no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » deal with the devil.


deal with the devil.

Сообщений 1 страница 30 из 60

1

[nick]Annabelle Bennet[/nick][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz][status]night stalker's girl[/status]

Annabelle Bennet х Richard Ramirez
https://i.pinimg.com/564x/ed/26/33/ed2633c53a03c20d2b3a2d0c2ab900e2.jpg
[size=10]LiL Peep - Problems

Калифорния, 1985-ый год. Жители боятся некого Ночного Сталкера, в то время как одна из жертв добровольно предлагает себя преступнику. 

+1

2

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Это был один из тех вечеров, когда хотелось плеснуть себе виски в клубничный молочный коктейль. Белль вернулась домой с занятий по аэробике почти под ночь, изнуренная донельзя. И дело было отнюдь не в занятии спортом и активных танцах - девушка сильно устала от своей тусклой, серой жизни. Казалось бы - восьмидесятые, Лос-Анджелес, чего тебе, дорогая, не хватает? А не хватало воздуха. Прям перед дурацкой аэробикой Беннет вновь поссорилась со своим женихом, Питером. Парень, будучи очень консервативным, совершенно не считался с ее мнением, ждал от Белль покорности, даже подчинения. Нет, она не пыталась строить из себя сильную и независимую женщину, ей хотелось иметь возможность опереться на своего мужчину, но был ли этим мужчиной Питер?

Родители сосватали ее Коулману ещё едва ли ни в детстве. Прописали, распланировали всю ее жизнь и были крайне озадачены тем, что непутевая дочь даже пока не стала поступать. Они мечтали видеть ее в Стэнфордском университете, успешной молодой девушкой. А Белль… Белль ходила на эту свою несчастную аэробику и подрабатывала визажистом в Беверли-Хиллз. В идеале хотела стать гримером в Голливуде - работать с искусственной кровью и страшными рожами монстров в фильмах ужасов. Это ведь восьмидесятые - самый расцвет.

Брюнетка включила свет в прихожей, сняла кеды и, тяжело вздохнув, устало потёрла переносицу. Прошла в спальню и щелкнула выключателем. На журнальном столике лежал свежий выпуск газеты, заголовок которой не просто кричал - вопил о страшных нападениях и убийствах в городе. Его называли Ночным Сталкером. Белль задержалась взглядом на больших чёрных пропечатанных буквах и вновь вздохнула. Какова вероятность, что маньяк может пробраться в ее небольшой домик, пока Питер живет в кампусе Стэнфорда? Наверное, это стало бы самым ярким событием в ее жалкой жизни. В ее смерти было бы куда больше смысла. Принесла бы радость и удовлетворение хоть кому-то.

У неё не было сил даже переодеться в домашнее, так и завалилась сверху на покрывало в джинсах и цветастой футболке с «Экзорцистом». Сон пришёл быстро, окутал своими лапами душного Лос-Анджелеского воздуха. И так же мимолетно покинул Беннет, когда на ее шее сомкнули чьи-то пальцы. Девушка распахнула глаза в панике, закашлялась от удушья. Из-за асфиксии перед глазами плясали чёрные точки, но даже в темноте крохотной спальни Белль разглядела смолянистые глаза, во взгляде которых плескалась ненависть самой чистой пробы. Такие же чёрные вьющиеся волосы казались ее лица. Она чисто инстинктивно попыталась скинуть мужчину с себя, но ей прозаично не хватало силёнок против него. Белль била его маленькими ладошками по плечам, размахивала руками в разные стороны, уронила лампу с прикроватной тумбочки вместе с газетой.

«Ночной Сталкер».

И он был здесь.

Странное возбуждение объяло Беннет, и в какой-то момент она просто перестала сопротивляться. А он.. Отпустил ее. Все так же не прерывая зрительного контакта. Брюнетка вновь зашлась кашлем, а затем… Протянула руки и притянула убийцу обратно к себе за шею. На его лице можно было разглядеть брызги запекшейся крови. Она не первая жертва сегодня?

- И так, - просипела Белль. Должно быть, недостаток кислорода свёл ее с ума, но Ночной Сталкер был красив. Точеные скулы, не чертовщинка, а настоящая дьявольщина в глазах. - Почему вы выбрали именно меня?

+1

3

Он никогда не понимал — откуда у него было столько злобы. Казалось, что она зрела, гнездилась где-то под сердцем, а затем вырвалась в один момент — как по щелчку пальцев. Будто море. Тёмное море, которое шумело и шептало ему — так жить больше нельзя. Ты должен сделать нечто, что переломит тот шлагбаум, что вечно мешает тебе пойти до конца. Во всём.

Ричард не ощущал себя частью мира в котором существовал. Так было всегда. И даже те вещи, которые заводили и нравились ему точно также, как другим, он воспринимал иначе. Рамирес не знал, когда именно понял это. Просто в один момент ощутил со всей ясностью на которую был способен. И возможно тогда в нём проросли первые ростки ненависти. Той самой. Черной. Той, что билась о рёбра с обратной стороны и отчаянно жаждала вырваться на волю. Однажды он перешел черту. Стал Ночным Сталкером. И теперь ненависть расползалась липким потоком. Он не желал думать о своих жертвах, как о людях. Они — не люди. Они те, что несут в мир лишь боль и пустоту. Непонятные механические куклы, которые стоит сломать до того, как они завелись и выпустили свои иглы. Брат вдохновлял его забирать у них всё то, чем они так гордились и над чем тряслись. Но Ричарду, по сути, не нужно было ничего. Только выпустить на волю море. Солёное море из чернильно-черной ненависти и слез. Теперь уже чужих. Потому, что сейчас Рамирес научился улыбаться.

Он выбрал её случайно. Как всех. Проходил мимо зала, где дамочки занимались аэробикой. Огромные окна от пола до потолка. Хрупкая, маленькая брюнетка. Очень красивая. Тем лучше. Красота угодна Сатане. Но на самом деле основной причиной было не это, а ощущение. Ричи понял, что жертвой должна стать конкретно эта девушка и никакая другая. Забраться к ней в дом тоже оказалось проще простого. Обычно люди очень беспечны, даже если во всех газетах расписано чёрным по белому, что по городу шастает убийца. Когда Рамирес вошёл в спальню, то увидел, что девушка спит. На мгновение замер на пороге, повёл плечами, пошевелил пальцами так, словно играл на невидимом музыкальном инструменте. Он слышал, как она дышит. И сжал её шею только тогда, когда подстроится под ритм дыхания. Девушка задергалась, затрепетала в его хватке. Всё как обычно. На пол летит лампа, но свет не гаснет, а лишь падает теперь под другим углом. Она была слишком хороша для того, чтобы убивать сразу. Но в какой-то момент жертва перестала сопротивляться. Ричард посмотрел на её лицо и увидел, что сама она смотрит на него. Глаза в глаза. Она душилась теми же духами, что-то его сестра — почему-то Ричард подумал об этом только в эту минуту. И в одно мгновение пальцы его сами собой разжались. Стремительно из механической куклы жертва превращалась для него в человека. А затем…

Она притянула его за шею. Ближе. Хриплый шёпот обдал щеку горячей волной.

— Чего? — глупо спросил Ричард, и снова посмотрел в лицо незнакомке, — Ты…

Он попытался вырваться из её рук, но объятие оказалось достаточно сильным, и в итоге Рамирес сдался.

— Звучит так, как будто ты меня ждала… Если это какой-то сраный манёвр — знай, что я тебя убью раньше, чем ты начнёшь кричать.

Угрозы. Он изобьет её и изнасилует. Может быть убьёт и вырежет глаза. Обязательно. Как только она перестанет смотреть на него так, как будто они встретились после долгой разлуки. Ненависть шипела в нём, но прилив сменился отливом. Луна его тьмы сочла управиться именно так. К полному непониманию самого Рамиреса. Это знак Сатаны? Или Божий промысел? Что это, черт возьми, такое?

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

4

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

- Хорошо.

И взгляд олений-олений. А что ещё Белль могла ответить на его угрозу? Ведь, если он захочет ее убить, он это сделает. И, может, этим даже спасёт ее. Спасёт от пустой жизни и разборок с Питером. Она не станет сопротивляться, не станет кричать. Комплекс жертвы в Беннет был неумолим, и, возможно, потому Ночной Сталкер выбрал именно ее? Она станет лишь проходной точкой в его жизни, в то время как он станет завершением ее. Белль внезапно облегченно улыбается, расслабляется под телом мужчины. А он ведь ненамного ее старше - не больше, чем на два-три года. И, определенно, очень манящ.

Как любая хорошая девочка из католической семьи, Белль тянет к неизведанному, запретному, темному. Вернее, ей, может, кажется, что любая. Но верить в собственную исключительность она тоже не могла. Простая, примитивная. Вот такой брюнетка себя считала. А перед ней или, вернее сказать, даже на ней в данную секунду был некто исключительный. Тот, кого запомнят, даже если не будут знать настоящего имени. И ей хочется спросить, но она не спешит - знает, что Ночной Сталкер не ответит. Не дурак же. Хотя.. Если он ее убьёт здесь и сейчас, то что скрываться?

- Меня зовут Белль, - Беннет представляется, аккуратно протягивает маленькую ручку, заправляет его густые волнистые волосы ему за ухо. - А тебя?

Она не пытается сбить его с толку или что-то вроде того. Белль уверена, что ей наступил конец, и она просто не боится. Спокойно и смиренно приняла свою судьбу. А, может, даже мечтала именно о таковой. И теперь, перед самой смертью, в ней проснулась какая-то совершенно другая девушка. Та, что хочет умереть красиво. Ведь обычная Белль всегда была трусихой.

Брюнетка вновь обнимает маньяка за шею, слегка надавливает, чтобы опять притянуть к себе. И - о Боже - она его целует. На его губах привкус дешевых сигарет. И она понимает, что боится сейчас не его, не его натуры, а того, что он ее оттолкнёт. Сбросит с кровати, потянет за волосы да перережет глотку до того, как она успеет ему сказать. Сказать то, что думает. Не даром говорят, человек перед смертью честен.

- Может быть, и ждала, - только теперь она отвечает на ту его реплику, сказанную ещё до угрозы расправой. - Тебе говорили, что ты дьявольски красив?

В его глазах словно что-то меняется, когда Белль упоминает Дьявола. Она улыбается тепло, приглашающе.

Давай же, убей меня. Только нежно.

Брюнетка оплетает его тело собственными ногами, вновь и вновь целует, зарываясь пальцами в его волосы. Полное безумие.

+1

5

В его голове существует выверенный план. Глупо его иметь, особенно, когда не знаешь, что с тобой будет завтра, однако Ричард нередко его придерживался. Просто потому, что так спокойнее. Он мог зацепиться за что-то и действовать так, как привык. Это было правильно. Это было так, как надо. Но сейчас происходило что-то невообразимое.

Первым желанием Ричарда было без лишних слов придушить эту странную девчонку, которая сейчас лежала под ним совершенно спокойная. Удивительно спокойная. Но потом что-то его остановило. Некая стеклянная стена. Что-то, чего нет, но что ощутимо давило на него. Удерживало от рокового шага. Он мог бы ударить ее. Превратить её лицо в кровавое месиво, но вновь — порывы, как пущенные неверной рукой стрелы, не попадали в цель. Что происходит? Ярость и удивление смешивалось в нем.

— Ночной охотник, — представился он Бель усмехаясь. — Но если хочешь, то можешь придумать мне имя.

Было бы даже любопытно узнать, какое имя она ему придумает. Да и в целом — с Бель было очень любопытно. Может быть стоит всё же слегка пустить ей кровь? Если она с ним играет в игры, то доиграется. С другой стороны — девушка выглядела безобидной. И даже грустной. Почему?

На её поцелуй Ричард отвечает своим. Грубо, настойчиво. Но он всё же не готов к тому, что жертва столь податлива и сама не против того, что происходит. Это неправильно. Против плана. Так не должно быть. Но это есть. И то, что есть весьма приятно. По крайней мере — пока. С другой стороны, как у любого человека, который действует против правил у Рамиреса было чересчур развито чутье. И сейчас он не ощущал опасности. А вот притяжение — да. И его бесконечно притягивало к этой странной девушке.

Он завёл ей руки за голову, навалился настойчивее. Если она так хочет, то получит желаемое. С другой стороны — Ночной охотник не тот, кто приходит обладать женщинами по их согласию. Это было против правил. Вновь.

— Ты что — самоубийца? Исповедуешь какую-то религию? Что в тебе…

Ричард навис над Бель, вглядываясь в её лицо. Что-то действительно было не так. Ему нужно уйти. Черт с ней и её жизнью. Он заберёт чью-то ещё. Но одуряющий аромат духов действовал на него, как магнит на железную гайку. И нежность кожи. И трепет тела под ним.

— Мне… Я не могу. Черт тебя подери.

