувствует сейчас, только давится смешками: этот дурачок надеется поймать его на собственный же крючок? Нет, Хаято, это так не работает!

Невидимое ураганное пламя всполохами бежит по леске, от губ принца до чужих пальцев, достигает цели и загорается, обжигает и обугливает без разбора и кожу, и одежду. Леска теряет натяжение. Звук упавшего ножа, приглушённый болезненный вздох.
Там!
Ориентируясь на звуки, Бельфегор тараном несётся к цели и врезается всем телом, надеясь на очередной эффект неожиданности. Обхватывает руками за талию и вместе с собой, используя их общий вес, кидает в ближайший провал окна. Гокудера очень плохо играет в эту игру и если не исправится, то в самом деле придётся забрать его с собой. Хотя фокус с леской, стоит признать, был не плох, возможно, стоит начислить ему бонусные баллы?
В самый последний момент Бельфегор все же тормозит и позволяет Урагану зацепиться кончиками пальцев за пустую раму. Наваливается сверху, не делая и попытки удержаться, теперь это задача Гокудеры. Ему все равно, если они вывалятся с высокого этажа вместе — или только один из них, ему просто хочется, чтобы их маленькая игра оказалась как можно интереснее до самого конца.

Сплетенные клубком, они опасно кренятся из окна. Ветер бьет снизу, треплет волосы и подкидывает челку. Бельфегор смотрит перед собой бесцветными глазами, не мигая.
— Игра окончена, ты идёшь со мной, — со смешками повторяет его слова и обнимает крепче, отталкиваясь ногами.
Давай, Гокудера, соображай быстрее, ты ведь не хочешь превратиться в лепешку? Что ты станешь делать теперь? Возможно, им обоим просто следует сдаться — и пускай будет, что будет.

[icon]https://b.radikal.ru/b07/2012/13/b47fac2337e3.jpg[/icon]

Подпись автора

https://i.imgur.com/GcT3lVu.png https://i.imgur.com/rlSLwVq.jpg https://i.imgur.com/Zi3TzMo.png

0


Вы здесь » Nowhere[cross] » [no where] » tempesta x tempesta