no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

Nowhere[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhere[cross] » [now here] » was it harder to die...


was it harder to die...

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Jace x Alec
https://images.vfl.ru/ii/1606983807/93c7fea6/32531509.gif
После событий Филина.
Джейс серьезно ранил Алека, умолял того убить его, умолял сестру прервать его жизнь, просил не отдавать его Лилит. Он сбросил Клэри с крыши едва не убив её, убил свою бабушку, на его совести 33 жизни примитивных и их родных.
Алек не смог исполнить данное обещание, раны залечаны, но от душевной боли ещё не придумали лекарство.
Связь парабатай их единственное лекарство.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

2

Магия не вкладывает в головы страхи, только выуживает их из подсознания. Ни один демон не может внушить страх, которого никогда не было, ни один маг не сможет вложить в голову идею, если подобная мысль никогда не появлялась в сознании. Алек не помнит тех мгновений, когда сам был одержим - так работает большинство демонов. Завладевают телом, отключая сознание. Но Джейс помнил. И чужая скорбь, и чувство вины ощущались как свои собственные – тревожной мыслью, от которой никак не можешь избавиться, не можешь толком сформулировать. Чужой мыслью, а потому можно было только догадываться, что по-настоящему творится в голове Эрондейла.

Первое время, едва только руна парабатай связала их воедино, Алек и Джейс учились отличать собственные чувства и эмоции от того, что чувствовал другой. Сейчас же…сейчас чувство вины нефилима накладывалось на чувство вины Лайтвуда. Он прекрасно помнил брата, каким застал его в собственном рассудке, к которому смог пробиться благодаря магии Магнуса – сломленным, разбитым на сотни частей. Тем, кто умолял его и Иззи окончить его страдания. Глядя в его глаза он пообещал, что не позволит Лилит забрать его, не позволит ему более творить то, что сам себе Эрондейл простить попросту не сможет. Помнит собственное отчаяние, когда мать всех демонов тут же пришла за своим филином. И помнит, как пришел к мысли, что единственный шанс спасти парабатай – избавить того от мучений.

Сумеречных охотников учат контролировать собственные эмоции – абстрагироваться от них, принимая решения или выполняя задание. Но эти самые эмоции никуда не деваются, как глубоко не пытайся их спрятать. Джейс страдал. И, если окружающие становились свидетелями редких моментов, когда нефилима подводил самоконтроль, то Алек ощущал это постоянно, в той же степени, что и парабатай.

И лучшее, что Лайтвуд мог сделать – быть рядом. Пусть даже при каждом взгляде глаза в глаза, связь услужливо передавала чужое чувство вины – за то, что один пытался убить и за то, что второй не смог спасти.

Когда же после очередного отловленного беглеца из Гарда Эрондейла ранят по его собственной вине, Алек решает более не медлить. Ему обычно становится легче, если выговориться. Немного, но все же. И, как говорит Иззи, эмоции нельзя держать в себе потому, что рано или поздно они захватят контроль. И тогда никому не будет весело. Эта же логика вполне должна сработать и на брата.

Отправив сбежавшего заключенного в камеру, нефилим направляется в комнату Джейса. Стучит в дверь, но входит не дожидаясь ответа.

- Джейс? Поговори со мной. – Слишком через многое пришлось пройти его семье и слишком часто эту фразу приходится повторять, напоминая близким, что они в своих битвах с собственными проблемами не одни. И все равно каждый из них периодически забывает о том, что просить помощи не стыдно, что близкие все равно переживают, и все равно хотят помочь, вне зависимости от того, насколько велико бремя.

+2

3

https://64.media.tumblr.com/4cb82e2c60b4b0639f1856ed38e11f0f/a5940f793cd2db2e-08/s400x600/cf9235e91a2b46a31356ac8d94ebbdeb4a53b2dd.gif

https://64.media.tumblr.com/379a539cc7a521336a2ea8c7f99e760f/a5940f793cd2db2e-0b/s400x600/797f2a9523b895df792f61516f75385876b78805.gif

Он помнил всё, что натворил. Конклав простил ему убийство Имоджен, никакого наказания не последовало, ему простили все деяния, ведь он был под контролем Лилит и её Филина. Им удалось уничтожить её, вернуть Джейса, казалось бы, что следовало бы жить дальше, но он попросту не мог. Обретая недавно свои корни, наконец-то ограждаясь от влияния Валентина на собственные мысли и действия, он всего этого лишается. Джейс виновен в бегстве преступников из Гарда, в том, что Клэри пострадала и в итоге лишилась своих рун и воспоминаний о Сумеречном мире. Список поводов чувствовать себя виноватым возглавляет попытка убийства Алека и его сломанная рука.

