no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » Я делю твой грех и приговор.


Я делю твой грех и приговор.

Сообщений 61 страница 90 из 131

61

— Эээ, с любого можно что-то да получить, — Алекс оскалился, — Давай подумаем. Кого он может знать, что выболтать, до чего дойти. Я бы на твоем месте прощупал кто у него учителя, сокурсники и прочее и прочее. Может быть этот Рубинштейн был в числе тех, кто читал ему лекции. Или он у него стажировался. А может быть у него есть доступ к каким-то документам, которых у тебя нет. Попробовать можно. А не получится или он окажется пустышкой — пошлёшь его ко всем чертям.

Он сделал неопределённый жест рукой, словно в подтверждение своей мысли. Иногда даже знакомство с уборщицей склада может открыть двери к наживе. А тут целый штатный психолог, да ещё и влюблённый. Зачем доставать жар из печи своими руками, если можно сделать это чужими? Безусловно манипулировать и использовать людей в своих целях — гнусно. Однако не гнусно ли воровать и убивать? Тарасов делал в своей жизни и то и другое. И не стыдился. Жизнь есть жизнь. Так с чего ему переживать из-за какого-то Стаса?

— Можешь, иначе для чего выигрывать? — он обнял её, притянул к себе, жадно отвечая на поцелуй. Рядом с Лерой Алекс, по какой-то причине, чувствовал себя вечно голодным. Но его пир снова прервали.

Голос Стаса, когда Лера включила громкую связь, сразу же выдал его состояние. Алекс хмыкнул, скрестил руки на груди и стал слушать излияния пьяного воздыхателя своей новой подруги. Просто самый настоящий идиот. С другой стороны — может быть Тарасов сам был таким идиотом, который лез в капкан, могущий захлопнуться в любой момент? Он отмёл эту мысль, сосредоточившись на другой — как использовать Вишнякова в их общем с Беловой деле.

— Действительно, хорошим девочкам ночью не звонят,— прокомментировал реплику Леры Алексей, когда та повесила трубку. Он уже рисовал в своей голове примерный план действий  — что она должна у него спросить, как и когда. Что им сделать с информацией, которую они могут получить, а могут не получить вовсе. — Хорошие девочки звонят по ночам сами. Но только плохим мальчикам. Не так ли?

Он криво усмехнулся на её вопрос, ответив ей поцелуем в шею. Она кружила ему голову. И это было плохо и хорошо одновременно. Плохо потому, что его жизнь готова была вот-вот уйти под откос. Свалиться в ещё большую яму. А хорошо ... Ему редко бывало хорошо с кем бы то ни было, и сейчас, обнимая и целуя эту женщину, Алексей упивался непонятным, но крайне приятным ощущением тепла. Это ощущение странным образом напоминало то, которое рождалось в его душе, когда он, когда-то давно, находился рядом с Сережей. И возможно поэтому Тарасов отдался ему без остатка.

— Что же это за жизнь, если я там лучший экземпляр? Ты честное слово плохо её ценишь, моя дорогая, если считаешь меня подарком судьбы, — эта реплика могла бы показаться резкой, но сказана она была с мягкой ухмылкой. Прижимаясь спиной к простыням кровати, Алекс, снизу вверх смотрел на женщину, что сейчас расположилась на его бёдрах, и улыбался, как дурак.

— И как же ты хочешь распорядиться своим приобретением? — поинтересовался он, то касаясь её груди, то с нежностью проводя кончиками пальцев вдоль позвоночника. Ему нравилось дотрагиваться до неё так, словно она была тем, что ему предстояло похитить — своими чувствительными пальцами вора он, словно, прощупывал Белову под кожей.

Отредактировано Alex Tarasov (2021-09-11 14:46:10)

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

62

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Ждёт, чтобы инициатива исходила от неё? Ох, он ее получит в полной мере. Лера хищно улыбается, посмеивается, снова жмётся к Алексу, целует по-звериному, сползает ниже, задевая зубами кожу шеи, и ещё ниже, пока не оказывается стоящей на коленях. Смотрит на мужчину снизу вверх, пока в расширенных зрачках черти водят хороводы. Беловой хочется, чтобы он получил стопроцентное удовольствие рядом с ней, чтобы и мыслей не возникало о других женщинах. Можно разве только что об одном рыжеволосом парне. Девушка так развратно облизывает губы, касается ими главной точки наслаждения любого мужчины, помогает себе одной рукой, пока второй хаотично водит по его животу, царапая острыми ноготками. Хотел плохую девочку? Получите, распишитесь. Лера слушает его хриплое дыхание, что будоражит только сильнее, и она то потихоньку ускоряется, то замедляется, так бессовестно дразня. Остатки красной помады смазываются окончательно, оставаясь следами на коже. Девушка максимально контролирует процесс, чтобы не дать Тарасову расслабиться раньше времени, чтобы держать его в напряжении и дальше. Держит опасного преступника целиком в своей власти.

Лера победно поднимается на дрожащие от стояния на коленях ноги, взмахивает волосами, наливает себе и Алексею ещё по стакану алкоголя, свой осушает быстро и вновь переживается на его бёдра, кусает, целует, вновь оставляет свои метки на нем и ведёт себя совершенно непотребно. На самом деле, мало с кем за свою жизнь Белова раскрепощалась настолько. Но сейчас, с ним, она не стеснялась абсолютно нечего, отдаваясь бешеному внутреннему голоду суккуба. В комнате сносится даже слишком жарко, открыто бы форточку, но девушка просто не могла оторваться от Алекса ни на секунду.

- Проведёшь мне экскурсию по своим шрамам? - ну фетиш же, точно. - Какой откуда взялся?

Водит ноготком вдоль каждого, зная, что подобным щекотным действием вызовет у мужчины мурашки. Как же она кайфовала от его реакции на ее жесты. Девушка берет его руки и вульгарно перемещает на собственную грудь, столь жадная до его прикосновений. Она, кажется, очень давно так сильно кого-то не хотела. С самой лечебницы и запертого кабинета психиатра.

За рёбрами расцветает сад. Бордовые розы кустами разрывают альвеолы, не позволяя дышать полной грудью, но Белова сейчас не против задохнуться.

+1

63

Невзирая на то, что Алекс уж давно на свободе, ему всё равно ценен каждый день, который он проводит в комфорте — в теплой постели, рядом с красивой женщиной, в ночи полной страстных вздохов и прикосновений. Иногда он не замечает этого, не вспоминает, истомлённый рутиной и всем тем, что так часто мешает нам обратить внимание на сладость обычной жизни. Но в такие минуты как сейчас его нет-нет, да и пронзает сладостная мысль: "Я — жив. И эта жизнь — прекрасна!". Он жив и берёт от этой жизни всё — никого не спросясь, ни на кого не оглядываясь. Для него не было условностей, запретов, опасений — ничего не было, кроме сладостного упоения жизнью.

... И плохая девочка Лера, которая делала с ним сейчас всякие порочные штучки, давала ему возможность опьянеть от этой жизни снова и снова. Прикосновения её нежных губ и языка к его естеству делали своё дело неумолимо. Откинув голову назад, цепляясь пальцами за светлые волосы любовницы, поглаживая её по голове в подбадривающем жесте, Алекс словно плыл в обжигающем водовороте. С губ срывались хриплые стоны, под закрытыми веками бушевал пожар. Ему хотелось одновременно и оттолкнуть от себя Валерию и всеми силами удержать на месте, чтобы та не останавливалась ни на мгновение.

Она дразнит его нещадно, не давая расслабиться настолько, чтобы, наконец, забыться. Вместо этого вновь наполняет их стаканы. На сей раз Тарасов пьёт без отвращения к сладости напитка. У него в горле пересохло. Она вновь оказывается сверху, пленительно дразня и распаляя настолько, что кажется — комната пылает огнём. Слишком соблазнительная, слишком порочная. А ведь на первый взгляд не скажешь, что это так. На первый взгляд Белова — сама невинность. Но эта невинность сейчас слишком хорошо знает, что сделать с ним, чтобы Тарасов окончательно потерял самообладание.

— Что? — откликается он на её вопрос, когда она спрашивает о его шрамах. В голове всё путается. Он даже не может собраться с мыслями, когда, наконец до него доходит о чём именно спрашивает Лера, — Откуда ... Ну, давай начнём по порядку.

Он рассказывает ей об ударе ножа в колонии, о том, как попал на перо к одному авторитету, а потом тот взял его себе на работу. О шальной пуле, пойманной им во время "стрелки" с реутовскими ребятами, когда нелёгкая занесла Тарасова в Москву. У него было много таких историй. Очень много. Даже больше, чем шрамов. Вопреки ожиданиям, ему было приятно делиться ими с Лерочкой сейчас. Уж слишком та была ненасытна, даже жадна до них.

Его руки блуждали по её груди. Не имея сил сопротивляться, Алекс лишь гладил её, молчаливо побуждая к действию. Однако где-то в глубине его естества уже зрело привычная звериная алчность, которая мечтала и ждала, когда же наконец возьмёт верх над женской слабостью. Белова ещё не знала, но ей надлежало остерегаться того, что поверженный мужчина выйдет из-под контроля.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

64

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Ей хочется слиться с Алексом воедино, буквально жить в одном теле, потому она внимает каждому его слову, не смотря на сильное, животное возбуждение. Запоминает каждую историю, проводит пальцем по каждому рубцу, о котором заходит речь, невесомо покрывает легкими поцелуями. Затем Белова переворачивается на спину, утягивая мужчину за собой, побуждая оставить больше следов и на ней самой. Она хочет чувствовать себя его.

- Мы же вместе, да? - внезапно Леру начинает мучать этот вопрос.

Ей захотелось повесить на них пресловутый ярлык, пришпилить таблички им на спины: «Собственность Валерии Беловой» и соответствующую «Собственность Алексея Тарасова». Пограничная натура даёт о себе знать. Девушка буквально умрет, если к Алексу притронется кто-то, кто не она. Какая-нибудь Марго, например.

- Как Бонни и Клайд, - о да, она слишком романтизирует преступную жизнь, но что поделать? Выжила бы она вообще без этой сладкой романтизации?

Чутьё ведёт ее сквозь самый мрак, указывая на свет в самом конце, что виден лишь ей одной. Возможно, Тарасов посчитает ее инфантильной, но Лера, не смотря на внешнюю хрупкость, абсолютно точно знала, что делает. Она приняла решение. Пусть неверное в глазах общества, зато самое верное за всю свою жизнь. Когда они помогут ещё и Серёже, Беловой будет нечего бояться, кроме как потерять кого-то из них. Да она скорее сама схватит пулю, чем даст в обиду кого-то из своих мальчиков. Такое вот черно-белое мышление. Все или ничего.

- Все или ничего, - произносит вслух последнюю мысль прямо в губы любовника.. нет, своего парня.

В ней говорит отнюдь не алкоголь. И не страсть. В ней говорят самые искренние чувства и переживания, что она когда-либо испытывала. И Лера будет учиться всему, что скажет Алекс, чтобы соответствовать своему мужчине, чтобы он мог гордиться ей. Она снова дразнит, распаляет его сильнее, ожидая, когда он наконец взорвется и сделает с ней все, что хочет. Если в первую их ночь Белова все ждала момента перехватить контроль у Тарасова, то теперь она жаждет, чтобы он взял из неё, вытряс все, что только может.

Вспоминается история Джона Диллинджера. Врага общества номер один. Исход гангстера и его мадам кажется самым правдоподобным для Алекса и Леры, но девушка не загадывает на будущее.. хоть и очень хочется. Такие, как они, не живут долго и счастливо. Умирают молодыми, но зато их чувствам, их жизни могут позавидовать все «обывалы» мира, как называла про себя Белова простых мирных граждан. 

Девушка разрешает себе блаженно улыбаться, мурлыкать и стонать. Прогибается в спине, извивается змеей, запрокидывает голову, подставляя тонкую шею под поцелуи и укусы. Реагирует на каждое прикосновение Алекса и все ждёт, когда он перехватит контроль. Телефон на прикроватной тумбочке снова уныло дзынькает, краем глаза Лера замечает имя проклятого Вишнякова. Кажется, опять рассыпается в извинениях. О, дорогой, у тебя ещё будет возможность искупить свою вину.

- Да пошёл ты, - хрипит Белова и сбрасывает телефон с тумбочки на ковёр.

В это мгновение она принадлежит только одному мужчине, и от этой мысли кружится голова. Она скрещивает ноги но пояснице Тарасова, прижимаясь ближе, насколько это вообще возможно. На языке катается проклятое слово на букву «л», которое еще слишком рано произносить, но никак не удержаться. Конечно, пока она этого не скажет, но.. до поры до времени.

