no
up
down
no

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Приходи на Нигде. Пиши в никуда. Получай — [ баны ] ничего.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

headImage

[ ... ]

Как заскрипят они, кривой его фундамент
Разрушится однажды с быстрым треском.
Вот тогда глазами своими ты узришь те тусклые фигуры.
Вот тогда ты сложишь конечности того, кого ты любишь.
Вот тогда ты устанешь и погрузишься в сон.

Nowhǝɹǝ[cross]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » Каждый, кто сделал тебе больно, - покойник.


Каждый, кто сделал тебе больно, - покойник.

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[nick]Valeriya Belova [/nick][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bf..[/icon][status]наивный мозгоправ[/status][fandom]OC[/fandom][sign]каждый, кто сделал тебе больно, - покойник.[/sign][lz]когда во сне приходит тьма, я снова ищу тебя [/lz]

Valeriya Belova х Sergey Razumovsky
https://i.pinimg.com/originals/59/cb/85/59cb85f54b60b1c2c99a8d5df8844dbb.jpg
https://i.pinimg.com/originals/37/d5/0e/37d50ea8dbbc5fc186e63d9f6a6faab8.jpg
polnalyubvi - чужой среди своихзабей, лерочка - каждый, кто сделал тебе больно

Дело Чумного Доктора стало самым громким в стране. Никто и никак не мог ожидать, что под маской народного мстителя скрывается сам Сергей Разумовский. Но просто поймать "злодея" еще ничего не значит. Из Москвы для судебной экспертизы приезжает специалистка из "Сербского", но кто, как и почему позволил вести это дело неопытному психиатру? И как взаимодействие с Разумовским повлияет на саму девушку?

Отредактировано Eggsy Unwin (2021-08-31 21:01:10)

+1

2

[nick]Valeriya Belova [/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]каждый, кто сделал тебе больно, - покойник.[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова ищу тебя [/lz]

- Валерия Андреевна, - приветственно кивнул Игорь Евгеньевич, пропуская сотрудницу в свой подозрительно дорого обставленный рабочий кабинет.

- Здравствуйте, - улыбнулась девушка, присаживаясь на предложенный стул напротив отделанного дубовым деревом стола своего непосредственного начальника. - Вы, кажется, говорили, что подобрали для меня новое дело?

- Да-да, все верно, - вновь деловито кивнул мужчина, поправляя очки на переносице. - Понимаете, дорогая, дело очень непростое, - и, заметив, как блондинка слегка напряглась, поспешил добавить: - Вы давно ждали возможности проявить себя, и, поверьте, оно вам идеально подходит.

До этого момента молодая специалистка, действительно, ещё не работала с птицами высокого полёта, потому была крайне заинтригована.

- Вы же, разумеется, слышали о Чумном Докторе? - психиатр слегка наклонил голову вперёд, изучающе глядя на девушку из-под стёкол очков, ловя каждую проскакивающую в карих глазах эмоцию: от недоверия до испуга, от растерянности до странного возбуждения.

Конечно, она слышала о Чумном Докторе, вся страна о нем слышала! И каждый ее коллега из «Сербского» грезил ночами о том, как заполучит это дело себе. У Беловой моментально разыгралось воображение: ее карьера идёт в гору, она наконец получает интересную подоплеку для своей кандидатской, а, главное.. Главное, она поможет ещё одному человеку. Первоначально Лера была наслышана о Сергее Разумовском, как о гении в IT-сфере, российском Цукерберге, щедром филантропе, который старался делать жизнь других лучше. Альтруизм забурлил в ее сердце, расползаясь по венам вместе со страхом. Страхом элементарно облажаться. У молодого человека подозревали диссоциативное  расстройство идентичности. Диагноз крайне редкий, сложный. Такого в ее недолгой практике ещё было.

- А почему я? - абсолютно непрофессионально ляпнула Белова, тут же закусив язык. Между бровей залегла небольшая морщинка.

- Разве не вы были лучшей на своём курсе в «Первом Меде»? - начальник постарался надавить на тщеславие и амбиции, что слегка оскорбило Леру, ведь та пошла в психиатрию из чистой эмпатии и научного интереса. Или чтобы лучше понять понять саму себя, что она старательно отрицала. Детские воспоминания резанули где-то за рёбрами. - Нужно выезжать в Санкт-Петербург в ближайшие дни.

- Да, конечно, - кротко склонила голову блондинка.

Наивная, наивная Валерия Андреевна.