Джейс прекрасно помнил всё, что говорил ему брат, наверное, боясь, что Филин в итоге одержит верх и он погибнет. Ему приходилось убивать Лайтвудов в своей голове одного за другим, снова и снова, их кровь застывала у него на руках и это было невыносимо. Джейс не стеснялся того, что Алек и Иззи увидели его таким сломленным, он не винил их, что они не успели. Он был в таком страшном отчаянии.

После всего Джейсу хотелось наказания. На него косо смотрели, старались не беспокоить, потому что он мог сорваться. Но в большинстве своем игнорировал за долгими и изнуряющими тренировками. Каждое свое задание с остальными он стремился подвергать себя опасности, будто наказывал себя так. Нефилим никогда не признается остальным, но это именно так. Каждая новая рана, царапина, пропущенный удар – наказание за проступки, за те жизни примитивных, которые он отнял, пока был подвержен влиянию Филина.

Очередное задание не было исключением. Ранение несерьезное, ираце без проблем залечивает его, только глаза Джейса мимолетно сверкают золотым. Больше ему не надо пользоваться стило, он и сам научился активировать свои руны. Он как будто не понимает, что своими действиями причиняет боль Алеку, может быть и Иззи тоже, они же его семья. Но в своем саморазрушении он словно бы забывает об этом. Чем больше Джейс пытается вернуться к нормальной жизни, тем больше ему хочется наказать себя.

Его радует лишь то, то Фрэй вернулась в примитивный мир, потому что смотреть ей в глаза он бы не смог совершенно. Их попытки в отношения были не самыми лучшими, но она не заслужила того, чтобы быть сброшенной с крыши. Джейс мог излить собственную злость на себя в своей комнате, боксируя голыми руками по груше. Костяшки сбиваются в кровь. Но это же так легко исправить.

С каждым ударом он вспоминал её лицо, со следующим – слова брата; его крик от боли, он вспоминал, как умолял его покончить с ним. Джейс выдохся. Со стуком в дверь он остановил шатающуюся грушу, выдохнул шумно, чувствуя, как футболка неприятно прилипала к влажному телу.

Надо было догадаться, что рано или поздно Алек придет к нему с разговором.

- О чем? – усталым взглядом он смотрит на брата, на костяшках пальцев застыли капельки крови, в царапины попадает пот и это причиняет боль. Тоже своеобразная пытка, наказание, но глаза эрондейла так и остаются голубым и карим, в них нет золота, что активирует руны.

- Что я чуть не убил тебя? Фрэй, убил Имоджен и виноват в том, то тридцать три примитивных убили свои близких и кто-то из них погиб,- на мгновение он испытал злость на себя, а потому ударил боксерскую грушу, чтобы затем отойти от неё – костяшкам больно, - не о чем говорить.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

4

Дверь закрывается за спиной – он даже тратит секунду, чтобы в этом убедиться. Им не нужны свидетели и уж точно не нужны лишние уши и глаза.

Кто-то, видно, однажды сказал Джейсу, что тот должен быть идеален во всем – превосходная машина для охоты на нечисть, которая не может ошибаться. И этот кто-то оказал тем самым медвежью услугу. Будучи лучшим воином, он редко позволял окружающим видеть свои слабости. Но как уже довелось убедиться самому Алеку, каким бы хорошим сумеречным охотником ты не был, ты будешь ошибаться и учиться на собственных ошибках. Такова их человеческая природа и отказаться от нее попросту не получится. Главное, чтобы эти самые ошибки не привели на путь саморазрушения.

Лайтвуд замирает на середине комнаты, отмечает избитые в кровь руки и ловит себя на мысли, что нужно бы помочь брату исцелиться. Но подходить пока что не рискует. Не из страха, что тот сорвется, но чтобы не давать Эрондейлу повод для побега. Так обычно поступает он сам – сбегает от разговора, к которому не готов. Однако с каждым днем пережитое убивает Джейса и это становится опасно для него самого.