+1

65

— Да, — шепчет он ей, мягко касаясь губами век и скул.

Да. Да.

Пока история складывается именно так и никак иначе. А потом ... Боже, да ему наплевать, что будет потом! Главное, что сейчас он находился в постели с женщиной, которая дарила ему большое удовольствие. Слишком большое для того, чтобы Тарасов мог перед ним устоять. Она переворачивается на спину, давая ему возможность быть сверху, отдавая бразды правления в его руки, будя лукавый огонек в глубине зрачков. Валерия знает ... Ей, как истинной женщине известно, когда и как надлежит настоять на своём, а когда — спасовать, сделав вид, что она побеждена. Но побеждён он, и, надо сказать, понимает это, как никто.

Она продолжает шептать ему имена, которые ничего ему не говорят, продолжает говорить о том, что ему хочется услышать. Если бы у Тарасова сейчас включилось бы подозрительность, он бы подумал, что Лера заманивает его в некую игру, которая, в итоге, способна была его погубить. Он мог бы предположить, что она, как змея-искусительница, тянет его в могилу. Но — нет. Он даже не думал, не помышлял об этом теперь.

Лихорадочный шепот в его губы, стоны, объятия столь пылкие, что, наверное, нужно быть сделанным из камня, чтобы не воспламениться в ответ. Этого всего сейчас в избытке. Если угодно, то Тарасова пожирает пламя  — сжигает его кожу, добирается до внутренностей, испепеляет кости. И это не просто секс  — нет, дело не в банальном соитии, которое можно купить за деньги. Дело совершенно в другом. Она понимает, жаждет, не отталкивает его. Девушка из другого мира, другой судьбы. Она ищет опасность и находит её в лице того, кто, обладая всеми элементами этой опасности, всё же достаточно человечен для того, чтобы оберегать её. Он убьёт каждого, кто захочет навредить ей. Ну или переломает им ноги и кости. Каждого, кто пожелает причинить боль.

Хотя сам не боится сделать это. Её ноги обхватывают его бёдра, он сливается с ней, одновременно протягивая руку к пустому стакану. Резкий взмах   — и тот разбивается пополам, оставляя глубокую царапину на его ладони. В возбуждённом состоянии ему кажется, что эта кровь  — невыносимо алая. Алекс подносит свою ладонь к её щеке, проводит по коже оставляя след, и только после этого вонзается осколком в ладонь самой Беловой. Не глубоко, но достаточно ощутимо. Она же любит шрамы? И она гордится тем, что остался ей от истории с Разумовским. Теперь у неё есть и его собственный  — мальчишки из барака, который мечтал стать фигуристом, а превратился в вора и отъявленного бандита.

Теперь его движения в ней властны, но не резки. Пальцы сплетаются с её пальцами. Рана саднит, как может, когда-нибудь, будет саднить душа. Когда всё кончится. Если всё кончится. Может быть они сойдут в ад вместе и никогда не расстанутся. И это будет их личным сортом ада, потому, что для таких, как они рай невозможен. Если только трижды проклятый.

— Ещё?

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

66

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Белова не сразу понимает, что происходит, когда чувствует влагу на своей щеке, а обонянием улавливает запах металла. Но, когда до неё доходит, девушка сдавленно смеётся, кусая и свои, и не только свои губы. Их тьма достигла апогея, и она довольна как черт. Еле слышно шипит, когда в ее ладонь вонзается осколок, прогибается и продолжает сладострастно улыбаться, прикрыв веки. Лера разрешит ему что угодно, особенно тогда, когда его действия совпадают с ее самыми мрачными сокровенными фантазиями. Теперь на ладони останется след от Тарасова - точно стигмата у Иисуса. Их руки соединяются, происходит пьянящий обмен ещё и кровью, что будоражит, превращает происходящее во что-то ритуальное, в самое что ни на есть жертвоприношение. «Отдаёте ли вы себя во власть Сатане друг другу»? Определенно, «да». Чувство наполненности внизу живота кружит голову с новой силой, в частности от мысли, кем именно. Белова больше не волнуется, что Алекс уйдёт с утра, что будет как-то не так вести себя после секса, потому что ответ, что он ей только что дал, куда красноречивее любых слов. В прямом смысле.

- Ещё, - соглашается Лера, поднося их переплетенные пальцы к своему лицу. - Всегда.

Девушка слизывает кровавую струйку уже даже неясно чьей именно крови, словно они и вправду превратились в единый организм. Белова более не может сдерживаться, тело сотрясают легкие судороги, и в этот момент она бесконтрольно кусает Алексея за плечо.

- Как медик, - еле слышно шепчет Лера, пытаясь совладать с дыханием. - Я бы сказала, что руки стоит обработать, - заглядывает в омут его глаз. - Но, как твоя девушка, я скажу, что теперь мы точно идём в совместный душ.

Расслабившиеся слегка мышцы ноют, но девушка не торопится расцеплять ни их пальцы, ни свои ноги, оплетающие его тело. Ей нравилось все ещё чувствовать его в себе во всех смыслах.

- Теперь, - улыбается со всей возможной теплотой и нежностью, что контрастирует с самой ситуацией. - Ты должен мне не только новый лифчик, но и новое постельное белье.

И правда, белоснежная подушка и простынь насквозь пропитались алым. Кое-как Лера все же заставляет себя подняться на ноги, но тут же пошатывается. Оборачивается к мужчине, лукаво осматривает и тянет за здоровую руку, заставляя встать, и затем приподнимается. Вынуждает поднять ее, вновь скрещивает ноги в щиколотках за его спиной.

- Неси, я не дойду, - хрипло смеётся, признавая, что Алекс оказался лучшим любовником в ее жизни, и точечно целует его в нос, скулы, лоб и затем в губы.

В ванной девушка включает горячую воду, от которой по помещению мгновенно расходятся клубы пара, а сама вжимается спиной в холодный кафель, вновь притягивая к себе мужчину за шею. Ладно саднит, но и не фиг ли с ней? Сейчас это ощущение кажется даже отчаянно приятным.

- Спасибо, что вернул к жизни, - шепчет чуть громче, чтобы можно было услышать сквозь журчание воды. - А теперь позвольте поиздеваться, - ласково хихикает и берет в руки малиновый скраб.

Неповреждённой рукой растирает его по телу Алекса под какое-то недовольное бормотание, но так, думается ей, Белова оставит на нем еще и свой запах. Прижимается снова, трется, а малиновые зернышки так приятно катаются меж их телами. Сейчас рядом ей не хватает лишь одного человека. Проскакивает шальная мысль о душе втроём.

- Так каков наш план? - спрашивает несерьёзно, будто они не собираются врываться в охраняемую психиатрическую лечебницу для преступников. - Что мне завтра выведать у Стаса?

+1

67

Не каждый раз ему хотелось чудить в постели. Иной раз Алекс ловил себя на мысли, что устал. Просто, прямо и категорически устал от того, что ему не интересно с многими женщинами (о мужчинах он, после Сергея, вспоминал редко). Даже Марго, которая продержалась рядом с ним дольше всего, в итоге надоела Тарасову. Не потому, что была так уж плоха, нет. Просто он не чувствовал себя с ней тем, кто вызывает у неё трепет и страсть. С ним было удобно, хорошо, он повышал качество жизни. И на этом всё. Вслух об этом не говорилось, но ощущалось даже в той разнице, коя присутствовала во взгляде Марго и Леры. В том, как та или другая откликалась на страсть. Или вот на такие причуды. Отчего-то Тарасов был уверен, что Марго оттолкнула бы его, грозно зашипев, в то время как Валерия нашла его странное действие весьма возбуждающим.

Она шепчет ему не останавливаться, слизывает кровь с его кожи, и Алексей физически ощущает, как страстная дрожь сотрясает её тело. Лера кусает его и Тарасов с приглушённым рычанием зажимает ей рот рукой, чтобы в резком, болезненном толчке остановиться и замереть. Перед сомкнутыми веками пляшут огненные мошки. В горле пересыхает, поэтому Алекс отвечает Лере низким, хриплым голосом:

— Ничего с раной не случится... Это я тебе говорю, не как медик, а как жертва ножей, — кривая усмешка, — Но душ это прекрасно.

Валерия продолжает цепляться за Тарасова, и он вовсе не спешит разрывать этих объятий. Ему приятно смотреть на неё, такую раскрасневшуюся и прекрасную. Нечто в нём, некрасивое, грубое, рождённое где-то в тёмных барачных комнатах, всё же тянется к красоте, к чему-то необыкновенному. Тому, что таким как Алекс принадлежать не может даже в мечтах. Но он, невзирая ни на что, шёл к тому, чтобы обладать самым лучшим. Когда-то давно его мечтой было есть каждый день глазированные сырки, теперь же, когда с сырками покончено, как и машиной, квартирой и хорошей одеждой, Тарасов заимел новые мечты. Например, о женщине типа Беловой. Почему бы и нет?

— Составь мне список всех потерь.

Он обхватывает её руками и несёт в ванну. Голова кружится, но остановиться и разорвать объятие было бы слишком. Слишком для него сейчас. По пути он целует Леру в шею, щекоча губами кожу за ухом, шепчет ей всякие глупые непристойности, какие только на ум приходят. В выражениях Тарасов не стесняется, но говорит он всё это столь нежно, что вся грубость слов размывается.

— О, пожалуйста, — в тон отвечает Беловой Тарасов, слегка поводя плечами под тёплыми струями воды. Он широко, по мальчишески улыбнулся Лере, погладил ту по волосам, — Мне как бы совсем не сложно ... Обращайся, если что.

Она начинает мазать его какой-то гадостью, которая пахнет и выглядит как варенье. На это Алексей начинает вяло протестовать и пытаться увернуться, но в конце концов сдается, отдавшись просто приятному ощущению прикосновений к собственной коже. Тем более, что Лера снова начинает его поддразнивать, слишком плотно прижимаясь к его груди своей. Чтобы отвлечься от этого напора, Тарасов хватается налету за мысль о Стасе.

— Ах да ... Во-первых, нужно попробовать узнать, не знает ли он Рубинштейна. Это вполне может быть. И если да — насколько хорошо. Дальше ... Стоит прощупать тот момент — не может ли Стас иметь доступ в закрытые учреждения. И самое главное ... Чем на него можно надавить. Только ли влечением к Лерочке, мм? Этого мало. Нужно что-то ещё ... То из-за чего он может бояться вылететь с работы, потерять репутацию ... Чёрт, ну что ты такое делаешь? — последняя фраза тонет в приступе смеха.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

68

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Лера угукает на каждое слово Алекса, но не прекращает улыбаться, кусая губы, и смотреть на мужчину абсолютно и бесповоротно влюблёнными глазами. Белова влюблялась и раньше, до рокового переезда в Петербург, и чаще всего эти парни были абьюзерами или не любили девушку в ответ, откровенно пользуясь ее чувствами, но сейчас дело было даже в этом. Разумовский и Тарасов вызывали в ней одновременно схожие, и одновременно совсем разные ощущения, идеально дополняя друг друга. И, зная судьбы обоих, Лере хотелось подарить им то тепло, те заботу и любовь, какие были в ее детстве. Отдать всю себя, лишь бы они были счастливы. И в данную секунду девушка, не прекращая посмеиваться, размазывала скраб по телу Алексея, а затем, просто вдруг захотелось, наградила звонким шлепком по заднице. Запах малины разнесся по небольшой комнате, и девушка вдруг подумала, что как-нибудь затащит его и в ванну с приторной бомбочкой, коих у неё было много. Нет, ну просто представляла себе: криминальный авторитет, глава банды и сидит с ней в розовой водичке, пахнущей зефиром. Страсть уступила место всепоглощающей нежности по отношению к этому человеку. Ее парню. Белова и не пыталась противиться, а лишь поднялась на носочки, впиваясь в его губы пьянящим поцелуем, пока не поскользнулась и едва не уронила обоих. Схватившись за шторку, Лера звонко смеялась и слушала смех Алекса с замиранием сердца. Ей очень сильно хотелось верить, что он чувствует себя с ней так же.

- Так, ладно, - усмехнулась она и выключила воду. - Вытираемся и курить.

Доверие. Слово нашлось само. Она испытывает очень сильное доверие к этому человеку, чего в ее жизни ещё не было. Белова всегда чего-то опасалась, ревновала, варилась в соку своей тревожности, а с Алексом было… спокойно. Лера не боялась сказать или сделать что-то не то, показаться глупой или наивной.

Девушка смотрит на него курящего, сама выпускает в потолок небольшие колечки, ощущая холод ментола на языке. И просто улыбается. У них все получится. Иначе просто быть не может.