Рамирес стукнул кулаком по подушке и почти рывком освободился из рук Бель. Сел на кровати, достал пачку сигарет и закурил.

— Думаешь, что это очень смешно?

Хмурый, злой взгляд в сторону. Бешенство поднялось волной, но почти сразу улеглось. Непривычно.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

6

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

И тут Белль внезапно испугалась. Но, опять же, не за свою жизнь - мужчина отодвинулся от неё как-то слегка грубовато, сел и закурил. Девушка даже протестующе замычала, переводя дыхание, сама выпрямилась и подползла к нему ближе. Задохнулась сама же в собственной ненормальной ласке по отношению к убийце, коснулась его плеча рукой, в то время, как хотелось опустить на него голову. Почему он перестал? Он не станет убивать ее? Просто уйдёт?

- Почему не можешь? - Беннет почти хныкала. - Я сделала что-то не так?

Нет-нет, он не может уйти! Происходит именно то, чего она так боялась. Она слишком пресная, настолько, что даже серийный маньяк не хочет ее. Нет, тело ее хотел и Питер, и какие-то парни, что бесстыдно разглядывали девушку на аэробике, но никто не хотел ее душу. Настолько, что теперь она предлагает ее Ночному Охотнику.

- Пожалуйста, - должно быть, он сто раз слышал, как его жертвы его умоляют, но тут Белль заканчивает предложение совсем не так, как стоило ожидать. - Не уходи.

Брюнетка и робеет, и набирается сил одновременно. Глубоко вздохнув, храбрясь, она подползает ещё ближе, совсем вплотную, кладёт руки ему на плечи в безмолвных попытках стащить кожаную куртку, припадает губами к шее. Хочет, чтобы она его спровоцировала? Чего он вообще от неё хочет? Чтобы она закричала, звала на помощь, плакала? На последнее она способна, только отнюдь не по той причине, что Охотник от неё ждёт. На нем классная футболка, подмечает для себя Белль - с логотипом виски «Джек Дениэлс». И вообще от убийцы веет чем-то рок-н-ролльным. Совсем не то, что от Питера - прилежного христианина.

На шее у Белль болтается серебряный крест, а на безымянном пальце поблескивает крупный камень помолвочного кольца. И все это кажется таким нелепым, даже пластмассовом рядом с человеком с такой энергетикой, какая была у этого мужчины. Она слышала, что он ещё и грабит. И она сама отдаст ему все, что он захочет, и в любви Сатане поклянётся. Если Сатана выглядит именно так, то да - она сделает это. Внезапная вспышка сумасшествия, полного помешательства. Он был прав - брюнетка словно его ждала. Беннет берет сигарету из его рук, делает незначительную затяжку, но тут же жутко и сипло закашливается. Возвращает ее обратно, подмечая про себя то, какие же красивые у него пальцы. Только что они покоились на ее шее и, думает Белль, лучше бы там и оставались.

Нет, нет, все, она так не оставит эту ситуацию. Раз пришёл - то делай то, зачем явился. Беннет грубо тянет маньяка за руку так, что огарок от сигареты опадает прямо на пол. Девушка подминает мужчину под себя, нападает так, как жертва не должна. Ее действия перестают быть боязливыми и робкими, теперь Белль делится с Охотником той страстью, какой никогда не разделяла с Питером.

- Если ты уйдёшь - убью себя сама, - вдруг очень осознанно понимает и тут же озвучивает она горячим шепотом сквозь поцелуй.

И не врет ведь. Ее жизнь - бессмысленная клоака, и встреча с Ночным Сталкером, пожалуй, является самым ярким событием за все недолгие годы жизни девушки. Она покончит с собой не из-за него, нет, а из-за странного чувства, будто у неё из рук вырывают спасательную дыхательную маску во время крушения самолета. Он так и так рухнет, а последний опьяняющий вдох ей просто необходим.

+1

7

Зло — как оно есть, в чистом виде, присутствует в каждом человеке. В ком-то больше, в ком-то — меньше, но безгрешных на этой планете нет и быть не может. Ричард Рамирес верил в то, что ад — это то, что помещено в сердце каждого из нас. Червоточина. Дьявольская отрава. Он чувствовал, что дьявольские силы не дремлют. Он слышал их шёпот. Он ощущал дыхание, которое едва ли не касалось его кожи, опаляя ту адским пламенем. В нём гнездились мысли и желания, которые причиняли ему боль. Ощутимую, физическую боль. И если он не находил выход для этой боли, то она мучила его нестерпимо. Так, что жить не хотелось. Ричард пришёл к Сатане во время одного из таких приступов. Во время другого он совершил своё первое преступление. Но Ричард не любил вспоминать о нём. Он вообще редко смаковал в собственных воспоминаниях детали убийств. Ему было достаточно самого момента.

Бель недовольна тем, что Рамирес остановился. Это не укладывалось в какие-либо рамки. Обычно люди так себя не вели. Но с другой стороны — обычно люди и не вели себя так, как Ричард Рамирес, так что не ему удивляться. Лучше просто воспринимать, как данность. Он вломился ночью в дом к красивой девушке, которая его хочет. Он вправе получить удовольствие не только от смерти. Наверное так должен думать Ричард, и думает. Пока она стаскивает с него куртку, берёт его сигарету от которой кашляет. Почему-то это вызывает на губах маньяка улыбку. Выглядит мило.

Но когда она тянет его за руку, наваливается сверху, а потом говорит о самоубийстве Рамирес злиться. Он перекатывается так, чтобы снова оказаться сверху и хватает девушку за шею. Жестоко, почти доводя до грани.

— Нет, ты умрёшь, когда я решу. Поняла, маленькая сучка?

Сначала она его дезориентировала. Потом решила отнять жертву — возмутительно. Что она о себе возомнила?

Он берёт её сразу. Без лишних прелюдий. Грубо и совершенно не деликатно. Стаскивает через её голову футболку, припадает к груди, впиваясь зубами в сосок. Кровь, как молоко матери. Но это всё равно не насилие. Он к такому не привык, даже с теми женщинами, которые давали ему добровольно. Поэтому спустя время Ричард, к своему удивлению, сбавляет обороты. Его движения становятся более мягкими, он в поцелуях начинает проскальзывать нежность. Нет — много нежности. Свой первый кровавый укус он уже зализывает, как зверь рану. Наверное, с такими как эта девушка нельзя так, как он привык. Она уже не жертва в его восприятии. Уже человек. И это ужасно. Мерзко. И одновременно — ему нравится. Ему приятно от сознания того, что кто-то его понимает. Или хотя бы старается. Что сама того не ведая эта Бель дала ему то о чем он всегда мечтал.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

8

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Интересно, что бы сказал Питер, узнав, что его невесту убьёт Ночной Сталкер? Возможно, он будет даже рад. Очередное внимание к его персоне, только теперь он ещё будет бедным парнишкой, лишившимся будущей жены. Интервью, жалеющие и сочувствующие друзья и родственники. А саму Белль найдут изрезанной в клочья на этой самой кровати, понятия не имея, что она, по сути, пошла на это добровольно. И она лишь рада, когда ее личный душегуб перекатывается, вновь нависает над ней.

Она глупо и по-кукольному кивает на слова маньяка о ее смерти. Хоть кому-то не плевать. Асфиксия вновь дурманит.

В ее жизни ещё не было никого, кроме Питера. Сексуально опытной Беннет точно не назвать, а вот убийца точно знает, что делает, причём, похоже, привыкший «работать» с не совсем живыми девушками. Хотя кто его знает. Главное, что теперь он вновь перенял инициативу, пусть и вёл себя грубо. Внезапно Белль ловит себя на мысли, что ей это даже нравится - нравится боль меж бёдер, нравится его реакция на ее вскрик, когда мужчина кусает до крови ее сосок, тут же слизывая соленые струйки. Брюнетка и сама не слишком деликатна - ее голова кружится в неведомой сладости происходящего, она царапает его спину до бордовых борозд. Никогда раньше так себя не вела, да и вряд ли будет с кем-то ещё, если вообще переживет эту ночь.

Ее старший брат, от которого отказалась их семья, поскольку тот выбрал не ту жизнь, что ему пророчили родители, как-то говорил, что это нормально. Каждая девушка где-то очень глубоко, на задворках сознания, мечтает о том, чтобы ее взял силой такой мужчина. Особенно в их католическом сообществе. Это выражается хотя бы в том, что некоторые девушки страдают странным пристрастием к «тройничкам» с двумя мужчинами. Это чисто животный инстинкт, отвергаемый моралью современного общества, и сама Белль испытала отвращение в своё время, когда брат ей это сказал, а теперь.. Теперь внезапно оказалась согласна.

Брат, Роберт Беннет, развёлся со своей женой из-за измены, и это оказалось позором для семьи в их общине. Роберт нашёл себя в безудержных секс-вечеринках и употреблении веществ, и только Белль иногда выходила с ним на связь в тайне от родителей. Теперь же хотелось рассказать брату о нем. О Ночном Охотнике.

Но вскоре через боль, что и так по-ненормальному нравилась брюнетке, стало пробиваться удовольствие. Накатывало волной с каждым грубым толчком, и вот теперь, теперь она не могла сдерживать стонов. Прикрывала веки и подставляла тонкую бледную шею под его пальцы, позволяя смыкать их на горле до смерти. В прямом смысле.

Появляется странное, волнующее чувство, что она умрет любимой в его руках. Это ли не то, о чем мечтают?

- Ты запомнишь меня? - шепчет Беннет, пристально смотря в его темные глаза. - Пожалуйста, запомни. Ведь лишь ты видел меня настоящую.

Вскоре ее тело содрогается, бьется практически в конвульсии наслаждения. Она глубоко вздыхает и обессилено опадает на подушки, раскидывая тонкие ручки в разные стороны. Как распятая. Белль понимает, что мужчина тоже закончил, изливаясь прямо внутрь неё.

- А теперь.. Я готова.

+1

9

Его душу всецело подчинила неуемная жажда обладания. Всем. Всем тем, чем так гордились и чего так хотели эти сытые и довольные сукины дети, которые даже не понимают того, как легко им живётся. Бесконечно легко. Ведь их разум не смущают назойливые мысли. Их плоть никогда не испытывает боли от той волны тяжести, которая иной раз накатывает на тебя, когда ты уже не в состоянии терпеть. Ричард Рамирес перестал терпеть уже очень давно, но всё ещё сдерживал себя. Однако произошёл тот роковой шаг, благодаря которому он теперь находился здесь.

Пару часов назад, перед тем, как вскрыть замок в доме Бель, он побывал в особняке её соседей, где размозжил монтировкой голову какой-то старухи и забрал её драгоценности. Они до сих пор лежали в кармане его куртки, а кровь пожилой леди уже успела запечься на его лице. Ричард даже не задумывался над тем — кем была та женщина. Ему было всё равно. Он даже не запомнил её лица. А вот черты лица Бель он запоминал с каждой секундой со всё большей и большей отчетливостью. И как они преобразились, когда удовольствие коснулось её. Лицо Бель вдруг стало очень нежным и одновременно — щемяще печальным. Настолько печальным, что Ричард невольно восхитился этому. Упав, лампа отбрасывала на всё слегка красноватый свет, и в нём Рамирес ощущал себя так, будто попал в один из своих кровавых снов.

От неё пахло ванилью и чем-то терпким, почти горьким. И ему так нравился этот запах. И то, как она слегка смущалась от его действий — жестоких и эгоистичных движений палача, а не любовника. Она царапала его спину, отвечала на его поцелуи — так ведут себя влюбленные школьницы, а не будущие трупы.

— С тобой не так, как с другими. Почему? Что ты такое знаешь?

Она просит его не забывать её, но он и не собирается. О, нет. Он теперь придумал новый план — лучше, чем первый. Ей понравится. А если нет… О, если нет, то тогда будет море веселья. Как море тьмы и крови.

— Это я вижу, что ты готова, — грубый тон мальчишки из трущоб. Он смеется, откидывая с лица длинную прядь волос.

Ричард вытягивается рядом с Бель, закуривает, предлагает ей сигарету. Она не умеет курить, но после хорошего секса покурить — святое. Единственная заповедь Божья которую он соблюдает. На её шее блестит крестик. Маленькая католическая овечка. Агнец Божий.

— Ты веришь в то, что Иисус тебя спасёт?

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

10

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

С ней не так, как с другими? Звучит забавно, даже смешно, потому что есть ли в мире кто-то более заурядный, чем Белль Беннет? Девушка не сдерживает усмешки, когда убийца откидывается на соседнюю подушку и спокойно закуривает, предлагая сигарету заодно и ей. Она даже никогда до этой ночи не держала сигарет в руках. Затянувшись, Белль вновь заходится хриплым кашлем. Матушка бы сказала, что это Бог наставляет ее на путь истинный. Вот только было одно но: она только что добровольно переспала с маньяком.

- Я ничего такого не знаю, - пожимает плечами брюнетка.