- Тебе больно. Я твой парабатай и я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. – Напоминает нефилим, но все еще не рискует сокращать расстояние – слишком рано. Слишком сильно он пока еще пытается защититься ото всех потому, что уверен, что это единственный выход. Не единственный. И если самому Алеку это дали понять близкие, то теперь очередь брата, а кого еще тот станет слушать, если не своего парабатай?

И пусть лучшим советом, который сейчас могли бы дать брату – это было бы сухое «дай ему время», Лайтвуд знал наверняка, что время не лечит. В лучшем случае позволяет свыкнуться с чувством вины и болью. Знал, потому что где-то глубоко внутри в нем все еще сидит вина за тридцать секунд, на которые он впустил демона, которых хватило, чтобы забрать жизнь.

Время помогает обдумать все и принять произошедшее, но никогда не избавляет от боли, не заживляет раны, не оставив рубцов.

Он сцепляет руки за спиной в своей привычной манере. Но пока это самое время не пройдет, Джейса нужно оградить от лишних рисков. Потому, что последнее, что ему нужно – так это потерять еще и его. Слишком дорого им стоила победа над Лилит.

- Я распорядился, чтобы тебя временно отстранили от заданий. Тебе нужен отдых. – Произносит он своим тоном «я здесь глава института». Не для того, чтобы задеть его чувство гордости, разумеется. Но поведение Эрондейла – достаточно тревожный знак, чтобы опасаться худшего. И даже мысль о том, чтобы потерять своего парабатай после всего, через что довелось пройти, внушала практически панический страх.

Алек ловит взгляд брата и склоняет голову, пытаясь уловить, о чем тот сейчас может думать.

+2

5

Джейс злится. Когда им овладевает гнев, он может сорваться на ком угодно, что его совершенно не красит, но сейчас думать о чужих чувствах Эрондейл не способен. Он помнит, как Инквизитор, едва узнала, кто он есть на самом деле, пошла на сделку с Валентином, а потом её собственный внук убил её. Так и где справедливость-то в итоге? Почему Джейс должен успокоиться по щелчку пальцев? Ему хочется на самом деле очень злиться. Его воскресила Клэри из-за собственного эгоизма и незнания, а поплатились за эту ошибку слишком много людей.

В том числе и Алек.

- Знаешь сколько раз я убивал тебя? – Джейс чувствует боль в костяшках, руки немного трясутся из-за попадающего в ранки пота, но именно этого он не замечает, - это было не просто видение, Алек, я чувствовал это, - а ведь они сейчас стоят в той же самой комнате и разница лишь в отсутствии вокруг трупов и ощущения какой-то призрачности, - каждый раз, когда я пытался убить себя мой клинок оказывался в твоем теле. Иззи, - гнев неожиданно сменился болью, - Макса. Так что не говори мне, что ты знаешь, что я чувствую. Я злюсь, я чувствую себя виноватым, но, - он закусил губу, мотнул головой и отказался договаривать. Алек видел его сломленным, больше этого не должно повториться.

Уже ничто не будет как прежде, после смерти Макса Джейс убедился в этом.

И только он казалось бы попытался успокоиться, как Алек перешел в режим «я тут главный», сообщая, что Джейсу путь на задания заказан.

- Алек, я не буду отсиживаться! – кажется это соврало его последние попытки не выливать свой гнев на окружающих, - пока остальные исправляют мои ошибки ты что мне предлагаешь? Посидеть в комнате и смириться что ли?! – руки все ещё немного дрожат, но Джейс упрямо сжимает их в кулаки, наказывая себя даже сейчас, - а если бы я убил Иззи? Если бы убил тебя? – Он смотрит в глаза брату требовательно, - надо было просто убить меня, когда был шанс. Я не могу даже извиниться перед Клэри, потому что её лишили рун, и она не помнит меня. А я ничего к ней не чувствую. Вообще ничего, будто я никогда её знал. Я и себя уже не знаю, Вэйланд, Лайтвуд, Эрондейл, все про меня и нет. Ещё один эксперимент Валентина.