- Я встречусь с ним часов в шесть, - резюмирует она. - Напою хорошенько, расскажу глупую историю о болезненном расставании. Стас поплывёт, гарантирую. На всякий случай включу диктофон, чтобы не упустить важную информацию, - и прерывает рассуждения, чтобы снова взглянуть на Алекса и улыбнуться. - И сразу к тебе.

Спрыгнув с подоконника, Белова вновь и вновь по-хозяйски обнимает Тарасова, не в силах бороться с тягой к тактильности по отношению к любимому человеку.

- Я чертовски счастлива, - признаётся, не может утаить. Так скоро и до прямых признаний в любви дойдёт.

День вышел тоже чертовски длинным. Рядом с Алексом девушка теряла счёт времени, не различала день и ночь, словно они находились в какой-то иной вселенной, созданной только для них двоих. Троих, если повезёт. Сладкой зевнув, Лера все же перестаёт висеть на его плече и шлепает босыми ногами в спальню, дабы поменять постельное белье. Не в крови же им спать.

И в этот раз она знает, что утром все будет хорошо. Ей не придётся никем притворяться, не предстоит впадать в апатию или паническую атаку. Рядом с ним это просто невозможно.

Застелив кровать, девушка без сил валится на свежие простыни и игриво манит пальчиком Алекса, чтобы оказаться в кольце его рук и позволить явно уставшему организму отдохнуть.

+1

69

Не всегда ты можешь сказать — я счастлив, особенно если наделен натурой ненасытной, почти жадной. Не счастлив, но определенно удовлетворен тем, что происходит. Алекс чувствовал себя так, словно находился в неком опьянении, но вряд ли тому виной было амаретто — скорее уж присутствие Леры, которая всё больше и больше вела себя так, словно они знали друг друга уже очень много лет. Стеснение первых дней уступило место раскрепощенности, и пусть даже проявлялась она, конкретно сейчас, в шутливой форме, прекрасно указывала на то, что оставшейся лед между ними сломлен.

Этот малиновый запах, шлепки, смех, неловкие движения, заставляли Тарасова чувствовать себя мальчишкой. Наверно ему было бы нелепо получить подобное от Марго, но вот Лера могла заставить его сделать и такие дурацкие вещи, как например, намазаться женской фигней из тюбика, или, в конце концов, надеть один из её халатов — слава Богу не розового цвета.

Алекс стоит у окна, втягивая в лёгкие дым, ощущая себя донельзя расслабленным и умиротворенным. Нельзя быть таким, иначе легко можно поплатиться за собственную беспечность. Но … Иногда ведь так хочется побыть человеком, особенно когда большую часть жизни тебе этого делать не давали.

— Диктофон это хорошая идея, — кивает он, когда Лера снова возвращается к разговору о Стасте, — Попробуй его развести по максимуму. Может быть … У него есть это … Сбережения? Или богатенькие родственники? Обожаю истории про чужие деньги.

Алексей скалится. В глубине его зрачков распадается ирония, уступая место коварству. В конце концов, кто сказал, что нельзя соединять приятное с полезным? Это надлежит делать по возможности обязательно. Он не хотел себе в этом признаваться, однако в глубине души желал наказать этого глупого мальчишку за то, что тот перешел ему дорогу. Вернее — чуть было не перешёл. Не потому, что ревновал. Скорее из-за брошенной Лерой фразы про хорошего человека. Отчего-то эти слова до сих пор не выходили из его головы.

Потянувшись к женщине, Алекс осторожно приобнял её, положив подбородок ей на плечо. Он ведь тоже был счастлив? Нет? Сложно назвать это чувство одним словом. Поэтому сам он лишь ответил:
— Чертовски приятно это слышать, — и поцеловал её. Жадно, с грубостью уличного хулигана, который наконец-то добрался в мечтах своих до барышни в кружевах и обнаружил, что барышня эта только того и ждала.

***

Сон был резок, как нож и быстр. Вот Алексей закрыл глаза, устроившись рядом с Лерой на подушках, и вот он уже, по привычке своей, вскакивает в постели, задев женщину рукой.

— Чёрт, извини пожалуйста, — шепчет он, и всё ещё во власти неприятного осадка после сна, встаёт. На кухне, которая сейчас залита резким светом зимнего солнца очень тихо. Звеняще тихо. У себя он нередко включает какую-то музыку или даже врубает телевизор, чтобы тот работал фоном — его одолевают порой тяжкие мысли и в тишине кажется, что они звучат едва ли не над самим ухом. В холодильнике унылая пустота. Женская. Какой-то йогурт и яблоки. Алекс хмурится и захлопывает дверцу.

— Тебе не кажется, что нам нужно это … Того самого, — он входит в комнату, сбрасывает с плеч халат, но понимая как прозвучали его слова, смеется, — Пожрать. Что-то у тебя совсем в холодильнике грустно.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

70

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

- Эй! - засмеялась Лера, когда Алекс спросонья задел ее рукой.

Все-таки просыпаться с ним было воистину приятно. Вчерашнее ощущение счастья никуда не пропало с наступлением утра. Девушка натягивает на обнаженное тело длинную безразмерную толстовку и начинает шарить по шкафам в поисках чего-то, из чего можно сделать завтрак.

- Я могу испечь оладьи, - подаёт голос Белова. - Но это будет не очень быстро, так что можешь пока сходить в магазин? «Пятёрочка» в соседнем доме.

Пока мужчина собирается, она начинает подготавливать все для оладьев. На самом деле, Лера не сильно любила готовить, но Тарасова ей отчего-то очень хотелось накормить чем-то домашним. Когда он уже собирался выходить из квартиры, Белова подбежала и оставила невесомый поцелуй на его губах. От него все ещё прекрасно пахло ее малиной, что очень грело душу.

Девушка включает на фон пластинку с легким джазом и выгружает на стол муку, яйца, сахар и все остальное необходимое. После вчерашнего мышцы все ещё ныли, но боль казалась крайне приятной, хоть немного и усложняла процесс готовки. Перевязывает порезанную руку бинтом, чтобы в рану не попала соль, и мурлычет себе под нос незатейливую мелодию. Она порхала по кухне подобно бабочке или балерине, не прекращая улыбаться, когда вдруг услышала звонок телефона из спальни. Закатив глаза, Лера тащится в комнату, надеясь, что это не кто-то с работы решил вмешаться в ее чудесное воскресное утро. Но, взглянув на собственный разряженный айфон, она понимает, что это Тарасов забыл свой. Белова быстро находит источник звука и тут же застывает, ощущая накатывающую волну раздражения. Звонит Марго. Закусив губу, Лера борется с огромным желанием ответить и сообщить, что она его девушка, а сам Алекс отошёл в магазин, но, конечно, она этого делать не будет. Это означало бы бессовестное вторжение в его жизнь, и ей бы самой не хотелось, чтобы кто-то поступил с ней подобным образом. Вновь закатив глаза и тяжело выдохнув, Белова возвращается на кухню. Вот только мысли об этой брюнетке из головы уходить не хотят. Интересно, знает ли она, что на вчерашнее мероприятие вместо неё ходила Лера? Ревность расползается ядом по венам, не давая сосредоточиться на этих чертовых оладьях. Вновь появляется странное желание расцарапать Марго все ее нахальное личико.

Но ничего, девочка, держи себя в руках.

В прихожей хлопает входная дверь, и только тогда Белова осознаёт, что даже не закрыла за Алексом. Беспечность влюблённой бьет через край, раз она даже забывает такие элементарные вещи. Ей бы выйти его встретить, но она продолжает агрессивно месить тесто, вымещая на бедных продуктах одерживающую над девушкой верх злость.

- Тебе там звонили, - не оборачиваясь, цедит сквозь зубы Лера.

Конечно, Тарасов ни в чем не виноват, ей же самой половину ночи написывал Стас, но Белова ничего не могла с собой поделать. Все с той же агрессией она высыпает на стол ещё муки, что сразу разлетается во все стороны белым облачком, оседая на одежде и лице. Чувствует руки на своей талии и вмиг ощетинивается, сдувая выбившуюся прядь светлых волос с лица. Злится на саму себя, не на него. Злится из-за того, что вообще испытывает этот абсолютно нерациональный гнев. Глубоко вздыхает, пытаясь расслабиться, и принимает решение: она вытеснил эту чёртову Марго из его жизни хотя бы тем, что станет для него лучшей девушкой на свете. И, вот, Лера, лукаво улыбнувшись, берет горсточку муки и сдувает ее с ладони прямо в сторону ничего не подозревающего Алекса. Пусть накажет ее за такое плохое поведение.

+1

71

У него вкусы не самые аристократические стоит заметить. Впрочем, это не удивительно. В первый раз после долгого времени Тарасов досыта наелся в детском доме, хотя каждый знает, что с едой там у воспитанников особые отношения. Он до сих пор помнил, как впервые пошел на свои деньги в ресторан и что именно ел и пил. Но невзирая на это гурманом Алексей не стал. С другой стороны еда приготовленная близким человеком, даже не самая вкусная, производит особенное впечатление. Вот и на Алекса произвела, когда Лера сказала об оладьях. Он просиял и объявил девушке, что скоро будет.

Вернулся Алекс, правда, не совсем скоро, потому, что презрел «Пятерочку» и зашел в несколько других магазинов чуть дальше. Если у кого-то чувства проявлялись в охапках цветов, то у Тарасова — в пакетах с едой. Когда-то он с тем же рвением отдавал Сереже добрую половину тех сладостей, на которых был  так редки дни детдомовцев. Просто потому что. Ему не нужно было говорить лишних слов, зато проще было что-то сделать, пусть даже и излишнее.

— Вот кто так делает, — спустя полчаса он вошёл, нагруженный пакетами в коридор квартиры Лерочки, удивленный тем, что дверь она так и не закрыла, — А если бы кто-то посторонний пришёл? Нельзя пускать домой незнакомых людей. По телевизору главмент только об этом и талдычит.

Тарасов поставил пакеты на кухонную тумбу и стал разбирать. Яйца, сыр, несколько видов каких-то колбас, овощи, фрукты, молоко, глазированные сырки. Он почему-то подумал, что Лере очень понравятся эти сырки, хотя даже не знал ест она сладкое или нет. И только когда пакеты опустели он вдруг понял, что Валерия ему что-то сказала. И отнюдь не про дверь.

— Звонили? И кто? — телефон был благополучно забыт, как и осторожность.

В ответ Белова кинула в него горстью муки, и Алексей схватил её за запястье. Слегка и совсем не грозно.

— Кто звонил? Что такое?

Он притянул её к себе, заглянул в глаза, ища ответ на свой вопрос.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

72

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Алекс притягивает ее к себе, ничуть ни смутившийся ее выходке, что, признаться, Леру немного удивляет. Смотрит своими светлыми глазами прямо в ее, ждёт ответ, будто бы и не может пойти посмотреть сам.

- Марго, - Белова задирает подбородок, кривит губы в ухмылке. - Не волнуйся, я не брала трубку.

Воздух между ними электризуется просто от того, как близко они стоят. Девушка даже не знает, что хочет сейчас сделать: оттолкнуть Тарасова, чтобы не мешал готовить, или же наброситься на него дикой кошкой, оставить больше своих следов, чтобы эта Марго наконец убедилась, что территория занята. И без боя Белова ее не уступит. Усмехнувшись его обсыпанному мукой виду, она выводит пальчиком сердечко на его щеке и мягко отстраняется, отправляясь разбирать пакеты.

- Сырки? - уже с искренней улыбкой оборачивается Лера. - Обожаю, - ну вот и что на неё нашло? Мужчина накупил ей продуктов на неделю вперёд, учитывая то, как скудно она питается обычно, позаботился. А она развесила нюни и включила психованную ревнивую девушку, понимая, что такое никому не понравится.

Попутно убирая продукты в холодильник, Белова открывает один из сырков и с наслаждением поедает, а затем подходит к Алексу и оставляет на его губах сладкий глазированный поцелуй.

- Знаешь, я ведь задам ей трепку рано или поздно, - шепчет в шею, а у самой спина мурашками покрывается. - Не в грязи, конечно, но в снегу могу.

Усмехается, хочет стряхнуть с него остатки белой пыли, но вместо этого в девушке просыпается желание проказничать и дальше. Скалится ещё шире, смотрит своими тёмными глазами с легкой безуминкой и берет ещё одну горсть.

- А тебе в муке, - вновь обсыпает Тарасова, сразу со смехом убегая в противоположный конец кухни.