Она, правда, не понимает. Смогла зацепить Ночного Сталкера? Чем? Своей неизмеримой тягой к собственной смерти? Прежде она была лишь подсознательной, но, стоило трусихе Беннет столкнуться с возможностью умереть лицом к лицу, она оказалась бесстрашна. А смерть желанна. И в лице старухи с косой, и в лице того, кто ее принёс.

И теперь он обращает внимание на ее крестик. Задает вопрос, на который хорошая девочка должна ответить «да».

- Нет.

Постепенно, с каждой новой затяжкой, кашель отступал, а табак дарил ощущение лёгкого головокружения. Ровно так же, как боль, уступившая место удовольствию при соприкосновении их тел. Белль уже свободно выпускает струйку дыма в потолок.

- Я не думаю, что Иисус спас бы меня, - продолжает она. - Иногда мне кажется, что он изначально заготовил мне такой путь.. Незначительной личности, которая и умрет так, что никто не заметит. И вообще, - ещё одна затяжка. - Мне кажется, мои родители глупы в своей вере. Кричать на нас с братом, едва не доходя до рукоприкладства, а потом идти исповедоваться и верить, что это поможет… Как-то не сильно правильно, не находишь? Моя мать даже заставила меня покаяться священнику, что я лишилась девственности до свадьбы. Не смотря на то, что Питера она сама выбрала для меня ещё тогда, когда мне был всего год от рождения.

Чертовы лицемеры. А Белль балансировала на грани, на острие ножа в пастельно-розовых пуантах. Если бы она озвучила родителям свои мысли, они бы, наверное, вызвали экзорциста. И было бы все так, как на изображении на любимой футболке девушки, что сейчас лежала скомканной в углу после того, как ее тела коснулся сам Дьявол. Может, так и начинается одержимость?

Белль тушит сигарету в стакане с колой, что стоял на тумбочке и чудом не упал, и переворачивается на бок, по-детски подкладывая ладошки под голову. Она рассматривает Ночного Сталкера с упоением, любуется этим молодым парнем, что распоряжается своей жизнью так, как хочет. И даже жизнями других. Нет, она бы так не смогла. Трусиха же. Вновь обращает внимание на запекшиеся брызги крови на его лице. Освобождает одну руку, протягивает ее к нему, кончиками пальцев стирая капли с его острой скулы. В ее больших глазах читаются интерес и испуг. Но она все равно тянется к мужчине, вновь смыкая их губы в поцелуе.

Она ловит себя на мысли, что хотела бы, чтобы он остался до утра. Подползает ближе, кладя голову уже теперь ему на плечо в странном нежном порыве. Рукой обвивает его худое тело, когда вдруг с улицы слышится вой полицейских сирен. В дверь колошматят с такой силой, что Белль вздрагивает и понимает - та ведь вскрыта!

- Спрячься, - командует Беннет Охотнику и практически подпрыгивает с кровати.

Она быстро надевает махровый халат и бежит в прихожую, пока копы сами на зашли в дом. Открывает впопыхах, натыкаясь на взволнованного полицейского.

- Мисс, у вас все в порядке?

- Да! - выпаливает девушка, но тут же пытается совладать с собой и улыбнуться. Выходит кривовато. - Просто вы меня очень напугали. Я спала.

- У вас открыта дверь, - коп смотрит с недоверием.

- Правда? Должно быть, я забыла ее запереть.

- Вы бы были поосторожнее. К вашим соседям вломились. Вы ничего не слышали?

Сердце стучало где-то в горле, мешая говорить. Но в Белль проснулось странное, необъяснимое желание защитить мужчину из своей спальни.

- Ваша соседка, миссис Коллинз, мертва.

- Нет, я ничего не слышала, - рот открывается, звуки произносятся, сцепляясь во вполне внятную речь, вот только Беннет не узнает собственный голос.

Миссис Коллинз была милейшей женщиной. Белль всегда помогала ей в саду, когда та просила. Они вели беседы о черничных пирогах и о том, когда правильно обрезать розы. И теперь ее нет. А Белль знает, знает, чья кровь до сих пор осталась на кончиках ее пальцев.

Отредактировано Camilla Macaulay (2022-01-04 16:37:25)

+1

11

Его ненависть к этому миру было сложно объяснить логически. Ему было больно до такой степени, что эта боль искала выхода беспрерывно. Ричард мечтал избавиться от неё, и не его вина была в том, что он нашёл выход в убийствах. Страшных, жестоких убийствах. Ричард обращал своё лицо к Господу, но тот отрёкся от него уже давно. Он обратил взор свой к Дьяволу и только Князь тьмы помог ему в итоге лучше понять то, что он хочет. А хотел Рамирес свободы. И стремился ощутить жизнь во всей её полноте. У него не получалось сделать этого ровно до того, как от его души не отделился Ночной Сталкер. Именно он помог Рамиресу стать собой. Призрачный двойник.

Она курит и снова кашляет. Странное ощущение накатывает на Ричарда. Ему очень хорошо рядом с этой девушкой. Просто хорошо. У этого чувства нет объяснения. Оно просто есть. Тот, кто запретил себе испытывать счастье почти возмущён, но всё же не может отделаться от такого приятного и усыпляющего состояния. Бель словно греет его в своих объятиях, словно шепчет что-то удивительно умиротворяющее, и ненависть рядом с ней душит не так сильно. Боль отступает. Но она вернётся. Обязательно вернётся. Просто — не сейчас.

— Ты носишь на своей груди символ смерти того, кому отчаянно подражают твои родители, и кем никогда не станут, — Рамирес задумчиво посмотрел в потолок, — Они — лицемеры, которые сами боятся куда больше, чем те, кого они бьют. Знаешь почему? Страх — вот то, что лежит в основе любого деяния человека. Страх и только он. Во мне тоже есть страх, но однажды он стал настолько большим, что стал ненавистью.

Парень повернул голову и посмотрел девушке прямо в глаза.

— В моей жизни было слишком мало любви, чтобы научиться любить, а вот ненависти — достаточно. Поэтому я давно ушёл от мыслей о спасении через любовь. Церковь — мертва.

Странно было говорить об этом лёжа в девичьей спальне, да ещё рядом с той, кто едва не стал его жертвой. Мёртвой жертвой. Но удивительно приятно. Особенно, когда Бель гладит его и обнимает. Слегка улыбнувшись Ночной Сталкер коснулся губами её виска. Однако не успел Рамирес высказать ещё какое-нибудь философское замечание о смысле бытия, как вздрогнул из-за воя полицейских сирен. Как зверь подпрыгивает на кровати, нервно озирается по сторонам. Бель призывает его спрятаться. Ловушка? Но делать нечего. Несколько долгих минут Ричард выжидает, вслушиваясь в голоса. Если она сдаст его, то всё — крышка. Его кидает от страха к надежде и последняя выигрывает. Полицейские уходят.

Когда Бель показывается на пороге, Рамирес уже сидит на полу, прислонившись к кровати, и вытянув свои длинные ноги.

— Почему? Почему ты меня не сдала?

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

12

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Вернувшись в комнату, Белль лишь улыбается вопросу мужчины и, недолго думая, присаживается на его бедра. В этом движении не было ни намёка на пошлость, просто девушке хотелось быть к нему ближе. Ближе настолько, насколько это возможно. Прилипнуть и не отлипать до рассвета.

Ей понравились его рассуждения о Боге и ее родителях. Беннет даже раскраснелась - неправильно было думать о своей семье в таком ключе, но их с убийцей мысли об их лицемерии, действительно, были схожи. А еще у Сталкера был хорошо подвешен язык. Его было приятно слушать. И было опьяняюще приятно находиться рядом. От него пахло чем-то по-мужскому терпким и по-прежнему крепким табаком. Белль наклонилась к нему, все так же молча, поцеловала в губы невесомо и зарылась носом в его чёрные кудри.

- Я же сказала, - шепнула она ему на ухо. - Ты - единственный, кто узнал меня настоящую.

Его близость вновь вызывала волну мурашек по всему телу. Он был высоким, худощавым и очень привлекательным. Белль уверена - будь у него судьба иная, приняли бы в манекенщики. Но ей нравилось и то, что она видела перед собой. «Чудовище!». «Монстр!». Заголовки газет много недель кричали о Ночном Сталкере. Брюнетка вновь усмехнулась, горячо выдыхая в его шею.

- Знаешь, - она слегка отстранилась, чтобы заглянуть в его чёрные как смоль глаза. - Я только сейчас поняла, что все люди раньше казались мне… пустыми. И я в том числе. Но не с тобой. И не ты.

Что она несёт? Втирает маньяку розовые сопли в кости. Немного поразмыслив, Белль снимает с себя цепочку в крестом и берет Охотника за руку - вкладывает главный символ своей веры в его ладонь.

- Делай с этим, что хочешь, - брюнетка усмехается. - Продай. Мне оно не нужно. И никогда не было.

Отчего-то девушка уже не уверена, что станет бездыханным трупом. И это чувство внезапно ее не порадовало. Совсем. Ведь это означает другое - то, что этот мужчина уйдёт и исчезнет из ее жизни, и та, на контрасте, покажется ей ещё более серой. И тогда - здравствуйте, лезвие и ванна, полная воды. А она даже не знает его имени.

- Мне так и называть тебя - Ночным Охотником? - Белль интересуется аккуратно, не зная, доверится ли он ей так, как она ему. А она ведь вложила в его руки собственную жизнь.

Часть неё, конечно, его боялась. Чисто инстинктивно, ибо ни один человек не может побороть чертов инстинкт самосохранения. И тот вопил. Ни один человек не разрушит свою жизнь довольно. Именно из-за этого инстинкта. А убийства людей - ничто иное, чем тяга к саморазрушению в том числе. Белль думает о его словах о любви и ненависти. Неужели в жизни этого красивого парня не было первой? Так, может…?

- Если это моя последняя ночь, - она вновь пристально смотрит ему в глаза прежде, чем припасть к губам. Честно. - То ты будешь последним человеком, которого я полюбила. Вот так и вот сразу.

+1

13

Она садится ему на бёдра, а он обхватывает её руками за талию. Она очень привлекательна — действительно привлекательна и он её хочет, однако к желанию примешивается что-то ещё. Ему нравилось касаться её. Казалось, что если он просто будет делать это, даже без привычного соития, то уже будет удовлетворен. От неё приятно пахло — не косметической мишурой, а чём-то сладким и терпким одновременно. Очень нежно. Ричард погладил Бель по голове, прошёлся по тёмным волосам. То, как она смотрела на него будто ранило его сильнее. Ещё сильнее, чем могло. Почему он вообще думает об этой девушке в таком ключе? Возможно потому, что она — и вправду очень многим отличается от всех прочих.

— Ты всё таки… Странная, Бель, — не ему об этом рассуждать, — Но это чертовски приятно я тебе скажу. Невыносимо приятно.

Рамирес ловит её губы своими губами. Целует девушку в ответ с жаром, с пылом. Он может быть таким — даром что ли южная кровь в нём говорит? Но очень редко с кем бывает. Его тошнит от этого мира во многих его проявлениях. В том числе — в том, что касается секса. Потому, что Ричарда тошнит от лицемерия. От тех, кто говорит о чувствах, но имеет в виду одну лишь постель. О те, кто ведут себя, как подонки, нисколько не считая себя таковым. Он — насильник и убийца, но он всегда знал и понимал, что творит зло. Никогда не обманывал себя и не прикрывался, как многие чистенькие мальчики, что ездили на дорогих машинах и жили в уютных домах. Он врывался в эти дома и превращал жизнь их обитателей в хаос. Потому, что устал от мира с его правилами порядочных людей.

— Они и есть пустые. Это механизмы. То, в чем должна жить душа, но на самом деле души уже умерли. Ты знаешь? Они все мертвы. Все. Ходячие покойники. И я отправляю их туда где им самое место.

Он касается пальцами её груди — на этот раз очень осторожно и ласково. Не типично для него. Непривычно.

На его ладонь ложится крест. Она сняла с себя крест и отдала ему. Рамирес усмехается и забирает украшение. Во славу Сатане. Но вслух не говорит ничего. Лишь снова целует Бель. Ему хотелось верить в то, что она не обманывает его. Что она правда что-то чувствует. Очень хотелось. Но он уже ни во что не верил. Поэтому даже не мог наслаждаться моментом. Где-то в нём вечно крепла тревога. Неуловимая, но стойкая. Он уйдёт и она останется здесь. И больше никогда он не почувствует этого сладкого тепла в груди. Больше никогда не захочет так нежно кого-то касаться. Потому, что с другими не так — уж он то точно знает. Убить её  Рамирес не мог, но и покидать не хотел.

— Ричард, — ему плевать. Пусть узнают и наконец-то поймают его. Электрический стул спасёт невыносимого бытия, где нет ничего, кроме боли и ненависти. Братья, которые жили с его дохода обойдутся без него. Все будут счастливы.