В какой-то момент у Джейса наступило словно бы выгорание, он перестал все чувствовать, на него навалилась смертельная усталость, чувство вины давило на его плечи и где-то там Джейс понимает, что Алек ему не враг, что он пришел помочь, и он заботится о своем парабатай. Но это не он совершил все эти страшные вещи.

- Я чуть не убил тебя, - повторяет он, - Магнус лишился своих сил, - Джейс поднимает плечи, мотает головой и опускает их, - даже для меня это слишком, Алек. Не будешь отпускать меня на миссии и я сам найду способ отловить каждого, кто сбежал из Гарда.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

6

Алек ждет. Позволяет брату выпустить пар, но в ответ на гнев парабатай внутри отзывается собственная злость, впиваясь в сердце ледяными иглами. Но нефилим держится, крепко сцепив руки в замок за спиной. Джейс не хочет его обидеть и не пытается причинить боль, но за своими переживаниями просто не видит всей картины, не видит ничего. И поэтому Лайтвуд терпеливо выжидает, пока вспышка гнева сойдет на нет, затем ещё немного, пока успокоится собственное негодование.

- Клэри лишили рун. Магнус потерял силы. – Констатирует он, спокойно, почти что холодно. Ему еще предстоит свыкнуться с произошедшим. Но не он сейчас главное. – А ты пытался напороться на копье фейри.

Опять пауза. Алек так и не приблизился к Эрондейлу. Пока что ему очень нужно заставить его взглянуть на происходящее под другим углом.

- Я не могу потерять еще и тебя. Ты мой парабатай, с тобой умрет и часть меня. И ты предлагаешь мне своими руками подписать тебе приговор? Это не обсуждается. Тебе нужно время, я готов его тебе дать. – Вот теперь нефилим позволяет себе подойти чуть ближе, внимательно глядя в глаза Джейса. – Если бы я потерял тебя, я бы и сам был потерян. – Последняя фраза уже звучит мягче, Алек делает еще один шаг вперед и медленно кладет руку на плечо брату.

Никто и не говорил, что это будет легко. Но ради близких людей ты иногда готов идти на ужасный риск и большие жертвы. Магнус отдал свою силу, чтобы он чувствовал себя снова целым, чтобы сбивающая с толку пустота, наконец, отступила.

- Джейс, я твой парабатай, - снова напоминает он и заглядывает в глаза брата. – Я твой брат и лучший друг. Я хочу помочь.

Конечно, он понимает, что от одного разговора такая боль не уйдет. Но зачастую даже просто знать, что ты не один достаточно, чтобы нашлись силы для борьбы. Иногда хватит простого «ты не виноват».

Чужое чувство вины заставляет нахмуриться.

- Это не твоя вина. Магнус добровольно отдал свою силу, - голос даже не дрожит, а собственное сожаление Алек сейчас прячет так глубоко, как только может. – Клэри…на ее месте я бы тоже воспользовался тем желанием. Но это наш выбор. И с последствиями этого выбора жить нам. Не взваливай на себя вину за чужие решения.

Лайтвуд медлит прежде, чем притянуть Эрондейла к себе за плечо и обнять. Рука мягко касается затылка нефилима, легко поглаживая его по голове. Зачастую в моменты слабости от присутствия близких сначала становится еще хуже, но потом легче. Стоит только осознать, что эта самая слабость не изменит мнения о тебе, что они не перестанут о тебе заботиться.

+1

7

Алеку удается сохранять самообладание, его сцепленные за спиной руки немного раздражают, но Джейс хорошо знает брата. Тот не стремиться показать, кто здесь главный, он просто защищает своего парабатай как может.

- Вообще-то успешно пытался, - огрызается Эрондейл, его ираце уже залечила ту рану, и следа не осталось. Сейчас только костяшки пальцев щиплет от пота, но это словно заставляет его чувствовать себя живым. Это как будто доказывает ему, что все происходящее на самом деле реальность.

Но следующие слова бьют Джейса пыльным мешком по голове. Он не хотел причинять брату боль, он и не думал об их связи, когда творил такие глупости на заданиях. Разумеется, сразу ему не удастся примириться со всем тем, что он чувствует, но на место Алек его временно поставил. Парабатай на то он и есть, чтобы чувствовать другого и прийти на помощь. Джейс никогда не говорил Алеку о том, как на самом деле он ценит их связь, как ему необходима она. Кто знает, не стал бы он похожим на Валентина, если бы тот продолжал его воспитывать?