+1

73

Перед тем, как случилась эта история с Беловой, у Алекса и Марго всё было не настолько гладко, как можно было бы предположить на первый взгляд. Не самая приятная история, которых в мире и на постсоветском пространстве происходят миллионы, однако он до сих пор не отпустил эту ситуацию. Тарасов бы не таким уж обидчивым человеком, но в  его, что называется, заело, поэтому появление Валерии в его жизни стало для него решающим ответом на вопрос — быть или не быть, в конце концов. Он решил, что да, быть, но с Беловой. А теперь их связывала не только страсть, но и Разумовский. Историю с последним Марго и вовсе бы не поняла, так, что всё складывалось как нельзя лучше.

— Ну и что? — Алекс изумлённо вскинул бровь, которая была изрядно присыпана мукой. Не самая приятная проказа, но он даже не обратил внимание на жест Леры. Видимо после малинового скраба его сложно было чем-то удивить, — Звонила и звонила. Ерунда какая-нибудь наверное. Потом напишу ей.

Если бы что-то случилось, то ему дали бы знать другие люди, а не Марго.

Теперь он смотрит на Валерию с лукавой ухмылкой, наблюдая за тем, как она поедает сырок. И какая-то глупая, нелепая мысль о том, что ему нравится, как она ест, что она довольна всем, даже такой мелочью, греет его.

— А я ещё принесу, — отвечает он, не спуская с неё глаз.

Он весь дома сырками завалит, если только Лера скажет ему об этом. Да и чем угодно ещё. Наверное сейчас не принято так себя вести и нужно соблюдать некие дистанции, ходить вокруг да окало, дабы не потревожить чьё-то слишком хрупкое сознание. Но Тарасов был временами слишком простым человеком. Умным, хитрым, изворотливым, но при этом обычным парнем из простой семьи, который плохо понимал нюансы. В нём словно помещалось несколько, если не людей, то душ. Мальчика из детского дома, который готов поделиться последним сырком с другом, и изворотливого преступника, могущего заморочить голову кому угодно. Даже голос, движения, жесты его рядом с Лерой были другими — осторожными, мягкими, он не ёрничал и не фиглярствовал, не изображал из себя вкрадчивого, интеллигентного типа с настороженным, колючим взглядом.

— Зачем? Мне кажется стоит с ней поговорить. В конце-то концов. Думаю при удобном случае я это сделаю.

Это его выбор. Так или иначе.

Но на слова и жесты Леры Тарасов отвечает смехом. Он сам тянется к столу, на котором рассыпана мука и кидает ею в девушку, одновременно пытаясь поймать Валерию руками.

— И вот что ты делаешь? Не хватит же на оладьи твоей муки, — наконец Алекс ухватывает Белову за локоть, подтаскивает к себе, утыкается лицом в её затылок. — Если хочешь я тебе приготовлю что-нибудь сам? Если муки не хватит, а?

Быстрым движением он подталкивает Валерию к столу, усаживает прямо на столешницу и замирает, глядя ей прямо в глаза:

— Мама!
Ваш сын прекрасно болен!
Мама!
У него пожар сердца.
Скажите сестрам, Люде и Оле, —
ему уже некуда деться.

И ни сестёр у него не было, ни матери, но рубленные стихи революционного поэта отчего-то вырвались сами собой. Ему действительно никуда не деться и он прекрасно болен. А ещё — если женщина-товарищ, а не жалкая раба, значит жизнь — пожар-борьба в светлом зареве пожарищ. Или как-то так было написано в одной книжке про революционеров, которую Тарасов читал в колонии. Он тогда прочитал очень очень много книг по истории, ударился в социализм, а после стал анархистом. И эти занятия ему помогли — история, как известно, имеет особенность повторяться. Вот и сейчас ему была на руку политическая активность. Кстати, нужно будет поинтересоваться у прелестной блондинки, как она относится к тому, что происходит в их многострадальной стране.

— А что ещё ты умеешь?

Его тон слишком явно указывает на то, что интересуется Алексей отнюдь не кулинарией.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

74

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

- А ты ещё и готовишь? - смеётся Лера, пока Алекс утыкается в ее макушку. - Нет, ну что за мужчина!

Тарасов усаживает ее прямо на столешницу, и девушка едва успевает сдвинуть в сторону доску с тестом, о котором ещё нужно не забыть, но так сложно этого не сделать, когда тебя прижимает к себе любимый человек.

Он зачитывает ей стих. Мать твою, Алексей Тарасов только что прочитал ей стих. Сама Белова уже так много раз роняла неосторожные фразы о том, как он изменил ее жизнь, подарил счастье и, в принципе, вернул к этой самой жизни. Ей думалось, что она слишком торопится и ведёт себя как визгливо влюблённый подросток, и что Алексей этого не оценит, но то, что он сказал ей сейчас, перекрыло все. Внутри затрепетали пресловутые бабочки, дыхание участилось вместе с сердцебиением, Лера буквально почувствовала, как ее зрачки расширились. Девушке хочется радостно запищать, повиснуть на его шее и больше никогда не отпускать этого мужчину. Но вместо этого она молчит, не отрывая ошеломлённый взгляд от его внимательных глаз.

- Пожалуйста, не говори, что я тороплюсь, и не отвечай ничего, если сам не готов, - посерьезнела Лера. - Но мне нужно сказать это, - рваный вздох. - Я люблю тебя.

Вот так просто. Вот так быстро. Зато абсолютно чистосердечно и искренне. Может, это и вправду инфантильно. Ведь раньше Белова всегда считала, что для произнесения этих слов нужно пройти огонь, воду и медные трубы, пережить период отвращения, справиться со всем - и вот тогда да. Но Алексей перевернул все ее представления о влюблённости и любви. Она бросаться громкими словами не любила, и банальное «навсегда» говорила редко, но сейчас именно это она и ощущала. Интересно, сколько раз женщины говорили ему это? И кто врал, а кто был так же честен, как она?

Ей хотелось стать его безопасным местом, домом. Семьей. Ей хотелось стать его воздухом, чтобы он никогда ни в чем не нуждался. И в плане не финансовом, ведь это Тарасов мог позволить себе и сам в полной мере, а в душевном ключе. Чтобы он знал, что рядом всегда будет родственная душа, которая пойдёт за ним куда угодно, убьёт ради него кого угодно или даже отдаст жизнь. На это, была уверена Лера, Марго точно не способна.

- А что я умею, - слегка неловко откашлявшись, наконец отвечает на ранее заданный вопрос девушка. - Например, у меня хорошая растяжка, - игриво посмеивается, поднимая одну бровь. - Я какое-то время в Москве на воздушную акробатику ходила.

Белова притягивает Алекса за шею, горячо целует в самые губы, проводит языком по его скуле и закусывает мочку в уже полюбившемся нежном, но одновременно страстном жесте. Шепчет в самое ухо:

- А что, хочешь проверить?

+2

75

— Я же должен как-то существовать без женской помощи, — усмехается он, — Да и не скажу, что все мои ... Кхм ... Что мне часто кто-то готовил. А кушать хочется всегда.

Когда они с ребятами надолго ложились на дно, то никаких рестораны, доставок еды и прочего не могло существовать, как класс. Всё приходилось делать самому. Не сказать, что творения его рук можно было выставлять на стол в ресторанах, однако по крайней мере можно было есть без опасений. К тому же, и здесь снова играла роль вечная тяга к заботе — Алекс очень хотел чем-то порадовать Белову. Пусть даже яичницей с жаренной колбасой. Не только из цветов и обещаний состоят приятности этой жизни.

С губ Леры срывается признание. Она говорит ему о своих чувствах. И это признание не будит в Тарасове того, чего он обычно опасается. Неприятного, липкого пресыщения, когда ты получаешь то, что рассчитывал получить и перегораешь в одно мгновение. Нет. Он хотел это услышать. Потому, что ему важно было знать о том, что он не безразличен Беловой. Что он пробуждает в ней нечто большее, нежели чем страсть плоти и азарт новизны. Это признание дало ему понять, что он — не просто то зло, к которому тянется эта красивая женщина, а человек. Человек, который достоин услышать слова любви, а не отговорки и междометия, призванные скрыть безразличие.

— Я не буду тебе отвечать, что я не готов. Потому, что ..., — Алекс умолкает, не зная как точнее облечь в слова то, что гнездится в его сердце, — Потому, что я более чем хочу услышать это и сказать ... Люблю тебя, товарищ Белова. И как женщину, и как ... Чёрт возьми, у тебя есть вполне неплохие шансы сделать карьеру на ... моем берегу. Что скажешь, мм?

Ему бы этого хотелось, пусть даже подобное предложение означало бы то, что Тарасов сманивал Леру в порочный круг преступной жизни. Но где-то на уровне интуиции он понимал, что эта женщина не может без риска. Так пусть получает его где-то там, где он может проконтролировать (хотя бы примерно) результат. И в случае чего — защитить её.

— Ах вот оно что ... Как любопытно, — его взгляд становится ироничным, колючим, но, при этом, остается бесконечно нежным, — Очень бы хотелось ... ммм... Посмотреть.

Он приобнимет Валерию за плечи, осторожно спускается ниже по рукам — к талии. В ласковом, но требовательном жесте. Слегка поддается вперед, чтобы упереться бедрами в её пока ещё сжатые колени.

— Так что же?

Её язык приятно щекочет кожу, а дыхание сладко и горячо — в нём нотки чувствуются ванили и шоколада. Дразнящим движением он сам касается языком её щеки, когда, наклонившись, почти вплотную к ней шепчет:

— Я ещё не разу не пробовал с воздушной акробаткой... Какой промах с моей стороны! Непременно нужно наверстать!

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+2

76

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

И происходит то, чего Белова никак не ожидала. Алекс признаётся ей в ответ. В любви. Девушку обдаёт волной жара, который, спускаясь ниже, концентрируется в районе низа живота. Ей, определенно, всегда будет мало. Кто-то смог полюбить ее, принять со всей душевной гнилью, заползти в самую чернь и не испугаться ядовитых пауков. Лера будто с самого начала чувствовала, что Алексей особенный, с первого вечера знакомства начав обнажать сердце. И пока что она ни разу об этом не пожалела. Под подкоркой все ещё метались мысли, что ей стоит не забыть о встрече с Вишняковым, но имели место быть они отнюдь не от симпатии к коллеге, а из-за ноющего ощущения, понимания, что, пока они с Алексом милуются на кухне, ещё один дорогой им человек может переживать страшное. Но ничего. Скоро они вытащат Сергея. И все непременно будет хорошо.

А пока до встречи ещё оставалось время, Белова, ухмыльнувшись, подалась вперёд, разводя колени в стороны, и стащила перепачканную в муке толстовку через голову, заставляя белую пыльцу разлететься во все стороны с ее волос. Тянется пальцами к пуговицам проклятой ещё вчера рубашки, торопливо расстегивая каждую, уже готовая, ей богу, просто порвать эту чёртову вещь. На секунду тормозит, заглянув Алексу в глаза, и, деловито хмыкнув, именно это и делает. Оставшиеся пуговицы рассыпаются по полу, а полностью удовлетворённая Лера припадает губами к полюбившимся шрамам на груди мужчины. Наощупь, вслепую оперативно расправляется и с ремнём на брюках. Покусывая и местами посасывая кожу до новых фиолетовых отметин, добирается до его шеи и невинно шепчет:

- Ну смотри.

Белова спрыгивает со столешницы и, слегка растянувшись, закидывает правую ногу на плечо Алекса. Победно задирает подбородок, смотрит в его глаза, полные плескавшегося желания. Кажется, она просто не выживет, если он когда-нибудь перестанет так на неё смотреть.

- Найдёшь применение моей суперспособности?

Опираясь о Тарасова, забирается обратно на стол и откидывается на спину, утягивая мужчину за собой для непрекращающихся смазанных поцелуев, но ногу не убирает, прижимаясь к нему всем телом. Задевает рукой доску, которая с грохотом приземляется на пол вместе с тестом. Ну, что ж, не судьба.

- Упс, - смеётся сквозь поцелуй. 

Лера обязательно приготовит ему хоть вагон этих проклятых оладьев, просто позже. Определенно, позже. Тугой узел голодного желания разрывается фейерверками, и Белова жаждет активного наступления, хаотично водит рукой по животу Алекса, спускаясь ниже и ниже. Играючи проводит кончиками пальцев по его паху и порывисто выдыхает, когда чувствует его в себе. Выгибается в спине, позволяет делать с собой что угодно, заламывать руки, вновь оставлять отметины за запястьях, ощущая чистый кайф от его главенства над ней. Лучше любых наркотиков - а Белова со своим бурным прошлым знает, что говорит. Близость Тарасова пьянит девушку, заставляет забыть даже собственное имя, но только не его. И она шепчет, шепчет его имя с каждым хриплым вздохом, с каждым мурлыкающим стоном. Лера перехватывает руку Алексея, кладёт ее на собственную шею в доверительном жесте, позволяет подарить себе головокружащую асфиксию, растворяется в ощущениях, которые может ей подарить только он.