Разумеется, молодая экспертка не верила в слухи о взятках в их учреждении. И мысли не могла допустить, что сама может стать пушечным мясом. Но, кажется, зря.

***

Лера сидела на коленях над обмякшим телом, размазывая тыльной стороной ладони непрошеные слезы по лицу и остервенело шмыгая носом.

Всегда интересовало, что ты почувствуешь, став виновницей чьей-то смерти? Так на, получай, распишись. Это было абсолютно мерзко и неправильно, но в эту самую секунду Белова думала лишь о том, как теперь сложится ее жизнь. О том, что теперь с ней станется, как ее тонкие запястья закуют в наручники, закроют за холодной решеткой. Внезапно кто-то берет ее за подбородок, нежно заставляя поднять взгляд опухших покрасневших глаз.

- Ты молодец, девочка, - шепчет тень. - А теперь уходим, - демон смахивает последнюю слезинку с ее щеки.

И девушка подчиняется. Она сделает все, что он ей скажет. С ним она в безопасности, правда?

Сон буквально выплевывает блондинку из своего омута, и Белова ещё какое-то время пытается сообразить, где вообще находится. Сапсан. Она уснула, обнимая папку с переданными ей материалами по Разумовскому. Проморгавшись, девушка растерянно оглядывается по сторонам. На соседнем ряду подростки играли в «контакт», и именно их задорный смех вытащил ее из глубин темного подсознания.

До сих пор, в свои двадцать семь лет, Лера не могла отделаться от чего-то жуткого, что скребло стенки черепной коробки, что преследовало ее с самых подростковых лет, когда она сама заработала себе диагноз. Ей являлся человек. Человек, внешний облик которого она постоянно забывала, открывая глаза, но девушка отчётливо помнила голос и тёмную фигуру. И каждый раз, засыпая лишь с помощью горстки таблеток, она его узнавала. Ее собственный «демон» толкал Белову на страшные поступки, убеждал перейти на свою сторону, бросить все. Лет в семнадцать, будучи проблемным подростком, ей, и правда, хотелось испытать себя, понять, к чему она ближе - ко свету или тьме. Сейчас ей казались абсурдом собственные детские мысли, хотя что-то продолжало сипеть ей в уши по ночам, что маленькая докторша неспроста выбрала эту профессию: дело было не в эмпатии, а в тяге к жизни за гранью. И, будучи психиатром, Лера могла подходить ко тьме вплотную, но не преступать черту закона. Созависимые отношения даже с собственными пациентами. Пограничное расстройство заставляло делить весь мир на чёрное и белое.

Откашлявшись, Белова активно замотала головой, отгоняя наваждение. Это просто чертов «флэшбек» после очередного кошмара.

- Я хороший человек, - промямлила кареглазая себе под нос и крепко зажмурилась.

И как ее такую допустили к работе? Конечно, удобно самой обращаться лишь к частным специалистам. А тем, кто не имеет подобной возможности, Лера старается помочь, не жалея собственных сил и психики. «Работаешь на износ» - поджимает губы мама, когда дочь все же навещает семью за городом.

Ох, мама, хорошо, ты не знаешь, зачем бестолковая Лерочка поехала в Петербург.

Из сумбурного клубка мыслей девушку вырывает объявление, что поезд прибывает на Московский вокзал. Не было известно, насколько растянется суд, потому начальство помогло своей сотруднице со съемной квартирой. Кареглазая мечтала переехать в этот город едва ли ни с детства, но теперь.. теперь причина ее приезда вызывала лишь тревогу.

Что ж, встречай, Питер, блудную дочь.

+2

3

Его привозят в Чумный из Крестов на вертолете, с вооруженной до зубов охраной и в сцепленных между собой наручниках на ногах и на запястьях. «В кандалах», — говорит себе Сережа. Конская доза успокоительного, которой его накачали перед перелетом, успела выветриться, но он все равно еле передвигает ноги. Свинцовое низкое небо сливается с ртутной водой залива. Он смотрит, пока позволяют. В Чумный почти не пускают посетителей из внешнего мира, там запрещены фото- и видеосъемка, и он понятия не имеет, сможет ли потом увидеть что-то не сквозь решетку.

«Не переживай. Мы здесь ненадолго», — шелестит вкрадчивый голос в его голове.

Сережа получает тычок в спину, спотыкается и чуть не летит носом в бетон площадки.

— Ногами шевели, ублюдок.