- Я не хотел причинить тебе боль, - честно отвечает он, поднимая взгляд на Лайтвуда, чья тяжелая рука казалась на плече ещё тяжелее, - не добровольно, Алек, 0 он спорит, - дай угадаю, ты сказал ему, что без меня не будет и части тебя. Магнус сделал это ради тебя, из-за меня, - он мотает упрямо головой, - последствия, - он не продолжает. Алек притягивает к себе Эрондейла, ладонь на его затылке это особый символ между ними, это как высшая степень поддержки. Не найдется слов, чтобы Джейс смог передать как на него влияет этот простой жест. Он позволяет себе расслабиться, обнять брата и закрыть глаза, наслаждаясь чувством безопасности.

С Алеком действительно безопасно.

Но… всегда есть «но».

Едва Джейс на секунду распустил тот тугой узел, что образовался у него в груди, как он явно увидел собственное деяние, навеянное Лилит в его сознании. Как легко войдет клинок серафима в спину парабатай и горячая кровь окажется на его руках. Всего на краткий миг он подумал, что сделал это, но этого мига хватило, чтобы вырваться из таких родных объятий и выставить руку вперед, предостерегая парабатай.

- Не надо, Алек, - глаза Джейса засветились золотым, но он не понял даже, какую руну ему надо активировать, а потому те и потухли сразу, - я…я не, - взглядом он искал остальные тела родных, кого убил, сомневаясь, что все закончилось, - я слишком много раз убивал тебя.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

8

Хотелось верить, что Джейса Эрондейла не может сломить ничто. Ведь он всегда был Джейсом Вейландом, лучшим из лучших. И если даже его сейчас подводил самоконтроль, то…можно было лишь представить насколько страшным было все то время, которое ему пришлось провести в когтях демона. И, сколь бы не была крепка их связь, в полной мере понять каково это, переживать смерть близких раз за разом, он, наверное, не сможет. Ведь демоны всегда били по самым сокровенным и самым болезненным страхам.

- Я знаю, - Алек позволяет себе слабо улыбнуться. Конечно, не хотел. И надо быть идиотом, чтобы винить его в том, чего сам Джейс ни за что бы не сделал. На мгновение все словно бы становится нормально. Не как раньше, конечно, но даже хочется верить, что вскоре все наладится. Что самое страшное позади и остается только залатать раны и вернуться к обычной жизни, к охоте на мелких демонов и к однотипным будням.

Что-то идет не так и нефилим чувствует это инстинктивно за мгновение до того, как это происходит – парабатай вырывается из объятий, только что не отпрыгивая как ошпаренный. Внутри будто что-то обрывается. Смотреть на Джейса в таком состоянии просто больно и, как бы он не старался, вряд ли ему удастся скрыть полный сожаления взгляд. Сколько же ему довелось пережить, пока филин расхаживал вокруг с поручениями Лилит?

- Эй, - окликает его нефилим разводя руки в стороны, показывая тем самым, что ни оружия, ни повреждений нет. Пожалуй, уйдет много времени прежде, чем Эрондейл сможет принять произошедшее и перестанет бояться повторения кошмара. – Все хорошо.

Лайтвуд хмурится и смотрит в наполненные страхом глаза парабатай. Медленно запускает руку в карман, извлекая стило и показывая его.

- Это не иллюзия. – Заверят он и, протянув руку, активирует иратце. Конечно, он прекрасно помнит, что творилось в голове Джейса, когда он и Иззи попытались вытащить его с помощью магии Магнуса. Конечно, он помнит комнату, усыпанную телами – его, Изабель, Клэри. Конечно, он понимал, чего пыталась добиться Лилит, отбирая у брата дорогих ему людей. Что отнюдь не спасало от осознания того факта, насколько же ему было и, пожалуй, еще будет – сколько времени пройдет прежде, чем брат перестанет бояться, что вернулся в персональный ад, вопрос хороший.

И сколь бы не была велика уверенность в том, что парабатай никогда намеренно не причинит вред…в таком состоянии он представлял опасность для самого себя. Поэтому и оставлять его одного не просто не хотелось, но казалось верхом эгоизма. Сейчас Алек должен быть здесь. Должен во что бы это не стало помочь ему прийти в себя.