Она играет с огнём. Но все дело в том, что Лера всегда любила запах бензина.

+1

77

Он мог бы сказать ей много слов. Например о том, что не так то часто за свою жизнь встречал столь обворожительных и страстных женщин, готовых обожать его с ног до головы. Или о том, что не часто был знаком с теми, кто обладая столь хрупкой наружностью способны были столь бесстрашно кидаться в авантюры. В этом было некое особое очарование, которое действительно трогало за живое. Тарасову не нужно было повторяться, нести чушь, чтобы понравиться этой женщине. Он и так уже ей нравился. Она, по ее словам, его любила.

Алекс не был искушен в вопросах психического здоровья своих сограждан, и поэтому вряд ли бы заподозрил в страсти Беловой нечто не совсем нормальное. Возможно, действительно её к нему толкало нечто, что гнездилось глубоко внутри сознания этой хрупкой женщины. Возможно, то была вовсе не любовь, а тяжкий недуг, который мог толкнуть обоих на самое дно Невы. Но так сложились звёзды, что Тарасову было на всё это наплевать. Он просто хотел, чтобы Белова была рядом с ним. Просто хотел продолжать. Без причин. Без мотиваций. Возможно кроме одной — Разумовского. Всё остальное же значения не имело.

Ткань рубашки трещит. Пуговицы падают на пол. Алекс мог бы возмутиться, сказать, что ему придется идти обратно в рваной рубашке, и он может простудиться и помереть Лерочке на горе, но кто говорит о смерти, когда в твоих руках находится сама жизнь во плоти? Кто помышляет о болезнях и горестях, когда сердце твое отбивает бешеный ритм, возбуждение доходит до предела и единственное, что ты желаешь — это расправиться не только с самим собой, но и с той, кто распаляет тебя столь яро. С той, кто бесстыдно раскрывается перед тобой, шарит руками по обнажённой груди, цепляется пальцами за ремень брюк. С той, чьи зубы касаются кожи с жалящей остротой, оставляя на ней следы и отметины.

— Можно попробовать.

Он смеется и очарован этой проделкой, за которую, кстати, в определенных местах, готовы были отваливать немалые деньги. Иначе с чего бы все эти богачи так рвались завязать романчики или около того с балеринами и гимнастками. Если уж темнейшие лица государства не устояли перед подобным, то что же оставалось бедному выпускнику детского дома "Радуга", который глазированные сырки то видел по большим праздникам? То то и оно — пропадать под гнетом очарования искушённой любовницы.

И Тарасов пропадал. В этом всё дело. Пропадал, сходил с ума, выходил из-под контроля. Овладевая Лерой, заводя её руки так, что запястья оказывались прижатыми к столешнице, покрывая её шею, лицо, плечи грубыми поцелуями, он погибал от желания. Слышал и видел только её, подхваченный музыкой шепота любовницы, то ускоряя, то замедляя темп своих движений. Когда её пальцы легли на его руку и Белова молчаливо, но красноречиво продемонстрировала своё желание, Тарасов не стал противиться. Лишь усмехнулся. Он знал некоторые секреты. Знал, как и когда нажимать на определённые точки, туманя разум, но при этом не лишая тот ясности. Он чувствовал под кончиками пальцев, как в жилах Леры бьётся жизнь, как шумит кровь. Ему нравилось слушать её кровь, потому, что тело — то самое, которое, в отличии от слов, не лгало и не притворялось, отвечало особенным образом.

Возможно Алекс сдавливает её шею сильнее, чем нужно, но в какой-то момент трепет тела Леры подсказывает ему, что стоит остановиться. Но он не хочет этого делать. Вместо этого Тарасов лишь побуждает девушку сменить позу — теперь к столешнице прижимается её грудь и живот, а рука Алексея ложится на затылок, спускаясь чуть ниже, задевая шею и отбрасывая в сторону волну светлых волос.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

78

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Щека вжимается в дерево столешницы, и все, что может делать Белова, это так пошло размыкать пересохшие губы в форме буквы «о» и продолжать простанывать имя Тарасова. От ее активного дыхания со стола сдуваются остатки муки. Сознание затуманивается, сосредотачиваясь на ощущении чистого удовольствия, которое ей доставлял этот мужчина. Алекс не делал ничего лишнего, ничего, что могло бы Лере не понравиться или как-то ее оскорбить. Смешно, но раньше, с другими мужчинами, не считая Сергея, ей было неловко говорить о своих желаниях, а в большинстве случаев она и вовсе никому не доверяла полный контроль над своим телом, ограничиваясь мыслями «когда уже это закончится». Не все мужчины умели находить нужные точки и рычаги, но Тарасов управлялся с ее телом искусно, и она поддавалась, словно змея, извивающая под звуки флейты. Как студентка, проходившая курс сексологии, Белова не верила в совместимость или несовместимость тел, но Алекс, действительно, будто бы был создан специально под неё. Ему даже не нужно ничего особого делать, чтобы принести ей наслаждение, но он делал, делал сверх меры, и ее это нереально заводило.

Она позволяет потянуть себя за волосы, прогибается в спине, мурлычет громче что-то несвязное о том, чтобы мужчина не останавливался. Главное, чтобы соседи не вызвали полицию, решив, что их тихую соседку Лерочку, что всегда улыбается им в парадной, убивают. Хотя так и было. Убивали ее деланный образ хорошей девочки. Алекс сорвал с неё маску чудесной куколки на фенобарбитале, что другие создавали в ней годами.

- Я люблю тебя, - вновь самозабвенно повторяет и повторяет охрипшим голосом. - Люблю, люблю, люблю…

Она перехватывает его руку, убирающуюся в ее затылок, и подносит к своему лицу, прикусывает фаланги его пальцев, чувственно проводит по ним языком. Он видел и принимал ее. И она видела и принимала его. Идеальнее не придумаешь.

Тело сотрясает дрожь, и Белова выкрикивает имя Алекса особенно громко, вновь прогибается, чтобы, переплетая пальцы их рук, рухнуть без сил на стол. Она обмякает и тяжело дышит, все ещё не в силах открыто глаза. Под кожу словно впиваются тысячи маленьких иголочек, ноги сводит судорогой, а уши закладывает. Лера слышит словно сквозь толщу воды, как Тарасов что-то ей говорит, а, может, у неё уже пошли галлюцинации от того сумасшествия, что вызывал у нее этот человек. Тяжело сглотнув, девушка выпрямляется и разворачивается к Алексу, и, обхватывая его лицо ладонями, поглаживает пальцами скулы и дарит благодарный поцелуй. Не только за принесённое физическое удовольствие, а вообще за все.

Лера наливает два стакана воды из фильтра и, передав один мужчине, сама жадно выпивает все до конца.

- Раз уж оладьи потеряны, - тихонько посмеивается. - Я жду твой кулинарный шедевр. А в следующий раз с меня все, что ты захочешь, - и она не только о блюде.

После затянувшегося завтрака ей будет пора собираться на встречу с Вишняковым. «Свиданием», даже иллюзорным, язык не поворачивался назвать. Если понадобится, она выпытает всю информацию из этого приторного мальчика, лишь бы быстрее вновь оказаться с Алексом вечером. И затем провернуть с лечебницей то, что они собираются.

Рядом с Алексеем Лера абсолютно перестала стесняться собственной наготы, так что девушка даже не подумала снова одеться, лишь обессилено рухнула на стул и закурила, продолжая любоваться своим парнем, не сводя любопытных глаз.

+1

79

Не так уж это сложно — делиться страстью с той, от кого ты сам получаешь не меньше. Потому, что для любви — плотской в том числе, нет ничего хуже отношений, когда кто-то отдаёт слишком мало, если вообще отдаёт. Нет, понимаете ли, того вдохновения, с которым сейчас Алекс овладевал своей любовницей на кухонном столе. Без вдохновения даже приятные идеи в голову не приходят — весь твой удел это уныло лежать под полуторным одеялом и страдальчески кряхтеть в потолок. Пока ещё возраст не позволяли Тарасову опускаться до такого, но все мы знаем, что стресс накапливается, а при дурном образе жизни — вдвойне. Итак — им двигало вдохновение и только оно побуждало Алексея вести себя с Лерой несколько ... Не совсем деликатно. Он был достаточно чуток для того, чтобы не причинять ей боль, тем не менее что-то в его поведении и движениях явственно говорило о том, что захваченный эмоциями он может перейти ту грань, которую лучше не переходить.

А может быть он уже? Если да, то не до конца. Ему еще хватает самообладания глушить её стоны своей ладонью, не позволяя Валерии быть слишком громкой и тем самым опасной по части свидетелей. Нет, свидетели это то, чего он не любил никогда — а уж в таких делах особенно они были не к чему. Она шепчет ему слова любви, но сейчас Алекс молчит. Не хочет нарушать стройный ряд этих признаний. Потому, что слишком приятно слышать это. Когда она подносит его руку к своему лицу, касается языком его пальцев, то он прикрывает глаза, замирая на мгновение в приступе удовольствия. Ему нравится то, что она настолько нежна и смела с ним, и при этом хочется продолжать освобождать её от оков. Почему-то, каким-то шестым чувством, Тарасов ощущает — Белова скована чем-то, что мешает ей развернуться и расправить плечи. Кончиком указательного пальца он проводит вдоль её губ, запуская остальные во влажное тепло рта. Её дыхание по прежнему несёт в себе смесь ванили и шоколада. В волосах мука. В этом всём, в равной мере, достаточно и порочного, и трогательного.

Наконец дрожь сотрясает его тело, но он не выпускает её из своих рук до тех пор, пока точно такой же укол наслаждения не сражает Валерию. И именно в этот момент грубоватый любовник уступает место внимательному и ласковому мужчине. Алексей осторожно проводит ладонью по спутанным волосам Леры, шепчет ей что-то ласковое. Она целует его в ответ и он улыбается ей — почти простодушно, если он, конечно, ещё умеет так.

— Я не хотел тебе говорить, — отпивая глоток воды отвечает он, смотря на пол, где теперь в муке лежит доска с тестом, — Но я впервые вижу, чтобы оладьи замешивали так. Это что ... Какой-то особый рецепт? Да?

Алекс не подкалывает её. Он просто беззлобно смеется и поставив стакан на стол, обнимает Леру.

— Я это запомню. И потребую деликатесы. А пока ...

Застегнув брюки, Тарасов лезет в холодильник за помидорами, яйцами и колбасой. Кивком головы указывает Валерии на то, чтобы та подала ему доску и полотенце. Повинуясь привычке он, проходя мимо, нажимает на кнопку небольшого телевизора, который стоял в углу. На экране тут же всплыла картинка новостей. Показывали какой-то митинг и нарезая колбасу и помидоры, Алексей, то и дело, посматривал на экран.

— А ты знаешь, что я хочу ... Короче, я хочу свою партию. Нет, серьёзно. В конце концов, почему Нестору Махно можно было, а мне нет? — он кидает на сковородку кусок масла, и продолжает, — Ты вот довольна тем, что пока ныне господствующий класс жирует, другие вынуждены влезать в кабалу кредитов и ипотеки? Люди сами загнали себя в капиталистическую петлю, на них наживаются все кому ни лень. Нужно восстановить справедливость. Правда, — вслед за маслом на сковороду упала колбаса, — С некоторыми фактами моей биографии придётся поработать ... Но с другой стороны — я как никто пострадал от произвола угнетающего класса, разве нет? Жертва режима.

Алекс повернулся к Лере и одарил её насмешливой улыбкой, красноречиво намекающей, что даже в этих речах он не до конца серьёзен.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

80

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Лера с улыбкой слушает политические речи Алекса, тушит сигарету в старую кофейную банку и принимается убирать с пола то, что должно было стать оладьями, но пострадало, став жертвой вихря страсти новоиспечённых Бонни и Клайда, как она продолжала про себя именовать их с Тарасовым. Белова внимает каждому слову и, будучи дамой довольно аполитичной, удивляется тому, как виртуозно мужчина подбирает слова для выражения своих мыслей. За ним бы многие пошли с его абсолютно стопроцентно лидерским обаянием.

- Знаешь, вообще-то вокруг тебя мог бы собраться неплохой культ личности, - усмехается девушка. - Будешь как Мэнсон, - но тут же добавляет: - Только спать с последовательницами запрещаю, тебе одной фанатки хватит.