Она слегка вздрагивала в его руках и Рамирес осторожно положил Бель на пол. Развязал пояс халата. Запустил руку под него. Ему сложно осознать то, что она ему сказала.

— Если это так, то… Наверное это и моя последняя ночь. Потому, что … Я не хочу никуда уходить.

Можешь взять нож и зарезать меня. Тебя оправдают.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

14

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Она отречётся от Бога, если Ричард этого хочет - вернее, уже это сделала. А он назвал ей своё имя. И Белль уверена, что он ей не солгал. Раньше ей казалось, что отношения - мука. Выстраивание их, притирание с партнёром, привыкание и, в конце концов, смирение. Питер был именно таким. Пусть она знала его всю свою жизнь, Белль думала, что ее жизнь обречена с этим парнем. Но все же она торопилась выйти замуж, чтобы избавиться от опеки религиозных родителей. Хах, смешно, правда? Из одной клетки сразу в другую. Может быть, на девушку так действует эта сюрреалистическая ночь, но в ней словно и в самой просыпался зверь. Дикий и ненасытный.

Миссис Коллинз было очень жаль. Очень. Но брызги ее крови на лице Ричарда выглядели завораживающе. Притягательно. И тот факт, что сейчас ее так нежно держит в своих руках настоящий убийца, по-странному будоражил и даже возбуждал. Должен быть у этих чертовых психиатров какой-то термин на этот счёт. А и плевать, даже если она сумасшедшая. Зато кто-то дал ей понять, что она - не серая масса, не дождевой червь, копошащийся с остальными в сырой земле. Ричард был тем, кто этих червей давит. А ее он взял так осторожно, как кокон с будущей бабочкой, бережно расправлял ее крылышки.

Маньяк укладывает ее на пол, развязывает пояс халата, чтобы вновь коснуться ее кожи, а Белль абсолютно безбоязненно прикрывает веки, улыбаясь, мурлыча от наслаждения. Она такая маленькая и бледная рядом с ним. Как домашний пушистый котёнок, попавший в лапы уличной бойцовской собаки. Та вся в шрамах, но котёнка не обижает - бережно вылизывает.

Что он сказал?

Его даже не смутило ее странное признание в любви незнакомцу, вломившемуся в ее дом с одной целью - убить. И, кажется, он даже ей ответил ее же монетой. В хорошем смысле. Беннет снова улыбается, почти смеётся. Особенно ей нравится зарываться пальцами в его густые кудрявые волосы. Она притягивает его к себе, самозабвенно целует. Он останется. Останется с ней.

Если раньше мужчины казались ей мучителями, то насколько забавно выходит, что, казалось бы, главный из них, насильник и убийца, оказывается тем, кто ей идеально подходит? Брюнетка выгибается на твёрдом полу, что давит на позвонки, обхватывает тонкими птичьими ножками его пояс. Если с рассветом вся ее жизнь снова превратится в гнилую тыкву, то от этого бала Сатаны она хочет взять все. До последней капли крови. Внутренней частью бедра Белль чувствует его возбуждение и вздрагивает, прижимает к себе ближе, чтобы вновь соединиться и телом, и душой. Завтра все ее тело будет в синяках от твёрдых холодных досок паркета, а Питеру придётся объяснять, что за укус такой обрамляет один из ее сосков. Собака укусила? Очень смешно.

Коулман по-любому прискачет из Стэнфорда после того, как услышит о нападении Ночного Сталкера на несчастную миссис Коллинз. И эта мысль отравляла все существование, ибо давала понять лишь одно - Ричард уйдёт с утра. Потому Беннет просто отдавалась моменту настолько, насколько могла. И ей нравилась звериная грубость мужчины, убийцы, нравилась его иррациональная нежность по отношению к ней. Совсем не похоже на Питера, что заботился лишь о собственном удовольствии, с которым все было пресно. С которым она, действительно, думала, что просто выполняет «супружеский долг», а не получает удовлетворение сама.

И все равно Белль старалась не быть слишком громкой - полиция, скорее всего, все ещё находится на месте преступления, а им не нужна очередная долбежка в дверь.

- Ты ещё придёшь ко мне? - громким, жарким шепотом интересуется Беннет после очередной судороги, сводящей хрупкое тело волной наслаждения. - Пожалуйста, возвращайся. Хоть каждую ночь.

+1

15

Ричард развязывает пояс халата, разводит его полы в стороны, чтобы лучше видеть Бель. Она красивая девушка, но красивых девушек — много. Очень много. А вот притягательных — почти нет. И то, когда Рамирес встречал таких, то ему ничего не светило. Кем он был? Грязным нищим латиносом. Это перед Ночным Сталкером все трепетали, а перед Ричардом вряд ли. Его знали как обычного парня. Не хуже и не лучше прочих в их кругу. В его мире, где были кражи, наркотики, убийства, семейные драки с поножовщиной трудно было удивить чем-то необычным. Он всегда был один — если не считать тьмы фантазий, где Рамирес не чувствовал себя одиноким. В этом мире разливались реки крови, Библия Ла Вея была настольной книгой, а фотографии убитых братом узкоглазых девок украшали стены святилища. Вокруг него разливалось чёрное море. Чаще всего на нём царил шторм, но иногда воцарялся штиль. Как сейчас, например. И Рамиресу нравился этот покой. Самое страшное — он поймал себя на мысли, что если этого покоя не будет, то яростные волны сокрушат всё до основания. И святилище, и мир, и всё его нутро.

Сейчас его прикосновения к Бель очень бережны. Не в знак извинения, нет. Ему хочется быть с ней нежным, но, одновременно с этим Ричард понимает так же и то, что страсть мешает ему, а он не терпел рамок. Но всё равно сейчас Рамирес берёт Бель куда бережнее, чем в первый раз. Оправдывает себя тем, что на полу — неудобно, но на самом деле причина не в этом, а в том, что ему не хочется, чтобы боль превысила для неё удовольствие. Для этой странной девочки, которая так мечтательно тянется к нему, словно он — самое драгоценное, что есть в её жизни. Необыкновенное ощущение. С ней он как будто снова начинал что-то чувствовать, хотя до этого, казалось уже и забыл о том, что это такое. Думалось, что забыл.

Она вздрагивает под ним. Раз, затем ещё один. Даже это приятно, хотя с другими он обычно на такие вещи внимания не обращал. Может быть его прокляли и это такая своеобразная пытка? Но если так, то это наказание было очень изощренным. Достойным сатанистских козней.

— А твой парень не будет против? — вдруг спрашивает он, и смотрит на Бель внезапно пронзительно и жестоко, — Я думаю, ему не очень всё это понравится.

Есть же какой-то парень. Обязательно. Ублюдок на модной машине и с красивой стрижкой. Тот в которого всегда всё хорошо, и который считает себя королем этой сраной планеты.

— Может быть спросишь у него разрешения?

Как хорошая девочка.

Внезапно даже сама мысль о том, что у Бель кто-то есть, кто-то трогает её и целует, вызывает приступ удушающей ярости. Ричард высвобождается из её объятий, якобы для того, чтобы снова прикурить сигарету. Глупо ревновать в их обстоятельствах, но и глупо требовать у такого, как Рамирес адекватного восприятия реальности. Ее для него просто не существует. Она в любой момент может вернуться к своей пластиковой идеальной жизни, вычеркнув его, как грязный факт из своей биографии — ночной кошмар. А он… У него нет и не было нормальной жизни никогда. Ему некуда возвращаться.

Рамирес затягивается. Смотрит на Бель сквозь дым. Можно убить её прямо сейчас и поставить точку в этой нелепой комедии жизни. Но он этого не сделает. И он останется. И вернётся.

— Пойдёшь со мной на свидание? — вдруг дерзко спрашивает Ричард, и в глубине его черных глаз словно зажигаются  огоньки. Не с Ночным Сталкером. С Рикардо Муньосом Рамиресом. Тем парнем у которого под сердцем — пропасть величиной с космос и океан ярости где-то на дне.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

16

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Ричард спрашивает ее о парне, вновь оставляя девушку, чтобы закурить. Белль протестующе мычит, так о остаётся лежать на паркете, лишь перекладывается на бок, подпирая голову рукой. Что сказать? Конечно, ей только в радость разорвать помолвку с Питером, но это всегда оставалось лишь в мыслях. Это будет означать заодно и изгнание из семьи, и, хоть младшая Беннет и считала тех лицемерами, она по-прежнему была трусихой. Раскачивалась на качелях взад-вперёд, то ближе ко тьме и свободе, то ближе к свету и тюремному заключению в идеальном пряничном домике. Сейчас, от этого вопроса, брюнетка заметно стушевалась.

- Не понравится, - отвечает честно, хоть сначала и хотела сделать это более уклончиво. - Но меня должно это волновать? Бьюсь об заклад, он и сам половину кампуса перетрахал.

И тут же осеклась. Испугалась, что Ричи, так Белль стала называть Ричарда про себя, посчитает, что все, что было между ними, лишь месть жениху. Но это было не так. Отчасти, да, она таким образом безмолвно заткнула и своих родителей, и Коулмана, и весь мир, но… Было в их связи нечто большее, чем просто злоба и обида на жизнь. Был странный трепет. Ее трепет перед бездной его чёрных глаз, его трепет перед ее бледной нежной кожей. Она чувствовала это, поняла в их второй раз за эту длинную ночь.

Беннет присела по-турецки, потянулась к Ричи и забрала из его длинных пальцев сигарету. Ей нравилось его так называть, потому что напоминало слово «Rich». «Богатый». И пусть в прямом смысле это означало нечто материальное, в Ночном Сталкере было то, что делало его богаче всех, кого она знает. Остальные были на его фоне пустышками. Как он и сказал. Просто механизмы. Затянувшись, девушка уже больше не кашляла вовсе. Вернула сигарету владельцу и вновь придвинулась ближе - так, чтобы соприкасаться с мужчиной хотя бы коленом. Необъяснимым образом контакт с ним ей был необходим. Даже такой невесомый.

И вдруг он спрашивает ее о свидании. Она не ослышалась? Кажется, нет. Белль мягко рассмеялась и активно согласно закивала.

- Пойду, - решила подтвердить ещё и вслух. - Обязательно. И куда же ты меня поведёшь, мм?

Она совсем не издевалась, ей вправду было интересно. Интересно узнать его по-настоящему, помимо факта о том, что он убил миссис Коллинз. С каждой мыслью о несчастной старушке было свыкнуться все легче и легче. Может, опять же, влияла ночь. Может, этот странный магнетизм между ними с Ричардом. Белль ещё не была готова переходить определенную черту, но и не могла пойти против своих желаний. Истинный желаний, что так горько противоречили здравому смыслу. Серая мышка Аннабелль Беннет и Ночной Сталкер, который оказался совсем не чудовищем из новостей. С которым у них сходилось мировоззрение.

За окном заалели первые лучи восходящего солнца, пробиваясь сквозь тонкие занавески. И пусть это означало конец этой ночи, карнавала ужасов, ставшим для Белль спасительным глотком кислорода, она чувствовала, что для их истории это лишь начало.

И это было до одури приятное чувство.

+1

17

Он ведь не ради праздного интереса задал этот вопрос. Не просто так говорят, что маньяки — отличные психологи. И пока Бель медлила с ответом, пока с губ её срывались слова, Рамирес пристально смотрел на неё. То, как она хмурила брови, как пролегла мягкая складка у линии рта. Он был убийцей, чудовищем, ночным кошмаром — ради таких не ломают свои судьбы. И было бы смешно ожидать, что Бель ответит что-то, что Ричарду понравилось бы. Вероятность подобного равнялось сошествию на землю марсиан. Но он всё равно чего-то такого ждал — так, где-то на задворках сознания почти каждый хранит детскую веру в существование Санта Клауса. Потому, что когда она закончила, что-то болезненно толкнуло Ричарда под рёбра. Парень все-таки есть. И, конечно, она останется с ним. То, что произошло сегодня ночью — не более, чем развлечение для скучающей хорошей девочки, которая отчаянно хочет стать плохой. Вернее не стать — казаться. Переспать с ним всё равно, что плюнуть во дворе церкви жвачку. Шалость воображаемая грехом. И всё.

— Ну, теперь, вы сравняли счёт, — ответил Рамирес, затягиваясь.

Улыбнулся чуть зло. Склонил голову ниже, из-за чего смотрел на девушку почти исподлобья. Не очень приятно, когда тебя используют. Но с другой стороны — не она лезла к нему в окно, так, что Рамирес как-нибудь переживёт. С какой-то яростной ясностью он вдруг вспомнил про свой укус на неё груди. Про то, что мог и может до сих пор её убить — и от этой мысли Ричарду стало немного легче. Болезненный спазм отступил. Правда от картинки, как он перерезает глотку её парню и заставляет Бель смотреть ему стало ещё лучше. Когда не можешь сделать выбор — выбор делает тебя сам.