- Джейс?

Отредактировано Alexander Lightwood (2020-12-05 16:09:29)

+1

9

Он боится, что вновь упал в пропасть, что снова оказался в ловушке. Лилит не просто заставляла Джейса убивать его родных, она отнимала его воспоминания о них. Тот мальчишка, который пришел к ним в дом с израненной душой, но скрытым страхом остаться в одиночестве был где-то там, среди руин самообладания. Только что он мог помнить их тренировку, без надзора родителей, но в следующий миг образы Алека и Иззи исчезали. Это было больно. Он снова чувствовал себя одиноким, никому не нужным и кто бы только мог подумать, что Джейс Вэйланд мог бояться подобного?

Ему довелось обрести семью дважды – Лайтвуды и Эрондейлы. К счастью Лайтвуды живы, Мариса и Роберт переживают нелегкие времена, но Джейс, как ы сильно не злился на Роберта за его поступок, все равно благодарен тому за приют. Что же касается Имоджен Эрондейл, то её он убил собственными руками. Можно было бы говорить о том, что это дело рук Филина, но он же все помнит. Он не справился, он должен был справиться и противостоять влиянию Лилит. И всё же, это было невозможно. А невозможность принять самое сложное. Он же говорил Клэри, едва вернулся в этот мир, что воскрешение делает его уязвимым, он же чувствовал, но ничего не мог с собой поделать.

Снова и снова эта карусель.

Джейсу страшно, что это на самом деле не новая пытка Лилит, а он это допускает. Матери способны на страшные поступки ради своих детей.

Алек пытается приблизиться, Джейс не в силах отступить. Активированная ираце залечивает его сбитые костяшки пальцев, боль в них утихает, это помогает поверить в реальность происходящего. Сколько это будет продолжаться? Сколько подобное будет его терзать и когда страх того, что Лилит снова не протянет к нему свои руки испартся, канув в Лету?

Джейс шумно выдыхает, расслабляясь.

- Прости, - он садится на кровать, опускает голову, - я боюсь, что в какой-то момент, когда я поверю, что это реальность всё изменится. Что это окажется иллюзией. Она отняла много воспоминаний, она заставляла меня убивать вас, Алек, - он поднял взгляд на брата, - я убил Имоджен. Как можно простить себе нечто подобное? Я же чуть не убил тебя и если бы не Магнус, - сложно передать словами ту благодарность, которую Эрондейл испытывает к магу. Ясное дело, что Бейн сделал это не ради Джейса, а ради Алека, но суть та же – вытащили в итоге Эрондейла.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

10

Алек вздыхает. И представить невозможно насколько Джейсу было тяжело в когтях демоницы. Связь услужливо доносит чужие чувства, и он понимает, как парабатай чувствует себя сейчас, но это ведь дает лишь призрачное понимание того, через что тому пришлось пройти. Он помнит сломленного брата, умоляющего его и Изабель окончить его страдания и это пугало. Пугал тот факт, что, если он вновь поверит, что опять оказался в плену демонических иллюзий, не выдержит и захочет сдаться. А терять его вновь казалось слишком жестоким.

Нефилим пристально следит за реакцией брата и все же решает не маячить у него перед глазами – тот и так себе не слишком доверяет, не хватало еще, чтобы он начал бояться любого чересчур резкого движения. Медленно подходит к сидящему Эрондейлу и так же медленно опускается перед ним на колени, чтобы глаза были на одном уровне.

- Это был Филин. Ты бы никогда не убил Имоджен по собственной воле, чтобы ты захотел убить меня, небеса должны развернуться и впустить в мир всех демоном Эдома…и даже тогда я уверен, что мы с тобой будем биться бок о бок. – Лайтвуд заглядывает в разноцветные глаза, все также хмуря брови. Память возвращает его к тому моменту, когда им пришлось скрестить клинки, когда Джейс пришел освобождать Мелиорна. И все же, тогда им хватило веры друг в друга, чтобы остановиться в самый последний момент. Это оставило неприятный осадок на довольно долгое время, пока правда не вскрылась, пока более существенные проблемы не вытеснили собой все недомолвки, пока доверие вновь не было заслужено поступками. Тогда Алек был не прав. Ему хватило мужества признаться в этом. Тогда он должен был оставаться со своим парабатай, позволив всему остальному миру и институту гореть синим пламенем. Сейчас он такой ошибки не допустит. – Я не виню тебя. Никто не винит. Потому, что это был не ты. И пока ты сам не отпустишь воспоминания Филина, они так и будут тебя терзать.