Все же Белова удивляется, как же ее хорошенько примагнитило к революционерам в этом городе. Что будет твориться, когда они вытащат ещё и небезызвестного Чумного Доктора - представить страшно. Но приятно. Сама же Лера, будучи девушкой из семьи с достатком, не отказывавшая себе никогда и ни в чем, к своему стыду, раньше мало думала об угнетенных классах. Она не была высокомерна, нет, просто.. ее это обошло стороной. С политикой она была знакома лишь со слов отца, обожающего смотреть дурацкие передачи по федеральным каналам, где все друг на друга орут. Но вот что ее всегда привлекало - судебная система. Вопросы смертной казни, амнистии и психологической помощи заключённым как в тюрьмах, так и при адаптации после отсидки срока. И вдруг поняла, что прямо сейчас на ее кухне готовит завтрак подобный экземпляр. В Беловой проснулся живой интерес, но не как к объекту для изучения, а как к живому человеку, пережившему подобный ужас. Эмпатия всегда была ее сильной стороной.

- Слушай, - аккуратно начинает Лера, подойдя к Алексу и положив голову на его плечо. - Если ты не захочешь сейчас это обсуждать, я пойму, - поджимает губы. - Но расскажи, как ты попал в колонию? Долго был там? И, главное, как адаптировался после?

Девушка не хотела выдавать сочувствие, боясь оскорбить этим Алексея, ведь он бы точно не принял жалости. Но она хотела показать, что ей важно и интересно знать о разных этапах его становления, о разных сторонах жизни, ей важно знать.. его. И дать понять, что теперь у него есть она, и что Белова не допустит, чтобы подобное вновь повторилось.

- Знаешь, меня всегда растили как телёнка, - ласково проводит кончиками пальцев вдоль его позвоночника. - «Наша золотая девочка». Даже убираться и делать что-то самой не давали. Странно, что я жить-то самостоятельно вообще умею. Стиральную машинку включила сама впервые лет в пятнадцать, а готовить начала лишь после того, как съехала от родителей, - почему-то рассказал давался Лере с ноткой горечи. - Университет, любые курсы чего угодно, у меня было все, но при этом я всегда была этакой принцессой в башне. В студенчестве мне снесло крышу. Начались бурные вечеринки с разного рода запрещёнными веществами, сомнительные связи, как психологические, так и физические. И все закончилось тем, что я загремела в частную клинику, где мне поставили диагноз - пограничное расстройство личности. Это не такой недуг, конечно, как, скажем, шизофрения, но жить здорово мешает. Кромсала себя, бывало, - демонстрирует почти слившиеся с кожей белые полосы на внутренней стороне бедра. Это точно были не те шрамы, которыми можно гордиться. - И как-то таблеток наглоталась. В общем, я мозгоправ, у которого и самого мозги набекрень.

Признания лились рекой, и с каждым словом Белова словно избавлялась от балласта. Алекс точно уже понял, что она та ещё сумасшедшая, и такого как он не испугаешь. Но ей был важен этот разговор. Словно она все ещё пыталась прощупать почву, понять, будет ли он ее любить такой - поломанной, истерзанной девочкой из привилегированного класса, что по натуре так-то и пустышка на самом деле. В ней нет ровным счетом ничего, кроме комка оголенных нервов и чувств, брызжущих через край. Иногда Лера сама задумывалась - умеет ли она по-настоящему любить? Иль же все это просто очередные фиксации? Но нет. Нет, таким холодным, безжизненным словом не описать то чувства за грудиной, какое приходит к ней рядом с Тарасовым или Разумовским.

От разговора их отвлекает звонок ее мобильного, что она только недавно поставила на зарядку. Конечно, звонит Стас. Быстро ответив на звонок, Лера подтверждает обговорённые время и место. Ну вот. Осталось время только на завтрак и вычесывание муки из волос. Но вечером, если Алекс этого захочет, она приедет. Приедет и будет рядом ровно до того момента, пока он ее, такую импульсивную и глупую, не прогонит.

Отредактировано Eggsy Unwin (2021-09-14 04:25:35)

+1

81

— Но вся проблема в том, что к сожалению, по старым лекалам уже ничего поменять нельзя. Нужно что-то совершенно новое. Потому, что мы в прошлом уже пробовали и допустили огромные ошибки — всё вернулось на круги своя и стало ещё хуже. Почему, чтобы мальчик из неблагополучной семьи смог зарабатывать деньги, он непременно должен нарушать закон? И я говорю не только об убийствах и воровстве. Это может быть совершенно другое, но суть одна — если ты сам не возьмёшься за нож, тебя распнут куда более успешные. Акулы капитализма с зубами разбойников с большой дороги. Они не заинтересованы в том, чтобы мальчик получил то, что хотел в итоге. А лишь постоянно стремился, бежал, надрывался и в итоге подох где-нибудь в бесплатной больничке, потому, что денег на платную у него нет. И на лекарства нет. И на семью. Ни на что. Только на стремление жить по человечески. А этого, конечно же, не будет никогда, потому что дядечки с пухлыми кошельками не заинтересованы. Или будет, — Тарасов прервался, вспомнив успех Сережи, — Но ты должен положить жизнь на то, чтобы постоянно бороться за то, что тебе и так принадлежит. Причём заслуженно.

Помешивая деревянной лопаточкой яичницу Алекс вдруг, по непонятной причине, разошёлся. Его не задевало то, что Лера, возможно, не разделяла его убеждений. Сейчас это было неважно. В конце концов, он сможет её переубедить, если она сомневается. С другой стороны — иногда, чтобы принять, нужно понять, а как ты поймёшь, если никогда не сталкивался с тем, в чём живут миллионы?

— Невозможно жить спокойно, когда рядом с торговым центром, на строительство которого были потрачены тысячи тысяч, проходит старуха, допивающая чужой кофе из стаканчика, который она достаёт из мусорки. Хотя бы потому, что тебе, — Алексей повернул голову в сторону Леры, — Никто не даст гарантии, что завтра ты не окажешься на её месте. Вот в чём смысл, понимаешь? Ты можешь потерять всё в одночасье, только потому, что кто-то там наверху решит, что пора повоевать или обрушить цены на нефть. От игр тех, кому нет дела до простых смертных. Этому миру необходима не только революция. Но и прочистка мозгов. Иначе ничего не изменится.

Тарасов достаёт тарелки, накладывает еду. Лера подходит к нему со спины, обнимает и кладет голову ему на плечо. Её вопрос не кажется ему неуместным — в конце концов, ему скрывать или стесняться нечего. Это его жизнь. Пусть даже не самая приглядная.

— Сначала я откатил по малолетке. За кражу из ларька. Мы с пацанами тогда .... Ну не суть. Я мог бы отделаться условным сроком, но я уже несколько раз попадался, потом на тётеньку судью произвело впечатление, что я из детского дома — из таких, как я, уже априори не могут получаться честные граждане, — Алекс поцеловал Леру в щёку, отстранился и принялся накладывать еду в тарелки, — А потом .... Потом, когда я вышел, то познакомился с ...Ну скажем, с дядей Витей. И вот с ним я работал несколько лет, пока не произошло кое-что не очень хорошее. Пришлось поиграть в громоотвода. На четыре года. Зато потом я кое-как выбился.

Он снова умолчал о том, что выбиться, по сути, ему помог не пресловутый дядя Витя, а ролексы Разумовского. Потому перескочил на другую тему.

— Адаптироваться? Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Ты что думаешь я устроился на приличную работу после этого всего что ли? — Алексей оскалился, — Если я где-то и работал, то полгода у службе безопасности банка БТБ. Знаешь что это такое? И понимаешь почему я тебя послал охмурять того жирного урода?

Работать в службе безопасности банка у Тарасова нервы в итоге не выдержали. Это было убого в конце концов. Никакого изящества. Нет ничего изящного в том, чтобы выбивать деньги из нищих, когда можно общипывать тех, у кого этих денег предостаточно.

Признания Беловой Алекс слушает со всем вниманием. Он понял, что в ней было нечто не совсем типичное и после признания Лервы наконец-то всё стало на свои места.

— Мы же не выбираем где родиться, ведь так? Только как этой жизнью распоряжаться. Более или менее, — он не говорит ей отвратительных глупостей вроде тех, что она должна ценить то, где родилась, не беситься с жиру и радоваться каждому дню. Потому, что понимает — это невозможно. Если бы было — уж точно Валерия не сидела бы с ним сейчас на кухне, а до этого не отдавалась бы ему столь бесстыдно, а до этого — капризно поджала бы губы и сдала бы его полиции. Он ей благодарен за то, что она такая, какая есть — другой ему не нужно.

— Мне не хочется, что бы ты ... Чувствовала вину за то, что мы ... Не из одного теста, — оскал превращается в мягкую улыбку, Алекс тянется через стол, чтобы коснуться руки Леры, — Это ведь неплохо. Выглядит как бунт, разве нет?

От разговора их отвлекает телефонный звонок. Алексей вспоминает, что сам должен позвонить Марго, но медлит с этим, откладывая. Покончив с завтраком, он покорно идёт мыть тарелки (он ведь обещал) и только завладев сигаретой, наконец прерывает образовавшееся молчание:

— Последний раз когда меня всерьёз замели было на митинге в позапрошлом году. Вот только не по тому делу, по которому я там был, — он усмехается, — Так, что я уже можно сказать пострадал по политическим мотивам. Или, вернее, один из моих паспортов.

Помолчав он добавляет:

— Сама мне позвонишь? Или ... Мне за тобой заехать?

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

82

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Алекс все больше открывался перед ней, что было чертовски приятно. Кажется, только что у них окончательно произошло полное принятие друг друга. Лере было очень интересно слушать его высказывания, перенимать мировоззрение. Рядом с ним она наконец чувствовала себя собой, а не той фальшивкой, что из неё лепили годами. Королева красоты школы, королева выпускного бала. Избалованная вниманием мальчиков, гиперопекой родителей и деньгами. Отец работает в крупной транспортной компании, мама идеальная домохозяйка. Настоящая глянцевая американская мечта с обложки. Вот только Лера имела свою червоточинку, гниль поселилась в девушке и разрасталась со скоростью света. Подростком Белова вскакивала посреди ночи, ловя сонный паралич после встреч с собственным демоном, что хрипел ей на ухо, брызжа ядовитой слюной, подначивал к очень.. очень плохим мыслям. И речь не о травке или белом порошке, что сопровождали ее в студенчестве, нет. Чудовище тянуло ее на сторону зла, предлагал попробовать вкусить запретный плод. Когда-то Лера даже задумывалась об убийстве. Убийстве случайного человека, без мотива, просто чтобы понять каково это. И ей удалось. Она не почувствовала ничего, когда большой осколок вошёл в спину санитара, пытавшегося навредить Серёже, как нож в масло.

Из кошмарных размышлений ее выводит прикосновение до руки. Она внимательно рассматривает Тарасова и облегченно выдыхает. Этот мужчина рядом и, хотелось бы, останется навсегда. С ним она чувствовала себя почти нормальной.

- Знаешь, вкусно ведь, - тепло улыбается девушка, с жадностью приканчивая свою порцию яичницы.

Кем бы ни считал себя Алекс, он стал солнцем в ее жизни. Путеводной звездой. В этом человеке было так много потаённой любви и заботы, что перехватывало дыхание.

- Лучше забери меня, - хихикает Лера. - Кажется, мне предстоит пить шоты.

***

Перед встречей со Стасом особо малеваться и разодеваться не хотелось, так что Белова просто нанесла лёгкий макияж и напялила нежно-розовый свитер. Сама невинность во плоти. Встречу Лера назначила в том самом «Ортодоксе», поскольку бар находился не так далеко от ее дома.

- Привет, - она скривила губы в фальшивой улыбке, подходя к Вишнякову, что уже ждал ее у входа.

- Привет, - выдохнул мужчина. - Прости ещё раз за вчерашнее.

Его извинения уже начинали раздражать. Заняв место на диванчике,  Лера тут же сделала заказ на две порции «Трёх Сестёр». И сладко, и уносит неплохо. Стас успел достать айфон и предложить ей селфи с их «первого официального свидания». Белова поперхнулась напитком от подобного высказывания, но сделала вид, что бодро согласилась. Мужчина тут же выложил две фотографии «счастливой парочки» в свой профиль соцсети «Вместе». Аж тошно. Именно о таком женихе для своей непутёвой дочери мечтают Беловы старшие. Скрипя зубами, Лера сделала репост на свою страницу ради поддержания легенды. Публикация сразу начала набирать лайки от коллег. И даже от Кати, которая сейчас, вероятнее всего, плачет в подушку.