Она забирает его сигарету, касается своим коленом его. И снова — от близости с ней чёрная волна успокаивается. Словно нечто в Бель сулит ему надежду. Это, конечно, не так. Обман и всё такое. Но Ричарду хочется верить. Безумно хочется. Наверное он окончательно рехнулся.

— На роллердром, — отвечает Рамирес, — А потом поесть бургеров. У меня не особо широкий выбор. В «Хилтоне» меня нет ждут.

Да его и в других местах не особенно ждут. Эта мысль веселит парня. Он смеётся. Зубы у него неровные, но белые. И улыбка сейчас не злая, а скорее — тревожная. Ему не хочется уходить от Бель, и он откровенно тянет время. Всё ждёт, что она предложит ему предлог — кофе, банку газировки наконец. Что угодно — лишь бы почувствовать её интерес. И из-за чего он так завёлся? Почему?

— Тебе такой план подходит?

Ночь отступает и Рамирес словно теряет силы. Утром ему всегда хреново — самое паршивое время суток. Вечер и ночь другое дело. Именно тогда у него за спиной словно выросли крылья. И он готов был утопить весь мир в крови.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Отредактировано Alex Tarasov (2022-01-05 22:52:30)

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

18

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Белль вновь тепло и звонко рассмеялась. Они с Ночным Сталкером пойдут на роллердром. Маньяк на роликах. Но разве она откажет? Точно нет. Ей и взглянуть на это зрелище по-своему интересно, и душу ее, гниющую в пустоте обывательства, будто мягкими подушечками обложили. Когда она в последний раз была на нормальном мирском свидании? Фешенебельные рестораны с Питером не в счёт. Тот водил ее туда, чтобы в первую очередь собой покрасоваться. Напетушиться и выводить свою невесту в люди как куклу ряженую. Как трофей. С Ричи все было не так - он будто бы, действительно, просто хотел провести с ней время. И, что странно, не только в горизонтальном положении.

Ещё пару часов назад она была уверена, что ей не пережить эту ночь. И была этому неистово рада. А теперь в Беннет проснулась жажда жизни - жизни, в которой она будет видеть перед собой лицо Ричарда. Все эти заострённые черты, смуглую кожу, буйные волосы и темные как гладь ночного океана глаза. Это будет их маленькая тайна.

- Более чем, - кивает Белль.

А ещё она осознала, что совсем не стесняется с ним наготы. Будто они живут в мире, где люди ещё не придумали цеплять на себя шкуры животных, где Адам и Ева ещё не вкусили яблоко порока. С ним она могла быть абсолютно естественна, не смотря на то, что только что было на полу, а до этого в кровати. А между этими приступами страсти она солгала полиции. Немыслимо. Хотелось разойтись в гомерическом хохоте. Но Белль сдержалась и, лишь загадочно улыбнувшись, поднялась с места и подошла к окну - тому, что выходило прямо на дом миссис Коллинз. Дверь опечатана, всюду растянуты желтые ленты, но полиции не видно. Все чисто. Пора намекать гостю уходить? От этой мысли в груди щемануло, словно крохотное сердечко бельевой щепкой зажало. Нет, она не готова.

Не готова к наступлению реальности. Скоро та обрушится на неё волной, и возникнет чувство, будто бы Ричарда никогда здесь и не было. Приедет Питер, а по новостям будут трубить о новой жертве Ночного Сталкера в лице ее милой соседушки. Хотелось вырвать себе ещё хоть пару мгновений. Потому Белль ловко запрыгнула на кровать, забираясь под одеяло, и предусмотрительно подвинулась, похлопала по подушке маленькой ладошкой.

- Иди сюда, - позвала она.

Если уж ей не удастся проснуться в его руках, то хотелось хотя бы уснуть. Так что, вновь оказавшись в крепких объятиях, брюнетка прижалась настолько сильно, насколько могла - устроилась щекой на груди, блин, маньяка, закинула ногу ему на пояс, завиваясь вместе с мужчиной в своеобразный кокон из одеяла.

- Заедешь за мной завтра в восемь? - пробормотала девушка, уже почти засыпая.

Впервые за долгое время ее сны не были тревожными. Ее окутала сладкая дремота, и согревало тёплое мужское дыхание в самую макушку. Перед тем, как провалиться в соблазнительную проспать окончательно, Белль вновь подняла голову и, взглянув мутным взором в лицо Ричарда, оставила на его губах благодарный поцелуй. Благодарный за спасение собственной жизни одним своим появлением.

***

Проснулась девушка уже одна и далеко за полдень. Причём не просто так - от очередной громкой долбежки во входную дверь. Она печально провела ладонью по пустой половине кровати и поспешила одеться. Кто бы это ни был, ему не стоит видеть ее в таком виде.

- Ты почему к телефону не подходишь? - прорычал Питер, стоило Белль отпереть замки.

Как Ричард сумел уйти так, что дверь осталась закрыта? Вот оно - искусство Ночного Сталкера. Мысли о прошлой ночи обдали брюнетку жаром так, что она не сразу совладала с дыханием и, тем более, не сразу нашла в себе силы поднять взгляд и посмотреть в светлые глаза жениха.

- Ты знаешь, что случилось вчера у соседей? - напирал Коулман. - Ты хоть на секунду можешь себе представить, как я волновался? Больше ты жить здесь не будешь. Возвращаешься к родителям.

- Но.. - робко попыталась возразить девушка.

- Я так сказал, - железобетонным тоном отрезал Питер. - У нас до свадьбы меньше двух недель. Где твой крест? - он вдруг отвлёкся на отсутсвие набожной побрякушки на шее невесты.

- Ой, я…

- Сейчас же надень.

Когда-то Белль, действительно, любила Питера и считала своей судьбой. Настоящей, истинной судьбой, раз Бог распорядился так, что их выбрали друг для друга ещё почти в младенчестве. Тогда и сам Коулман был как-то мягче, водил свою даму сердца в кино на задние ряды, покупал карамельный попкорн и позволял себе смеяться. Теперь же он стал подобием своего отца-пастора. Слишком серьёзный для этого мира. Будущий уважаемый юрист. Прокурор - надеется он.

«Может, даже буду заниматься делами типа Мэнсона, сына Сэма и этого… Ночного Сталкера» - горделиво ухмылялся Питер на последней воскресной службе.

- Сегодня у меня дела, - вдруг набралась в себе сил Белль, прорычала с раздражением. - И я не собираюсь их переносить, так что тебе лучше вернуться в Стэнфорд.

- Что?

- Что слышал.

Пусть не делает вид, что беспокоится об ее безопасности. В ней закипел гнев такой яростной силы, что девушка сама испугалась. Ей казалось, что она даже не умеет испытывать подобных эмоций. Но сегодня.. Сегодня она впервые за последний год околобрачного террора постояла за себя перед женихом. Конечно, это привело к большому скандалу, но Белль почувствовала облегчение. Впервые за очень-очень долгое время. И, когда на улице с громким хлопком закрылась дверца дорогой машины Коулмана, Беннет шумно выдохнула.

Ровно в восемь-ноль-ноль она уже стояла на пороге своего дома и украдкой посматривала на опечатанную дверь соседского дома. То, что девушка была при параде, так это точно было бы слабо сказано. Ее выбор пал на довольно откровенный для католической девочки чёрный топ и джинсы с высокой талией. Волосы завиты, на губах - красная помада. И она, черт возьми, чувствовала себя сильной в этом образе.

Интересно, он придёт?..

+1

19

Утром всё казалось резким. Неправильным. Именно поэтому Ричард любил носить чёрные очки — чтобы дневной свет не так сильно действовал на нервы. Он бы и сейчас их надел, но не желал скрывать своего лица от Бель. Это было бы неправильно. К тому же мягкость тёмных линз мешали бы ему смотреть на неё. А он желал видеть каждую перемену в её лице, каждую эмоцию. Как животное, Рамирес впивался в эти маленькие симптомы, силясь догадаться, что же творится на душе у этой странной девушке. В его собственной бушевал ураган. Он не хотел уходить, но понимал, что это придётся сделать максимально скоро. Когда Бель подошла к окну Ричард и сам поднялся на ноги — точно, она прогоняет его. Каково же было удивление Рамиреса, когда девушка пригласила его лечь рядом, и буквально обвилась вокруг него. Она спать собралась? Что за безумная! Но нет, Бель не была безумной. Она почувствовала простую истину — доверие к чудовищу, лучший способ его усмирить. Вот уже и монстр сам млел в объятиях ласковой красавицы, сквозь ресницы наблюдая за тем, как она засыпает. На её сонный поцелуй Ричард ответил весьма ласково.

— Я приду.

И конечно же он придёт. Она может не сомневаться.

Из её дома Ричард не забрал ничего ценного. Даже банки колы из холодильника. Однако фотографию молодого человека, которого обнимала Бель, с собой прихватил. Так, на всякий случай. Но даже в куртку он засунул фото изображением от себя. Не хотел даже косвенно прикасаться к этому ублюдку. В воспаленном сознании убийцы парень Бель был уже не человеком, а целью номер один. И его уже не спасти. Сам того не ведая этот тип подписал себе смертный приговор. Любовь — эгоистична. Любовь психопата тем более эгоистична. Очень мало сейчас Рамирес думал о счастье Бель. Он лишь мечтал о том, чтобы она всегда засыпала на его груди.

***

К восьми он не опоздал. Пришёл даже раньше, что позволило ему слегка понаблюдать за девушкой, которая вышла встречать его и теперь в нетерпении кусала губы. Она даже оделась сегодня очень красиво и откровенно — лучше, чем могла одеться католическая невеста. Днём он сдал то, что ему удалось найти одному из людей своих братьев, и теперь мог позволить себе устроить достойное свидание. Приехал на машине, которую угнал не так давно и даже ботинки надел новые — с серебристыми рокерскими цепочками. Только, чтобы ей понравиться. Как школьник в самом деле. Но ему было приятно. Как будто он человек — такой же, как и все другие.

— Ты очень хорошо выглядишь, — Рамирес подошёл к Бель со спины, обнял её и положил ей руку на талию. Солнечные очки он так и не снял.

— Готова отдаться слуге Сатаны?

Прозвучало так, словно Ричард хотел её прямо здесь — на газоне у дома.

— Где-то… хм.. Через пару часов? После роликов и всего остального.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

20

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Белль вздрагивает, когда ее обнимают со спины, но тут же расплывается в улыбке - она узнает прикосновения грубоватых пальцев так, словно прожила в этих руках целую жизнь. Возможно, так и было, ибо в прошлой ночи было гораздо больше смысла, чем во всем ее бытие. Он делает ей комплименты, и девушка даже смущается - уже забыла каково это. Чувствовать себя истинно желанной. Его голос низок и хрипловат, а от горячего дыхания в самую шею по всему телу пробегается волна мурашек. Хотя эту волну легче сравнить с табуном.

- Ты спрашиваешь, готова ли я? - брюнетка слегка прыскает со смеху от смущения, разворачивается в его руках, чтобы оказаться лицом к лицу с Ричардом. - Только если ты пообещаешь чаще делать так, - Белль берет его за руку, ту, что покоилась на ее талии, и перемещает на свою грудь - ровно туда, где сегодня весь день болел укус.

Удивительно, но след от его зубов девушка берегла как зеницу ока и совершенно не собиралась чем-то мазать, чтобы тот скорее прошёл. Кажется, останется шрам. Едва заметный на фоне молочно-белой кожи, но очень ценный. Он оставил на ней свою метку. И эта боль целый день казалась ей  приятнее любого самого ласкового прикосновения Питера за всю ее с ним жизнь. И теперь уже сама девушка целует Ричарда, ожесточенно терзая зубами его нижнюю губу. Внутри все бурлило, собираясь эпицентром внизу живота тёплым тянущим ощущением чертовых пресловутых бабочек. В их случае, скорее, ножей-бабочек. Белль никогда и не понимала, насколько в жизни ей был необходим настоящий плохой парень. Прям такой, чтобы из самого адского пекла.

- Prostituta, - цокнула языком мексиканская бабуля из дома напротив, смотря на то, как по-звериному целуется парочка на пороге дома Белль, и, недовольно поджав губы, удалилась в своё небольшое жилище.

На тихой вечерней улице все было слышно достаточно хорошо, и Беннет в голос рассмеялась, мысленно предположив, что соседка видела, как пару часов назад от неё уезжал Питер, а теперь она здесь кусает губы Ричарда. Ну и поделом ей. Даже не знает, что это тот самый парень, что чудом вломился в дом миссис Коллинз, а не в ее, прошлой ночью.