Он не видит охранника, который рычит, но Птица услужливо рисует ему труп без лица, с выколотыми глазами, переломанными пальцами, вырванным языком и разодранным горлом. Алое на сером, лужа крови растет, смешивается с радужной пленкой бензина. Одна искра…

Сережа кусает губы, и так истерзанные в кровь, и шевелит ногами.

Птица смеется.

 
Вениамин Самуилович Рубинштейн смотрит из-за стекол очков по-доброму, почти по-отечески, и успокоительными его не накачивает. Даже объясняет, что и зачем прописывает. Сережа смотрит в одну точку: на малозаметный скол на металлическом столе.

— Вам все понятно, Сергей? Вы согласны с предложенным лечением?

Сережа поднимает на него взгляд и усмехается, передергивает замотанными в смирительную рубашку плечами.

— Не делайте вид, что у меня есть выбор.

 
От таблеток Рубинштейна Сереже хуже, чем от успокоительных. Рубинштейн говорит: это пройдет. Рубинштейн говорит: просто надо привыкнуть. Сережа забивается в угол своей комнаты-камеры, но от Птицы он не может скрыться. Птица теперь и в реальности, и в снах, которые в сто раз хуже. Ему снится Олег, горящий в пламени костра; Птица, снимающий лицо Олега как маску; Птица, вспарывающий Олегу горло.

Сережа просыпается с криками.

Никакого Олега здесь нет. Он один, он болен и безумен, и никто ему не поможет.

«И не надо помогать, — смеется Птица и ласково ведет острым когтем по линии его подбородка вверх, к уху. — Нам никто не нужен».

Птичьи желтые глаза повсюду, и Сережа жмурится.

Он лучше умрет.

Птичьи пальцы смыкаются на шее, когти впиваются в кожу. Сережа уже не кричит — хрипит. Сережа задыхается. Птичий голос, ядовитый и насмешливый, резонирует во всем его теле.

«Кто тебе позволит?»

 
— Девку какую-то прислали, — бормочет один из санитаров — наверное, чтобы Сережа не слышал. Недостаточно тихо. — Совсем с ума посходили там.

Они ведут его по коридору мимо кабинета Рубинштейна. Сережа выдыхает, разводит плечи, насколько это позволяет смирительная рубашка, пытается сложить в голове два и два. Прислали кого-то еще. Явно не его адвокатов, что жаль.

Ему недостаточно информации.

— Переосвидетельствование, ебона мать, — ворчит все тот же болтливый санитар.

Вот оно что.

 
Комната, в которую его приводят, маленькая и тесная. Металлический стол с лампой, решетка на высоком окне-бойнице, серое небо незаметно перетекает сквозь прутья в серость большинства помещений форта. Не кабинет, а допросная. На столе и папки лежат — наверняка его личное дело.

За столом сидит девушка.

Санитар — другой, не болтливый — давит ему на плечо, заставляя сесть на стул напротив нее. Сережа смотрит, но почти тут же прячет взгляд, делает вид, что пытается прочесть надписи на папках.

Девушка юна, наверняка младше него. Красивая. Птичья рука тянется сзади и сжимает его подбородок, когти скребут по нежной коже, и он нехотя поднимает голову, чтобы встретиться с ней взглядом.

У него нет сил, чтобы поздороваться.

Подпись автора

боже, Сережа, ты что, конченый?
(с) золотые цитаты олега волкова

+2

4

[nick]Valeriya Belova[/nick][status]наивный мозгоправ[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/15/cc/d9/15ccd982db6bfb401ca386c3fd8a4962.jpg[/icon][sign]Ищи в душе моей сокровища, но все кто бы был там, гибли от зубов чудовища (с)[/sign][fandom]OC[/fandom][lz]когда во сне приходит тьма, я снова  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=307" target="_blank">ищу</a>  <a href="https://slowhere.ru/profile.php?id=146" target="_blank">тебя</a>.[/lz]

Утро началось резко, внезапно, с отвратительного ощущения, будто девушка падает во сне. Лера садится на кровати, касается своего лица, натыкаясь кончиками пальцев на мокрые дорожки слез. На этот раз событий сновидения она не помнит, что несказанно радует - рефлексия является не лучшим занятием перед работой. Стандартное утро: кружка кофе со сливками, выкуренная ментоловая сигарета и полное отсутсвие желания есть. Проснулась она раньше, чем прозвонил будильник, потому, закинувшись таблетками, собиралась Белова неспешно. Ещё раз со скептицизмом пролистала выданные ей документы на Разумовского. Сложное дело. Первое подобное в ее карьере.