Вишняков говорил без умолку. Рассказывал о своих путешествиях, как жил полгода в Штатах. Каждая бы сейчас растеклась лужицей. Смазливый, перспективный. Тьфу. Лера лишь продолжала безучастно кивать, скалиться и налегать на шоты, намекая мужчине, чтобы тот тоже не отставал.

- А почему ты выбрал эту профессию? - поддельный интерес, но тоненькая ниточка, дёргая за которую Белова собиралась развести мужчину на откровения.

- Всегда хотел помогать людям, - пожимает плечами Стас.

Она знала, что Вишняков является коренным петербуржцем и специалистом высокого уровня, так что догадка Тарасова, что тот мог бы знать Рубинштейна, быстро нашла своё подтверждение.

- Вениамин Самуилович прекрасный врач, - кивает прилично захмелевший Стас. - Я стажировался у него какое-то время. В той лечебнице, что в Чумном форте.

Джекпот.

- О, ведь это здание довольно старое, - придвигается ближе к разгадке, ползёт змеей. Издалека кажется, что уж, а на деле гадюка. - Там много интересного, я там была, когда работала судебным экспертом.

- Ты же, кажется, занималась делом Разумовского?

Неприятный укол. Лера поджимает губы.

- Ага, - как можно более безразлично кидает она. - Там столько старых ходов.

- Да, я удивляюсь, как пациенты не сбегают, - соглашается мужчина. - Один из них, в западном крыле, ведёт из закрытого на ремонт коридора прямо к пристани. А ведь там совсем рядом камеры тех, что сидят за тяжкие преступления.

И снова джекпот. Белова просияла, поближе перекладывая телефон с включённым диктофоном. Вишняков ещё долго разглагольствовал, делал ей комплименты, на которые Лера кокетливо хихикала. Сейчас стошнит. Но какую-то крупицу информации она все же получила.

Девушка сама не знала, как выдержала несколько часов в компании пластикового Кена, притворяясь Барби, но около десяти вечера Стас вызвался ее проводить. Лера тут же отправляет сообщение Алексу, что они, Аллилуйя, закончили. И весь путь Стас не затыкался, говорил о себе, задавал вопросы о ней, на которые Лера отвечала заранее заготовленными фразами для поддержания имиджа золотой Московской девочки. Когда они подошли к ее дому, Белова тут же краем глаза приметила машину Тарасова. По вновь нетрезвому организму прокатилась волна тепла. Наконец-то.

Вишняков обнимает ее на прощание, тянется губами к ее, но Лера тут же накрывает его рот ладонью.

- Обожди, ковбой, - она же вроде как хорошая девочка. Никаких поцелуев на первом свидании. - Увидимся на работе.

Юркает в парадную, выжидает пару минут, чтобы мужчина точно успел сгинуть, и выходит на морозный воздух, направляясь к машине Алекса. Усаживается на переднее сидение, растирает озябшие ладони.

- Узнала не так много, как хотелось бы, - раздосадовано закусывает губу. - Но расскажу все, когда окажемся в тепле. Поедем к тебе?

Отредактировано Eggsy Unwin (2021-09-14 14:27:40)

+1

83

— Ты из-за бабы ум потерял, — у Мухи самое что ни на есть пролетарское лицо, и сейчас, хмурясь, он напоминает известного актёра из не менее известной постановки «Собачьего сердца», — Она нас всех под монастырь подведет. И тебя в первую очередь.

— Мне кажется или советов я не спрашивал? — будничным тоном отвечает ему Алекс. На Муху он не злится — знает, что тот его предостерегает не из-за недоверия, а потому, что не хочет, чтобы Тарасов подставлялся. Его банда — это его семья. Другой не было. Но даже если будет — Алексей от своих не отступится. Это не в его правилах бросать тех, кто ему дорог. Пусть даже ценность этих людей заключается для него в успешных эксах. Помимо всего прочего существовала банальная преданность, которую многие люди просто игнорировали.

— Тебе нужно поговорить с Марго. Она просто сама не своя. Я серьезно, Алекс, — Муха хлопнул его по плечу, — Баб можешь менять как перчатки. Кто тебе запрещает, но с Марго у нас свои счёты. Ты знаешь.

Наверное было не самым умным решением изначально приглашать в банду женщину. Но тогда Тарасов по какой-то причине счёл, что эта затея не так уж плоха. Теперь же он изменил своё мнение. Ему не стоило и Леру во всё это посвящать, но какие-то вещи происходили сами по себе. Или помимо его воли. Или же на волне вдохновения. Как с Беловой.

— Хорошо, хорошо, — Алекс взялся за телефон и набрал номер бывшей любовницы. Но в ответ услышал лишь гудки, — Не очень-то она хочет со мной разговаривать.

Тем не менее он отправил ей смс с кратким: “Нужно поговорить”. И стал ждать. Но не Марго, а сообщения от Валерии. Ему не о чем было тревожиться, однако неприятное, зудящее чувство, тем не менее беспокоило Тарасова. Хороший человек. Она сейчас выпивает, разговаривает, смеется с хорошим человеком. Тем самым у которого кристально чистая репутация и тело без шрамов, а родители превозносят его до небес и ждут на ужин в гости каждое воскресенье. Было сложно мысленно не сравнивать себя с ним и не завидовать. Глупое чувство, но если не оно и его мотивационная сила, Алекс никогда не добился ничего из того, что имел сейчас. Даже Беловой.

***

Сообщение он получил только в десять вечера. И почти сразу же отправился к “Ортодоксу”. Подождал, когда голубки расстанутся и когда Валерия села на пассажирское сидение, с усмешкой обратился к ней:

— Но всё же наш болтливый мальчик оказался полезным, не так ли?

Тем не менее он готов был ждать. Поэтому нажал на газ и направил машину в сторону своего дома. Не “Регаты”, а квартиры. У Алекса была просторная квартира в одной из новостроек. Две комнаты, большая ванная. Он решил особо себе не отказывать ни в чём, ибо надоело ютиться по углам, как собаке. В этой квартире царил холостяцкий аскетизм, но вряд ли подобное смутило бы его спутницу.
— Можешь снимать с себя всё прямо здесь, — двусмысленно объявил он, когда они вошли в прихожую, но ответил ему голос не Леры, а Марго.

— Ты такой великодушный!

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

84

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Услышав голос Марго, Лера слегка вздрогнула, не ожидая встретить здесь эту стерву. Хорошенько, должно быть, ее кроет, раз она даже поджидает Алекса у него дома. Надо будет напомнить мужчине, чтобы забрал у неё ключи. Странно, но сейчас Белова ревности не испытала, лишь презрение и даже лёгкую жалость. Она всецело доверяла Тарасову, потому, кинув на брюнетку безразличный взгляд, принялась деловито оглядывать прихожую. А здесь довольно мило. Хоть и явно не хватает женской руки, что Лера была готова обеспечить.

Марго, казалось, даже потрясывало от злости, но она прекрасно владела собой. Белова лишь хмыкнула и спокойно разулась и сняла пальто так, словно уже сто раз была в этой квартире. Будто она здесь хозяйка.

- Дорогой, у тебя как с продуктами? Мне что-нибудь приготовить или закажем? - девушка явно забавлялась, игнорируя присутствие бывшей любовницы Алекса, что все же фыркнула от возмущения и сложила руки на груди. - Можете поговорить, а я пока управлюсь, - поцеловав Тарасова в щеку, блондинка направилась в сторону кухни, еле сдерживая ликование, но вдруг была остановлена, схваченная за предплечье.

- Ты кто, мать твою, такая вообще? - прошипела Марго ей практически в самое лицо.

Ну, что ж, поехали!

- Я, дорогуша, твоя замена, - натянула добродушную улыбку Белова, сбрасывая руку обозлённой женщины. - А, нет! - и подняла палец вверх, словно вспомнила что-то важное. - Не замена. Ты же была просто любовницей, а я.. я его девушка.

- Что ты сказала? - кажется, у неё наконец лопнуло терпение. Марго цедит сквозь зубы, губы ее подрагивают.

- Говорю, что кому-то суждено быть подстилкой, а кому-то - спутницей жизни, - ну, все, Леру понесло. В глазах вспыхнул азарт, готовый разрастись в настоящий лесной пожар. У Марго не было ничего, что она могла бы противопоставить фактам. - Слушай, я понимаю, безответная любовь это больно, но хотя бы не унижайся.

- Дрянь, - все происходит за долю секунды. Брюнетка замахивается, но Белова перехватывает руку, выкручивая ее запястье. Вот и пригодились курсы самообороны, которые Лера начала посещать, попав на новую работу. Классический полицейский захват. Она прижимает Марго лицом к стене и ласково щебечет женщине на ухо:

- Ещё раз тебя увижу - вообще сломаю. Не знаешь, с кем связалась.

Блондинка выжидает ещё пару секунд, чувствуя, как приятно адреналин разливается по венам, и отпускает несчастную. Подарив Алексу самую милую улыбку, на какую была способна, Белова отряхивает руки так, будто бы их испачкала, и молча дефилирует на кухню. Пусть уж поговорят.

+1

85

Отпущенная из цепкой хватки Беловой Марго неловко дергается и замирает, глядя Лере в след, когда девушка уходит на кухню. И только после этого оборачивается к Алексу. Он, как и многие мужчины, несколько пасует перед женскими драками. Вот и сейчас немного опешил от поведения Леры. Да и реакции Марго.

— Ты не охренел ли? — зло спрашивает его брюнетка, потирая запястье, — Откуда ты её вытащил.

— Из ментовского участка, — просто отвечает Алекс и усмехается.

— Ах вот оно что.

— Марго, — наконец уже Тарасов потерял терпение, — К чему эти сцены? Мы не договаривались ни о чем. Тем более, что мы еще до этой ситуации все решили. Разве нет?

— Да, но…

— И я так понял, что не особо был тебе нужен. Нет?

— Подожди, Алекс…

— Разве нужен? Есть и другие. Ты сама говорила.

— Да, но… , — Марго зло посмотрела на Тарасова, — Это из-за тебя я стала заниматься этим.

— Чем?

— Красть. Вот чем.

— Ой да. Без меня ты с работы не тащила.

Судьба и свела их на этой почве — не грех было бы упомянуть. Так, что заламывание рук Марго было Тарасову не понятно. Вызывало почти презрение. И она прекрасно это понимала. Оттого злилась еще больше.

Развернувшись на каблуках женщина срывается с места и дергает за ручку двери. Уже почти скрывшись за порогом она кидает в лицо Алексею ключи. На душе почему-то тяжело от всего, что происходит. Но легко тряхнув головой Алекс отгоняет неприятные мысли.

— И как тебе? — прислонившись плечом к дверному косяку, Алексей стоит на пороге кухни и смотрит на Белову с мягкой усмешкой. Он подразумевает свою квартиру, но не только, и потому не уточняет.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

86

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Пока Алекс разбирается с бывшей любовницей, Лера шарит по холодильнику в поисках чего-то, чем можно было бы удивить мужчину. Желательно удивить посильнее, чем полицейским захватом. Она не знала, как он отнесётся к устроенной ею сцене. Возможно, она чуточку переборщила, но ведь эта психованная первая замахнулась! Да и разве не нужно было ей отстоять свою территорию?

Но Алексей оказывается внезапно спокоен. Усмехается, смотрит на неё, оперевшись о косяк. Совсем не злится?

- У тебя здесь здорово, - с улыбкой откликается она, выпрямляясь. Словно и не выворачивала только что никому руки. - Только я бы поправила некоторые моменты под себя, но разберёмся, - с деланной серьезностью кивает на расположение предметов в кухонных шкафчиках и все же прыскает со смеху. - Как я ее, круто, да? Извини, не удержалась.

Вообще-то ей никогда не приходилось драться раньше. Но эта потасовка принесла Беловой уйму удовольствия, морда Марго давно напрашивалась. А за Алекса она с кем угодно поборется.

- А вообще.. я не могу составить полное мнение о твоём жилище, пока не увижу спальню, - призывно проводит языком по верхней губе. - Но для начала.. - усаживается на стул, опираясь локтями о стол. - У тебя есть что-нибудь от мигрени? Столько этих шотов выпила, ужас.

Она достаёт телефон и кладёт его экраном вверх, включая диктофонную запись. На фоне много шума от других посетителей, да и язык у Вишнякова заплетается, но расслышать можно. И о Рубинштейне, и, главное, о старом коридоре и пристани.

- Где западное крыло я знаю, - кивает она, когда запись прерывается. - Я там с Серёжей и работала. Но я все равно считаю, что нам нужен свой человек в лечебнице. Я узнаю у Стаса, остались ли у него там знакомые, может, кого-то выйдет подкупить.. ну.. или запугать, не знаю.