С ним Белль жила моментом. Внезапно чувствовала вкус жизни рядом с убийцей и осознавала, насколько фатум ироничен. Забравшись в его машину, брюнетка открыла окно на полную, позволяя тёплому Лос-Анджелесскому ветру развевать ее завитые волосы. Сперла из пачки Ричарда сигарету, прикурила себе и выпускала дым в летний вечер. Кажется, это теперь станет и ее вредной привычкой. А помимо этого она присмотрела для их вечера кое-что ещё. Загадочно улыбнувшись и стрельнув глазками в сторону парня, Беннет выудила из своей небольшой сумочки маленькую флягу.

- Решила, что пригодится, - ухмылка, большой и решительный глоток. Белль слегка зажмурилась от привкуса бурбона, ведь пить совсем не привыкла. Но сегодня решила нарушать все мыслимые и немыслимые запреты.

И кстати о запретах. Передав флягу в руки Ричарда, девушка подползла ближе и поцеловала его в шею, спускаясь ниже, ниже и ниже. Впервые в жизни ей хотелось сделать подобное по собственной воле, чтобы доставить удовольствие своему мужчине, а не потому, что от неё этого требовали. Главное, чтобы машину вёл ровно. Белль расстегнула ширинку его джинс и, в последний раз заглянув ему в глаза, опустилась вниз. Она не была в этом спецом, но старалась, действительно, старалась и слегка улыбнулась сквозь процесс, когда почувствовала, как парень вздрогнул всем телом. Язык был ласков, а красная помада оставляла следы. Похоть - один из семи смертных грехов, и даже жаль, что до роллердрома они добрались так быстро.

Поднявшись, она лишь лукаво улыбнулась, приняла флягу из рук Ричи, вновь делая большой глоток спиртного, и вышла из машины.

- Купим сладкой ваты? - Белль невинно захлопала пышными ресницами, беря своего большого и страшного маньяка под руку.

+1

21

Ему нравилось её смущение — подлинное смущение девочки из хорошей семьи. То, как Бель склоняла голову набок и опускала глаза, а также слегка краснела. В этом было что-то трогательное и нежное. А сам он рядом с ней чувствовал себя так, будто совращал её с пути истинного — не самое плохое ощущение. Можно сказать даже прекрасное. Рамирес мало таких мог назвать в своей жизни. Упоение чужой смертью и Бель. Как это было связано — Ричард не знал, да и не желал сейчас размышлять над этим. Куда больше ему хотелось думать о другом — о бледной плоти под одеждой, о пышной груди с укусом на соске, о мягкости кожи, той, что сейчас стояла перед ним. Её тёмные волосы развевались на ветру.

Если бы им не нужно было ехать туда, куда они собирались, то Ричард бы предпочёл провести это время в постели. Не только ради секса, нет. Он помнил, как Бель доверчиво спала на его плече, и хотел ещё. Желал, чтобы она его обнимала и липла к нему, как палец к меду. Но свидание есть свидание.

— Обещаю, — шепчет Рамирес в ответ. Её поцелуй слегка отдаёт кровью — зубы у Бель весьма остры и кажется она прокусила ему губу. Тем лучше. Крови много не бывает.

В своём волнении, он даже не реагирует особо на дерзкую реплику старухи — лишь злобно зыркает в ответ, и берёт Бель за руку. Переплетает её пальцы со своими. В машине она садится рядом с ним, открывает окно, а затем достаёт фляжку.

— Ты, я вижу, подготовилась, — усмехается Ричард, но глоток тоже делает. Ему нравится наблюдать за Бель такой — она словно сбрасывала с себя все оковы и становилась собой. И это было потрясающе. И тем более потрясающе, что это раскрепощение вдруг обрушилось на него. Причём самым неожиданным образом. Он сжал руль обеими руками, на мгновение прикрыл глаза. Это было слишком приятно для того, чтобы даже просто осознать происходящее. Порочно, да, но отчего-то совсем не грязно. Не так, как с другими. Бель ведь особенная. Когда удовольствие обрушивается на него, Ричард вздрагивает всем телом, но почти сразу же притягивает к себе девушку, чтобы поцеловать. Красная помада безбожно стёрта.

— Конечно, — он покупает ей огромную розовую вату, и перед тем как вручить снова целует. Им нужно надеть ролики перед тем, как выйти на каток. Бель держит своё огромное сахарное облако, а Ричард завязывает ей шнурки на роликовых коньках — ноги она положила ему на колени. Народу сегодня не очень много, да и плевать он на них хотел. Рамирес смотрит поверх ваты на Бель. Его губы растягиваются в плотоядной улыбке.

— Ты сегодня полна сюрпризов. У меня тоже кое-что есть.

Он берёт девушку на руки — пару минут и они уже наедине, в одном из закутков роллердрома. Где-то рядом грохочет музыка, слышно, как стукаются о покрытие ролики. Вата липнет к пальцам, кажется, что всё вокруг в этой розовой сладости. Ричард расстегивает молнию на джинсах Бель, прижимает ту спиной к стене. Её ролики скользят по полу.

— Поймал. Не отпущу, — в глубине его зрачков плещется пламя. Глядя девушке прямо в глаза, Ричард облизывает пальцы, а затем запускает руку между ног Бель. Его движения ритмичны, однако нежны. От ярости прошлой ночи не осталось и следа. Пока.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

22

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Маньяк завязывает ей шнурки на цветастых роликовых коньках, пока сама Белль поедает огромное розовое сладкое облако. Разве так бывает? Она не может сдержать улыбки и, облизнув пальцы от липкого лакомства, проводит их кончиками по скуле Ричарда. В его острые черты лица она влюблена особенно сильно.

- Да я полна сюрпризов даже для себя, - девушка смеётся, слегка краснеет.

Он подхватывает ее на руки, Белль взвизгивает от неожиданности, но вновь смеётся чисто и заливисто. Даже не знала, что так умеет. Когда в последний раз кто-то так за ней ухаживал, носил на руках? Давая почувствовать себя любимой. Значимой. Лишь Ночной Сталкер дал ей это понять. Иронично. Сама смерть в лице сына Сатаны влетела в ее дом и благословила своей косой. Ричард приносит ее в темный закуток, и любая бы сейчас испугалась. Даже хорошего парня. Но не Белль. И только не Ричарда. А сам парень творит с ней невообразимое - прижимает к стене, смотрит в глаза самым грешным взглядом. Запускает руку в ее джинсы, и брюнетка блаженно прикрывает глаза. Дышит часто-часто, кусая губы. В одной руке она по-прежнему держит палку со сладкой ватой, а второй сжимает его плечо, давит на острую выпирающую ключицу. Верно говорят - католические воспитанницы самые порочные. Судороги в этот раз накрывают ее волной довольно быстро - из-за умелых движений Ричарда и самих только мыслей о нем и том, какое влияние он имеет на ее тело и разум. Наконец она открывает глаза и томно смотрит на его плотоядную ухмылку. Откусывает кусочек ваты и сразу же целует мужчину, передавая сладость изо рта в рот.

Мама, я влюблена в преступника.

Возможно, Белль не до конца осознавала, кто перед ней, из-за пелены опьяняющих чувств. Но плевать. Просто плевать. Главное, что она никогда не ощущала подобного до.

Отдышавшись, брюнетка берет парня за руку, переплетая пальцы, и все же тащит на сам каток. Над их головами крутится диско-шар, разбрасывая по всему роллердрому причудливые узоры, а громкая музыка долбит в самых ушах. Вата заканчивается быстро, учитывая, что Белль чересчур понравилось кормить ею Ричарда прямо через свои поцелуи. Этот вечер оказывается даже идеальнее вчерашней ночи, хоть Беннет и не думала, что что-то может ее превзойти.

Вдруг к ним подкатывается лощеного вида молодой человек с полароидом и предлагает сфотографировать «счастливых молодожёнов», кивая на кольцо с гигантским камнем на безымянном пальце Белль. Девушка тут же тяжело сглотнула, но постаралась не измениться в лице. Фотографию им отдали сразу же, как та проявилась, но внутри все похолодело. Кольцо от гребаного Питера. Для гребаной свадьбы, до которой остаётся все меньше времени. Вдруг Белль почувствовала себя грязной - крутит голову Ричарду, когда сама без пяти минут жена. Все же трусиха. Так отчаянно цепляется за тонкую нить привычной жизни и не может отдаться бурному течению реки целиком.

- Может.. - девушка почти задыхается в приступе астмы, которой у неё никогда не было. Но все же выдавливает из себя измученную улыбку. - Поедем поесть бургеров, как ты и предлагал?

+1

23

Ее дыхание прерывисто. В одной руке Бель сжимает сладкую вату, другой цепляется за его плечо. Добровольно у Ричарда было не так много девушек, и с ними ему не хотелось столь тесной близости. Всё было обычно — как у всех. С Бель же иначе и парень откровенно терялся не находя причины. С одной стороны она была частью той прослойки общества, которую Рамирес терпеть не мог. С другой же — он почти физически ощущал с Бель некое сродство. Поразительное сродство, особенно если учесть все обстоятельства. Да, она была хорошей девочкой, но по какой-то причине, ему неведомой, Бель тянулась к тьме. Праздное любопытство? Жажда острых ощущений? Нет. Он понимал — не то. Не так. Может быть она сама искала выхода из лабиринтов мрака и никак не могла найти? Вот это больше походило на правду. Особенно, если учесть, с каким трепетом она держалась за него. Будто искала опору и поддержку. Это в нем-то.

Ему нравится наблюдать за тем, как Бель омывает наслаждение. Каким становится её лицо — щемяще нежным и восхитительно печальным. За то, чтобы смотреть в это лицо Рамирес был готов на всё. И снова — не самое привычное для него ощущение. Связь с Бель напоминала опьянение, вот только трезветь совсем не хотелось.

На его губах — вкус сахарной ваты, в ушах грохочет не менее сладкая музыка, кругом мелькают яркие огни. Он придерживает Бель за талию и они кружатся под сотрясающие пол звуки. Это всё так нереально, что кажется будто Ричард — герой какого-нибудь сериала для подростков. Он и его подружка — главные герои истории, которая закончится так же сладко, как и вкус розовой ваты. Вот только это — самообман. Он — Ночной Сталкер. И единственное эфирное время для него на телевидении — криминальная сводка новостей.

Парень с полароидом вырастает словно из-под земли. Ричард не противится. Даже задорно смеётся. Какой контраст между этой фотографией и той, что лежит в кармане его куртки. Ему нравится. Однако по реакции Бель понятно — она тревожится. Волнуется. Выбирает. Между светом и тьмой. Нет — между серостью и тьмой. Серостью, которая куда страшнее тьмы. Ведь именно в тумане прячутся самые страшные монстры. Что-то во взгляде Бель заставляет Рамиреса сжать её руку сильнее. Он мог бы разозлиться на её нерешительность. Но сейчас отчего-то злобы не чувствует.

— Отличная идея! Пошли!

Но сидеть в бургерной показалось Ричарду скучным. Вместо этого они заехали за бургерами в кафе с окошком автовыдачи, и забрав свой пакет, остановились перекусить под открытым небом. Отсюда открывался красивый вид на ночной город. Рамирес включил музыку — его любимой песней была Night Prowler AC/DC. Отав Бель её порцию Ричард впился зубами в свою. Его глаза сейчас сияли весельем. Он был на удивление расслаблен.

— Какая у тебя мечта?

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

24

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

С холма открывался вид на весь Лос-Анджелес. Огни небоскребов сияли высокими столбами в небо, а тёплый ветер приятно скользил по коже. Белль с улыбкой приняла свой бургер из рук Ричи и с наслаждением откусила большой кусок. Сейчас они были нормальными молодыми людьми. Роллердром, вредная еда под открытым небом. Все это завораживало. Он спрашивает, есть ли у неё мечта, и девушка горько усмехается.

- Я очень хотела стать гримером в Голливуде, - нехотя отвечает она. - Знаешь, все эти страшные образы для фильмов ужасов. Родители не оценили моего порыва - хотели, чтобы я вместе с Питером поступала в Стэнфорд. А сейчас… Обычно мне просто хотелось сдохнуть, но я никогда не была достаточно смелой, чтобы что-то с собой сделать. Так что, можно сказать, вчера ты практически исполнил мою мечту.

Беннет задержалась взглядом на размытой из-за городских огней линии горизонта, тяжело вздохнула. Сейчас она словно стояла на перепутье и точно не могла ответить на вопрос - кто же она такая? Но ей было интересно послушать своего личного маньяка. Куда интереснее, чем говорить самой.

- А у тебя есть мечта?

Ее горло словно сжимало нечто потустороннее. Хотя хотелось бы, чтобы это делал Ричард. Больная ты, Аннабелль Беннет.