Дорога заняла немало времени, но на месте психиатр оказалось вовремя. Оглядывает серое здание, казавшееся ещё более тусклым из-за собравшихся над ним мрачных туч. Лера без проблем минует посты охраны, демонстрирует удостоверение и, встреченная бугаем-санитаром, направляется прямиком в кабинет Рубинштейна. Слышала она о данном специалисте лишь хорошее. Квалифицированный, опытный. Перед таким сесть в лужу было бы крайне стыдно.

- Вениамин Самуилович, - здоровается Белова, проходя в дорого обставленный кабинет.

- О, Валерия Андреевна, мы вас ждали, - мужчина поднимается из-за стола, пожимает ее ледяную ладонь и кивком указывает на кресло.

Лера чувствует себя студенткой на экзамене, старается не принимать закрытых поз, не выдавать свой страх. Рубинштейн рассказывает о подобранном лечении и не забывает хладнокровно упомянуть, каким же интересным экземпляром является Разумовский. Девушку неприятно кольнуло подобное замечание. Говорит так, словно парень является лабораторной крысой, а не живым страдающим человеком. Она улыбается натянуто, заранее не расположенная к лечащему врачу Сергея. Даже не знает, что хуже: оставить парня на попечение этому докторишке или перевести в тюрьму. Но, увы, выбора у неё нет, все должна показать повторная экспертиза, так опрометчиво доверенная ей.

В назначенное время она уже сидит в выделенной им допросной и нервно постукивает ноготком по столешнице. Дверь открывается, и психиатр храбрится, старается держать спину ровнее, выглядеть серьёзнее. Санитар грубо усаживает Сергея напротив неё.

- Вы можете нас оставить, спасибо, - деловито улыбается Лера.

Мужчины хмурятся, переглядываются и, кинув фразу, что будут за дверью, покидают помещение, а сама она включает небольшой диктофон. Разумовский поднимает взгляд, смотрит на Леру. И вид его оставляет желать лучшего. Плотно залёгшие синяки под глазами, кожа бледная-бледная, взгляд затравленный. Девушка поджимает губы, на секунду сочувственно сводит брови.

- Здравствуйте, - неуверенно прокашлявшись, пододвигается вплотную к столу, сцепляет руки в замок. - Меня зовут Валерия Андреевна, я судебный эксперт.

На нем смирительная рубашка. Лера терпеть не может эти доисторические негуманные методы сдерживания пациентов. В глазах его читаются боль и сомнение.

- Для начала я бы хотела узнать, как вы себя чувствуете? Ваш лечащий врач обрисовал мне картину, - открывает перед собой папку, листает страницы. Больше для виду, ведь она успела едва ли не вызубрить его историю. - Но я бы хотела услышать от вас.

Разумовский красив. Даже сейчас. И, зная, насколько ещё он и умен, Лера искренне сожалеет, что с ним все вышло.. вот так. Нет, определенно, нужно будет вновь поговорить с Рубинштейном о его методах лечения. Казалось, он не помогает этому парню, а лишь гасит его. Хотя, кто к ней прислушается?

Возможно, Валерия сейчас вела себя слишком непрофессионально, показывала свои слабые стороны, потому как в один момент заметила, как в глазах Сергея проскочило что-то недоброе. Вместе с тем он и сам будто бы стал увереннее на миг, но вскоре вновь опустил плечи.

Помни, дорогая: диссоциативное расстройство.

Но кому, как не ей, знать, что такое жизнь с темной половиной? Конечно, ее случай был совершенно иным, дополнительная личность в ней не разрослась, но что такое «тяга ко тьме» она знала хорошо. Даже слишком хорошо.

Сергей странно ерзает в этой чертовой  рубашке. Так, словно кто-то ему кто-то мешает. Лера старается подмечать детали, фиксирует их в блокноте.

Голос его столь же безжизненный, сколь и взгляд потускневших синих глаз. Белова рассматривает его лицо, цепляясь за небольшие почти зажившие ранки, оставшиеся после задержания. Она видела фотографии из полиции с того дня.

- Можете рассказать мне всю ситуацию со своей стороны? - спрашивает с искренним интересом, но не научным, как Вениамин Самуилович, а с человеческим участием. - Так мы проясним детали, - и затем, слегка оробев, добавляет: - Пожалуйста.

Отредактировано Eggsy Unwin (2021-09-25 18:57:29)

+2


Вы здесь » Nowhǝɹǝ[cross] » [no where] » Каждый, кто сделал тебе больно, - покойник.