Леви Аккерман ⋯ Levi Ackerman

Shingeki no Kyojin ⋯ Атака титанов

ВОЗРАСТ:

32 / 35

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

Капитан элитного отряда Разведкорпуса, «сильнейший воин человечества», обладатель ручного титана

https://i.imgur.com/96VQOZL.gif

❝I choose the hell of humans killing each other over the hell of being eaten.❞

Твоя история

Эрен ухватывает его рукой за ногу, кое-как переползая обратно с покатой крыши в центр, и уверенность Леви в своих действиях едва заметно, но всё же пошатывается.

Йегер, впрочем, слишком часто оказывается не там, где надо, чтобы к этому не успеть привыкнуть.

«Надо было приложить его сильнее», — думает Леви. Надо было приложить его так, чтобы этот мальчишка — вечно сующий нос туда, куда не следует, и лезущий в места, не предназначенные ему ни по опыту, ни по возрасту, — свалился с крыши на землю, обязательно себе что-нибудь сломав. Желательно, позвоночник. Идеально — вместе с руками и ногами. Силы титана восстановят все повреждения, а вот у Леви будет больше времени и меньше проблем.

Леви Аккерман ненавидит проблемы так же сильно, как не любит принимать решения.

Со спасением задницы Йегера было просто — что тогда в лесу, что после; Леви с горькой усмешкой, недоступной никому на этой крыше, вспоминает своё «я оставлю выбор тебе», и понимает, что здесь и сейчас подобное не сработает — доверять наверняка повлияющее на судьбу мира решение кучке слюнтяев он не готов. Сам он, впрочем, мешкает достаточно, чтобы другие начали это замечать. Йегер, вон, даже тянет уже свои ручонки.

Ему совсем не хочется исходить из привязанности; в то время как Эрен лопочет себе под нос какую-то сентиментальную чушь, размазывая по крыше сопли, Леви вполне может парировать тем, что знает Эрвина достаточную часть своей жизни, чтобы начать считать его элементом в ней неотъемлемым. Таким элементом, которого и нужно спасать — уже не говоря о его заслугах в Разведкорпусе, которых наберется не меньше, чем у этих юнцов вместе взятых.

Эрвин, который когда-то давно разглядел в нём что-то. Эрвин, который однажды попросил его не жалеть о собственных выборах. Эрвин, прикрывавший ему спину — своим опытом, своими советами, самим, в конце концов, собой.

Всё на крыше вновь приходит в движение; Ханджи удерживает Микасу, рвущуюся в бой ради Эрена — не ради Армина даже, думает Леви, а ради мальчишки, чьи ссадины уже наверняка начали затягиваться, и чьи пальцы продолжают сжимать его сапог. Жан готов, кажется, тоже двинуться с места — вот только смелости ему, в отличие от девчонки, не хватит на то, чтобы выступить против капитана. Леви продолжает думать, и думает так напряжённо, что капельки пота на висках начинают мешаться с уже запёкшейся там на коже кровью.

Он дёргается в сторону Эрвина, и оглушительные крики окружающих чуть не рвут ему барабанные перепонки.

— Капитан... — сипит Йегер, и Леви застывает, стискивая шприц в пальцах и не успевая двинуть Эрену ногой по лицу. Это запрещённый приём: эта интонация, эти слова на выдохе, которые Эрен произносит только тогда, когда ему по-настоящему что-то нужно — и ради этого чего-то он готов, судя по всему, умереть и сам, — вся эта фраза пошатывает его равновесие сильнее нужного: — Капитан Леви...

Он шепчет что-то про море, и Аккермана отбрасывает на день назад в тот случайно (или не очень) подслушанный разговор малышни. Полный предвкушения и восторга Армин рассказывает про бескрайнюю водную гладь за стенами, такую, что увидеть конца глазом нельзя вовсе, и Леви совсем не обязательно смотреть на Арлерта, чтобы знать, как ярко горят в этот момент его глаза. Сидя в своём импровизированном укрытии за стеной, он слышит смех Эрена — открытый и счастливый, какой с момента первого превращения в титана он слышит всего пару раз, — и внутри что-то обрывается.

Почти так же что-то обрывается в нём при разговоре с Эрвином — Леви не думает, что получит на свои вопросы такие ответы, оттого принять их оказывается гораздо сложнее. Он стоит у двери, опустив голову и задумчиво рассматривая пол под своими ногами, и не понимает, с каких пор Эрвин Смит, в руках которого находятся много лет столько жизней — в том числе и его, Леви, тоже, — ставит выше них самого себя. Он не понимает, а Эрвин не спешит объяснять, но Аккерману этого достаточно, чтобы счесть разговор оконченным и выйти, мягко прикрыв за собой дверь.

— Покиньте крышу, — чётко проговаривает он, даже не думая повышать голос, чтобы перекричать буйствующую девчонку и вцепившегося в него как клеща Эрена. — Все до единого.

Его не ослушается никто из них — даже Ханджи, к которой вот-вот перейдут обязанности Смита. Они будут лить слёзы, они будут прощаться с Арлертом и проклинать Леви, пока отступают на здания поодаль; Аккерман же знает, что это своё решение ему не раз потом придётся доказывать, обосновывать и защищать, но он вовсе не против отстоять в этот раз своё мнение — и даже словами, а не сапогом по лицу.

Леви делает глубокий вдох, стирает тыльной стороной ладони ещё не совсем подсохшую кровь с глаз, и поворачивается к Армину.

— Надеюсь, ты приведёшь нас к этому своему морю, и это всё, — он на мгновение поднимает взгляд, осматривая разрушенную Сингансину, — было не зря.

Эрвин Смит однажды просит его не жалеть о сделанных выборах. Леви планирует не подводить в этом Эрвина и дальше.

СВЯЗЬ:

лс

ЧТО СЫГРАЛ БЫ?

всё, о чём сможем договориться