Радость от мысли, что в скором времени они все трое могут оказаться вместе, что она наконец увидит Разумовского, захватила девушку с головой. Поднявшись со стула, Лера подошла к Алексу и крепко прижалась, сцепив руки в замок за его спиной.

- А пока.. - Белова поднялась на носочки и чмокнула мужчину в нос. - Чем займёмся?

+1

87

Наверное ему стоит на неё наорать. Или, по крайней мере, высказать своё раздражение тем, что Лера не сдержалась. Однако Алекс не то что бы не может или не хочет. Он медлит, размышляя на тем — так уж ему нужно, чтобы Белова чувствовала себя виноватой. И в итоге приходит к выводу, что — нет, не нужно. Потому, что если кто-то и виноват в этой сцене, то только он сам. Потому, что нужно было давно расставить все точки над «и», а не ждать непонятно чего.

— Никогда особо много времени здесь не проводил, — он пожимает плечами, кивая в сторону предметов кухонного обихода, медлит, но все же произносит: — Я бы хотел, чтобы это не продолжалось. Понимаю, что она тебе неприятна, но тем не менее. Это я виноват. Извини.

И тем не менее, в нём шевельнулось не самое красивое тщеславие. Значит Белова действительно настолько им заинтересована, что даже не побоялась влезть в драку. Такая воспитанная, образованная, и он — вор, личность из подворотни. Дурное влияние он оказывает. Ой дурное.

— Должно быть, — Алекс пересекает кухню и открывает один из шкафчиков, чтобы достать таблетки. Он наливает Беловой воды из-под крана в один из стаканов, что стоит у мойки, и ставит на стол. Чуть погодя рядом ложится айфон Леры, на котором девушка включает запись беседы со Стасом.

Все становится на свои места. Как и предполагал Тарасов ниточки вели туда, куда нужно. Они сплетались в единый клубок, и чтобы размотать его, достаточно было правильно дернуть за нужную.

— Доктор, санитар или псих? Там еще кого-то держат? И не сидит ли там кто-то сейчас, кто за… калым ждёт смягчения приговора?

Иногда ведь можно отвлечь внимание. Простой фокус — побег одного отвлекает от побега другого. Все силы будут брошены в одну сторону, тогда как необходимо глядеть в оба на другую. Впрочем, иногда подобное отягощалось тем, что наоборот внимание становилось еще более назойливым и зорким. В обоих случаях нужно было быть осторожнее — им была важна любая мелочь.

Валерия поднимается ему навстречу, обнимает. С минуту Тарасов смотрит на Белову чуть свысока, словно оценивая, а затем усмехается.

— Экскурсией? У меня здесь, знаешь ли, свои порядки. Жесткий дресс-код.

Его рука ложится на ворот инфантильного розового свитера.

— Я хотел еще спросить… Что ты знаешь о Громе?

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

88

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

- Дресс-код, говоришь? - Лера усмехается и стягивает через голову свитер, отправляя тот в полёт на кухонный стул, оставаясь в джинсах и лифе. - Да, рядом с тобой, действительно, жарковато.

Фамилия Грома заставляет Белову слегка дёрнуться от раздражения. Коллега бесил ее одним своим существованием. Сначала он засадил Разумовского, теперь копает под Тарасова. Ну ничего, они с ним ещё разберутся.

- Я мало что знаю, - раздосадовано поджимает губы. - Он идеалист. И постоянно нарушает протокол. Чувство справедливости у него то ещё. Если у него появляется идея-фикс, то его не остановить. Он добрался до Серёжи, даже не ведя официально его дело. Знаю его домашний адрес, но это вряд ли чем-то нам поможет, его не запугать.

Сердце больно сжимается от беспокойства за Алексея. Если этот урод до него доберётся… Лера хмурится и вновь жмётся к мужчине, утыкаясь носом в его грудь. От него все ещё пахнет малиной.

- И, главное, его держит под своим крылом генерал Прокопенко, - тяжело вздыхает. - Он не увольняет Игоря даже за самые вопиющие случаи вроде того, когда он мусоровозом Дворцовую площадь расхерачил. Главное, самим не лезть к нему. Может, я смогу нарыть что-то на Грома, так сказать, изнутри. Он считает меня простой гражданской и в упор не замечает.

Чужая среди своих. Никто в полиции и не догадается, что среди них затаился настоящий враг в лице тихой безобидной блондиночки.

- И, да, все-таки извини за Марго. Я не должна была ее провоцировать. Но будем считать, что у нас один-один. Ты уделал Стаса, а я ее, - все же позволяет себе засмеяться, вылезая из клубка мрачных мыслей. - Вот такая я у тебя психованная и ревнивая.

Оставив поцелуй на щеке Алекса, Лера вновь вспоминает времена, когда влюблялась в студенчестве. Обычно у неё сносило башню по полной, она тонула в переживаниях и самотерзании, а сейчас.. сейчас она любила пылко, страстно, но спокойно. И это был хороший показатель. Казалось бы, подобные перемены в жизни должны были нагнать на девушку стресс, но Белова, похоже, вместо этого вышла в долгожданную ремиссию. Нашла своё место.

На столе дзынькает телефон. Сообщение во «Вместе» от мамы, увидевшей ее совместные фото с Вишняковым. Мать в восторге, поздравляет дочь с нахождением достойной партии. Небось уже всю подноготную на Стаса нарыла. Руки чешутся удалить селфи с фальшивой улыбкой, но пока стоит подождать. Коллега может ещё пригодиться.

- Боже, мам, - закатывает глаза девушка. - Да, не знает она ещё, что дочь вытворяет на самом деле, - игриво усмехается, вновь тянется к Тарасову, аккуратно прикусывает пульсирующую венку на его шее. - Но им с папой придётся смириться. Кстати, папа хотел запихнуть меня в ФСБ и выдать замуж за своего друга из транспортной компании. В общем, тихий ужас.

Конечно, о таком думать ещё очень рано, но девушка внезапно прыскает со смеху, подумав, что в идеале хотела бы носить двойную фамилию: Тарасова-Разумовская. Что скрывать, полиамория в ее жизни уже имела место быть. Не в официальных отношениях, конечно, но прошлое у Беловой было бурное.

- Так, давай, показывай квартиру.

+1

89

— Так-то лучше, — она снимает через голову свитер и Алекс, слегка склонив голову набок, улыбается Лере. Теперь уже не насмешливо, а очень очень мягко. В окружении привычных ему вещей она смотрится ново, но при этом в глубине души Тарасов знает — так и должно быть. Она такая красивая сейчас. Ловя себя на этой мысли Алексей вдруг понимает, что Муха прав — может статься, что Белова его погубит. И пусть.

Он осторожно касается пальцами её волос, скользит по шее к затылку. Иной раз в своих движениях Алекс очень чуток, почти, как слепой. Будто ему хочется заползти к кому-то под кожу и угнездиться там подобно змее. И сейчас с Бедовой он именно таков — со своими искусными улыбками и скользящими касаниями. Сам того не замечая он словно жонглирует собой, превращаясь из простого парня в изворотливого типа, с которым никогда не узнаешь, что же на самом деле ты получишь в итоге — нож в спину или страстный поцелуй.

— Мне нужно знать о нём больше, — за последние годы Гром один из тех, кого Тарасов действительно опасается. Были и другие, и некоторые из них нанесли ему, в своё время, свои раны. Но как-то удалось справиться. Обойти. Но в случае с этим человеком Алекс не решался делать какие-либо прогнозы. — Все, что сочтешь нужным. Мне нужно иметь против него оружие.

А может быть он уже имеет его в лице Беловой? Скорее всего так и есть.

— Будем считать, что ты мне отомстила, — в его глазах заплясали чертики, — Но возможно я потребую… Компенсации морального вреда. Что скажешь товарищ Белова?

Он смеется и целует её в шею. Сообщение от матери Валерии заставляют Алекса снова рассмеяться.

— А знаешь… Я хочу с ней познакомиться. Что скажешь? Нет, правда. Это было бы забавно. Я конечно не из ФСБ, но тоже из силовых структур быстрого реагирования.

Но информацию о связях отца Леры Тарасов берёт на заметку. Мало ли для чего может пригодиться. Он никогда бы не стал использовать Белову за её спиной — не в его это правилах, но многолетняя привычка все просчитывать давала о себе знать.

Алекс притягивает Леру к себе, обнимает за плечи. Утягивает за собой вглубь квартиры, по пути включая свет. Разобранная постель с темными, шелковистыми простынями, книги на полу, сваленные в углу вещи — флаги, свернутые в трубку транспаранты и стопки листовок. И посреди всего этого великолепия — огромное окно, скрытое за жалюзи. Звенящая пустота в оттенках малахита и гранита.

Подпись автора

Бѣлый генералъ
Откланялся на вокзалъ
И я пригублю бокалъ
За Маркса и «Капиталъ»!
Ѣшь ананасы и рябчиковъ жуй
День твой послѣдній приходитъ, буржуй!

+1

90

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Лера осматривает комнату с интересом, подмечая детали, чтобы быть ближе к Алексу, к его миру. Проходит вглубь спальни, плюхается на кровать, забирается на неё с ногами и садится по-турецки.

- Твоя будет поудобнее моей, - усмехается девушка, скользя кончиками пальцев по шелковистой простыни. - А насчёт мамы.. ты бы ей понравился. Нет, правда. Про род твоей деятельности, конечно, ей лучше не говорить, но твоё обаяние бы ее покорило.

И это было чистой правдой. Белова старшая была дамой впечатлительной и даже слегка инфантильной, но единственной дочери всегда желала счастья абсолютно искренне. Другой дело отец - мужчина серьёзный, слегка циничный, смотрящий на все с весомой долей скептицизма. Он мечтал пристроить Лерочку максимально выгодно для неё же самой, хоть и сам чего только не творил в молодости. Мотоциклы, вечеринки и всякие незаконные вещи. Теперь же он стал бизнесменом, но прошлое периодически всплывало.

- Хотя, знаешь, и папе тоже, - призадумавшись, продолжает девушка. - Он вырос в области, чего только не творил. Рассказывал, как однажды они с друзьями грабанули молочный завод, - Лера засмеялась, вспоминая, как часто слушала эти истории в детстве вместо сказок на ночь. - А моей любимой историей навеки останется то, как они ездили в сельский клуб на полицейском уазике, принадлежащем брату его лучшего друга. Конечно, случилась большая потасовка, приехали менты, «буханку» изъяли. Папа с друзьями вернулся в своё село и вдруг обнаружил, что они не досчитываются одного человека. Ну, и они, вооружившись битами, вернулись обратно в клуб, надавали всем, а с утра выяснилось, что тот самый пропавший уснул в этом уазике под лавочкой. Проснулся на штраф-стоянке.

Да, Тарасов и Белов старший нашли бы общий язык. Ведь оба начинали с нуля, построили себя сами. Это вот мама Леры, подобно ей самой, была коренной москвичкой из приличной семьи. И получился крепкий брак. В этом году родители отметили тридцатую годовщину. «Леди и Бродяга».

- Я хочу знать о тебе больше, - блондинка протянула обе руки к Алексу, намекая, чтобы он сел (а лучше прилёг) рядом с ней. - Что ты читаешь, что смотришь. Любимый мультик детства, любимое мороженое. Хочу знать все.

Леру покорило то, как на глазах менялся Тарасов рядом с ней. В первый их вечер он осторожничал, держался подозрительно и порой жестоко, но с каждой встречей смягчался на глазах. Неужели, и правда, любит? Она смогла пробиться через годами наращиваемый панцырь? Да как она сама менялась с ним. Пустое сердце снова наполнилось, исправно работало. И ей даже больше не было холодно.

- Я, вот, например, фанатка «Бойцовского Клуба», - улыбалась она, когда мужчина оказался рядом. - Увидела впервые лет в четырнадцать, и мне крышу снесло. Я какое-то время капитально разделяла взгляды Тайлера Дердена, так что не такие уж мы и разные. А себя саму всегда считала похожей на Марлу. Ну, более «розовую» версию.

Беловой отчего-то вспомнилась песня певицы Холзи. Они с Алексом были похожи на юных богов, перед ногами которых сейчас лежал весь мир. Но в рай им не попасть. И тогда они создадут его сами.

- He says, "Oh, baby girl, don't get cut on my edges
I'm the king of everything and oh, my tongue is a weapon
There's a light in the crack that's separating your thighs
And if you wanna go to heaven you should fuck me tonight"

Лера мурлыкала эту самую песню ему на ухо с бесконечной нежностью. Доверие, ощущение безопасности и безграничного счастья окутало ее подобно пушистому одеялу. Сейчас были лишь они. Против всего мира.

+1


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » Я делю твой грех и приговор.