Покончив с едой, брюнетка вновь достала маленькую фляжку и от души плеснула Бурбона в свой молочный коктейль. В последнее время она пила довольно часто. Узнала бы семья во главе с мистером Коулманом - ее бы уже считали одержимой. Или хотя бы просто алкоголичкой. Камушек на кольце блеснул, когда Белль передала фляжку Ричарду, и она вновь стушевалась. Завтра ей назначена финальная примерка свадебного платья. Ее всю жизнь учили, что это - правильно. Выйти замуж за «достойного» и успешного человека, за которым будешь как за каменной стеной. Карьера, а впоследствии и домик с красивой лужайкой. Штрудель на завтрак и барбекю на заднем дворе по выходным, куда будут приглашены все соседи. Разве что те соседи, что не умрут от рук Ночного Сталкера. Бедная, бедная миссис Коллинз.

Белль сделала большой глоток коктейля через трубочку и зажмурилась от резкого привкуса алкоголя. Вслушалась в слова играющей песни, перевела взгляд с горизонта на Ричарда. А та ведь идеально подходит ему. Должно быть, ему очень льстит его газетное прозвище. Оно и вправду было внушительным. Девушка залезла с ногами на прохладный капот машины и подползла поближе к парню, чтобы положить голову ему на плечо. Притяжение между ними было совершенно необъяснимым. Возможно, она сейчас, с ним, губит себя окончательно, но есть ли что-то прекраснее саморазрушения? И пусть сейчас на неё обрушится весь гнев Небес, она выберет пойти с ним в Ад. Хотелось бы, по крайней мере. Если б все было так просто. Если б.

+1

25

Когда-то давно Рамирес отрёкся от Бога и отдал себя в руки Дьяволу. С тех пор, как это произошло удача, казалось бы, повернулась к парню лицом. Однако не всё было так радужно. Вместе с удачей к нему пришла пустота. Чёрная яма, которая и не думала заживать и покрываться спасительной коркой. Море ярости плескалось где-то на дне, время от времени волнами поднимаясь наверх. Но этого было мало. Ярость была не способна созидать. Лишь разрушать. Она нашептывала ему дурные мысли, смущала сны. Но вот появилась Бель и всё изменилось. Стало другим, хотя, по сути, всё её влияние заключалось лишь в телесном контакте, а так же душевной нежности. Словно во мрак старого подвала с тухлой водой сошёл ангел и протянул ему руку. Но этот ангел не был чист. Он был по своему истерзан и испорчен. И именно поэтому — так дорог. Дороже многих других.

— Я люблю фильмы ужасов, — Ричард мечтательно прикрыл глаза, — Они гораздо правдивее мелодрам или комедий.

Рамирес взглянул на Бель и нахмурился.

— Здесь я решаю, когда ты сдохнешь. Мне не нравится, что тебе приходится об этом напоминать.

Слова психопата, который возомнил себя Богом. Но, возможно, в своём мире он и был богом — дланью милующей и карающей. Он был человеком, который распоряжался чужой жизнью — человеческой рукой смерти. Конечно, благодаря удачным нападениям, Рамирес чувствовал себя сейчас куда увереннее, нежели чем раньше. И благодаря Ночному сталкеру, который стоял у него за левым плечом, он мог вот так вот разговаривать с Бель.

— Нет, — Ричард дёрнул плечом, — Моя мечта неосуществима, и потому я давно отказался от неё.

Какова эта мечта? Уж явно не мир во всём мире. Откровенно говоря — Рамирес верил в то, что нет на этом свете ни счастья, ни удовлетворения. Лишь бесконечный, истощающий бег к ним. Долгая гонка. И он, который поначалу участвовал в ней, теперь перестал желать того, что так хотел. Деньги? Они приходят и уходят, но всегда возвращаются вновь. Секс? Его можно получить где угодно, но он не приносит должного удовольствия. Ничто не приносило должного удовольствия пока в его сердце плескалась ярость.

Она положила голову на его плечо. Осторожно, Ричард коснулся пальцами её волос. Раздражение сменилось удовлетворением — она здесь, рядом с ним. Пока ещё.

— Я так понимаю, — кивнул Рамирес на кольцо, — Что ты скоро станешь женой.

И снова тупая игла в сердце.

— Решила позабавиться напоследок?

С одной стороны — не осуждал, с другой — злобно скривил губы и теперь уже сжимал шею Бель сзади до боли. Романтика не всегда усыпана розами. Их шипы ранят особенно сильно, когда не ожидаешь. Впрочем, Рамирес был готов ко всему.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

26

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Ричард спрашивает ее о кольце помолвочном, в то время как его пальцы кольцом обхватывают ее шею. И сейчас Белль пугается. Девочка забылась, утонула в сладкой вате, перестала осознавать, кто перед ней. С кем она играется. А перед ней сейчас был Ночной Сталкер. Безжалостный убийца, отнявший жизнь миссис Коллинз. И многих других. Она хрипит и машинально хватается за его руку, выранивая молочный коктейль. Тот падает на землю, клубничная сладость с примесью бурбона разбрызгивается по траве и пыльной дороге. В глазах же плещется настоящий ужас. Этот парень подарил ей чувство жизни на какие-то сутки, а теперь он ее убьёт. Точно убьёт. Жестокая шутка от Вселенной. Может, это ее наказание за неповиновение? Если бы она шла смиренно по тому пути, что избрал для неё Бог, не жаловалась на свою семью и Питера, не строила бы из себя несчастную, не сняла бы чертов крест - этого всего не было бы? Грешница. А самое лучшее наказание для грешницы - дать ей вкусить этого самого греха, а затем убить его же руками. Из глаз прыскают слёзы, смазывая тушь.

Точно забылась.

Но тут Белль прекращает отбиваться и просто обмякает. Если ее судьба такова - пусть так. Асфиксия вновь делает своё дело, сознание отплывает все дальше, и Беннет уже почти бездыханно валится на капот в ту секунду, когда Ричард вдруг отпускает ее шею. Должно быть, мужчина не учёл ее и свои габариты - удушить хрупкую девчонку, ростом ненамного больше пяти футов, довольно просто и по случайности. От неожиданности она все же откидывается назад, больно ударяясь затылком о лобовое стекло, хватается за горло и пронзительно кашляет. Это нечестно. Зачем отпустил?

В ней боролись две стороны, словно ангел-хранитель до сих пор сражался за ее душу, а сам Сатана толкал ее к Ночному Сталкеру, своему слуге. Ещё прошлой ночью Белль ловила откровенный кайф и от его болезненного укуса, от его жесткости и самой его сути, но сейчас.. Сейчас что-то изменилось. Она, действительно, просто забылась.

Девушка спрыгнула с капота и, все ещё держась за горло, медленно попятилась назад, не сводя с Ричарда враждебно-напуганного взгляда. Выставляла свободную руку перед собой, словно хоть как-то могла защититься от высоченного парня. Ещё одна иллюзия.

- Да, у меня скоро свадьба, - процедила она. - На следующей неделе вообще-то. А что? Что не так? Мне казалось, тебя все устраивает.

В ней сейчас бурлила злость. Злость и на себя, и на него. Глупо было провоцировать маньяка, но Белль не могла объяснить этот внезапный приступ ярости. Будто ангельская сторона сейчас выигрывала. Здравый смысл не шептал, он вопил: иди домой, дура!

- Или чего ты хотел? Скажи мне, чего ты хотел?!

Истерический крик.

«Иди домой, дура!»

Вот только проблема в том, что идти домой не хотелось - ноги не двигались с места. А шея болеть перестала. И хотелось, чтобы он это повторил.

+1

27

Бель дёргается в его руках, в глазах девушки плещется самый настоящий ужас. Ничем не замутненный страх. Он понадеялся на то, что девушка окажется не такой, как другие, и жестоко поплатился за свою наивность. Глупо вообще доверять людям. Потому, что они — чернь и сброд, которые не достойны ни жалости, ни сострадания. Ничего, кроме боли и смерти. Она ещё пожалеет, что играла с ним. О, очень пожалеет. Рамирес мог быть убить Бель прямо здесь и сейчас. Но не сделал этого. Он придумал кое-что получше. Она ведь хочет нормальной жизни с нормальными, хорошими людьми. С нормальным, честным парнем. Так вот — этого не будет. Ричард об этом позаботится. Пусть видит к чему приводят игры со злом, ибо он — зло в чистом виде.

Наконец Рамирес отпускает её. Бель смотрит на него уже иначе — с явным страхом, едва ли не отвращением. Это вновь пробуждает в Ричарде ярость. Но и ещё кое-что — ощущение безысходности. Он ничего не может поделать. Ничего. Да — пустить ей кровь, уничтожить её жизнь и жизнь её близких может, но вот того, что было между ними — никогда не вернёт. Оно не повторится, и с другими тоже. Никогда. Потому, что Рамирес впервые в жизни чувствовал себя хорошо. Рядом с Бель. Но её вырывали из его жизни. Уже так скоро… От разливающейся боли Ричард скрипнул зубами и сделал шаг навстречу Бель. Девушка отшатнулась. Так он и знал.

— Да, действительно, — с издёвкой в голосе произнёс парень, — Чего я хотел.

Он окидывает Бель яростным взглядом, плюёт себе под ноги и уходит. Ему насрать на машину, на всё на свете. В который раз ему было продемонстрировано, что нормальная жизнь — не для него. Её вообще не существует. А раз так — он волен делать всё, что угодно.

***

Замок поддался почти сразу. Хоть в этом ему повезло сегодня. Дом тоже был неплох — лужайка хорошо подстрижена, садовые фигурки рассажены строго по местам, а внутри — полированное дерево и модные шторы. Всё словно с фотографии для каталога Лоры Эшли. Ночной сталкер вошёл в дом вскрыв дверь, что вела на кухню. Первым делом он открыл холодильник и достал банку колы — в горле пересохло. И только после поднялся наверх. Ступеньки, устланные дорожкой, не скрипели. Хозяйка спала в своей постели — крепкая, коренастая, очень маленького роста. Не то карлица, не то просто коротышка. Однако туалетный столик был забит косметикой, на спинке стула висели весьма кокетливые чулки. До них Ричард даже дотронулся — шелковистые. Сразу же вспомнилась кожа Бель. Он почувствовал, как всё кругом полыхает огнём. Схватил чулки, намотал на руку…

Дамочка проснулась почти сразу, как ощутила, что на её шее сжимается шёлковая удавка. Она начала смешно дёргать руками, силясь освободиться. Но сидящей на ней Рамирес мешал этому. Дотрагиваться до кого-то после Бель было почему-то отвратительно. Дернув плечом, Ричард ещё сильнее вдавил жертву в матрас.

— Отпустите меня, ради Христа, — прохрипела женщина.

— Нет. Поклянись во славу Сатане, что не будешь кричать — не сдохнешь. Пока.

— Я.. Я клянусь.

— Не слышу.

— Я клянусь Сатаной, что не буду кричать.

Хватка ослабла, но лишь для того, чтобы обрушиться на женщину градом тяжёлых ударов. Ричард был так зол, так накрутил себя, воображая Бель рядом с её парнем, что почти ничего не соображал. В какой-то момент он увидел в своих руках фигурку какого-то святого, которая была в следах крови, и только спустя пару минут жо него дошло, что эта кровь — из влагалища жертвы. Самому Рамиресу было до сих пор отвратительно даже думать о том, чтобы трахнуть эту тварь. Женщина не кричала — она хрипела, но это вызывало раздражение. Ему хотелось тишины — настолько бушевал ураган в его голове. Нож вошёл в горло как по маслу. Кровь брызнула на его лицо. Это всегда волновало и расслабляло, но не сегодня. Ему было мало. Мало. Поэтому Рамирес, схватив женщину за подбородок, решил вырезать ей глаза. Она и при жизни красотой не блистала, но сейчас выглядела в миллион раз хуже. И поделом. Ненависть не утихла — Ричард просто устал. Очень устал. Поэтому даже не стал особо шуровать по дому. Забрал шкатулку с драгоценностями, наличку из кошелька и ещё какие-то побрякушки. Вернулся на кухню, допил колу и смял банку так, что она врезалась ему острым краем в ладонь.

Бель ещё пожалеет. Определённо.

Он вернулся в отель Сесил когда уже начало светать. Весь в крови — благо ключи от тачки карлицы Ричард нашёл в её сумке. Ему было настолько тошно от себя, что едва войдя в номер, он повалился на пол и заснул. Рамирес проспал долго, но даже сон не спасал его от наваждения.

Бель ещё пожалеет.

Утром он положил глаза в шкатулку и отвёз её к дому Бель. Оставил свою ношу на пороге и ушёл. Подарок к свадьбе. Праздничный сюрприз. Он помнит. Не забыл. И она пусть помнит.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

28

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Ричард просто уходит, а Белль стоит на месте ещё какое-то время, ловя ртом воздух в истерическом приступе. Смотрит на его удаляющуюся высокую фигуру и делает несколько небольших шагов, вытягивает руку ему вслед, тихо хрипит, глотая слёзы. То, что она сейчас почувствовала - неправильно. Ведь она ощутила невыносимую боль от того, что, скорее всего, она его больше не увидит. Или, может, он все же придёт ее убить. Тогда она точно не воспротивится.