Слишком многих они уже лишились – Клэри лишена рун, Магнус лишился силы, Джейс настолько разбит, что еще нескоро сможет приступить к работе. Они с сестрой просто обязаны взять дело в свои руки и проследить за тем, чтобы больше никто из их близких не пострадал. Потому что все произошедшее касалось Алека косвенно. И на плечи старшего из Лайтвудов сейчас легла забота не только об институте, но и о двух наиболее близких людях.

- Обещай мне, Джейс, - наклоняется, чтобы перехватить чужой взгляд, кладет свою ладонь на колено брата, привлекая к себе внимание лишний раз. Говорит самым серьезным тоном, на который только способен. – Обещай, что, если тебе когда-нибудь будет также плохо, ты придешь ко мне. Я помогу. Я всегда буду на твоей стороне.

+1

11

Чувство вины захлестывает Джейса, не поддаваться ему сложно, а попытки Алека достучаться до парабатай были почти тщетными. Беда в том, что Эрондейл понимает, что он прав. Не он совершил все эти страшные поступки, за него говорил и действовал Филин, это он сбросил Клэри с крыши, это он был на коротком поводке у Лилит. Только Джейс все помнит, это его руки были в крови, это его клинок пронзил Имоджен и кольцо, что она отдала ему теперь будто обжигает холодом.

Джейс слушает Алека, не перебивает его, смотрит в родные серьезные глаза, мысленно ненавидя себя и за слабость и за то, что воскрес. Ему тяжело смотреть в глаза Алека, ведь так отчетливо помнит, как тот старался донести до запертого где-то внутри сознания парабатай, что он ни в чем не виноват, что не он причиняет ему боль и не он… не он скорее всего убьет Алека. Какое счастье, что Магнус подоспел вовремя.

Эрондейл не отвечает, просто не знает, что ответить, смотря в глаза Лайтвуда. Можно было бы с легкостью сказать то, что тот желает услышать, можно было бы соврать, но какой смысл тогда в их связи? Она позволяет усилить способности каждого, их руны сильнее, при активации парабататем, но даже так ираце не способна залечить те душевные раны, что остались в Джейсе.

Само собой он злится, хочет раз за разом наказывать себя за то, что сделал.

А от наказания легче не станет, вот беда.

- Я сам не понял, как это произошло, - сказал он, - я не могу тебе обещать, Алек. Может, я уже не так уязвим, но, - как ловко сыграла Лилит, даже сейчас Эрондейл не может понять, на самом ли деле его мать страдала психическим заболеванием или это сказка от Валентина? Кажется, Люк много знает о Селин, надо будет спросить у него, чтобы хоть немного узнать собственную мать. Джейс вновь остался без единого родного человека в этом мире, только приемная семья, что всегда были ближе всех остальных рядом с ним.

И все-таки есть кое-что, что стоит показать Алеку. Может быть, у того будут какие-то мысли?

- Есть… кое-что, - он оттянул ворот своей футболки, тепло от ладони брата дает ему напоминание, что все происходящее реальность, а значит, в руке внезапно не окажется клинок серафима. Под ключицей на груди вырезан странный символ, воспаленная кожа не белеет даже после активации ираце.

- Я не знаю, что это и когда я его получил, - честно признается он, тут же уточняя, - я за собой не заметил перемен.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1

12

Во всем плане с «Джейс, у тебя отпуск пока тв не придешь в себя» был только один серьезный минус и Алек это понимал. Пока брат не найдет в себе силы бороться – вряд ли хоть кто-то сможет помочь ему извне. Поэтому он сейчас пытался достучаться до Джейса и напомнить тому, что он не один, что есть люди которым он дорог и которые будут за него бороться, даже если он сам потерял надежду. Ведь именно это должно вдохновлять и придавать сил.

- Тебе нужно время. Я его тебе даю, просто знай, что я всегда рядом. Что бы не случилось. – Произносит он, с некоторым недоумением глядя, как парабатай оттягивает ворот футболки. Осознание, что ничего не кончилось приходит за мгновение до того, как взгляд касается вырезанного на груди Эрондейла символа. А вместе с ним и непрошенная тревога. Если…если даже сил Магнуса не хватило..? Если это как-то связано с Лилит..? Отметает ненужные мысли, чтобы не поддаваться панике. Слишком многое сейчас зависит от Лайтвуда, слишком мало известно, чтобы говорит наверняка. По крайней мере…они хотя бы знают, что что-то не так и война не закончена, иначе откуда бы взялось это?

Алек хмурится еще сильнее, но не позволяет себе даже думать о том, что брат решил поначалу это от него скрыть – не стоит лишний раз наступать на больную мозоль. Да и выяснять отношения лучше, когда у них обоих достаточно для этого сил. Осматривает рану и хмурится езе больше – он ведь активировал на парабатай иратце. Значит, это совершенно точно что-то не простое. Раны от демонов в большинстве своим заживают гораздо хуже и чем сильнее демон, тем дольше и болезненней процесс восстановления, но…

- Тебе не кажется, что это похоже на руну? – Почему-то символ выглядит знакомо. Просто он никак не может вспомнить. Лайтвуд почти уверен, что видел его где-то. В какой-то из книг? Название будто бы крутится на кончике языка, но он никак не может вспомнить. – Я…мне кажется я где-то это видел?

Впервые в голосе нет привычной уверенности – все известные и не очень руны они заучивали. Это не руна охотников, даже из числа тех, которыми пользуются очень редко. Где же тогда? Где он мог видеть что-то подобное?

- Давай мы об этом пока никому говорить не будем, но…общей мне, слышишь? Обещай, что скажешь мне, если почувствуешь, что что-то не так, хорошо? Сразу же. Даже если тебе будет казаться, что это глупость.

+1

13

Время – непростительная роскошь в их случае. Но Джейс понимает стремление брата дать его ему, потому что в случае с Эрондейлом тот не сможет пережить все, что он сделал без вреда самому себе. Ненавидеть себя за столько смертей достаточно легко, конечно, кроме Клэри никто не пострадал из близких слишком серьезно, хотя, самообман работает очень плохо. Он же сломал Алеку руку. Он едва его не убил и слова брата то и дело звучат в голове.

Показать брату рану на ключице Джейс не планировал, но пришлось из-за того, что тот своими словами копает слишком глубоко в его душу. Кто-то слишком хорошо его знает, но если бы они поменялись местами, то Джейс вел бы себя точно также. Надо быть глупцом, чтобы отказываться от помощи близких.  Звучит знакомо, не так ли?

- Не знаю, я, - Эрондейл убирает руку, ворот футболки снова закрывает рану, от которой по коже, будто воспаление идет, но она практически не болит, просто Джейс ещё не совсем отошел от Филина и тревога одолевает его собственным сердцем. Облизнул и прикусил нижнюю губу собираясь с мыслями, лишний раз прислушиваясь к самому себе.

- Я не уверен, но Лилит бы её не оставила просто так, может быть она что-то не успела сделать и это просто как напоминание, а может нам снова что-то ждать, - виновато он смотрит на брата, который приложил столько усилий ради своего бедового парабатай. Он уже и так потратил желание Разиэля, одним только Ангелам известно, какое наказание за подобное мог бы назначить Конклав Лайтвуду.

- Прости меня, - вместо согласия сообщить, если что, говорит он. Джейс чувствует себя виноватым за все произошедшее. Если бы Алек не потратил желание, то Лилит не смогла бы использовать уязвимость нефилима и не подселила бы в него Филина, но… но Джейс бы сделал тоже самое для парабатай. Один без другого просто не может жить, не может остаться прежним.

- Я обещаю, - кивает он, - если что – я обещаю, - но хмурится, чтобы тут же потянуться и обнять брата, на этот раз, напоминая себе, что это все реальность, что в его руках нет клинка и Алеку ничто не угрожает. Обычная реальность.

Подпись автора

http://images.vfl.ru/ii/1607634988/65bb8fc2/32621441.gif http://images.vfl.ru/ii/1607636542/6c30f921/32621641.gif

+1


Вы здесь » Nowhere[cross] » [now here] » was it harder to die...