Этот страх перед ним был для неё иррационален. Вернее, для любого нормального человека логично бояться Ночного Сталкера, но Белль испугалась его лишь потому… Потому, что так ее учили. Хотя сама Беннет прекрасно понимала, что девиантна - иначе почему так распалялась лишь с Ричардом, когда тот был с ней груб? Когда думала о тех кровавых брызгах на его лице?

Простояв на месте ещё минут десять в состоянии полнейшей прострации, девушка смирилась с болезненным звоном в ушах и пошла вдоль дороги, чтобы поймать машину. Ей было плевать, если сейчас она окажется в одном салоне с каким-нибудь извращенцем - будет ей наказанием. На этот раз за то, что пошла против себя, когда пошла против Ричарда. Но, к сожалению, до дома она добирается в целости и сохранности.

С утра все новости трубили о новом убийстве. «Ночной Сталкер». Все телеканалы верещали лишь о нем. Сердце гулко стучало, создавалось ноющее ощущение, будто оно отекло и опухло, настолько ему не хватало места в грудной клетке. Белль сидела на кухонном стуле, смотря небольшой телевизор, и сжимала в руке нож. Однако совсем не из-за параноидального страха и не для самозащиты. Девушка не спала всю ночь. Глаза опухли от слез. Выпуск новостей сейчас работал для неё в качестве белого шума, пока она дрожащей рукой подносила нож к алебастровой коже на внутренней стороне бедра. Тяжело сглотнув, Белль сделала первый надрез - кровь была ярко-красной, сразу заструилась вниз по ноге, капая на белый кафель. Она никогда не была склонна к самоповреждению, но сейчас ощутила это чем-то необходимым. Несколько раз за эту ночь она подскакивала от каждого шороха, мерила шагами небольшой домик. Опять же - не из страха. Из надежды. Надежды, что он придёт за ней.

Второй надрез.

Физическая боль потихоньку поглощала душевную. Будто вместе с кровью отчаяние покидало ее тело, однако ничего не унимало жгучей агонии внутри.

Третий надрез.

Несколько раз она думала о том, чтобы поднести лезвие не к ноге, а к собственному горлу.

Звонок в дверь.

Белль чертыхнулась, закинула нож в мойку и начала быстро стирать кровь с кожи, перебинтовала бедро, чтобы остановить ее поток. Завязав пояс на халате, босыми ногами прошлёпала в прихожую и отперла замки. Питер. Собственной персоной.

- Ты почему так долго не открываешь? - в его голосе сквозило и раздражение, и, о Боги, беспокойство.

Блондин порывисто притянул невесту к себе и заключил в крепкие объятия. От едкого запаха его одеколона кружилась голова.

- Тут на пороге стояло, - только теперь он протянул брюнетке шкатулку. Удивительно, что не открыл. - Что это?

Сердце пропустило удар. Белль заметила небольшие темные подтеки у самой крышки.

- О, это.. - дыхание сбилось, и она отчаянно пыталась выдавить из себя непринужденную улыбку. - Это мне.

Пообещав вернуться, Беннет прошла в ванную комнату и, заперев дверь, открыла «подарок». И тут же взвизгнула, роняя шкатулку на пол. Глаза. Человеческие глаза.

- Детка, все в порядке? - Коулман уже тут как тут - стучит в дверь.

- Да, я просто таракана увидела, - оправдывается первым, что пришло в голову, поспешно собирая дрожащими пальцами содержимое обратно в шкатулку.

Трогать глазные яблоки было странно. До приступа дурноты. Но ей и в голову не пришло делать это не голыми руками.

Ей только что прислали улику. И любая нормальная девушка на ее месте тут же отправилась в полицию. Но была ли Белль нормальной девушкой?

***

Отец вёл дочь к алтарю. Невеста должна сиять, но ее улыбка выходила, скорее, мученической. Мать смотрела на Белль с упоением, Питер ухмылялся. Мистер Беннет бережно передал руку дочери в руку жениха, и теперь они с Коулманом стояли лицом к лицу. Но все, что ощущала девушка, - отчаяние таких глобальных размеров, что она была близка к приступу дереализации. Все казалось картонным. Просто картонная картинка. Красивая картонная картинка.

Это должен был быть самый счастливый день в ее жизни, но Белль чувствовала себя самозванкой. Ей ещё повезло, что Питер не касался ее тела до свадьбы - количество порезов на бедре с каждой ночью росло. Во время первой брачной ночи стоит ожидать скандал.

Священник просит повторять за ним, и Белль делает это абсолютно на автомате, механически. Как заведенная кукла. Осталось лишь сказать «да». Но в этот момент она ловит боковым зрением что-то тёмное, чужеродное для церкви. И едва брюнетка поворачивает голову, раздаётся выстрел. Затем ещё один и ещё один. Кровь орошает лицо и белое платье. Из груды вырывается крик, заглушаемый всеобщей какофонией ора гостей. Белль падает на колени, продолжая кричать, и первое, что она видит, подняв взгляд, - чёрные глаза.

+1

29

Его арестовали на улице. Самое забавное — они даже не были уверены, что нашли того, кого нужно. Ричард понял это по тому, какие вопросы задавали ему полицейские. В участке Рамирес вёл себя спокойно, хотя буквально со всех сторон его теснила новость о страшном побоище в церкви — некто в чёрных очках застрелил жениха на глазах у невесты, гостей и священника. Ирония судьбы заключалась в том, что эта новость отодвинула на второй план лихорадку Ночного сталкера. Почему-то никому и в голову не пришло, что это один и тот же человек.

Полноватый полицейский устало провёл ладонью по лицу. Люди словно сошли с ума. Нет покоя даже в храме Божьем, так что же говорить за улицы города? Сейчас перед ним сидело девять человек — все они, так или иначе, походили на описание убийцы. Вот-вот должна была приехать вдова — или не вдова? Кажется девчонка даже не успела ответить: «Да» своему жениху. Что за время такое. Куда мир катится?

Наверное Рамирес должен был волноваться, но он не чувствовал ничего, кроме удивительно тяжкой пустоты. Пусть делают, что хотят. Ему всё равно. Это будет даже забавно — устроит полицейским двойной подарок, когда сюда явится Бель и расскажет о том, кто он такой. А то, что она сделает это Рамирес не сомневался. За одним предательством следует другое — так всегда бывает. Да и забыть Бель свой позор будет проще — кто поверит убийце и маньяку? Так, что подарок он сделал и ей — дал шанс избавиться от себя навсегда.

Когда их завели в комнату для опознания Ричард, конечно же, не мог видеть Бель за специальным стеклом, но это не мешало ему смотреть прямо перед собой, воображая, что он видит её лицо. Он запомнил каждую его чёрточку. До сих пор ощущал аромат её волос. Отвратительно. Всё это — отвратительно. С чего он думал, что может иметь возможность играть в счастье? Пусть даже пару дней. Счастье — не для такого, как он. Оно принадлежит другим — довольным жизнью телам, которые страшнее зубной боли муки не ощущали. Ярость, что переполняла Рамиреса ушла вслед за жизнью Питера. Он с удовольствием прокручивал в голове всю сцену — выражение лица жениха, крик невесты, кровь на её платье. Это было волнительно. Можно было себе поаплодировать за идею и воплощение. Если бы не пустота. Она сжимала его сердце плотным чёрным кольцом боли. Это — конец. Иного выхода не будет. И не было никогда.

Голос из динамика попросил подозреваемых повернулся вправо, влево, надеть очки. А затем всё закончилось. Рамирес ждал, что его сразу же закуют в наручники, но вместо этого его привели в пустую допросную, где оставили в одиночестве. Это что — какая-то ловушка? Дернув в раздражении плечом, Рамирес повернулся к двери и увидел стоящую на пороге Бель.

[nick]Richard Ramirez[/nick][status]Night Stalker[/status][icon]https://i.postimg.cc/yYT93yFs/6e8c7091cc6c4a976e00cb074ac3c492.gif[/icon][sign]Увидимся в Диснейленде.[/sign][fandom]ОС[/fandom][lz]Жизнь — это всего лишь шутка, и мне нравится высмеивать то, что все воспринимают ***ть как серьезно.[/lz]

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

30

[nick]Annabelle Bennet[/nick][status]night stalker's girl[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/01e62eb55fb0f81249fb927d3fdd8c01/26b88125fb452ddf-36/s540x810/d8a6d3d88eaf9537fa42bc19ffde5045bc43243b.gifv[/icon][fandom]OC[/fandom][lz]nothing to lose [/lz]

Ее накачали успокоительными. Хотя, на самом деле, стоило это проделать с ее матерью. Тиффани Беннет не отходила от дочери ни на шаг, все время причитая, как же жалко Питера. Она рыдала и постоянно крестилась. Белль сидела на диване в цветочек с абсолютно отсутствующим выражением лица, пялясь в одну точку - на тлеющие в камине угольки. В детстве она, смотря на костёр, любила представлять, что это чей-то дом. И как маленькие людишки пытаются выбраться из огня, но все тщетно. Спасительно оцепенение. Шок.

«Нет, офицер, я не знаю никого, кто желал бы Питеру зла».

Она, действительно, не представляла, с кем связалась. Чудовище, монстр, слуга Сатаны. Она должна ненавидеть Ричарда. Должна. Он сломал ее обычную жизнь в ту ночь, когда вломился в ее дом. Сломал все, во что она верила - кажется, так говорят? Но Белль не верила ни во что, кроме своей смерти, до его появления. И теперь, когда матери позвонили по телефону и вызвали в участок на опознание, внутри все холодело и холодело, не смотря на горящий в такую жару камин в родительском доме. Поймали. Сказали, что его поймали - и Белль по-настоящему молилась Дьяволу, чтобы это был не он.

- Милая, нам пора ехать, - поджал губы вошедший в комнату отец. - Милая?

Белль очнулась лишь тогда, когда мать потрясла ее за плечо. Коротко кивнула и поднялась с дивана, на ватных ногах дошла до машины. За окном сменялись виды на Город Ангелов, а у брюнетки все сильнее и сильнее начинала болеть голова. Она почти не спала последние двое суток, прошедших со свадьбы. Во снах она явственно чувствовала брызги крови и ошмётки мозгов на своём лице. Словно застыла в капсуле времени, вобравшей в себя момент церемонии.

- Миссис Коулман, - кивнул следователь на пороге полицейского управления, сочувственно оглядел вдову.

- Мисс, - хрипло поправила Белль. Она не говорила уже почти сутки до этого момента. - Мисс Беннет. Я не успела стать миссис.

Ее завели в небольшую комнату с односторонним стеклом, и ее хлюпающее кровью сердце на миг остановилось. Девушка отшатнулась назад, врезаясь в одного из детективов.

- Не бойтесь, они вас не видят.

Неверно истолковали ее поведение. Она совсем не испугалась. За себя. Брюнетка лишь увидела Ричарда среди арестованных. Голова заболела ещё сильнее. Копы зачитали ей правила, но Белль лишь рассеянно кивала. Парень был под номером «два», и, когда Белль спросили, не узнает ли она кого-то… Девушка незамедлительно по-детски ткнула пальцем в номер «три».

- Это он, - затараторила она. - Точно он.

Задержанных увели, расфасовали по допросным и камерам, а «вдову» попросили заполнить заявление. Теперь, надеялась она, его отпустят. И даже если он теперь убьёт и ее саму - нестрашно. Совсем нестрашно.

- Я сама найду выход, - Белль вежливо улыбнулась, хотя выражение лица оставалось абсолютно отстранённым.

Она брела по коридору участка, шаркая белыми кедами по линолеуму, и в какой-то момент поняла, что вконец заблудилась. Обернулась, чтобы найти кого-то из сотрудников, но тут увидела то, что второй раз за последние полчаса заставило ее сердце застыть и перестать стучать. Допросная. Через крохотное окошко было видно, что Ричард сидит один. Решение она приняла прежде, чем подумала, что же решат полицейские, когда ее там обнаружат. Девушка открыла дверь и решительно зашла внутрь. Мама в таких случаях говорит: «сердце привело».

Он обернулся и посмотрел на неё с удивлением с примесью желчной ненависти. По крайней мере, ей так показалось. Должно быть, было за что. У неё было время «подумать над своим поведением». Несколько мгновений потоптавшись на месте, Белль тихо выдохнула и медленно прошла и села за стол. Напротив. Не сводила с Ричарда глаз. Ее пустота и его соприкоснулись в танце ненависти и боли.

Наручников на нем не было. Собираются отпустить?

- Кажется, я только что оговорила невиновного человека, - просто сказала она, едва шевеля губами. - Хорошо, что больше никто тебя не успел разглядеть.

Ей жутко хотелось протянуть руку и коснуться его. Если понадобится, приложить его ладонь к собственной шее. Чтобы показать, честно показать:

«Я не боюсь».

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » deal with the devil.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно